Точка невозврата

***

Бесит. Как же его бесит этот чёртов ублюдок, которого он видит каждый день. Каждый день соглашается на очередную встречу, которая заканчивается одинаково : сам идёт на работу, попивая на ходу горький кофе; его же друг остаётся в своем доме и спокойно спит. Спокойно? Разве после всего,что между ними происходит, можно спать спокойно? Более чем уверен,что спина болит до ужаса, а руки сводит сладкой,ноющей болью после нескольких часов под толстыми веревками; Чувства жалости Сэм не испытывал к другу, тот, определенно, заслужил подобное обращение за своё поведение. За все дрянные слова,что он говорит ему, за постоянные посылы куда подальше, просто за усмешку на губах. Когда-нибудь он психанёт и придушит чуть сильнее положенного, перекрыв доступ к кислороду на то время, после которого кислород уже не потребуется. Задушит собственными руками, даже не банальной веревкой или подушкой. Сэм только представил себе такую картину, и стало немного не по себе, духота, царившая в его собственной квартире, душила сильнее обычного. Окно открывать слишком лень - работа изматывала настолько,что дома он отказался что-либо делать. Возможно, поэтому он ходил к Тому - тот никогда не отказывал ему в ужине или выслушивании проблем, что накопились на работе. Когда друг успел стать таким удобным? К нему и раньше немец мог без угрызений совести прийти в дом, завалиться на кровать и возмущаться отсутствию еды. Тот, к удивлению, лишь усмехался и, докуривая очередную сигарету, шёл на кухню, чтобы принести ему поесть. Так он мог сидеть у Реддла очень долго, сначала ужиная с ним, попивая алкоголь при наличии, куря терпкие на вкус сигареты. Постепенно он стал задерживаться всё дольше и дольше, даже не ища повод для посещения - и вовсе не в еде дело, не в дорогой выпивке и не в сигаретах. Просто... Шпилберг сам не признавал,что приходил лишь ради самого Реддла. Примерно так всё началось вчера вечером, когда маг бесцеремонно ворвался к другу, даже не поздоровался с ним. – Меня окружают одни идиоты. Откуда такие только берутся? Томмо, за что мне такие сотрудники? – Сэм уже лежал на диване, наблюдая за другом, который привык к таким визитам. Прошло секунд тридцать,перед тем,как собеседник ответил, опустившись на тот же старый диван,что давно пора выкинуть. А, действительно ли, речь идёт о диване? – Заткнись, Сэм, ради всего святого. Хоть один вечер не говори ничего про свою работу, – по голосу чувствовалась злость или лёгкое раздражение, но когда мужчина присел на диван, стало заметно уже по лицу. Он его достал. Интересно, как давно? Достал значит? Сэму такой расклад не нравился, пусть он головой понимал степень своей наглости. Наглости,за которую его никто не стал бы терпеть, а просто выставил из дома; Однако немец не был бы собой,если бы перестал действовать другу за нервы. Слишком нравилась реакция,чтобы это прекращать. – Позволь напомнить,я твой единственный друг, – целитель обещал себе никогда не говорить этих слов, не укорять в таком, но уже поздно, – кроме меня, остальные послали тебя нахрен, стоило тебе разориться. Пульсация в голове в виде острой волны головной боли стрельнула в затылок. Пора заканчивать столько пить,но сейчас это совсем не важно. Важной была лишь реакция на его слова - мужчина смотрел на него и не моргал, переваривая услышанное только что. Нет, он не станет на него орать; он не выкинет его с этого дивана и не выставит за дверь. Впрочем, ничего из этого Том не сделал, лишь фыркнул и закатил глаза. Слишком ожидаемо? Все произошло не так, как должно было быть - вместо банальных слов, которые никак не могли повлиять на Сэма, Том лишь выдохнул и сел прямо на друга так,что дёрнуть ногами не выходило никак. Он охренел? - лишь об этом успел подумать немец, наблюдая за всем этим. Он не собирался следовать каким-то странным и нелогичным мыслям Реддла, который что-то решил менять. Менять значит? Изменится что-то между ними лишь тогда,когда решит сам Сэм, по крайней мере,он сам так думал. Сделал обычный вывод после нескольких ночей в доме, друга, изрядно покалечив его тело. Сколько синяков он на нем тогда оставлял, немец никогда не считал; ровно как и не обращал никакого внимания на подолгу не уходящие следы от своих зубов на шее британца. Реддл терпел тогда, потерпит и сейчас,ничего с ним не случиться. Или...на всё это и расчет? Любовнику надоели его выходки и он решил ему мстить? Отчего-то от этой идеи становилось смешно. – Слезь с меня, долбаёб, – всего лишь одна попытка скинуть с себя оборзевшего друга. Если он не предпримет её сейчас, то и не будет пробовать, оставив всё на намотек, так было со всем,что бы он не начал. В ответ лишь отрицательное качание головой и дальнейшее действие - одной рукой он закрыл ему рот, явно жалея о том,что не делал этого раньше. Сэм бесил своей болтовней всё сильнее и сильнее, не понимая ни просьб, ни чего-то другого. Реддл терпел те разы не просто так, та боль сводила с ума, заставляя чувствовать себя живым. – Я ведь сказал уже, заткнись, будь так добр, – говорил пока что спокойно, но ноты раздражения так и сочились. Давно его никто так не бесил, да почти никто не доводил его до гнева. А этот хренов алкоголик делает это постоянно, каждый хренов день, – иначе я сам тебя заткну уже другим способом. Угрозы? Сэм понимал,что друг не шутит, но не мог воспринимать это слишком серьезно. Это же Том, он не похож на человека, способного кого-то убить. Или...их слишком долгое общение сделало своё дело и тот, прекрасно зная, как и куда надо бить, чтобы причинять больше страданий, решил его грохнуть? Пока он думал над тем, при каких обстоятельствах умрёт и умрёт ли вообще, Том заметил спокойствие с его стороны и достал нож. Нет, убивать любовника он не собирался, но изменить правила игры вполне собирался. Аккуратно взяв рукоятку ножа, чтобы было удобнее держать, провёл линию от горла, разрезая футболку от начала до конца. Пару штрихов и Сэм лежал уже наполовину обнаженным. Что-то в виде спокойного на такие действия Сэма было не то, неправильно он реагировал. Или не ожидал такого, или скоро дёрнется, как последний уёбок, нанеся себя раны от лезвия. Том чуть сильнее надавил на нож, чуть задевая кожу мага в области сердца. Что- что,а вид крови не мог не возбуждать. Пусть это ненормально, похоже на реакцию маньяка или извращенца, тем не менее Реддл провел языком по нанесённой ране, слизав кровь. Нож он лишь отвёл в сторону, лишая друга возможности забрать оружие из рук. После выпрямился обратно, сжав бедра Сэма ногами чуть сильнее и слизал уже уставшиеся капли крови с ножа, выкинув нож к чертовой матери куда-то в сторону. – Совсем охренел? Ты что творишь, идиот? Мы так не договаривались, – впервые за несколько минут целитель решил отреагировать на действия, что совершали с ним. Он понимал,к чему всё идёт и не хотел в этот вечер оказаться не в самом лучшем положении, роль нижнего применять на себе совсем не хотелось. Потому что эта суть не его, а Тома. Сэм прекрасно знал,что тому нравится жёсткий секс, нравится, когда он его насилует, грозясь каждый раз применить бондаж или отыметь его дилдо. Маг слишком привык контролировать процесс, чтобы смириться с такими планами. – Охренел, говоришь? Можешь нести любую херню,что взбредёт в твой пропитый алкоголем мозг, Сэм, но отрицать того,что тебе не нравится, ты не можешь, – Реддл усмехнулся, положив руку за уже выступающий член, из-за эрекции. Ничего уже не сможет доказать. Как тут отвертеться, если тело говорит об обратном. Сэм сказал что-то матерное на другом языке, а затем перевел взгляд на любовника. Тот словно обезумел от осознания собственной значимости в его глазах, в его реакции. Зрачки расширились настолько сильно,что даже серую радужку не было видно - это немного пугало. – Что ты хочешь сделать? – логичный вопрос в такой ситуации, потому что он был трезвый. Успей он выпить пару рюмок,то не задавал бы никаких вопросов, лишь желая как можно быстрее отыметь Тома. Лежать полуголым на старом диване, практически под тяжестью тела Тома, в планы не входило. Надо думать головой, а не тем местом, куда тот положил руку. Ещё немного и ему снесёт крышу, снесёт окончательно и без тормозов. Сэм понимал это и от того так отчаянно тянул неизбежное. Реддл же казалось не собирался так быстро всё заканчивать, поскольку лишь специально продолжал изводить немца, переместился чуть выше, уперевшись коленом ему в пах. Целенаправленно, поставив руки неподалеко от головы мага, смотрел на него, оставив пару сантиметров между ними и наклонился к уху. – Хочу трахать тебя, родной, долго и ты сам об этом попросишь, как последняя сука, – не самые приятные слова для такого, но было плевать; он лишь укусил Шпилберга за шею, оставив небольшой засос после. Не стал зря терять время, нанося неаккуратные, несимметричные укусы и засосы на теле целителя, показывая, что он только его. Нет, не только сейчас. Он всегда был только его. Даже после десятка женщин в жизни, Реддл не мог отрицать очевидное - он всегда видел рядом только этого проклятого немца,что так неожиданно ворвался в его жизнь более тридцати лет назад. Первые стоны послышались, если не сразу, во время укусов, то после них. Сэм решил, плюнуть на правила,которые между ними сам установил, и отпустить ситуацию,по крайней мере, сегодня. Он чувствовал, как его бросает в жар от возбуждения, как кончики пальцев на руках холодеют, а губы пересыхают. Чувствовал, что не сможет вытерпеть даже половину этой медленной и сладкой пытки, при которой почти ничего не происходило - ему нужна разрядка, а не все эти прилюдия. – ...твою же мать, Том, оттрахай меня уже! С ума сводишь, сволочь, я не железный, – сам не понял,как прокричал фразу, несмотря на близкое нахождение любовника. К его счастью, повторять дважды ему не пришлось, видимо,и сам Реддл уже не мог ждать или просто добился желаемого и будет получать необходимый результат. Мужчина не стал ничего отвечать,а лишь добавил одну фразу, слез с того. – На живот ляг, – от этого стало легче лишь по одной причине, он не будет видеть взгляда этого сукиного сына. Маг выдохнул глубоко, надеясь,что не пожалеет об этом позже, и лег обратно на диван, пытаясь придать себе максимально удобное положение. Однако, все старания колдуна сделать как можно удобнее успехом не увенчались, поскольку Реддл вмиг нарушил его планы, скрутив ему руки за спиной. Освободил от лишней одежды себя и просто выкинув куда подальше вещи Сэма. Непривычно, но зато ощущения более острые, чем до этого. Анализировать что-то, планировать или думать о том,что будет через пару часов уже не надо. Ощущал,что скоро сам не выдержит, и провел рукой по члену немца, сильнее сжимая у основания и чуть дольше останавливаясь на яйцах. Так и хотел до боли сжать, но вместо этого только слегка сжал и отпустил в тот момент,когда услышал отрывистый рык Сэма. Переместил рука на ягодицы мага, провел ногтями по коже, оставляя небольшие полосы. А затем последовал точный удар по одной из ягодиц,а затем ещё несколько более сильных, пока отпечаток руки не остался на коже и Сэм не начал орать. Он скоро закончит этот небольшой вступительный момент, давая другу привыкнуть к непривычной боли. Привыкнуть, потому что не планировал его жалеть в этот раз, использовать смазку или что-то такое. Пусть терпит этот идиот, заебал потому что. Несколько мгновений и он вставил один палец в узкое отверстие анального кольца, вводя без промедления. Не прошло и минуты, как добавил второй и третий палец, наплевав на боль, что скорее всего, испытывал Сэм. Ведь когда они первый раз за последние несколько лет переспали, но инициатива исходила от Шпилберга. Самому Реддлу это не хотелось, тот и не спрашивал, просто начал его трахать,не готовя ни к чему. – Ну что, сука, нравится, когда в жопу трахают? – он говорил чуть ниже обычного, наблюдая за реакцией организма мага, – по твоим стонам слышу,что нравится. Что ж, ты гордого из себя корчил? Реддл устал церемониться с ним,да и сдерживаться самому уже не было никаких сил - он убрал пальцы из анального отверстия и слишком резко вошел, не давая любовнику прийти в себя. Толчки были частые, но заканчивал он их медленно, вводя член до основания и наслаждаясь стонами лишний раз. Сказать,что немцу снесло крышу, ничего не сказать, он не помнил, когда вообще испытывал такие эмоции. Несмотря на грубость, ему нравилось так, что он был готов достичь оргазма хоть сейчас. Это сведёт с ума их обоих, но какая разница? Так хорошо, как с этим эгоистом ,ему не было ни после алкоголя,ни после сигарет, ведь секс это лучшее изобретение человечества. Маг чувствовал последовательность ударов по заднице, впрочем, ему это не мешало в данный момент. Ему будет мало одного раза и пусть сегодня,он будет снизу, главное не заканчивать. Оценить отчёт времени от своего прихода он был не в состоянии. Реддл не мог долго сдерживать себя от оргазма, имея Сэма и через некоторое время кончил, не выйдя из него вовремя. Хотя плевать было,поскольку любовник вскоре так же достиг своего пика и выдохнул как-то тяжело. Мужчина оставил любовника в покое, нашел где-то в доме одеяло, подушки и просто бросил на мага. Тот, конечно же, останется на ночь,а значит одеяло понадобится. Фыркнув от занудства Тома, Сэм покачал головой и укрылся одеялом, когда всё же разобрал диван. Этот день стоил того,чтобы сюда приходить, но он подумает об этом позже, когда Реддл отстанет от него и уснет. Ещё несколько минут, целитель был готов просто валяться на диване с давно испорченной обивкой, прикрыл глаза. Хотел уткнуться в плечо любовника, уснуть и не думать обо всех проблемах в жизни. Однако он вырубился слишком быстро, а когда открыл глаза, то не сразу осознал, где находится и почему. В собственной квартире, на диване, но без одеяла и подушки, и совершенно один. Какого дьявола? Что за странные приколы с утра пораньше? Утра? Судя по темноте, царившей в квартире, было часа три ночи. Немец встал с дивана и подошёл к зеркалу в ванной комнате, висевшему над раковиной. Начал осматривать себя на наличие недавних укусов и засосов на шее и теле - ничего. Ни одного следа того,что у него был недавно секс, не было. – Проклятые сны, – еле слышно прошептал севшим голосом, возвращаясь неспешно на кухню за очередной пачкой сигарет. Тех самых сигарет,что он последний раз брал у Тома, когда был у него... пока тот не умер. Горькая усмешка появилась на лице колдуна, от которой становилось только хуже. Зажёг сигарету единственной спичкой из упаковки и выпустил дым, предварительно сделав долгую затяжку. Всего лишь сон, который так был похож на реальность, что должен был быть реальностью, а не воспоминанием. Сэм достал из деревянной тумбочки, находившейся неподалеку от стола, бинты. Снял старую, вчерашнюю повязку с предплечья руки, что так сильно изрезал в состоянии алкогольного галлюциноза. Смочил руку струёй холодной воды, чтобы не занести инфекцию в поврежденную кожу, и начал заматывать новым слоем бинтов. Возможно,пару недель и рука будет в нормальном состоянии, магией всё зажило бы намного быстрее, но делать так на самом себе не хотелось - на других, пожалуйста.