Monkey Zero

Once I’m transformed, once I’m reborn You know I will rise like a phoenix Conchita Wurst - Rise Like A Phoenix

Дэйв встретился взглядом с Майком - глаза русского сияли неподдельным восхищением. -…But you’re my flame! - допел он, и, когда закончилась фонограмма, участники Далтонского хора разразились аплодисментами. Майкл тоже хлопал, но Дэйв знал, что тот ему слегка завидует. Русский хотел сам исполнить эту песню на прослушивании в «Соловьи», но уступил Дэйву, после того, как Карофски в полушутку спросил: «Опять ваше величество желает, чтобы все было по-твоему?». Песня Rise Like A Phoenix была идеальна для прослушивания, а ее текст надолго запал в душу Дэйву. И даже то, что в оригинале ее исполняла какая-то стремная девица-транс с бородой, вроде той, что он встретил, когда впервые побывал в гей-клубе, не поколебало его уверенности. -А что тогда будешь исполнять ты? - спросил Дэйв тогда. -О, обо мне не беспокойся. У меня есть один козырь в рукаве на такой случай… - с хитрой улыбкой ответил Майкл. Они оба уже не помнили, кому первому пришло в голову попробовать вступить в Соловьи. Карофски смутно помнил, что в тот день он рассказывал Майку о своей учебе в МакКинли, особенно пространно описав неделю, которую его тогдашняя футбольная команда провела в хоре. И то, как ему неожиданно понравилось выступать и петь, но он не мог подать виду, так как слишком боялся, что потеряет уважение своих приятелей. Он ожидал, что русский будет смеяться, но тот внимательно выслушал его, а после сказал, что в его школе в России хорового кружка не было, что до сих пор сильно его огорчает. И вот, они оба в хоровой комнате Далтона, перед парой десятков новых одноклассников. Дэйв нервно ждал вердикта. Себастьян, лидер хора, подождал, пока аплодисменты утихнут. -Дэвид… Это было потрясающе, у меня просто нет слов! Какие эмоции, какой голос, какая песня! Браво! Добро пожаловать в Соловьи! - восторженно сказал он. Дэйв покраснел - он не ожидал такой похвалы от человека, который полгода назад вкатал его самооценку ниже плинтуса. -Спасибо, - только и смог выдохнуть он. Майкл подошел к нему с распростертыми объятиями. -Поздравляю, - сказал он, хлопая Дэйва по спине. Тот, покраснев еще больше, обнял его в ответ. Это было так непривычно… И так здорово. -Удачи тебе, - шепнул он русскому, когда тот наконец его отпустил. Майкл подмигнул ему и вышел в центр зала. Откашлявшись, он обвел взглядом Соловьев. -Приветствую вас, камрады! Меня зовут Майкл, и я исполню песню группы «Тату» под названием «Обезьянка Ноль». Возможно, вы слышали об этой группе, она считается самой известной группой из России, - начал он. Некоторые из хористов закивали. Карофски же слышал об этой группе впервые. - Она вообще-то на русском языке, но я самостоятельно перевел ее на английский[*]. Соловьи зашептали между собой - видимо, такое на их памяти происходило впервые. Майк подал знак, и заиграла фонограмма. -Noone can blame us for anything Every puddle has a moon within But there are no more coordinates Those I could use to find you again, - начал русский. Все вокруг умолкли, вслушиваясь в слова. -I am no more there and you're not here Just like evening clouds drifting away You're the monkey and you still exist I'm the monkey and I'm still awake! - пел Майкл, а Дэйв не верил своим ушам. «Неужели это все он сочинил сам?..» -My cheerful pain you are And you're my funny pain Monkey Zero you are Monkey Zero I am! - Дэйв никак не мог понять, что такое «обезьянка ноль». Но сейчас это было неважно - все в зале были в шоке от силы голоса русского. Припев был на очень высокой ноте, которую Майкл взял идеально. А в его голосе было столько эмоций, что казалось, он сейчас расплачется прямо здесь, на сцене. Но когда припев кончился, Карофски заметил на его лице самодовольную ухмылку. -Honest psychos don't need to be healed Neither you nor me will now be free We can't bear this anguish anymore Both the monkeys in the jail will be, - Майк взглянул на Дэйва, и тот мельком подумал, что наверное, в его глазах сейчас не меньше восхищения, чем было в глазах русского, когда пел сам Дэйв. Он незаметно показал ему два больших пальца вверх, сам же не мог перестать думать о смысле песни. «Честных психов можно не лечить… Надо будет сказать это матери, ей точно понравится». -Both the monkeys will be in the jail Love’s for everyone except for them You're the monkey I see in my dreams I'm the monkey you will see in yours, - и тут до Дэйва дошло, кого Майкл имел в виду под обезьянками. «Ты мне уже снился, и не раз, хех. Надо будет потом спросить, снился ли я тебе…» -My cheerful pain you are And I’m your funny pain Monkey Zero you are Monkey Zero I am! Когда русский допевал припев в третий раз, Соловьи начали вставать со своих диванов. А их аплодисменты, скорее всего, было слышно даже на другом конце корпуса. Майк покраснел как рак, раз за разом повторяя слово «Спасибо». Дэйв подбежал к нему и, взяв на руки, сказал: -Ты был просто великолепен, - и поцеловал его в щеку. Русский засмеялся, держась за шею Дэйва, когда тот повернулся лицом к Себастьяну. Тот стоял, с изумлением глядя на пару перед ним, а остальные хористы начали скандировать «Майкл, Майкл!». Наконец Себастьян набрал в грудь воздуха и объявил: -Джентльмены, похоже, мы нашли нашего нового солиста!