Выбор (рабочее название)

Свет слепил глаза солнечным зайчиком, проникая сквозь зелень листвы. Легкий ветерок ласкал своей свежестью, как и щебетавшие в небе ласточки, предсказывая скорый приход дождя. Но девушка не могла насладиться наполненным яркими красками дня парком, находясь где-то далеко отсюда, глубоко погруженная в себя. Уже прошла неделя с того дня, как она обрела свои воспоминая, по крупице вынимая из палаццо своего разума все новые детали. Но поделиться ими со своим вновь обретенным старым знакомым она не спешила. Как назло, из-за начала учебного года Макото видела юношу крайне редко, что не было странно — он не присутствовал ни на одном занятии. И лишь изредка замечала его в обществе невысокой англичанки, которая, как предполагала девушка, и была той самой фурией-невестой. Но не только это останавливало подойти к нему и завести беседу. Больше всего ее заботило что конкретно она скажет Кунсайту, выпади такой случай. «Возможно ты не помнишь, но мы были знакомы очень давно» не подходило. Девушка сомневалась, стоит ли вообще говорить об этом, как и во всем остальном, что привнесло собой появление Кунсайта. Но как же тогда ей быть? Ведь время их встречи, рано или поздно, наступит. В сущности, в том, чтобы открыть завесу правды, не было ничего сложного. Вероятнее всего, юная леди просто до конца так и не поняла чего боится на самом деле. Мако, забыв о цели ее визита в парк, помахала ладонью перед лицом, отгоняя назойливые мысли. - Ты можешь не шевелиться? - Нефрит смерил критичным взглядом свою модель. - Избавь меня от своих жалоб и заканчивай скорее. - недовольно отозвалась девушка, вновь принимая нужную позу. - За какие такие заслуги меня снова наградили твоим обществом? - Я тоже не в восторге, но хватит уже скулить. Парень пропустил мимо ушей грубые слова девушки, лишь бросил на нее сосредоточенный взгляд поверх мольберта и обмакнул кисть в краску. За все время они встречались только в столовой «Малибран» и игнорировали друг друга, соблюдая уговор, заключенный по дороге в пансион. Но им обоим так и не посчастливилось избежать общества друг друга. Сегодня был второй урок изобразительного искусства. Учитель, как и обещал на предыдущем занятии, отобрал талантливых студентов со старших курсов, среди которых, к удивлению Макото, был и Нефрит. У них было задание: художники должны нарисовать портреты своих моделей, случайным образом выбранных преподавателем. Видимо, неправильно истолковав взгляды юноши и девушки, которые молили Бога оказаться не в паре друг с другом, преподаватель назначил их партнерами. И вот они уже второй час сидят в небольшом парке. Она позирует под раскидистым дубом, сидя на лавочке, спинка которой украшена замысловатым резным узором. А Нефрит то и дело скрывается за мольбертом, сосредоточенно выводя линии, которые Мако не видела. Она краем глаза наблюдала за работой юноши, никогда прежде не видя его таким усердным. Девушка помнила его исключительно как надоедливого хама, впоследствии выросшего в ловеласа. И даже сейчас, возможно открывая Нефрита с новой стороны, она оставалась в своем суждении непреклонной. Макото не испытывала необходимости узнавать его глубже, особенно после всех бед, которые он ей принес. - Кстати, - вдруг вспомнила она. - Ты помнишь открытие отеля моей семьи? - Допустим, - еще один мазок кисти по холсту. - Помнишь мальчика, сына ресторатора де Перес? У него еще необычного серебристого цвета волосы. Нефрит ощутимо напрягся и опустил кисть на палитру, внимательно изучая лицо девушки. - Нет. - твердо отчеканил юноша. - Уверен? - На сегодня мы закончили. - парень сложил кисти и поднялся, чтобы уложить в сумку все принадлежности. - Что, уже? - опешила девушка от столь скоропалительного решения Нефрита. - Я не могу работать, когда ты постоянно отвлекаешься. Продолжим в следующий раз. Он был раздражен и не собирался обсуждать с Макото того, к которому испытывал откровенную неприязнь. Мало того, что Вивьен всеми силами старалась оттянуть встречу своего племянника с Кунсайтом, задевая чувство собственного достоинства первого. Так теперь еще и эта несносная девчонка говорит о человеке, о котором ему слышать хотелось в последнюю очередь. Словно во всем мире стал существовать только Кунсайт, осложнявший жизнь юноше. Порой Нефриту казалось, что встреча тет-а-тет решила бы все раз и навсегда, избавив его от постоянного напряжения. Но тем не менее, директриса знала, что делала, и умело тянула время. А он держал слово, данное ей. Но, черт возьми, как же ему не нравилось положение вещей! - Как хочешь. - пожала плечами Макото и потянулась, разминаясь. - Только не обещаю, что захочу я. - Твое дело. Не глядя на девушку, Нефрит повесил на плечо сумку и аккуратно взяв мольберт, ушел. - Да что это с ним сегодня? Она проводила его взглядом, в недоумении. В голову закралась мысль, что возможно она и правда перегибает палку по отношению к юноше и стоит быть более сдержанной. Но как только путь Нефрита прервали две юные особы, с которыми он не упуская возможности принялся флиртовать, улыбаясь и что-то рассказывая, эти мысли улетучились. - Нет, - категорично заявила себе девушка. - Горбатого могила исправит.

***

Решив передохнуть, Макото направилась в библиотеку. Несмотря на свое скептическое отношение к учебе в пансионе, девушка так же понимала, что книги отличный способ саморазвития. И если ничему новому ее не могли научить на уроках преподаватели, то библиотека «Малибран» была богата знаниями. Многочисленные полки были уставлены книгами, ассортимент которых пополнялся постоянно. Ей не хватило бы всей жизни, чтобы перечесть все. Она ходила мимо высоких стеллажей, покрытых легким налетом пыли, в поисках того, что зацепило бы ее глаз. Макото могла бы взять любую книгу, но сейчас ей хотелось чего-то необычного. В череде коричневых корешков, она увидела тонкий светлый переплет и пальцы сами потянулись к нему. Девушка с любопытством осмотрела в целом ничем не примечательную обложку. Это был свежий рассказ американского писателя Джека Лондона, о котором она не слышала. И это стало ключевым в ее решении выбрать именно эту книгу — открывать что-то новое всегда приятно. - «Любовь к жизни»? Хороший выбор. Макото вздрогнула и обернулась на голос. Перед ней стояла та самая англичанка, которую она видела рядом с де Перес, но не имела возможности познакомиться. Девушка была среднего роста, немногим ниже Мако. Ее пшеничного цвета волосы собраны в высокую прическу, а слегка загорелую кожу покрывало легкое нежно-голубое платье, подчеркивая синеву больших глаз. - Простите, что напугала Вас, - поспешила извиниться та. - Просто я недавно закончила читать этот рассказ, а когда увидела, что Вы берете его, не смогла удержаться. - Ничего страшного, - отмахнулась Мако в ответ. - Значит, советуете? - Да-да, - зачастила девушка, расплываясь в улыбке. - Вы не подумайте, что это я из корыстных целей — рассказ действительно достоен внимания, но мне хочется обсудить с кем-нибудь замысел автора. - Хмм, и в чем же он? - заинтересовалась девушка. - О нет, Вы сами должны прочесть, а потом поделиться впечатлениями. Если я расскажу, то будет не так интересно! - Хорошо, я Вас поняла. - Вот и замечательно! - девушка буквально светилась от радости. - Меня зовут Мина Айно. - Макото де Кино. - подхватив настроение, девушка искренне улыбнулась. - Раз Вы в таком восторге от книги, прочту в скором времени. - Может, продолжим наше знакомство за чашечкой чая? - воодушевленно предложила Мина. - Вы никуда не спешите? - Пожалуй, сейчас у меня есть немного свободного времени. - согласилась Макото. - Тогда давайте переместимся на веранду. Сегодня очень хорошая погода, не находите? - Да, впервые за эти дни жара спала. Юные леди покинули полупустую библиотеку и устроились за одним из многочисленных столиков на заднем дворе пансиона. Мако находила девушку приятной и не могла взять в толк, почему Кунсайт отзывался о ней столь резко. «Может она и сумбурна немного, но безусловно не похожа на фурию». - Моя семья переехала в Испанию лет 6 назад. Отец всерьез загорелся виноделием, поэтому нам пришлось покинуть Англию. - с оттенком грусти рассказывала Мина. - Первое время было тяжело, не зная языка. Родителям, может, и нет, ведь их партнеры в какой-то мере владели английским. Но соседские ребята отказывались играть со мной, потому что я ничего не понимала в правилах, которые они объясняли на неизвестном мне языке. - Как это мне знакомо. - Мако разливала горячий чай по чашкам. - Я пять лет прожила во Франции и первый год почти ничего не дал, потому что языком я владела, стыдно признаться, фантастически ужасно! - Ого, Франция! - восторженно воскликнула девушка, с благодарностью принимая свою чашку. - Париж - страна моды, романтики и любви! Тебе так повезло! - Забавно, - осторожно сделала глоток жасминового чая. - Каждый человек оценивает степень «везения», основываясь на своих личных предпочтениях. Я бы предпочла остаться дома. Франция, конечно, волшебная страна, но ее магия длится ровно месяц. А потом это волшебство превращается в рутину, где за днем тянется другой такой же день, а за ними неделя и месяцы. - Как пессимистично. Если искать волшебство, то его всегда возможно найти, даже там, где и не думал. - Значит, я не желала волшебства в Париже. Так же, как и ты в Испании. - Тут я не соглашусь. - загадочно подмигнула блондинка собеседнице. - Я смогла найти свою магию в этой стране. Мако опустила взгляд на чашку с недопитым горячим напитком, догадываясь о чем говорит девушка. Вернее, о ком. К ее великому удивлению, эта догадка отозвалась легким уколом ревности в груди, добавляя больше хаоса к букету чувств, одолевающих девушку с момента прибытия в пансион. - Не тот ли это молодой человек, в обществе которого я замечала тебя? - придала своему голосу как можно больше энтузиазма. - Кунсайт? - удивилась Мина и разразилась громким смехом. - Ну уж нет! Мы с ним просто друзья. Я говорила не о любви, а о творчестве! - Творчестве? Мако растерялась от заявления девушки, ведь она была уверена, что этих двоих связывает большее, чем дружба. Она считала, что оснований для таких выводов более, чем достаточно. Но не считая того случая, когда Кунсайт попал в ее комнату, вместо комнаты Мины, очевидных подтверждений ее предположений не было. «Но почему он не отрицал, когда я назвала Мину его невестой?» - Я пою. Занимаюсь оперным вокалом. - Тогда почему же ты не поступила в консерваторию? - Как говорит мой отец: «Наследнице семьи Айно не пристало быть певичкой». - грубым голосом передразнила мужчину дочь, почесывая невидимую бороду. - Все родители одинаковые, - не сдержала смешка Мако. - Ты такая забавная. - Я мечтаю быть певицей, а не шутом! - наигранно обиделась девушка, но тут же рассмеялась, заставляя собеседницу засмеяться в ответ. За разговорами юные леди не заметили, как чайник опустел, а небо уже полностью затянуло тучами. Оно грозило в любой момент оросить выгоревшую под палящим солнцем траву живительной влагой. - Наверное, пора уходить, - Мако придержала накрытую на стол скатерть, метавшуюся от порывов ветра. - Тогда можем продолжить в общем зале. - Прости, но я обещала кое-кому о встрече. - Тогда не заставляй этого «кое-кого» ждать, - девушка хитро прищурила глаза в улыбке. - Думаю, ты не правильно меня поняла, - укоризненно произнесла Мако, поднимаясь из-за стола. - Ты не должна мне ничего объяснять, - последовала примеру Мина. - Пошли со мной, я вас познакомлю. - Нет-нет, я не хочу мешать. - Как пожелаешь, - покачала головой девушка, не скрывая насмешливой улыбки.

***

После того, как девушки попрощались, Макото, прихватит свою книгу, поспешила в конюшню, где ее ждал Луз. Она обязалась ухаживать за конем, несмотря на его неспокойный нрав. Вивьен, беспокоясь о благополучии девушки, позволила ей эту блажь с условием, что она будет находиться под присмотром Ивана — конюха «Малибран». Мако была так счастлива, что согласилась на все условия. Она каждый день, утром и вечером, приходила кормить так запавшее ей в душу животное. - Я думал, что Вы уже не придете. - поприветствовал ее среднего возраста мужчина. - От меня Вам так легко не избавиться, - закатала рукава блузки до локтя. - Да Вы в хорошем настроении. - выпрямился конюх, закручивая длинный ус пальцами. - Отрадно видеть. - Так говорите, как-будто я постоянно пребываю в плохом расположении духа. - С первого дня Вы приходите сюда чем-то обеспокоенная. Но теперь вижу, что все разрешилось. - Вам показалось, - искренне улыбнулась девушка. - Вы уже поили его? - А как же! Думал, надорвусь, пока эта скотина напьется. Мако понимала, что мужчина говорит не со зла. В той заботе, которой он окружал своих подопечных, чувствовалась неподдельная любовь. Даже несмотря на то, что ругал их. В свою очередь, девушка насыпала овса в ведро и подошла к деннику Луза, который всем своим видом показывал, что его не интересует пища из ее рук. Макото хотела было погладить холку жеребца, но тот мотнул головой и фыркнул, обдавая горячим дыханием ее лицо. - Здравствуй, - вошла в обиталище животного. - Вот несносный конь, - криво усмехнулся Иван, демонстрируя свои зубы. - Он ждал Вас. А стоило Вам появиться, как напустил на себя безразличный вид. - Не важно, что он хочет показать. - улыбка не сходила с лица девушки. - Он сдастся со временем. - Что ж, надеюсь, так и будет. А ты, - обратился конюх к коню. - Только попробуй обидеть нашу леди, пока я кормлю остальных. Луз хлопнул ушами и что-то прогоготал, вызывая смех у мужчины, удалившемуся в тамбур за еще одним ведром. Мако равномерно высыпала овес по всей длине кормушки и прижалась спиной к стенке денника. - Ужин подан, месье Луз, - ласково обратилась она к коню. Жеребец не сразу приступил к трапезе. Медленно склонив морду к кормушке, закрыл глаза и принялся нюхать овес. Он словно говорил Мако: «Я не голоден и не нуждался в кормежке. Но не пропадать же добру?» Луз зачерпнул горсть овса и принялся неспешно его пережевывать. - Да вы только посмотрите на него! - вернулся конюх, цокая на поведение коня. - Ишь, важный какой! Сам голодный как собака, а все туда же. - Полно Вам смеяться над ним. - Ничего, ему полезно. А-то возомнил о себе не Бог весть что! - Давайте я лучше помогу Вам. Мако покинула личное пространство жеребца, подхватив опустевшее ведро. Она принялась рассыпать по кормушкам овес, экономя время и силы Ивана. - Юным сеньоритам не пристало заниматься подобной работой. - заметил конюх. - А чем же они должны заниматься по Вашему? - Вести светские беседы, например, попивая чай со сладостями. - мужчина забрал из рук девушки мешок с овсом. - А не таскать мешки с кормом. - Я делаю то, что мне нравится. - Макото вытерла пот со лба ребром ладони, оставив грязную полосу на влажной коже. - А мне нравится заботиться о лошадях. - Смею заметить, сеньорита, в этом Вы преуспели. Этого не отнять. - Отрадно слышать. Закончив с кормежкой последней лошади, девушка устало опустила пустое ведро и привалилась к стене. Прохладный ветер со двора принес с собой запах влажной земли. За работой Мако упустила момент, когда небо разразилось дождем. Она приоткрыла дверь и выглянула наружу. Капли дождя с завидной частотой сыпались наземь, проникая в почву и выстукивая о крышу конюшни понятную только природе мелодию. Казалось, земля вздыхала с облегчением. Девушка невольно улыбнулась, глубоко вдыхая свежий воздух. Она любила дождь и то обновление, которое приходило вместе с ним. Макото всегда считала, что следующая за дождем радуга была символом рождения чего-то нового. - Не повезло Вам. - конюх протянул своей помощнице теплый плед. - Переждите здесь, пока небо не успокоится. - Спасибо, но я пойду. - Да мне сеньора оторвет голову, если с Вами что случится. - удивился мужчина глупому заявлению девушки. - Тут идти всего ничего до пансиона. - по-детски растянула губы в улыбке. - Не переживайте. По возвращению из Парижа, Мако не застала ни одного дождливого дня. Если бы он поприветствовал ее в стенах дома, то возможно она и приняла бы предложение Ивана. Но у девушки был уговор с самой собой, совсем неразумный и никак не соответствовал ее возрасту. Ей хотелось пройтись под проливным дождем, чтобы по-настоящему почувствовать свое присутствие в Испании и смыть с себя пять лет одиночества. Обновиться. - Сеньорита, простите мою грубость, но Вы точно сумасшедшая. - прыснул мужчина, чем только развеселил девушку еще больше. - Возможно, в Ваших словах есть истина, - Мако нашла книгу из библиотеки и протянула конюху. - Я вернусь за ней завтра. - Может, Вы передумаете? Дождь скоро закончится. - Иван предпринял новую попытку остановить юную леди, пряча книгу за пазуху. - Право слово, я же на кабана иду с голыми руками, - в голос рассмеялась девушка, переступая порог конюшни. - Не растаю. До свидания! Макото выбежала во двор и небо обожгло холодом дождя. Ткань одежды жадно впитывала каждую попавшую на нее каплю, прилипая к горячей коже. Следуя примеру, выбившиеся из пышной прически пряди волос облепили длинную шею и лоб. Девушку переполнял восторг и ей хотелось смеяться в голос. Она почувствовала себя маленькой девочкой, такой же счастливой и беззаботной, как в детстве.

***

Закрыв дверцу шкафа, Кунсайт прошелся по комнате. Он не знал, чем себя занять. Эта неделя тянулась бесконечно. И за эти дни он так и не приблизился к своей цели ни на йоту. Казалось, вероятность встречи с Нефритом была колоссально большой. Но кто-то или что-то мешало ей случиться. И ведь подумать только, прошла уже целая неделя! А юноша топтался на месте, не обременяя себя посещением занятий. Он бродил по территории пансиона, ища встречи с негодяем. Но в итоге безрезультатно. Возможно, причиной его неудач являлась одна юная особа, которую ему было сложно выбросить из головы? Та встреча в конюшне никак не хотела покидать его мысли. Взгляд, которым Мако наградила его, вызывал волнения в груди при одном воспоминании. По истечению стольких лет, он не допускал возможности ее влияния на него, оставив наивную детскую влюбленность в прошлом. Что уж там говорить, последние три года он и вовсе не вспоминал о ней. Но стоило ему окунуться в омут ее зеленых глаз, Кунсайт понял, что ошибался. Поэтому он решил избегать встреч с ней. Распахнутые створки окна задребезжали от сильного порыва ветра. Занавески то и дело взлетали, путаясь между собой. Единственная зажженная свеча, которая освещала пространство у стола, потухла. Кунсайт отбросил свои мысли и поспешил к окну. Задвинув шпингалет в разъем, он ненадолго задержался, наблюдая за тем, как капли дождя рассекали дорожками по стеклу. Но что-то отвлекло его взгляд, мелькнув тенью меж деревьев. Присмотревшись, он не поверил своим глазам — на улице, под проливным дождем, буквально кружила в танце Макото. Ее прическа совсем распалась и длинные волосы облепили плечи и спину. Одежды девушки были насквозь мокрые, а на лице сияла улыбка. На какое-то мгновение Кунсайт залюбовался ее плавными движениями. Но он быстро пришел в себя, чувствуя исходящий от окна холод. - Она в своем уме?! Он в несколько шагов преодолел расстояние до ванной комнаты. Резко сорвав полотенца с крючков, Кунсайт поспешил покинуть свою комнату. Сейчас он противоречил принятому решению, но ничего не мог с собой поделать. Он отдавал себе отчет, что возможно стоило оставить ее мокнуть под дождем. Раз уж она не беспокоится о своем здоровье, то почему он должен? Но тем не менее, юноша преодолел последнюю лестницу, быстрым шагом прошел по опустевшему залу и рванул ручку входной двери пансиона. Как раз вовремя. Макото уже подбежала к крыльцу. Кунсайт окинул беглым взглядом внешний вид растерянной девушки, которая не ожидала увидеть его на пороге. Она дрожала всем телом, но держала осанку как подобает леди. Выглядело это крайне абсурдно, особенно в антураже из обвисшей одежды, с которой ручьями текла вода. - И все же, твоя безрассудность никуда не делась, - вслух озвучил свои мысли Кунсайт, накинув на голову Мако одно из полотенец. - Так ты... помнишь? - вымолвила она после непродолжительного молчания, не сводя глаз с лица друга. - Удивлен, что помнишь ты. - чуть склонил голову набок, скрывая смятение. - В любом случае, сейчас не время и не место придаваться воспоминаниям. Пошли. Ты вся дрожишь. Юноша накинул на плечи Макото второе полотенце и отступил назад в коридор, впуская девушку. Она молча проследовала за ним, теряясь в хаотичном клубке мыслей. Ее страх перед встречей уступил новому. Она не думала о том, что будет после. - Я провожу тебя до твоей комнаты. - Кунсайт пошел вперед, отчасти злясь на себя и испытывая облегчение, что врать ему больше не придется. Каждый из них был настолько поглощен собственными мыслями, что не заметили фигуру, появившуюся в другом конце коридора. Нефрит стал свидетелем сцены воссоединения старых друзей. Что при этом чувствовал он сам, оставалось загадкой даже для него. Его пальцы лишь сжали плед, который предназначался танцующей под дождем нимфе.