Всего лишь твоя тень

      — Джанет Риденхауэр, двадцать восемь лет, — на стол перед доктором Джонатаном Крейном — судебным психиатром, легла стандартная папка с делом подозреваемой.       Следователь откинулся на спинку кресла, глядя, как доктор протянул руку и начал листать документы, и продолжил рассказывать:       — Проживает на Вест-стрит в одном из домов, признанных ветхими и подлежащими сносу. Расселение домов уже началось, но до их дома очередь ещё не дошла. Работает швеёй. И до вчерашнего вечера мы даже не знали о существовании этой девушки. Ни разу ни в чём противозаконном замечена не была. Со слов соседей и коллег девушка скромная и тихая, неконфликтная. В общем, всё там, — полицейский махнул рукой. — И все просто в шоке, от того, что случилось.       — А что случилось? — негромко поинтересовался доктор Крейн, не поднимая глаз.       — Она всадила ножницы в горло парня по имени Маркус Браун.       — За что? — доктор оторвался от чтения характеристик на мисс Риденхауэр.       — Ни за что. Не было никакого повода, как уверяют свидетели.       — У любого поступка есть причина. Он мог её обидеть или разозлить.       — Все свидетели в голос утверждают, что не было ничего подобного. Просто девушка в один прекрасный момент встала из-за стола, прихватив ножницы, подошла к Брауну и со всего размаху воткнула их ему в горло. А потом просто стояла и равнодушно смотрела на то, как парень истекает кровью. Когда приехала полиция, девушка сидела за своим столом и преспокойно продолжала работать, словно ни в чём не бывало, совершенно не замечая того, что её руки в крови. Она даже не сопротивлялась при аресте.       — У неё были какие-нибудь проблемы? Может, депрессия?       — Ни разу в плохом настроении замечена не была. После разговора со всеми свидетелями у меня вообще сложилось впечатление, что девчонка была малость отсталой и заторможенной. Ну не может нормальный человек постоянно вести себя как будто его совершенно ничего не интересует. Она и сейчас… в общем, сами увидите.       — Спасибо, — невозмутимо кивнул Крейн, закрыв папку и вернув её следователю.       — Она уже на месте, прошу, — тот встал и проводил доктора к камере допроса.       Девушка сидела на стуле, не шевелясь. Руки её были сложены на коленях, как у примерной девочки, совершенно безмятежный взгляд направлен в пространство перед собой. Она совершенно никак не отреагировала на появление в комнате нового человека.       — Джанет Риденхауэр, я доктор Крейн, — сказал Джонатан, усаживаясь на стул по другую сторону стола от девушки.       Никакой реакции.       — Вы слышите меня?       Ноль эмоций. По-прежнему безмятежный пустой взгляд. Он не был даже уверен в том, что она видит его или вообще ощущает его присутствие здесь. Доктор Крейн встал со стула и подошёл к ней.       — Джанет, — негромко позвал он, дотронувшись до её плеча.       Ничего не изменилось. Психиатр слегка нахмурился, выждал некоторое время, а потом неожиданно щёлкнул пальцами перед её лицом. Хоть бы моргнула. Взяв её за плечи, он несильно встряхнул девушку. Затем поднял её лицо за подбородок вверх — к свету лампы и внимательно вгляделся.       Словно кукла.       Он подошёл к двери и постучал.       — Давно она так? — спросил Крейн у подошедшего охранника.       — Постоянно.       — А как её кормят? Она сама ест?       — Да.       — Ходит?       — Сама. Только её надо… вот так, — полицейский подошёл к девушке. — Пошли.       Он подхватил её под руку и заставил встать на ноги:       — На выход.       Девушка медленно пошла к двери. Крейн внимательно наблюдал. Обычная походка, нарушений не отмечается. Движения лёгкие, какие-то даже грациозные, плавные, экономные. Он снял очки. Что-то ему это напоминало, но что? И тут мужчина отметил ещё одну особенность походки девушки — абсолютную бесшумность.       — Стоп! — резко сказал он.       Охранник резко остановился, девушка сделала ещё шаг, так что он вынужден был, вытянув руку с дубинкой, преградить её путь. Вот тогда Джанет остановилась. Полицейский вопросительно смотрел на доктора. Глаза Джонатана сузились.       — Ударьте её.       — Простите? — выпучил тот глаза.       — Вы плохо слышите?       — Я не буду этого делать.       Доктор решительно шагнул к ним и выхватил из его руки дубинку. Резкий решительный взмах в направлении лица девушки. Полицейский сдавленно вскрикнул, сделав инстинктивное движение, чтобы защитить арестованную. Сама она не шевельнулась. Только на миг в её глазах промелькнуло что-то… Дубинка застыла в нескольких сантиметрах от лица Риденхауэр. Крейн не отрывал внимательного взгляда от её лица.       — Оставьте нас одних, — резко бросил он.       Полицейский поколебался некоторое время, переводя взгляд с него на девушку, а потом неуверенно двинулся к двери. Девушка не шевельнулась. Когда за охранником закрылась дверь, доктор прямо взглянул в глаза девушки.       — Иди сядь, — приказал он.       Томительная секунда ожидания. Другая. Третья. И вот Джанет медленно повернулась и пошла к столу. Крейн наблюдал, как она мягко опустилась на стул.       — Значит, Джанет, вы всё-таки слышите меня. И видите. Но видимо, считаете, что я не заслуживаю ваше… — не меняя интонации речи и ничем не выдавая себя, он метнул в неё дубинку, — …го внимания.       Снова в её глазах промелькнуло что-то, затем девушка рефлекторно вскинула руку и отбила летящий в неё предмет. При этом отсутствующий взгляд так и остался отсутствующим, она даже головы не повернула. Крейн кивнул и снова надел очки. Он сел на стол напротив девушки.       — Слышите, видите, ощущаете. При прямой неожиданной угрозе автоматически срабатывают механизмы защиты. При ожидаемой угрозе, вы предпочитаете на неё не реагировать. Что за игры вы ведёте, мисс Риденхауэр?       Тишина в ответ.       — Что ж, я это обязательно выясню. До встречи в Аркхэме, Джанет.       Доктор невозмутимо собрал бумаги и направился к выходу. Он ждал. Но за спиной всё было тихо — девушка по-прежнему не шевельнулась…       — И? — следователь вопросительно смотрел на доктора.       — Что нашли у неё дома?       — Сейчас, где-то был отчёт… — полицейский зашуршал бумагами. — Ничего особенного.       Доктор быстро пробежал глазами поданный ему документ.       — Я бы сам хотел осмотреть её квартиру.       — А что можете сказать сейчас?       — Ничего определённого. Я забираю её в Аркхэм. Девушка на контакт не идёт совершенно, выставить диагноз о её вменяемости я сейчас не могу. Требуется некоторое время и небольшое исследование.       Следователь помрачнел.       — Я попрошу вас привезти её не позднее сегодняшнего вечера.       — Хорошо, доктор Крейн. Вот пропуск на посещение её жилья.       Уже выходя, в дверях Джонатан задержался на мгновение и обернулся.       — Скажите, вы тоже заметили это?       — Что?       — Её пластика, движения. Мне кажется, она владеет каким-то из видов единоборств.       — Смотрители говорили, что вроде по утрам она делает зарядку. И вроде как перед сном. Но она ни разу не вступала в драку.       Крейн кивнул и вышел…

***

      Девушку привезли после обеда. Она абсолютно спокойно отнеслась к тому, что её перевели в лечебницу. По крайней мере, Джанет Риденхауэр как всегда с безмятежным взглядом, ни слова не говоря, выполняла все указания. Её переодели в больничную робу, отвели в палату, больше похожую на камеру. Девушка села на стул и просидела, не шевелясь, до самого вечера. Пока не пришёл санитар, чтобы отвести её на ужин.       — А ты хорошенькая, — неуверенно улыбнулся он.       Никакой реакции.       — Жаль только что больная… Хотя есть тут психи гораздо хуже тебя. Ты хоть вон молчишь. Тихая. Один Джокер чего стоит. Никогда не думал, что его смогут взять, а вот поди ж ты — он попался. Ну-у-у, теперь его надолго упекут в психушку. Допрыгался, клоун.       Казалось, парнишке вовсе не нужен был собеседник — в кои-то веки он обрёл возможность выговориться перед бессловесным слушателем.       — Я видел его один раз через окошко двери, представляешь? Жуткие шрамы на лице… В смирительной рубашке. Он слишком буйный, не то что ты… Вот уж никогда не думал, что ужас Готэма окажется от меня так близко… Но ты не бойся — его крепко стерегут. Он в отделении для буйных, не то что ты. Это на третьем этаже в левом крыле… Ну вот мы и пришли. Это столовая. Будешь тут кушать. Следующая дверь по коридору — комната общего пребывания. Ты можешь днём после полдника находиться там. Там только тихие пациенты, такие, как ты. А если погода хорошая, то погулять можно. Больничный сад довольно уныл, но хоть свежим воздухом подышишь… Ладно, иди ешь, а потом тебя в палату провожу, чтобы ты не заблудилась.       Девушка, абсолютно не реагируя, выслушала весь поток речи своего спутника и спокойно прошла в столовую, где получила ужин. Сев за стол, она, не торопясь, съела всё, что ей было предложено, словно ей было всё равно. И потом осталась сидеть в ожидании санитара, чтобы он отвёл её обратно. Остальные пациенты потихоньку разошлись, и буфетчица начала убирать со столов.       — Ну, а ты чего расселась? — неодобрительно глянула она на девушку. — Поела? Иди отсюда! Нечего тут сидеть просто так.       Девушка встала и направилась к выходу, ни слова не говоря. Буфетчица проводила её задумчивым взглядом, потом пожала плечами в ответ на свои мысли и продолжила уборку.       Джанет вышла в коридор — никого. Девушка развернулась и медленно направилась вдоль коридора в сторону общей комнаты. Она прошла мимо, даже не повернув головы, чтобы бросить взгляд в открытую дверь. Риденхауэр уже дошла почти до конца коридора, когда её, наконец, обнаружили.       — Гуляете, мисс Риденхауэр? — Крейн неожиданно столкнулся с новой пациенткой возле лестницы. — Почему вы не в палате?       Девушка остановилась рядом с ним, по-прежнему глядя перед собой. Доктор рассеянно оглянулся в поисках санитара.       — Ну что ж, раз уж вы здесь, пройдёмте в мой кабинет.       Крейн неторопливо направился вперёд. Он не слышал её шагов за спиной — девушка шла абсолютно бесшумно, и поэтому он пару раз обернулся, чтобы убедиться, что она никуда не делась.       — Мисс Риденхауэр, куда же вы? Я же сказал вам подождать меня, — по коридору бегом за девушкой устремился тот самый санитар, который привёл её в столовую. — Я отведу вас… ой…       Это парень, схватив девушку за руку, чтобы остановить, увидел повернувшегося к ним доктора Крейна.       — Доктор, — мгновенно побледнел санитар.       Крейн смерил его таким взглядом, под которым парень буквально съёжился от страха и моментально умолк.       — У мисс Риденхауэр сейчас беседа со мной. Я сам отведу её потом в палату, — сухо проинформировал доктор.       — Д-д-д-да, конечно, — пальцы парня разжались, и он беспомощно стоял и смотрел, как доктор и пациентка удаляются по коридору. — Уф… Пронесло…       — Проходите, присаживайтесь, — равнодушно пригласил Крейн, открывая двери своего кабинета.       Джанет вошла в кабинет, на миг застыла. Она обвела медленным взглядом кабинет, но как только нашла взглядом рабочий стол и стул возле него, потеряла всякий интерес к окружающей обстановке, направившись прямиком к нему. Причём выражение её лица совершенно не менялось.       Джонатан слегка поджал губы, и закрыл двери. Девушка плавно опустилась на стул. Крейн сел напротив и вгляделся в её лицо.       — Джанет Риденхауэр, с сегодняшнего дня вы являетесь пациенткой Аркхэма. Здесь вы будете находиться до тех пор, пока я не смогу дать заключение о вашей вменяемости. С распорядком дня вас уже познакомили?       Девушка молчала, а потому доктор продолжал, не обращая внимания.       — Подъём в шесть утра, сдача анализов, если вам будет назначено, лечебные процедуры до завтрака, тоже если таковые имеются. Завтрак в 8.00. Завтракать, обедать и ужинать вы будете в столовой вместе с другими пациентами. После завтрака процедуры, лечение. Обед в 12.30. После обеда сончас до 15.30. Это время вы проводите в палате. Спите вы или нет, это ваше личное дело. Полдник в 16.00, затем свободное время. Вы проводите его в комнате общего пребывания. Ужин в 18.30 и отбой в 22.00. Это что касается вашего распорядка. Если же у нас с вами возникнут какие-либо проблемы, режим будет ужесточаться. Да, заранее вас предупреждаю о том, что в клинике ведётся круглосуточное видеонаблюдение. На улицу вам пока выходить нельзя. Всё понятно?       Девушка даже не шевельнулась. Доктор Крейн даже не был уверен в том, что она его слышала.       — Есть какие-либо вопросы, пожелания?       Тишина.       — А у меня есть, Джанет. У нас с вами есть месяц. Если за это время вы не выйдете на контакт со мной, вас вернут в тюрьму, где будут судить за убийство и приговорят к смертной казни на электрическом стуле. То, что у вас нет проблем со слухом, зрением и голосовыми связками установлено первичным осмотром. А значит, вы просто не хотите общаться с окружающим миром или со мной в частности. Так что подумайте как следует о том, что вас ждёт.       Он внимательно вглядывался в неё. Лицо расслаблено, безмятежно, никакой реакции на его слова не наблюдалось. Крейн встал:       — А теперь пойдёмте, я провожу вас в вашу палату.       Джанет встала, дошла до двери, подождала, когда откроют, и вышла в коридор, остановившись на месте.       — За мной, пожалуйста, — Джонатан пошёл вперёд…