Я твой последний Ромео.

Будильник Сонгю заорал громче обычного. Послышался гулкий стук - кажется, кто-то свалился с кровати, и этот «кто-то» был, умирающий от головной боли и тошноты, Ухён. - Так, ребята, встаем! Сегодня у нас плотный график! –открывая двери во все спальни, кричал лидер. Открыв дверь в комнату Сонджона, лидер нахмурился и потер глаза. Нет, ему не мерещится, макне действительно нет в спальне. Недоумевая, Сонгю направился к ванной – и там не было Джонни. - Ребята, а где Сонджон?! –обеспокоенно крикнул Сонгю. Сонёль мгновенно проснулся, и его охватило чувство паники. Мёнсу, заметив, как младший подорвался с кровати, невольно сам встал, и, обеспокоенный не меньше, чем остальные, начал вспоминать, когда видел в последний раз Сонджона. - Он на крыше! –крикнул Хоя, прыгая с постели. Не одевшись и не обувшись, все мемберы ринулись на крышу. Убедившись, что дверь заперта, Хоя обеспокоенно взглянул на лидера, а затем на Дону. - Сонджон-и! Сонджон-и! –в истерике бил дверь Мёнсу, - Открой! Сонджон! Твою мать, открой сейчас же! –глаза Мёнсу стали красными и из них начинали стекать слезы. Сонгю приобнял Мёнсу, слегка отодвигая от двери, в сторону Сонёля. Сонёль понял намек и забрал Мёнсу в свои объятия. - Сонджон-аа, ты там? Пожалуйста, ответь, ты там? –спокойно произнес лидер. Сонёль, естественно, испугался не меньше остальных, поэтому начал истерично кричать, при этом плача: - Джонни! Я знаю, что ты там! Если ты не умер, открой нам дверь! - Ты чего несешь?! –возмущенно заорал Ухён. Мёнсу начал вырываться из крепких объятий Сонёля и, отодвигая остальных назад, принялся выбивать дверь плечом, а затем ногой. В конце концов, после кучи попыток каждого из мемберов, дверь все же выбили. Мёнсу первый рванул к Сонджону, который сидел на скамейке, обняв колени руками и дрожа от холода. Несколькими часами ранее:Сонджон проснулся от уже навязчивого дождя, который так и не переставал лить. Он был уже весь мокрый, и его трясло от жуткого холода. Он сам не понимал, что делает, но ему казалось, что его гордость дороже всего остального. Его состояние ухудшалось с каждым часом, проведенным под ледяным дождем. Он провел здесь уже около 20 часов, к тому же почти неодетый, без еды, без воды. Но его это не интересовало, даже, когда он чувствовал, что у него поднимается температура, он думал лишь о том, что не уйдет отсюда, пока не придет Сонёль. Примерно через час он начал чувствовать, как его тело стало значительно слабее, и он смирился и закрыл глаза. Утром он проснулся сначала от яркого теплого солнца, которое слепило ему глаза. Голова жутко болела, а тело стало совсем ватным. Сонджон сел на скамейке, обняв колени руками, и снова погрузился в сон. Затем он услышал крик Мёнсу, который нагло долбился в дверь. Затем голос Сонгю, но Сонджон не расслышал, что сказал лидер и продолжил сидеть на скамейке, закрыв глаза. Он чувствовал жуткую слабость в теле, головокружение и легкую тошноту. Но больше всего у него болела голова и горло, поэтому он не хотел никому отвечать, дабы снова не вызвать невыносимую боль в горле. Через некоторое время он услышал голос Сонёля, и тут его сердце бешено заколотилось, в горле еще больше пересохло и закружилась голова. Сонджон хотел было ответить Сонёлю, но тут его голос предательски что-то тихо прохрипел, что-то, что Джонни и сам не понял. Он хотел встать со скамейки, но он не мог опустить ноги, они были очень тяжелыми. Затем он услышал много стуков и дверь внезапно распахнулась. От туда выбежал Мёнсу. Сонджон лишь помнил то, как Эл взял его на руки и потащил в темное помещение. Он успел заметить слезы на глазах Мёнсу. Когда Джонни открыл глаза, то увидел Сонгю, менеджера и какого-то незнакомого человека – судя по всему, это был врач. Через пару минут все покинули комнату, оставив Джонни одного. Сонджон попытался сесть, но, как только он слегка приподнял голову, его пронзила ужасная боль в голове, а тело вовсе отказывало двигаться. «А что ты хотел, Сонджон? Ты упрямо и эгоистично сидел на крыше больше 20 часов под холодным ветром и ледяным дождем» -мысленно корил себя Джонни, но тут дверь тихонько открылась и оттуда показалась голова Хои. - Джонни, тебе что-нибудь нужно? –тихо прошептал Хоя, но, не дождавшись ответа, зашел в комнату и закрыл за собой дверь. Он сел на кровать и начал поглаживать Сонджона по руке. - Сонджон-а, ты всех жутко напугал. Ты серьезно простыл, есть подозрение на скорейшую ангину. Зачем ты так сделал? Зачем ночевал на крыше, да еще и в одном полотенце? Почему не вернулся в общежитие, когда начался дождь? Джонни.. зачем.. –Хоя грустно посмотрел в глаза Сонджона и опустил голову. - Простите… -тихо прохрипел Сонджон. Сказать одно слово стоило большого труда для него - его горло одолела сильная боль, Джонни невольно поморщился.- Тсс, тебе нельзя напрягать связки.. не пугай нас так больше никогда. А сейчас постарайся уснуть и не напрягайся! Мы идем сейчас на фотосессию, для вас с Ухёном её согласились провести позже. А, так как с вами останется Дону, съемку с ним проведут тоже позже. - А… Ухён? Что… - Сонджон-ии, ну почему ты такой капризный, говорю тебе-молчи! Ухён вчера напился и теперь умирает с похмелья. Дверь неожиданно открылась и в комнату вошел Сонгю. - Так, Хоя, ты уже собрался? Отлипни ты уже от своего дружка, и так все утро от него не отходил. Джонни, а ты отдыхай. Сонгю кивнул Хое, давая понять, чтобы тот вышел и, слегка прикрыв за собой дверь ушел. Хоя мягко улыбнулся младшему и нехотя вышел из комнаты.