Он обещал вернуться

      — Ооу… Мистер Парк. Как вы всё еще живы? — проскрипел Блэр. — Давайте… Заключим сделку. Вы поможете мне, а я — вам. Помогите встать. — кашель. — Пожалуйста. Доверчивый Вейлон подошел к сидящему на полу агенту безопасности и протянул было ему руку, чтоб помочь, но тут Джереми вместо того, чтобы принять помощь, резко потянул Парка на себя и полоснул по его животу осколком стекла. — Умри уже, блядь! Никто не должен знать о Маунт Мэссив и Меркоф! Никто!.. — Блэр занес было руку, чтобы вонзить осколок стекла в Вейлона, но тут его подхватило какое-то чёрное облако дыма и подняло в воздух, начав беспощадно мотать его из стороны в сторону. — Что за?.. Нет! Нет! Какого хуя, как оно вырвалось?! Нет!.. — последние крики агента растворились в звуке дождя из его крови и внутренностей, которые градом просыпались на Парка. Бедный программист, натерпевшийся в «приключениях» по лечебнице, вроде бы должен был не обратить на это внимание, но вместо этого его желудок болезненно скрутился, извергаясь горькой желчью. Отплевываясь, Парк не сразу заметил человеческий силуэт, стоящий на входе. Сфокусировав взгляд на нем, Вейлон отчетливо увидел черный дым наночастиц, стелящийся у ног силуэта. Поняв кто это, Вейлон часто задышал и начал отползать назад, отталкиваясь от пола босыми ногами. «Черт! Только не Вальридер! Нет-нет-нет. Лиза, прости, но это конец для меня!» — в мыслях кричал программист. Через пару метров, он резко врезался в стойку охраны и во все глаза, полные страха и боли, уставился на черный силуэт. Через несколько секунд дым немного рассеялся, позволяя разглядеть принадлежность к мужскому полу и одежду человека (или не человека?..): он был одет в светло-коричневую куртку, серую рубашку под ней, синие джинсы и коричневые ботинки. Жмурясь от восходящего солнца, Вейлон рассмотрел на одежде хаотичную россыпь пятен крови и решето из дырок на одежде, а ещё с негодованием отметил отсутствие пальцев на руках — указательного на правой и безымянного на левой. А также серьезное ранение ноги, которая была, кажется, сломана, и были видны осколки кости. Неожиданно, черный силуэт начал приближаться, а Вейлон, словно окоченевший, не мог сдвинуться с места и лишь внимательно, широко раскрытыми глазами, следил за движениями «человека». Когда существо подошло ближе, Парк зажмурился от страха и уже ждал, что его поднимут в воздух, начнут мотать из стороны в сторону и разорвут, как это произошло с Блэром. Из его глаз потекли слезы, но он не обращал на них внимания. Но следующее действие со стороны существа совсем выбило программиста из колеи. Почувствовав, как с его щеки чьи-то пальцы бережно смахивают капли слез, Парк распахнул глаза и увидел перед собой молодого парня, сидящего на корточках и окруженного черной дымкой. Не веря в происходящее, Вейлон попытался подняться, но тут раненая нога дала о себе знать, и он начал падать, при этом машинально закрыв глаза. Однако, не почувствовав удара об пол, Парк чуть приоткрыл глаза, и увидел, что его поддерживает тот парень. — Надо быть осторожнее, — подал он голос, помогая Вейлону окончательно подняться. — С-спасибо, — тихо промямлил Парк, тяжело дыша и опираясь одной рукой о стойку охраны. Руки немного потрясывало то ли от усталости, то ли от страха. — Страшно? — Угу. — Прости. Как звать? — приглушенно спросил парень, вытирая слезы и кровь с щек Вейлона. — Да ладно, можешь не говорить. Я и так знаю, кто ты, Вейлон Парк. Отчасти, я тебя, конечно, ненавижу. Ну, за то, что заманил в эту ловушку. — Я и не заманивал вовсе!.. — начал возмущаться Парк. — Я даже не знал, что психи тут бунт устроят… Погоди, так ты и есть Майлз Апшер?! — Да, — подтвердил парень, кивнув. — Независимый журналист, с недавнего времени — носитель Вальридера. — лицо Майлза помрачнело, но тут же вернулось в прежнее состояние, и он улыбнулся, но в его темных карих глазах не было ни единой искры эмоций. Они казались стеклянными. Лишь голос выдавал его с головой, в котором звучало дружелюбие. — До сих пор понять не могу, как ты смог выжить тут? — Тяжеловато было. Особенно бегать с проткнутой арматурой ногой от психа, который принял тебя за непутевую невесту и пытался убить, — с горькой усмешкой ответил программист. — Это не Эдди Глускин случаем? — Да хуй его знает, — Вейлон отвел глаза в сторону главного выхода. — Съебать отсюда хочешь, да? — заметил Апшер. — К семье, — тихо отозвался программист, снова переводя взгляд на Майлза. Хмыкнув, журналист подошел к выходу. — Ничего не чувствую, — сказал он, только лучи солнца коснулись его лица. — Нет тепла. Так вот она какая, жизнь после смерти. — Но ведь ты жив! — Благодаря Вальридеру, — протянул Апшер, выходя из здания, поманив за собой Вейлона рукой. — Валить тебе надо отсюда. — А… А к-как же ты? — заикаясь проговорил Парк, выходя следом за журналистом и стараясь меньше наступать на раненую ногу. — Моё место, по сути, здесь. Да что я распинаюсь, вали давай! Хватит расспросов! Живо! — неожиданно закричал Майлз. Вокруг него начал виться черный дым. — Ну же! — Б-боже… — выдавил программист и спешно заковылял к воротам лечебницы. — Возьми мою машину, — крикнул журналист и кинул ключи от машины Вейлону. Тот быстро поднял их и, хромая, спешно добежал до джипа и залез в него, пытаясь поскорее запустить его. Включив камеру и направив её на Апшера, Парк заметил, что тот снова окутан с ног до головы черным дымом и видны лишь ярко поблескивающие глаза. Вокруг репортера начал стремительно носиться и разрастаться чёрный дым наночастиц, поглощая все большее и большее пространство, охватывая каждый куст, дерево, фонарь во дворе лечебницы, а затем и само здание, создавая что-то наподобие торнадо. В воздухе носилось с бешеной скоростью всё: от маленьких щепок и досок, до машин спецназа. Засмотревшись на это зрелище, Вейлон совсем забыл о том, что нужно бежать, и очнулся только от резкого громогласного крика со стороны Майлза: — Вали отсюда! Живо! — судя по всему, вместе с Апшером еще кричал и сам Вальридер, так как голос будто отдавался эхом, что ещё больше устрашало. Заведя наконец машину, Парк резко вырулил в сторону главных ворот и со всей силы начал давить на газ. Выбив ворота, он помчался по извилистой дороге, не оборачиваясь назад и отчетливо услышал шепот: — Я ещё вернусь, обещаю. — прошелестел в ушах голос Майлза, на этот раз одиночный, полный боли и горечи. — Буду ждать, — ответил Вейлон тихо и, обернувшись в последний раз на хаос, творившийся позади, рванул вперед, желая убраться подальше от этого места. — Маунт Мэссив. Да катись оно все к черту! — усмехнулся Парк и сам не заметил, как начал заливисто смеяться и вжимать педаль газа настолько сильно, на сколько это возможно. Зачем он будет его ждать? Вейлон не знает. Но он чувствует, что так надо.