За стеклом - new

13 - Китнисс, - кричит Эффи, стоя на пороге в мою комнату. Значит, мы все-таки проспали, и Пит не успел тихонько улизнуть. - Неужели вы не могли потерпеть хотя бы день? Это неприлично! Неприлично! - Эффи, улыбнись и перестань ругаться. Сегодня же важный-преважный день, - Пит обезоруживающе улыбается. – Мы правда не хотели расстраивать тебя. - Значит так, Пит Мелларк, ты немедленно идешь к себе домой. Там тебя ждут Порция и твоя команда подготовки. Китнисс, у тебя пятнадцать минут на завтрак. А потом ты попадешь в руки Цинны. Мы не спорим, но, проходя, мимо Эффи, я обнимаю ее и шепчу: - Спасибо. Та поправляет съехавший парик и отмахивается: - Все потом, сегодня ваш день. Я захожу на кухню. Флавий, Вения и Октавия уплетают за обе щеки мамин завтрак. Та суетится вокруг них. Цинна с невозмутимым видом пьет кофе. А Прим танцует с Лютиком на руках. По случаю торжества на кота нацепили голубой бантик. Представляю, как он злится, но не может его сорвать. Все-таки у нас с Лютиком гораздо больше общего, чем мне казалось. - А вот и наша девочка, - радуется Вения. Прим отпускает кота на пол, хватает меня за руки, и мы начинаем вместе кружиться по кухне. Веселье заканчивается, когда появляется Эффи. - Где ваш ментор? Боюсь, как бы он опять не напился в стельку. Вопрос не праздный, от Хеймитча всего можно ожидать. - Я пойду и проверю его, - предлагает Прим. Я наскоро глотаю завтрак и вместе со своей командой подготовки отправляюсь в ванную, где они моют, скребут и натирают мое тело бессчетное количество раз. Они без устали что-то красят, пилят, выщипывают и стригут. Но прическу мне делает мама. На этом настоял Цинна. Он хочет, чтобы в этот день я была похожа на саму себя. Она заплетает мои тяжелые волосы и поднимает их наверх. Наконец меня передают в руки Цинны. Тот лишь слегка поправляет макияж и достает мой свадебный наряд. Он прекрасен! Платье сшито из жемчужно-серого шелка и украшено серебряной вышивкой. Тяжелая ткань приятно холодит мое тело. Однако плечи и руки остаются открытыми. Обычно у нас так не принято, но кто поспорит с тем, что это самое красивое и элегантное подвенечное платье! Цинна осторожно крепит к волосам невесомую воздушную фату, вручает мне очаровательный букет из белых роз и отходит в сторону, чтобы полюбоваться. - Ты настоящая красавица, - заключает он. - И все это благодаря тебе. Ты сделал меня такой. Спасибо! Цинна обнимает и целует меня. – Помни, девушка из огня, – шепчет он, – я и теперь готов на тебя поставить. От этих слов я готова расплакаться и испортить весь макияж, но тут очень вовремя появляется Хеймитч. Я в первый раз вижу его таким нарядным. Наш ментор явно принял ванну и побрился. Его волосы аккуратно причесаны, а темно-серый костюм сидит идеально. Но Хеймитч не был бы самим собой, если бы тут же не выудил из-под полы свою любимую фляжку и не сделал бы добрый глоток. Цинна тактично удаляется. - Солнышко, ты прекрасно выглядишь. И несмотря на все обстоятельства я рад, что ты выходишь замуж за Пита. Может, ты и не испытываешь к нему тех чувств, какие должна испытывать невеста в день свадьбы, но он отличный парень, с этим даже ты спорить не будешь. И он так тебя любит. Вдвоем вы справитесь со всем. И спасибо, что доверила мне вести тебя к алтарю, для меня это честь. Знаешь, год назад вы были для меня очередными детьми, которых я посылаю на верную смерть, а теперь вот гуляю на вашей свадьбе. Чего только не бывает в этой жизни! - Хеймитч, я сейчас заплачу, - предупреждаю я. Он целует меня в лоб и осторожно опускает фату, закрывая мое лицо. Я беру его под руку, и мы выходим на лестницу. Внизу собрались все наши друзья и соседи. По старому обычаю они проводят меня до дома Пита, где мы вместе испечем хлеб. А потом уже отправимся в Дом правосудия, чтобы подписать все бумаги. После этого я официально стану миссис Мелларк. А уже вечером будет шумное и веселое застолье. Обычно его устраивают в доме молодых, но в нашем случае не нашлось ни одного дома, чтобы вместить всех гостей, поэтому в деревне победителей разбили несколько больших шатров, где и будет проходить праздник. Мама приподнимает фату и целует меня. Замечаю в ее глазах слезы. Интересно, понимает ли она, что это очередной спектакль? Прим тоже обнимает и целует меня. Интересно, где Лютик. Наверное, его напугало такое количество посторонних людей в доме и он предпочел спрятаться в укромном местечке. На крыльце я должна повернуться и низко поклониться, как бы прощаясь с отчим домом. Я больше сюда не вернусь. Хотя своим настоящим домом я считаю тот, где я выросла, а к этому, доставшемуся мне за победу в играх, я так и не привыкла. До дома Пита совсем недалеко, но процессия движется медленно и очень важно. На пороге нас встречает мать Пита. Она должна обнять меня, принимая в свою семью. Миссис Мелларк едва касается своими холодными руками моего плеча и спешит проводить нас в дом. Только здесь мы встречаемся с женихом. Хеймитч обнимает Пита и передает ему мою руку. Пит поднимает фату, открывая лицо и легонько целует меня. Он весь светится от счастья и я не хочу портить такой момент. Он ведет меня на кухню. Все уже готово. Нам остается только поставить противень с тестом в печь. Пока хлеб печется, отец Пита берет слово. Мистер Мелларк смущается, но вполне сносно рассказывает о том, как надо почитать родителей, беречь и любить друг друга. Уж что-что, а как друг друга беречь, мы знаем лучше всех присутствующих. Старый пекарь говорит о том, как он рад, что его сын женится именно на мне. Он тепло отзывается о моем отце и высказывает сожаление о том, что его нет сейчас с нами. Смотрю на маму, она улыбается. Может быть, сейчас она вспоминает свою свадьбу. Когда хлеб готов, мы сначала кормим друг друга, смеясь и обжигая пальцы, а потом угощаем родителей. Пит целует меня и шепчет: - Теперь ты моя. - Навсегда, - отвечаю я. Операторы снимают всю церемонию, но ведут себя они достаточно тактично, так что практически не попадаются мне на глаза. Все вместе мы идем в Дом правосудия. Мэр лично занимается нашей регистрацией. - Китнисс Эвердин, согласна ли ты взять в мужья Пита Мелларка, быть с ним в горе и в радости, в богатстве и бедности, в болезни и здравии, пока смерть не разлучит вас? Мне кажется, в нашем случае клятва звучит как-то издевательски: через все это мы уже проходили не раз. Я смотрю на Пита и вспоминаю слова Хеймитча: «Знаешь, проживи ты хоть сотню жизней, и тогда не заслужишь такого парня». - Согласна, - уверенно отвечаю я. И понимаю, что только что лишилась своей свободы. - Пит Меллларк, - продолжает мэр Андерси, - согласен ли ты взять в жены Китнисс Эвердин, быть с ней в горе и в радости, в богатстве и бедности, в болезни и здравии, пока смерть не разлучит вас? - Согласен. - Я должен спросить, есть ли в этом зале человек, знающий причину, по которой эти двое не могут быть вместе, пусть скажет сейчас или молчит вечно. Ответом мэру служит тишина, хотя лично я бы легко назвала пару десятков причин, по которым нам не стоит сейчас жениться. - Тогда властью, данной мне Панемом, объявляю вас мужем и женой. Мы ставим свои подписи на указанных местах. Пит целует меня. Я слышу, как щелкают затворы камер. - Я просто хочу сказать, что люблю тебя, - шепчет Пит мне на ухо. Я понимаю, он хочет, чтобы это слышала только я.