Мы не знали, что полюбим

Медленно ковыляла по улицам Подольска. Темнело. Зажигали яркие фонари, которые горели противным желтым светом. Несмотря на позднее время, было тепло, что радовало. Приближалась долгожданная весна. Снег медленно таял. Дул легкий ветерок, развевая мои волосы, заплетенные в толстую косу. Выпустила теплый пар изо рта и подняла глаза к небу, его заволокли черные тучи. Тихо. И я слышала только шаги. На пару секунд сомкнув веки, перед до мной появился незнакомец. - Эй, куда спешишь? - этот парень был явно в нетрезвом состоянии, он крепко сжимал моё запястье. Пыталась вырваться, но безуспешно. Он смотрел на меня своими безумными глазами, ком подходил к горлу. - Мне больно, пусти, иначе я за ору, - сквозь зубы процедила я, нервно сглотнув. По телу пробежали мурашки. Внутри всё перемешалось. Ноги стали ватными. Страшно? Ещё бы. Неизвестно, что может прийти в голову этому парню. - Кричи! - улыбнувшись, произнес он. Неужели в таком состоянии что-то можно соображать? Забиваю себе голову какими-то вопросами. Снова попытка вырваться и снова безрезультатно. - Пусти! - незнакомец лишь отрицательно кивнул, прижимая меня к себе. - Мне кажется, или девушка дала понять, что не хочет с вами общаться, - не понятно откуда появился блондин. Димка! Как же я рада тебя видеть! Шмыгнув носом, этот парень отпустил меня и автоматически переключился на Щукина-младшего. Незнакомец, подошедший к вратарю, тут же закричал от боли, так как получил сильный удар в живот. Этот парень не растерялся, замахнулся на Диму, но его хорошая реакция вратаря не подвела его. Блондин успел перехватить руку нападавшего и заломил за спину. Тот жалобно скулил, на что Щукин не обратил внимания. - Извиняйся! - угрожающим тоном произнес парень. Что-то, а это не похоже на того Щукина, которого я знала. Хотя, так даже лучше. Я, спокойно выдохнув, внимательно смотрела на эту картину. - И-извините, пожалуйста, - заикаясь произнес брюнет. После этих слов Дима быстро отпустил его, тот не раздумывая исчез в темном переулке. Щукин, зло смотря ему вслед, усмехнулся. Я приблизилась к Димке и чмокнула его в щечку, крепко обняв. Сколько мы с ним не виделись из-за последних событий, которые возникли между нами? Точно не помню, но могу сказать одно, что сильно соскучилась по этой зануде. Он робко положил свои руки мне на талию и тоже расплылся в улыбке. - Спасибо, - снова поцеловала его в гладкую, выбритую щеку, он лишь засмущался и провел рукой по месту поцелуя. Молчали. Было много новостей, которые я бы с удовольствием рассказала Диме, но что-то мешало. - Ксюнь, может хватить? Мир? - протянул мне свой мизинец, как в детстве. Я, кивнув головой, прикусила нижнюю губу. Вратарь расплылся в широкой улыбке, на его лице появились ямочки. - И знаешь... - я не дала ему договорить. - Дим, не надо, давай просто помолчим, - откинула голову назад, смотрела на небо, пытаясь со считать звезды, но через пару минут поняла, что это была глупая затея. - Может ко мне? Чаю попьем? - Димка вопросительно посмотрел на меня, я лишь кивнула. *** Уже сорок минут я сижу в квартире Щукиных. Мы с Димкой мило беседуем, а если быть точнее, болтаем без умолку, громко смеёмся. Честно, соскучилась по Димке. Теперь как дура смотрю, разглядываю его, как в первый раз. Отхлебнув глоток крепкого чая, я услышала, как дверь хлопнула и на пороге появился Егор. Готовилась к шуточкам, подколам. - Егорыч, что случилось? - спросил его ошарашенный Дима, когда увидел своего брата. Тот был растрепанным, куртка расстегнута, он что-то лепетал, но разобрать было нельзя. - Она дура! - всё, что я понимала. Шумно выдохнув, я облокотилась о стену. С большим усилием Димка уложил Егора на кровать. Я понимала, что Егор всё-таки выяснял отношения с Мариной. Наконец он выговорился. - Ну, как он? - через пару минут, покусывая губы, я обратилась к вратарю. Тот с грустной миной вышел из комнаты, аккуратно закрывая дверь, чтобы не разбудить только что уснувшего капитана. А собственно почему это я так волнуюсь? - Пока уснул, но надо дождаться маму, - нервно сглотнув, Димка скрестил руки на груди. - Ладно, Дим, я пойду, - накидывая на шею шерстяной шарф, махнула рукой. - Потом звони, скажешь, что с Щукиным. - Кстати, что у вас с ним? - кашлянув, Дима улыбнулся. Господи, какие вы все любопытные! Я сама себе то на этот вопрос ответить не могу! Все поди придумали нам красивые истории. Кто-то их сочиняет, а кто-то выбирает, в какую он будет верить. - Дим, можно я тебя покусаю? - улыбнувшись уголком рта, я кинула в Щукина свою белую перчатку. - Я сама ничего не знаю. Может он что-то и решил у себя там, - я покрутила пальцем около виска. - Понятно, - он усмехнулся, зная характер своего братца. Попрощавшись с ним, я вышла. *** Тренировка "Медведей" подходила к концу. Я что-то чиркала в своем блокноте. С Кисляком мы так и не поговорили после того вечера. Молчала и думала, что же ему сказать. На тренировку Егор не пришел, как говорит Василий Геннадьевич, что у капитана пневмония. Да, весело. - Парни, Егор Щукин не сможет играть два месяца, - был слышен гул косолапых. - Два месяца без капитана - это не правильно, - продолжил Сергей Петрович. - Поэтому нужно решить, кто на время займет его место. У нас есть две кандидатуры - Костров и Кисляк. Одного из них предлагаю временно назначить капитаном, а именно Кисляка, - парни, переглянувшись, начали подкалывать Андрея, тот был словно маленький мальчик, у которого отобрали конфету. Он возмущенно смотрел на всех. Я еле сдерживала смех. Когда на площадке остались только мы с Кислым, я решила с ним заговорить, но он начал это раньше. - Крольчиха, тебе смешно? - скрестил руки на груди и надул губы. - Очень, - просто не могла поверить, что самого Кисляка назначили капитаном. - Ну прости, - протянула я. - Нет тебе прощения, - номер двадцать четыре гордо задрал нос, я, легонько стукнув его в плечо, усмехнулась вслух. - Да, кстати, что у вас в тот вечер с болезненным было? - изогнув бровь, Кисляк перевел на меня взгляд. Я просто промолчала, отчего Андрей всё понял. - Ты на меня не дуешься? - встав на носки, я чмокнула друга щеку. Он, приобняв за тонкую талию, щелкнул по носу. - Конечно нет, но по заднице клюшкой ты всё-таки получишь, - мы устремились к выходу. Всё хорошо, что хорошо кончается, ну или почти...