Я дверь в реальный мир нарисовала-ла.

Pov 3.

       Где то на окраине города, среди густых, тёмных елей красовалось старое, из древесины, которая ещё чуть-чуть и сгниёт, здание. Большой забор с колючей провалкой окружал её. Никто даже и не планировал бежать от туда, ведь врачи, что работали там, обкалывали больных наркотиками и снотворным. По всюду были камеры и ходила охрана с дубинками, а так же, по всей территории были злые стороживые псы. Психиотрическая больница "Алый дом" находится где-то на окраине России, никто, кроме работников и государтсва, не знает где именно. Сюда привозят особо буйных и сильно психически больных, которым лечение уже не поможет. Они доживают здесь последние дни. Кто-то содит с ума ещё больше, кто-то заканчивает жизнь суицидом.       Переместимся в саму больницу. Все стены, полы и потолки были в белом цвете, но чем ближе мы подходили к восточному крылу больницы, тем больше пыли, грязи и плесени становилось. Лампы начинали плохо работать, то и дело всё время мигая. Ужасающе? Соглашусь. Идя по коридору можно заметить множество дверей. Зайдя в одну из них, можно увидеть электро стул и уже давно засохшую кровь на стенах, потолке и полу. Ещё чуть дальше, уже ближе к концу больницы была синяя дверь с табличкой "опасно". Это что-то типо комнаты для одиночек, для не послушных больных или как её называли пациенты - камера пыток. Зайдя туда можно сразу заметить "стол", на который ложатся больные. Им связывают руки и ноги, чтобы они не дёргались. Он весь в засохшей крови. На полу было очень много грязи перемешанной с кровью и плесенью. Рядом со "столом" стоял ещё столик, на котором расположились шприцы, отвертки и винты. Здесь вкручивали, а после доставали из головы пациентов эти самые винтики. Впрочем, надо идти в самый конец больницы. Зайдя в последнюю дверь, вы увидите снова белые, но уже мягкие стены, пол и потолок. Окон здесь нет. Значит, тот пациент что находится здесь, давно не видел солнечного света. В самом отдаленном углу спала девушка. Волос у неё не было, она была побрита. На голове виднелись шрамы, вокруг глаз были красные и чёрные круги, это от того что она всегда ревет и почти не спит. Она сидела на коленях и вжалась в них туловищем. Единственный звук, что она издавала - это мычание.

Pov Юля.

       Белый свет перестаёт резать мне глаза, я резко распахиваю их и понимаю: «Опять. Опять этот сон из прошлого. Он меня преследует.. Опять мне снятся они..Саша и Лёша. За что? Простите, этот чёртов ритуал, простите.. Что же с вами стало?» — Простите.. простите.. простите.. — Медленно шепчу я. Из глаз текут горячие слёзы, обжигая щёки, я не знаю что делать. Уже четыре года я нахожусь в этой больнице, но я не больна. Все решили, что нарутовцы плод моего воображения. То, что мы сделали ритуал, чтобы отправить их обратно - тоже воображение. Говорят, что это я убила и корову, и лошадь, и ту несчастную маленькую девочку. Но самое ужасное то, что все утверждают, что Саши и Лёши нет и не было, что это мой мозг пытался защитить меня, моё безумство. Я поднимаю глаза в ни куда и вижу дверь. Она не заперта, а значит это выход, это мой шанс уйти от сюда и не страдать.       В глазах сверкнула искра, я решила действовать, всё равно хуже уже никогда не будет. Я чудом встала с пола и опёрлась о мягкую стену. Чуть перебирая ногами я дошла до двери и открыла её. Запах гнили, грязи, поесени тут же ударил мне в нос. Яркий свет с улицы начал резать глаза, ослепляя меня на секунду. Я еле подошла к окну и поняла одно: больница заброшена и тут осталась одна я. Весь двор был в высокой траве, которую раньше регулярно подстригали, охраны не было, собаки не лаяли, крики из палат и комнаты пыток не доносились.       Я добралась до кабинета главного врача, где хранились документы о всех больных, но меня они не интересовали, меня интересовало одно. Я нашла его в ящике стола в прозрачном пакете и надела себе на большой палец. Кольцо Хидана. Это точно не моё воображение, оно не могло оказаться у меня, они... они действительно были здесь!       Я выбралась из больницы и пошла через лес прямо. Как говорят, если куда-то идёшь - куда-нибудь да выйдешь. Сухие ветки деревьев бились мне в лицо, а запах гнилых листьев бил в нос. Через минут десять, тридцать, двадцать... я не знаю через сколько, но я вышла на шоссе. Я шла вдоль дороги до первого знака, который указывал направление в города. До моего города оставалось 460 километров. Пасмурная погода не давала определить мне время суток, но было светло, а значит я могла идти дальше.        «Куда я иду? Зачем? Зачем мне в свой город? Меня никто не ждёт... Точно! Саша и Лёша, они же остались в деревне! Они ждут меня!»       Ощущение, что от моих мыслей, тело перестало болеть и ноги стали легче подниматься. Я шла прямо и жила мыслью о том, что сейчас я приду домой, увижу своих друзей, крепко обниму их и мы будем жить долго и счастливо.       Сколько я шла, я не знаю, но на улице стало темнеть. Мимо проезжающие машины даже не останавливались. Возможно, все боялись моего вида. У очередного дорожного знака я остановилась и увидела, что осталось идти 350 километров. Тяжёло вздохнув от усталости я пошла дальше. Скорее всего я шла без отдыха часов шесть...       Я увидела попутную машину и вытянула руку вперёд в надежде, что хоть сейчас меня подбросят немного вперёд. И о чудо, машина действительно остановилась и от туда вышла красивая девушка среднего роста, белые волосы, смуглая и красивые, голубые глаза. — Вам куда? — её тоненький голосок причтно зекотал мне слух.       Мы тихо ехали в машине, иногда девушка включала музыку, иногда разговаривали. Она оказалась очень приятной, ей всего 26 лет, но выглядела она достаточно молодо. Девушка обещала подбросить меня только за 3 километра до деревни, но это и лучше.       Девушка высадила меня со стороны леса и я продолжила свой путь дальше. Сухие ветки били меня в лицо, хрустели под ногами, запах хвои и гнилых листьев опять били мне в нос. Приближаясь к деревне, я вышла к кладбищу. Возможно, четыре года назад я бы испугалась проходить через него, но сейчас мне не страшно. Там, за кладбищем есть люди которые меня ждут и любят. Пока я шла через все могилы, обходила надгробия, начался мелкий дождь. Земля и так была очень сырой и сколькой, а сейчас стало ещё хуже.       И вот вроде, финиш, я его почти прошла, ещё чуть-чуть и меня ждёт деревня с друзьями. Но из рук моих падает нож-бабочка, который я тайно взяла у девушки, которая подвезла меня. Нож упал на чью то могилу, чей памятник был в грязи. Взяв нож в руки, грязной и сухой ладонью я провела по грязному памятнику, и увидела надпись:

"Сидорова Александра Алексеева 15.06.2002 - 22.06.2016"

      Глаза не естественно расширились, а руки стали дрожать. Нож снова выпал, но я не стала его поднимать. Я подошла ко второму надгробию, который был похожий на первый, я так же провела рукой.

"Петров Алексей Сергеевич 18.07.2000 - 22.06.2016"

      Страх окутал меня, тело начало трясти. Я не могла пошевелиться и не могла отвести взгляд от нагробий. Страх, вопрос, осознание, боль.       Я понимала, что они те самые, мои любимые друзья, к которым я сейчас проделала такой большой путь, которых погубила я... Шмыкнув носом я решительно подняла нож, раскрыла его и прошептала: — Саша, Лёша, я вас люблю. — щёку вновь начала обжигать слеза, но это была не обычная слеза. И нет, она пошла не от горя, а от счастья. Счастье было в том, что я нашла тех любимых что подарили мне жизнь. Весёлую, временами опасную, но жизнь. Я нашла их, хотя мне твердили, что они не существовали, что это плод моего воображения. Я верила, что они были, я знаяла, я люблю их. Почему? Потому что они мои друзья. Рука моя медленно поднимается к горлу, и резкое движение.

Pov 3 лицо

      Окровавленный нож лежит на земле, а рядом безжизненное тело девушки, между двух могил своих друзей. Сладкая, алая кровь бежит из её горла. Она так долго искала доказательства о том, что всё это было по-настоящему и, наконец-то, нашла.