Позволь мне согреть твои руки (в рукавах моего свитера)

Гарри просыпается слишком рано, у него немного болит голова, но, к счастью, все могло быть гораздо хуже. Ему требуется всего секунда, чтобы вспомнить, что произошло, и воспоминания о вчерашнем вечере накрывают его с головой. Его лицо расплывается в счастливой улыбке, когда он видит Луи, лежащего рядом с ним, раскинув руки на всю ширину кровати. Он осторожно, чтобы не разбудить своего мальчика, поворачивается на бок. Они оба по-прежнему голые, с засохшей спермой Гарри на животах. Гарри рисует кончиками пальцев мягкие узоры на животе Луи, чувствуя, как вспыхивает дорожка мурашек на нежной коже, а Луи дрожит, распахивая сонные глаза. Его шея усеяна красными пятнами и укусами, следами губ и зубов Гарри, волосы торчат в разные стороны, а на щеке слабый отпечаток подушки и, Гарри просто необходимо поцеловать его. Он переворачивается, подминая сонное тело Луи под свое собственное, и соединяет их губы. Фото: https://31.media.tumblr.com/ea9aac27343b53e2812bf303b88a1efb/tumblr_mxvcdfyMOe1rwuzv2o1_500.jpg Это пока их лучший поцелуй, думает Гарри. Даже не смотря на то, что они сонные, уставшие и у обоих есть утреннее дыхание. Гарри может проснуться и просто поцеловать Луи; он может целовать Луи, когда ему только захочется. Он сильнее льнет к Луи, ощущая его горячую кожу, его руки, ласкающие его, и ох. Гарри напрягается, чувствуя маленькую ладошку Луи на своем члене. Кровь мгновенно приливает к паху, а его член медленно набухает. — Гннгх, — стонет Гарри, вжимаясь в живот Луи, желая получить больше трения. — Боже, Лу! — снова скулит он, когда рука Томлинсона начинает ритмично двигаться по его органу. — Малыш, — говорит Луи запыхавшимся голосом, он сжимает другой рукой плечо Гарри, поднимая его выше, продолжая медленно надрачивать ему, и ох. Ох, Луи так тяжело, его член трется о задницу Гарри, вызывая хриплый скулеж из горла младшего парня. Он выгибает обнаженную спину, сминая в пальцах простыни. Теплый и толстый член Луи скользит между его ягодиц, но этого недостаточно. Гарри нужно больше… желательно несколько пальцев, которые мучительно медленно растянут его, делая готовым для Луи. И в эту секунду Гарри понимает, что он хочет этого; он хочет дойти с Луи до конца, чувствовать Луи глубоко внутри себя, и он надеется, что Луи, его Луи, хочет того же. — Хочу объездить тебя, Лу, — выдыхает он, переставая двигаться, чтобы посмотреть на Луи. — Ох, Боже, да! Да! — шипит тот, отстраняясь от Гарри и ползя по кровати вверх, пытаясь дотянуться до тумбочки. — Как ты хочешь, чтобы я сделал это? — спрашивает он, смотря на Гарри, сжимая в руке бутылочку смазки. В этот момент Гарри плевать, как далеко они зайдут и что будет потом, он просто хочет чувствовать Луи внутри себя. — Не важно. Хочу тебя, Лу. — Ложись на спину, — говорит Луи, вылезая из-под него и толкая Гарри на свое место. — Насколько ты гибкий? — спрашивает Томлинсон, смотря на него сверху вниз. — Почему бы тебе самому не узнать? — задыхается Гарри, и медленно подмигивает, растягивая губы в улыбке. Он почти уверен, что Луи скулит, когда поднимает его ноги вверх, прижимая их к его же животу, тем самым обнажая его дырочку. — Просто… просто держи их так, да? — говорит Луи, тяжело сглотнув. Гарри обхватывает пальцами колени, прижимая свои ноги к груди, и откидывает голову назад, когда Луи выдыхает поток холодного воздуха прямо напротив его входа. Прежде чем начать снова просить об этом, он чувствует пару теплых смазанных пальцев, кружащих по краю его входа. Первый палец входит медленно и осторожно, и Гарри громко стонет, сильнее откидывая голову назад. Томлинсон аккуратно крутит пальцем по кругу, растягивая мягкие и влажные стенки Гарри вокруг него. — Еще, пожалуйста, еще один! — задыхается он, чувствуя, как Луи добавляет второй палец, невольно вскидывая бедра вверх, когда тот сгибает их. Луи разводит пальцы в стороны, и Гарри больше не может себя контролировать, громко скуля. Луи поднимает глаза, внимательно глядя на Гарри, и, очевидно, он остается более чем доволен звуками, что издает Гарри, потому что мгновение спустя он возвращается к сосредоточенному рассматриванию своих пальцев внутри Гарри. Он смотрит на Луи сквозь полузакрытые веки, в то время как Луи не поднимает взгляда, наблюдая за тем, как его пальцы трахают бесстыдно открытого перед ним Гарри. Стайлс подается вперед каждый раз, когда пальцы Луи входят немного глубже. Луи морщит брови, двигая рукой в поисках простаты Гарри, сводя мальчишку с ума. А затем Луи смазывает третий палец, медленно добавляя его к первым двум, и Гарри мысленно обещает себе объездить член Луи, и двигает бедрами, пытаясь протолкнуть пальцы Луи еще глубже, сильнее растягивая себя. Он чувствует, как дрожит, когда Луи касается его простаты. Гарри задыхается, шепча проклятия вперемешку с именем Луи, звучащие скорее как мольба. Луи тяжело дышит, бормоча что-то подозрительно похожее на «блять» и только тогда Гарри осознает, что твердый, истекающий предэякулятом член Луи, упирается в его бедро. Новая волна возбуждения заставляет его тело покрыться потом, а изо рта вырываться сладкие стоны. Пальцы Луи попадают по его простате с каждым движением, и Гарри больше не может. Его бедра напряжены и дрожат. Он смотрит вверх, встречаясь с глазами Луи впервые с того момента как его пальцы оказались внутри него, его глаза темные, расширенные зрачки скрыли почти всю синеву, его дыхание неравномерное и сбивчивое, а губы невозможно красные и влажные, от постоянного покусывания и облизывания. Мокрые волосы Гарри прилипают к его потному лбу, а по густым ресницам скатываются крупные капельки пота. — Я готов… Я готов… Блять… Ты мне нужен… Хочу объездить тебя! — выдыхает Гарри между стонами. Луи быстро вынимает из него пальцы, и Гарри непроизвольно хнычет, недовольный потерей контакта. Он чувствует воздух, касающийся его растянутого отверстия и видит восхищенный взгляд Луи, довольного свое работой, а затем их глаза встречаются. Взгляд Луи пропитан похотью, темным туманом жажды, как будто он опьянен только ощущением Гарри вокруг своих пальцев. — Ты настолько… Настолько прекрасен, — выдыхает Луи, протягивая руку вперед и касается лба Гарри, убирая его липкие волосы в сторону. Гарри фыркает и задушено смеется, а затем наклоняется вперед, переворачивая их, так что это Луи теперь лежит на спине. Гарри нависает над членом Луи, придерживая его рукой за основание, и ох, он сам так сильно возбужден, что почти уверен, что может видеть пульсацию венок на своем собственном члене. Он проталкивает в себя только головку, медленно насаживаясь на всю длину, вызывая громкие стоны у обоих. Луи аккуратно двигает бедрами, пробуя. Гарри кажется, что он медленно сходит с ума, ощущая Луи вокруг (и внутри) себя. Он наклоняется вперед, перекладывая свой вес на тело Луи, в то время как их губы встречаются в нетерпеливом поцелуе, включающим в себя вылизывание ртов друг друга и искусанные губы. Они замирают в таком положении еще на несколько минут, целуясь, словно от этого зависят их жизни. Гарри последний раз мокро целует Луи, а затем отстраняется, открывая глаза, пытаясь немного успокоиться от обволакивающего его чувства эйфории, в которую он проваливается; он аккуратно приподнимается и, балансируя руками о грудь Луи, медленно, так чертовски медленно, снова опускается на член Луи. Он наращивает темп, его член подпрыгивает в воздухе, обделенный любыми прикосновениями, и Луи тянет руку вперед, собираясь коснуться его, но Гарри трясет головой, всхлипывая «пока нет», насаживаясь на член Луи так глубоко, что старший мальчик задыхается. Он повторяет движение несколько раз, царапая ногтями грудь Луи, оставляя на его коже красные полосы. Гарри вдруг резко замирает и наклоняется вперед, хватая Луи за плечи. — Сядь, пожалуйста, — хрипло просит, практически умоляет, он. Луи делает то, что он просит, осторожно садясь на кровать, аккуратно придерживая Гарри на своем члене. Стайлс подвигается вперед, шевеля ногами так, чтобы оказаться, как может ближе к Луи, его член оказывается зажатым в ловушке между их телами, что создает удивительно чувство трения, вдобавок к ощущению мягкой кожи, прижимающейся к нему. Он остается в этом положении, кладя голову на плечо Луи, пытаясь восстановить способность дышать. Луи обхватывает ладонями его бедра и медленно поднимает его вверх, позволяя своему члену выскользнуть из Гарри. Он дразнит его дырочку только кончиком, и лишь когда Гарри жалобно хнычет, скользит в него снова. Гарри задыхается, впиваясь пальцами в голые плечи Луи, царапая ногтями беззащитную плоть, пока Томлинсон начинает медленно двигаться, то входя так глубоко, что его яички ударяются о его ягодицы, то почти полностью выходя из него. Гарри не открывает глаза, прижимаясь лбом к плечу Луи, и пытается сдержать громкий стон каждый раз, когда он слышит звук удара кожи о кожу. Он дышит через рот, делая маленькие, быстрые вдохи и выдохи. Луи резко опускает голову вниз, кусая шею Гарри, мокро и грязно облизывая его кожу; член Гарри скользит напротив живота Луи, оставляя блестящие полосы смазки по всему его торсу. Он убирает голову с плеча Луи, игнорируя влажный шум, с которым губы Луи покинули его шею. Они напряженно всматриваются в лица друг друга, и Гарри вдруг замечает, как кусает губы Луи, каждый раз, когда оказывается внутри него. То, как он смотрит на него, словно для нет никого важнее Гарри, в сочетании с глубокими, целенаправленно медленными толчками, заставляет его прерывисто стонать, а его член пульсировать между их телами. Луи вопросительно смотрит в глаза Гарри и тот яростно кивает, отчаянно нуждаясь в том, о чем спрашивает Луи. Луи просовывает между ними руку и оборачивает свои скользкие пальцы вокруг Гарри, медленно двигая рукой по его члену в такт своим толчкам, при этом, не сводя с Гарри глаз. — Все хорошо? — спрашивает Луи, и все, что Гарри может сделать — это кивать, а также скулить и стонать в рот Луи, когда тот наклоняется, чтобы поцеловать его, умирая от его медленных движений. Луи отстраняется назад, тяжело дыша в его рот. — Похоже, ты чувствуешь себя хорошо, — хихикает он и кусает нижнюю губу Гарри, падая спиной на кровать. — Хочу хорошенько оттрахать тебя, — бормочет Луи в изгиб шеи Гарри, осторожно переворачивая их так, чтобы Гарри лежал под ним на спине. — Черт, я хочу трахнуть тебя так сильно, Хаз. — Пожалуйста, — выдыхает Гарри, и он не хочет ничего больше, кроме как кончить, чувствуя Луи внутри себя. Стайлс выгибается дугой, упираясь спиной о кровать, и обхватывает ногами талию Луи, крепко сжимая ее своими бедрами, тем самым вынуждая Луи войти в него на всю длину, упиваясь звуком шлепка кожи о кожу и ощущением яичек Луи, ударяющихся о его задницу. И для Луи нет лучше разрешения к действиям, чем это, и спустя секунду он уже вколачивается в Гарри, сжимая в кулаках простыни по бокам от него. Гарри знает, что звуки, которые он издает слишком громкие и отчаянные, но все, что он может чувствовать, это пульсирующий член Луи, входящий в него невозможно глубоко и быстро, и Луи, он чувствует Луи каждой клеточкой своего тела. Луи трахает его так, словно хочет разрушить его, словно он хочет, чтобы Гарри сошел с ума, кричал и хныкал и впивался в его плечи ногтями, царапая кожу до крови, и Гарри делает все это, не в силах сдерживать себя. Луи двигает бедрами, ища нужный угол, чтобы попадать по простате Гарри с каждым движением, и когда он, наконец, находит ее, отправляя искры удовольствия вдоль позвоночника Гарри, звук, который вырывается изо рта Стайлса, не похож ни на что человеческое. Он задыхается, отчаянно шепча «Луилуилуи» откидывая голову на подушку, его грудь выгнута дугой, в то время как его бедра постоянно ударяются о кровать, благодаря непрерывным толчкам Луи. Он чувствует, как его глаза становятся мокрыми, когда Луи начинает двигаться быстрее, громко всхлипывая в его шею от почти невыносимого удовольствия, пока Луи втрахивает его тело в матрас. Их тела блестят от пота, а кожа горит, и он чувствует себя слишком хорошо, ощущая как их тела ударяются друг о друга. Луи прижимается ртом к челюсти Гарри, и бормочет что-то в его кожу так тихо, что Гарри даже не уверен, что он вообще что-то говорит. Луи шевелит губами, оставляя мокрую дорожку из поцелуев на пути к уху Гарри, а затем кусает его за мочку, прежде чем прошептать: — Так хорошо внутри тебя, мне нравится твоя тугая маленькая дырочка! И этого оказывается достаточно, чтобы стать последней каплей для Гарри, он чувствует, как разваливается на части, видя перед глазами только ослепляющий белый свет. Каждая мышца в его теле напряжена, а с губ срываются хриплые стоны, в то время как член Луи продолжает двигаться внутри него, и он может поклясться, что слышит, как скрипит кровать, царапая деревянный пол. Луи уверенно раздвигает ноги Гарри в стороны, пока тот изливается между их телами с криком удовольствия, сильнее впиваясь ногтями в плечи Луи, оставляя на его груди длинные белые узоры. Вся верхняя часть тела Гарри выгибается на кровати, встречаюсь с покрытой потом грудью Луи, он замирает на мгновение, прежде чем упасть на кровать спиной, не чувствуя не одной кости в своем теле, но прежде, чем Луи даже может подумать о том, чтобы замедлиться, Гарри хнычет, — Продолжай, сильнее, — желая, чтобы Луи кончил, желая этого почти так же сильно, как он сам хотел этого минуту назад. Он чувствует, как слезы текут из его глаз, пока Луи грубо и равномерно вбивается в него, кровать ударяется о стену после каждого движения Луи. — Луи. И, видимо, именно это становится последней каплей Луи, потому что его пальцы сжимаются на бедрах Гарри, привинчивая их к кровати, а взгляд мечется вверх-вниз между их телами. Видя себя глубоко внутри него, Луи продолжает безжалостно трахать Гарри. И он настолько чувствителен в этот момент, что хочет кричать, но все, что он может — это хныкать и скулить, и смотреть в затуманенные оргазмом глаза Луи, одной рукой придерживая его за шею, а другой, держась за стену, царапая ее ногтями. Луи задушено хнычет, вытаскивая себя из Гарри, его тело бьет крупная дрожь, он быстро поворачивается так, что Гарри оказывается лежащим на его животе, прежде чем снова толкается в него, подводя себя к краю, заставляя свое тело трястись и дрожать еще больше. Луи сломлено стонет, кончая внутри него. Гарри с нежностью целует Луи в висок, прежде чем упасть на него сверху, наслаждаясь послеоргазменным блаженством. Они так и лежат, хватая ртами воздух, и лениво скользя пальцами по потным и разнеженным телам друг друга. Луи шевелит бедрами и Гарри хнычет, лбом упираясь в ключицу Луи, громко выдыхая в его кожу. Он медленно проваливается в сон, когда Луи вдруг тыкается носом в его щеку, заставляя его недовольно приоткрыть глаза. — Как думаешь, мы сможем обменяться подарками раньше других? — выдыхает Луи в его ухо. Гарри медленно приподнимается, и член Луи выскальзывает из него с неприятным хлюпом, от чего оба мальчика морщатся. — Да, я принесу наши подарки, — он осторожно встает с кровати, чтобы достать из шкафа кучку подарков, а затем оставляет Луи в одиночестве, немного прихрамывая топая в гостиную. Он закусывает губу, безуспешно пытаясь скрыть счастливую улыбку. Холодный воздух в квартире вызывает дорожки мурашек по его голому телу, пока он аккуратно запихивает все коробочки, завернутые в цветастую бумагу, под дерево. Он бежит обратно к Луи на носочках, стараясь как можно меньше касаться холодной древесины под ногами. Комната пропахла сексом и потом, и Гарри снова не может удержаться от улыбки. — Черт побери! — пищит Луи, как только Гарри заползает под одеяло, прижимаясь к нему, надеясь украсть частичку его тепла. Они садятся на кровати, опираются на стену, и подкладывают подушки под спины, сильнее прижимаясь друг к другу под одеялом. — Кто первый? — спрашивает Луи, доставая из-под подушки маленький серебряный конверт, размещая его на своих коленях. — Когда ты успел? — спрашивает Гарри, с любопытством посматривая на колени Луи. Он пожимает плечами, смущенно глядя вниз. — Я никогда не собирался класть его под елку, хотел отдать тебе лично. Гарри улыбается и быстро наклоняется, оставляя мокрый поцелуй на щеке Луи. — Ты прелесть. Луи согласно хихикает. — Давай, открывай первым, — говорит Гарри, отдавая Луи свой подарок. Томлинсон осторожно снимает красную ленточку, прежде чем нетерпеливо разорвать оберточную бумагу с миниатюрными Сантами в красных колпачках, пытаясь поскорее добраться до коробки. Гарри хихикает, — Ты такой ребенок, это просто очаровательно! — Заткнись! Я волнуюсь! — бурчит Луи, но у него все равно не выходит скрыть улыбку, когда он открывает коробочку. Гарри нервно жует губу, пока Луи рассматривает две записки, найденные в коробке. — Я, правда, не знал, что тебе подарить, так что я подумал, что может быть, это… но, ты знаешь, не бери в голову, я найду тебе что-нибудь получше, — говорит он, пытаясь отобрать у Луи бумажки, но тот быстро отводит руки вверх, не позволяя Гарри забрать их, пуховое одеяло медленно соскальзывает с их животов. — Это идеально, Гарри! Спасибо! — говорит он, осторожно кладя их на стол, прежде чем обвить руки вокруг шеи Гарри, втаскивая его в крепкие объятия. Гарри смотрит на бумажку через плечо Луи, чувствуя, как исчезает волна смущения, как будто ее и не было. Луи нравится. Дорогой Лу, Честно говоря, я понятия не имел, что подарить тебе, так что, я позвонил твоей маме. Я не знал, что ты так сильно нервничаешь из-за своих экзаменов, ведь до них еще куча времени. Все будет хорошо, Лу. Тем не менее, я решил, что тебе нужно забыть о них на некоторое время и просто расслабиться. Поэтому я приглашаю тебя провести со мной выходные в очень красивом отеле-замке. Счастливого Рождества, Хазза (не олень). В другой записке Гарри просто добавил о небольшом бонусе, который у них будет, потому что у него закончилось место на первой бумажке. В ней говорилось, что они также могут покататься на гоночных машинках по трассе вокруг замка в субботу вечером. — Спасибо! — снова бормочет Луи, крепко сжимая его в руках, прежде чем отпустить. — Всегда пожалуйста, — застенчиво улыбается он. — Ладно, хватит этих телячьих нежностей. Открывай свой подарок! — требует Луи, вручая Гарри конверт. Он аккуратно открывает его, убеждаясь, что не разорвал не одну из сторон, в результате чего Луи закатывает глаза. Глаза Гарри расширяются, когда он видит два билета. — Я думал, не купить ли тебе вибратор, — Гарри убийственно смотрит на него, но Луи только хохочет, — но я решил, что он тебе не понадобится, если я не испоганю план Стэна в очередной раз, поэтому я остановился на этом, — говорит он, глядя на Гарри, закусив нижнюю губу. Гарри требуется немного времени, чтобы прочитать надпись на билетах балет «Щелкунчик», прежде чем вернуть все свое внимание на Луи. — Спасибо, Лу. Мне очень нравится, — говорит он, сокращая расстояние между ними. Их губы соединяются в сладком, нежном и идеальном для такого ленивого утра поцелуе. Гарри уверен, что он не будет последним. — Есть еще кое-что, — начинает Луи, когда они, наконец, отстраняются друг от друга. — Это… на самом деле не подарок, так что… — он делает глубокий вдох, смотря Гарри в глаза, — но после того как Стэн наорал на меня за то, что я струсил на вершине колеса обозрения, он сказал, что я должен попробовать еще раз в рождественское утро, но, учитывая все происходящее, у меня не было подходящей возможности осуществить свой план, — желудок Гарри делает кульбит, а выдох так и застревает в горле, — поэтому, я спрашиваю тебя, Гарри Эдвард Стайлс, не соизволишь ли ты оказать мне честь и стать моим парнем? Гарри приоткрывает рот, бросая попытки сформировать надлежащий ответ, вместо этого делая единственную вещь, которую он может придумать. Он бросается на Луи, целуя каждый миллиметр его лица, начиная от пушистых ресничек и заканчивая губами, стискивая бедрами ноги Луи, молча проклиная одеяло за то, что оно стало единственной вещью, отделяющей его от Луи. ★ После долгого душа, наполненного прикосновениями и украденными друг у друга поцелуями, они, наконец, одеваются, и Гарри как раз заканчивает башенку из блинов и вафель, когда раздается первый стук в дверь. Они открывают дверь вместе, держась за руки. Зейн только выгибает бровь, похлопывая их по спинам, в то время как Лиам не может престать улыбаться, выглядя более гордым, чем по телефону звучала мама Гарри. (Он позвонил ей пока мешал тесто для блинов, а Луи брился в ванной.) ★ Гарри смотрит на табло, ища свой поезд, чтобы убедиться, что он не опаздывает. Он хватает Луи за руку, молча ведя его на свою платформу; у него еще есть немного времени до поезда. Поезд в Донкастер прибывает всего через двадцать минут после поезда Гарри. — Мне кажется, у нас было слишком мало времени, — говорит Гарри, когда они садятся на скамейку, бросая сумки на землю перед ними. Он внимательно смотрит на Луи, чувствуя, как его сердце неприятно сжимается. Он только что получил Луи, и совсем не готов отпустить его так быстро. — Это только на несколько дней, к тому же, Энн убьет меня, если я задержу ее малыша хоть на минуту, — улыбается он, сжимая его ладонь. — Заткнись, Лу, — говорит Гарри, притягивая его в долгое объятие, прижимаясь губами к шее Луи, пытаясь запомнить его аромат. Он пахнет печеньем, мылом и домом. Он слышит, как поезд прибывает на платформу, но даже не собирается отпускать Луи. В любом случае, поезд не уедет еще пару минут. — Давай, детка, иди. Я буду ждать тебя, — говорит Луи, пытаясь отлепить от себя Гарри, вцепившегося в него всеми конечностями словно осьминог. Синие глаза встречают зеленые, когда Луи наклоняет голову, чтобы внимательно посмотреть на Гарри. — Когда мы вернемся, я обещаю, что мы найдем лучший способ показать Зейну и Лиаму, что нам пришлось терпеть в прошлом году! Может быть, мы покажем это даже Найлу и Джейд, я клянусь, они почти такие же громкие, видимо, когда Найл делает эти грязные вещи своим языком, — хихикает Луи, смотря на Гарри, который не может не выпустить хриплый смешок. — Да? — обещание громкого секса кажется отличной идеей. — Да. — Они встают со скамейки, все еще прижимаясь друг к другу, и Гарри старается запомнить каждую часть Луи, прежде чем он отпускает его, слыша «последний гудок» до отправки поезда в Чешир. Он быстро целует Луи, прежде чем забросить свою сумку на плечо и направиться к поезду. — Хэй, Гарри? — он оборачивается, широко улыбаясь, когда Луи врезается в его губы своими, отчаянно целуя. Язык Луи на вкус как мятный чай, который он пил в машине по дороге на вокзал. Он начинает пятиться, в конечном итоге, замирая в странном полусогнутом положении, все еще прижимаясь к губам Луи. Это заканчивается столкновением зубов и прикосновением их языков, которое оставляет после себя привкус мяты на языке Гарри. Счастливая улыбка освещает все лицо Луи, когда он смотрит на поезд, крича что-то сквозь стук железных колес о рельсы. — Увидимся через несколько дней, Кудряшка! — успевает разобрать Гарри, прежде чем поезд скрывается за поворотом.