Гарри Поттер и все-все-все

Случилось это прекрасным майским утром. В голубом небе над Хогвартсом весело кружили лёгкие облачка, и сияло яркими лучами солнце. Средь ёлок и лиственниц маршировал Гарри Поттер, распевая во весь голос только что придуманную утреннюю песенку: Опять ничего не могу я понять, И что-то разволновался... Никак я его не могу отыскать, Куда ж этот Снейп подевался? Мрачный профессор зельеварения Северус Снейп бродил один-одинёшенек у озера и размышлял о жизни. Иногда он с грустью спрашивал себя: «Почему я все еще здесь?» Случалось, в голове у него возникал другой вопрос: «Что это было»? А потом и третий: «Неужели?» А порой выходило, что он просто не представлял себе, о чём думает. Поэтому Снейп очень обрадовался, увидев топающего мимо Гарри Поттера: у него появилась возможность немного отвлечься от печальных мыслей, хотя бы для того, чтобы сказать самым вредным голосом: «Двадцать баллов с Гриффиндора!» — За что? — спросил Поттер. Снейп горестно помотал головой. — Просто так, — вырвалось у него. — И вообще, вы мне мешаете страдать, мистер Поттер. — Я не виноват, — на всякий случай сказал Поттер. — Но если что, то мне вас заранее искренне жаль. И если что, то я — спасатель, и совершенно свободен до пятницы, так что вас я тоже могу поспасать немного. Снейп принялся понуро ходить взад-вперед, а Поттер тем временем разглядывал его так, как будто видел в первый раз. — Интересно, а что случилось с вашим хвостом? — изумился он. — А что с ним случилось? — полюбопытствовал Снейп. — Его просто нет! — Вы уверены? — Видите ли, хвост, он или есть, или его нет. Ошибиться тут невозможно. А вашего хвоста нет! А раньше он там был! Поттер никогда бы не признался, что одним из самых любимых его занятий вне уроков было разглядывание снейповского хвоста. Еще бы: профессор Снейп и хвост. Зрелище не для слабонервных. — А что же там есть? — Ничего. — Дай-ка посмотрим... Снейп медленно повернул голову к тому месту, где совсем недавно у него был хвост. Обнаружив, что сзади ничего не болтается, он так же медленно начал поворачивать её в обратную сторону, пока, наконец, она не заняла исходное положение. После этого Снейп опустил её вниз и заглянул себе между ног. Там обнаружился весьма интересный отросток, но вот хвостом его можно было назвать с большой натяжкой. Тогда Снейп с протяжным, грустным вздохом признал: — Похоже, вы правы, мистер Поттер. — Разумеется, прав, — Гарри Поттер нисколько и не сомневался в собственной правоте. — Это многое объясняет, — так же грустно и многозначительно продолжил Снейп. — Это. Объясняет. Всё. Теперь уж... удивляться... не приходится. — Должно быть, вы его где-нибудь обронили, — предположил Поттер. — Кто-нибудь, наверно, просто взял его, — выдвинул свою версию Снейп. — Как это на них похоже, — помолчав, добавил он. Гарри понимал, что должен как-то выразить своё сочувствие, но не мог подыскать нужных слов. Поэтому он решил, что посильная помощь куда как лучше самого искреннего сочувствия. — Вот что, профессор, — важно заявил он, — я, Гарри Поттер, берусь найти ваш хвост. — Спасибо вам, — поблагодарил гриффиндорца Снейп. — Вы — настоящий герой. Не то, что некоторые... Тут Снейп, трагически выгнув бровь, покосился в сторону Хогвартса. С Астрономической башни виднелась развевающаяся, как флаг, белая борода. Потом грустный и абсолютно голый профессор Снейп снова побрел вокруг озера, а Гарри Поттер отправился на поиски хвоста Снейпа. Первым делом Гарри решил навестить своих друзей и расспросить их по-подробнее: а вдруг они что-нибудь знают о потере Снейпа? Рон Уизли обнаружился в маленьком домике, построенном на высоком буке, росшем на опушке Запретного Леса. Рон удобно устроился в центральной части домика, точно по середочке. Он сидел и весьма увлеченно жевал что-то вкусное, судя по его довольному виду. Рядом с буком стоял столб. К столбу была приколочена сломанная доска, на которой алела надпись — огромная буква "W" в комплекте с крошечной буквой «R». — Что это значит? — однажды спросил Гарри Рона. — На этой доске написано имя моего дедушки, и доска эта с давних пор является семейной реликвией. — Никогда прежде не встречал семейные реликвии, приколоченные к столбам, — резонно заметил Гарри. — Меня назвали в честь дедушки, поэтому никто другой не имеет права на эту доску, — стал объяснять Рон. — А особенно на нее не имеют права рыжие шкодливые близнецы. И вообще: дедушка имел два имени, на тот случай, если потеряет одно. Поэтому и меня назвали Рональдом в честь деда, и Биллиусом — в честь дяди. Гарри так и не понял, к чему были эти длительные рассуждения, но спорить с Роном не имело никакого смысла, тем более, появились дела более интересные. Задрав вверх голову, Гарри поздоровался: — Доброе утро, Рон! — Доброе утро, Гарри! — ответил Рон. — Интересно, Рон, а нет ли у тебя случайно хвоста профессора Снейпа? — Хвоста Снейпа? — Да, я как раз шёл и думал: «Нет ли у Рона случайно хвоста профессора Снейпа?». Мне было просто интересно. — А у Снейпа разве есть хвост? — поинтересовался Рон, временно прекращая жевать. — Был. Прекрасный такой хвост, — ответил Гарри — но, кажется, он пропал. — А зачем тебе понадобился хвост Снейпа? — спросил Рон. — Мне он совершенно ни к чему. Просто хочется сделать приятное профессору Снейпу, — честно признался Гарри. — Чтобы хорошо сдать экзамен по зельеварению? — Нет, просто так. Потому что он симпатичный. — Снейп??? — удивился Рон. — Снейп, — смущенно подтвердил Гарри. — Никогда этого за ним не замечал, — глубокомысленно заметил Рон. — В любом случае, его хвоста у меня нет, и я его никогда не видел. Спроси лучше у Гермионы. Рон продолжил жевать, а Гарри отправился на поиски Гермионы Грейнджер. — Если кто о чём и знает, — говорил себе Гарри, — так это Гермиона. Уж ей точно что-нибудь известно, или меня зовут не Гарри Поттер, — продолжил он. — А зовут меня именно так, а не иначе. Гермиона была старостой, и с некоторых пор жила в отдельной комнате, весьма большой, и превосходившей своим великолепием любую комнату в Хогвартсе. Так, во всяком случае, казалось Гарри, потому что, подойдя к двери, он увидел и дверное кольцо, и шнур от звонка. Под кольцом крепилась бумажка со словами: «ПАЖАЛСТА, ЗВАНИТИ, ЕСЛЕ НУЖИН АТВЕТ». Под шнуром от звонка — вторая бумажка: «ПАЖАЛСТА, СТУЧИТИ, ЕСЛЕ АТВЕТ НИНУЖИН». Гарри Поттер очень внимательно прочитал надписи на обеих бумажках. Сначала, слева направо, а потом и справа налево. Но он так ничего и не понял, потому что обе записки были написаны какими-то странными буквами. К слову, написаны они были на русском языке, который усиленно изучала Гермиона. Но Гарри, разумеется, этого не знал, так как не очень интересовался жизнью своей подруги. В последнее время у него были дела поинтересней. Наконец, Гарри сообразил: если на двери есть кольцо, то им можно постучать, а в звонок стоит позвонить. Так он и сделал, но, не успокоившись на этом, громко крикнул: — Гермиона, открывай! Это я, Гарри Поттер! Дверь приоткрылась, из-за неё выглянула Гермиона. — Привет, Гарри, — поздоровалась она. — Как дела? — Всё печально и ужасно, — вздохнул Гарри, — профессор Снейп потерял хвост, и он очень этим огорчён. Пожалуйста, будь так любезна, не сочти за труд сказать мне, что я должен сделать, чтобы найти его хвост? Как ни странно, Гермиона совершенно не удивилась ни отсутствием хвоста Снейпа, ни тем, что он у него вообще был, ни тем, что его ищет именно Гарри Поттер. — Что ж, — глубокомысленно начала Гермиона, — в таких случаях используется следующая процедура. — Чего-чего? — переспросил Гарри. — Учти, пожалуйста, что я — инвалид, мне Волдеморт дважды в лоб Авадой попадал, и такие длинные слова у меня в голове просто не помещаются. На самом деле Гарри немного привирал по поводу своей инвалидности и несообразительности. Он все прекрасно понимал, но не хотел, чтобы Гермиона начала очередную длиннющую лекцию о совершенно ненужных ему вещах. Он постарался сделать выражение лица немножечко поглупее — Рон этим приемом частенько пользовался, и это прекрасно работало. Гермиона объяснила: — Смысл этих слов прост: «То, что надо сделать». — Раз надо, так надо, — согласился Гарри. — А сделать надо вот что. Первым делом, объявить о вознаграждении. Затем... — Одну минутку, — Гарри поднял руку. — Что мы должны делать для этого? Ты как раз чихнула, вот я и не... — Я не чихала! — Чихнула, Гермиона, чихнула. — Извини, Гарри, но я не чихала. Нельзя чихнуть и не заметить, что чихаешь. — Это так, но нельзя и не заметить, если кто-то чихает прямо рядом с тобой. — Ну, ладно, не будем спорить по пустякам. Я сказала: «Первым Делом Объявить о Вознаграждении». — Ага, — закивал Гарри. — Вознаграждении! — назидательно повторила Гермиона. — Мы напишем объявление, в котором будет сказано, что нашедший хвост Снейпа получит от нас что-то о-о-очень большое. — Понятно. Раз уж разговор зашёл об очень большом... — мечтательно продолжил он. — Мне бы хотелось поделиться с тобой одной тайной, — и он с надеждой покосился на Гермиону. — Это про то, как я провел вчерашний день. — Так вот, — Гермиона пропустила его слова мимо ушей. — Мы напишем объявления, а потом развесим по всему Хогвартсу. — Или вчерашнюю ночь, — продолжал бубнить себе под нос Гарри Поттер, — или... или про то, как мы с профессором... — он глубоко вздохнул и напрягся, стараясь вникнуть в то, что вещала Гермиона. Но Гермиона всё говорила, пока, наконец, не вернулась к тому, с чего, собственно, и начала, то есть речь вновь пошла о том, что она непременно напишет объявление. Гарри уже давно закрыл глаза и на вопросы Гермионы отвечал по очереди «да» и «нет». И поскольку в последний раз он ответил «да», то теперь произнес «нет», причём сам вопрос он, конечно же, прослушал. — Ты их не видел? — в голосе Гермионы слышалось изумление. — Тогда идём, я тебе покажу. Они вышли из комнаты. Гарри посмотрел на кольцо и надпись под ним, потом перевел взгляд на шнур. И чем дольше он смотрел на шнур от звонка, тем больше ему казалось, что шнур этот он где-то когда-то уже видел. — Славненький шнурочек для звонка, не правда ли? — заметила Гермиона. Гарри кивнул. — Что-то он мне напоминает, — пробормотал он, — только никак не могу понять, что именно. Где ты его взяла, Гермиона? — Шла, знаешь ли, сегодня от Рона, — тут Гермиона слегка покраснела, — вижу, он висит на кусте у озера. А рядом с кустом валяются какие-то рваные мантии. Сначала я подумала, что за кустом кто-то есть, и громко спросила об этом, дёрнув за шнур, но мне никто не ответил, поэтому я дёрнула вновь. И шнур остался у меня в руке. А поскольку он, вроде бы, никому не требовался, я принесла его домой и повесила на дверь... И тут Гарри вспомнил все: и как он случайно забрел на огонек к Хагриду, а там оказался немного выпивший профессор Снейп, и как они со Снейпом вспоминали войну и пили на брудершафт, и даже то, как он пошел провожать профессора. И особенно ясно вспомнилось ему, как на берегу озера, под кустом ракитника, профессор зельеварения Северус Снейп страстно целовал его, Гарри Поттера, попутно избавляясь от мешающих им мантий. И как руки самого Гарри обнимали вредного, но давно любимого им мужчину. А когда под мантией профессора обнаружился хвост, у Гарри абсолютно снесло крышу, и то, что он впоследствии вытворял со Снейпом, для ушей Гермионы было уже слишком. Видимо в той «битве» под ракитовым кустом Снейп и понес невосполнимые потери. Сам же Гарри оставил под ним свою невинность. Да-да. После всего случившегося у Гарри появилось сильнейшее желание совершить для Снейпа подвиг. Ну или хотя бы найти какое-нибудь редкое растение. И он пошел искать и совершать. И, кажется, немного заблудился в Запретном Лесу. По крайней мере, дорогу к озеру он отыскал только утром. — Гермиона, — торжественно произнёс Гарри, перебив подругу, — ты ошиблась. Он очень даже требуется. — Кому? — Снейпу. Моему дорогому профессору Снейпу. Он... просто обожал его. — Обожал шнурок от звонка? — Не расставался с ним ни на минуту, — кивнул Гарри Поттер. С этими словами он отцепил хвост и отнёс его Снейпу. А потом Северус рассказал ему, что хвост у него появился из-за неудачных попыток сделаться анимагом. Но если он так уж понравился Гарри, то он, Снейп, готов приклеить его заклятием к нужному месту. А Гарри утащил Снейпа под деревья и поцеловал его, а потом долго носился по Лесу, радостно размахивая снейповским хвостом. Северусу Снейпу всё это очень нравилось. Он смотрел и смотрел бы на Гарри, но пришлось, взяв того за руку, поспешить домой немножечко перекусить, а то сил совсем не осталось. На следующее утро изрядно помятый Гарри Поттер гордо и радостно запел, выползая из профессорских комнат: Кто нашёл хвост? Конечно же, Гарри Поттер! Самый же главный вопрос: Кому я отнес этот хвост? И чем это все закончилось... Это одна из историй про Гарри Поттера. Но будут и другие. Про Гарри и про Северуса. И про Дамблдора, и про Рона, и про всех остальных.