Лимонное дерево

      Вернуться к нормальной (в общем понимании смысла этого слова) жизни вряд ли удастся. Мы не были нормальными с самого рождения. Профессор Икс открыл академию для мутантов. Звучало здорово, но участвовать в этом желания не было. Дети – проблемные существа. Дети-мутанты еще проблемнее. Вы знали, что выращивать редкие растения – это почти то же самое, что выращивать коноплю? Только денег побольше, и клиенты чисто и богато одеты. Шон принял решение уйти со мной. На днях он должен был перевезти ко мне вещи и приступить к какой-то работе. Какой – сказал, секрет. Надеюсь, не продавать горячие сосиски в парке. Жизнь обещала наладиться. Я распахнула окно своей новой квартиры и, вдохнув чуть загазованный городской воздух, стала расставлять цветочные горшки всех форм и размеров по углам, подоконникам и полкам. Лимонное дерево на самом видном месте. Жест глупый, но не перестающий от этого быть романтичным. Вытянувшись на диване с кружкой рутбира, я с удовольствием оглядывала квартиру. Ничего общего с моим старым домом. Никаких старых обоев, занозистого, скрипучего паркета и разводов на потолке, а главное - нет и следа конопли. Наверное, впервые с инцидента на Кубе я по-настоящему ощутила себя "человеком". Улыбаясь собственным мыслям, я не заметила, как на меня накатила теплая сонливость, и вырубилась прямо на диване с кружкой пива в руке. Шорох. Или мне показалось? Я разлепила глаза и потянулась, взглянув на часы, стоящие на прикроватной тумбочке. Два часа ночи! Да, сильно же я утомилась. Приняв сидячее положение и опустив ноги на пол, я тут же испуганно подняла их, наступив во что-то липкое. Рутбир разлился, и теперь темной клейкой лужей засыхал на блестящем от чистоты паркете. Вздохнув, я поднялась и поплелась на кухню за тряпкой. Потирая глаза, я завернула за угол и тут получила сильный удар в лицо. Еле устояв на ногах, вцепившись в стену, я с трудом сфокусировала взгляд. Сильные, здоровые мужчины жестко схватили меня за руки и завязали глаза. Внутри все заледенело от страха, когда меня пытались поставить на колени. - Осторожнее с ней. Неизвестно, что...СУКА! Стебли, толстые и тяжелые, еще недавно бывшие моими комнатными растениями, хлестали во все стороны, круша людей и мебель. Пользуясь моментом, я попыталась вырваться и с силой лягнула одного из схвативших меня. Но тут меня ударили по затылку, и я провалилась в темноту.

***

- …зьмите еще кровь из вены... – голос я слышала словно сквозь вату. Тело жутко ломило, а затылок ужасно саднил. - Нам потребуется костный мозг. - Раса европеоидная. Противный учащающийся писк. Мой пульс. - Двадцать один год. - Она приходит в себя! - Не забудь указать вес! - Вкачайте ей еще. - Ее взвесили при доставке. - Укажите дозу, сэр. - Группа крови? - Сколько влезет – это и будет правильная доза! Мне нужен результат. Тише, все тише и тише. Голоса пропадали, хотя я изо всех сил старалась не отключиться. В голове стоял густой туман, то и дело мелькали видения. Дом, Шон, море, много моря и шелест травы, Шон, снова Шон. Видения становились все более смазанными, сливались в одно. Не получилось. Больше я не очнулась.

***

- Мы ее теряем, пульс падает! – Мужчина в белом халате переводил нервный взгляд с монитора на лежащее на столе тело. - Реанимировать, мистер Траск? – Также облаченная в белое женщина приготовила шприц и в ожидании воззрилась на главного. - Мистер Траск, у нас мало времени! - Не нужно. – Ученый поправил очки и осмотрел лежащего на хирургическом столе мутанта со вскрытой грудной клеткой. Не первый и далеко не последний. Будут и поинтереснее. – Вытащите сердце. - А что с ней? - Зашейте и в холодильник. Боливар Траск поправил пиджак, сшитый на заказ, и направился к себе в кабинет. У него еще много работы. Еще много кто может оказаться ему полезен, и их требовалось немедленно доставить в лаборатории. Он сможет, смогут его люди. Как смогли они поймать неуловимого краснокожего человека. Мужчина уселся за стол и взглянул фотографию, вложенную в папку: блондинка, вся в белом. Если верить источникам, то у этой женщины алмазной твердости кожа…

***

      Война была развязана. Хотя и не так явно и почти неощутимо для большинства обычных людей, но все же была. Люди видели в мутантах опасность, угрозу для жизни. Оставалось лишь надеяться, что когда-нибудь люди смогут понять и принять, что мы имеем право на существование. Что эта война закончится, и больше не будет жертв. Что мы сумеем жить в мире и согласии. Жаль, что когда этот мир настанет, меня в нем не будет. Неважно, человек вы или мутант. Я желаю вам жить долго и счастливо.