Наполни меня пустотой

Из моей головы, где сферой становится плоскость, Где-то горит фейерверк, то горит свечка из воска, Где музыка Баха смешалась с полотнами Босха, И не дружат между собой полушария мозга. Где крутится строчка одна днём и ночью: "Вали из моей головы очень срочно." Сплин.

Здесь его почти никто не знал, а новости из Лондона до сюда почти не доходили. Он благодарил Мерлина за это всей своей грешной душой. Он то и дело представлял, как его друзья слизеринцы кое-как разруливают ситуацию в Хогвартсе. Какое всё же счастье, что его там нет. Это был бы не просто шепоток за спиной, а откровенные громкие разговоры, взгляды... Постоянно. Это было бы просто не выносимо. Знала только Грейнджер и, может быть, когтевранка с пуффендуйцем. Но они ему не помеха. Главное, чтобы гриффиндорка перестала метать в него полные дурацкой жалости и сочувствия взгляды. Третья чашка кофе за это утро с тихим звоном приземлилась на блюдце перед ним. Гермиона не смотрела на слизеринца перед собой. Они не разговаривали и вообще никак не контактировали уже третий день, чему она была даже рада. Она видела, что он раздирает и мучает сам себя, но не смела что-то сделать. Гермиона Грейнджер не знала, что делать. И даже библиотека вряд ли помогла бы ей. Тарелка его уже третье утро не желала наполнятся хоть чем-то. Четвертая чашка с тёмно-коричневой гущей на дне опустилась на стол. Девушка вздохнула, нехотя ковыряя вилкой свой омлет. Она жалела Драко Малфоя. Хотя сама идея об этом замораживала все адекватные мысли. И ведь всё равно незнающий человек не заподозрил бы в нём никакой перемены. Он также укладывал волосы и не изменял своим тёмным дорогим костюмам. Ей казалось, они стали иссиня-чёрными. А во взгляде всё меньше человека и всё больше пустоты. Бледная рука с выступавшими голубыми венами всё ещё держала ручку чашки, не желая расставаться с ней. Серые заасфальтированные глаза замерли, глядя куда-то в стол. Какой-то маленький зверёк в ней тихо выл и что-то шептал, но она не могла разобрать - что. - Гермиона, - девушка быстро повернула голову, ужаснувшись, что кто-то прочитал её мысли. Это была всего лишь Адела, которая держала в руках свиток пергамента. Всё-таки она была очень красива. Большие миндалевидные глаза, светлые волосы, маленький нос и пухлые розовые губы. Плюс к тому, девушка была очень умна, раз училась на Когтевране. Сказка, а не девушка. - Гермиона, я немного запуталась, проверишь мой доклад по зельям? Ну конечно, всего лишь доклад. Грейнджер облегченно выдохнула, кивая и беря в руки исписанный мелким аккуратным почерком лист пергамента. "...семь хвостов бурой волнистой ящерицы растолочь в каменной ступке в порошок..." Драко Малфой убрал руки со стола, продолжая смотреть в одну точку. "...Сжечь несколько побегов дрезщи обыкновенной и пепел добавить в котёл..." Он, наверное, сжигал себя изнутри каждую ночь. Она прислушивалась каждую ночь к звукам, исходящим из его комнаты. Было необычайно тихо. "...чтобы зелье не превратилось в ядовитую смесь, нужно постоянно помешивать его по часовой стрелке..." Буквы сплетались в одну сплошную ленту, и смысл слов почти не долетал до сознания, разбиваясь о невидимый барьер. Перед глазами застыла бледная руками с частыми еле заметными шрамами, извилинами вздувшихся вен на запястье... На стол перед ней приземлилась светло-коричневая сова с новым номером "Ежедневного пророка". Она точно представила, как он отшатнулся от неё, словно от внезапно вспыхнувшего пламени огня. Почему-то ей не хотелось брать в руки и читать газету перед ним. Словно каждая прочитанная строчка будет наносить ему новый удар раскаленным лезвием по и так размякшей душе. Гермиона, что-то проговорив, отдала доклад обратно когтевранке. Замерев на несколько секунд, она уставилась на сову, которая терпеливо ждала платы за принесённый бумажный ад. Взяв себя в руки, гриффиндорка протянула и положила в кожаный мешочек несколько тяжелых монет, которые, казалось, хотели раствориться в ладони и остаться в ней навсегда. Гермиона чувствовала, как парень с платиновыми волосами горячо мазнул взглядом по её руке. Сова, благодарно ухнув, взлетела, задев крылом солонку, и унеслась в окно под потолком. Они оба уставились на сложенную в четверо стопку страниц. Как не хотелось их разворачивать. Она быстро посмотрела на него, чувствуя себя самым жалким существом на свете. Малфой отвёл глаза, словно заметив что-то невероятно интересное под столом. Девушка протянула руку, сжимая пальцами газету из тонкой дешёвой бумаги. Развернув "Пророк", гриффиндорка сглотнула, пробегая глазами по заголовку на первой странице. "Нарцисса Малфой объявилась в Лондоне!" В груди стало горячо. Девушка быстро стала читать дальше, с силой сжав губы. "Известная всем аристократка Нарцисса Малфой на днях была замечена в Лондоне. Как заявляют источники, женщина старалась как можно незаметнее приехать на родину. Очевидно, что это событие связано с недавним решением мистера Пирджа начать расследовать новое дело, связанное с Люциусом Малфоем, который находится сейчас в тюрьме Азкабан. Как заявляют свидетели, миссис Малфой в сопровождении охраны появлялась недалеко от места жительства мистера Дорински - самого влиятельного и скандального адвоката магической Британии. Самого мистера Малфоя несколько раз вызывали на допрос, но узник всё отрицает. Продолжение читайте на стр. 3." Гриффиндорка отложила газету, облизывая губы. Всё пока что не так плохо. Господи, как она рассуждает?! А если Люциус действительно совершил ещё что-то ужасное? Скорее всего он действительно заслуживает казни. Или нет? Почему новое преступление всплыло так поздно? Она кожей чувствовала, как Драко прожигает в ней дыру глазами. Собрав всё своё самообладание, она подняла глаза. Уголки рта опущены, под глазами появились серые синяки в тон усталым глазами. Светлые, почти белые волосы блестят на свету, будто покрытые утренней росой. Лицо окаменело. Эмоции заперты глубоко внутри. Не к лицу тебе усталость, не к лицу. Она моргнула и чуть заметно улыбнулась как Мона-Лиза на известной всему магловскому миру картине. Но улыбка тут же исчезла под взглядом этих усталых до невозможности глаз, обрамленных светлыми ресницами. Просто дьявол в ангельской оболочке. Гермиона взяла в руки кубок с соком, осторожно пододвигая к слизеринцу газету. Словно ребёнок в зоопарке, несмело подносящий конфету тигру за решёткой. Кто-то толкнул её в бок, и девушка обернулась. Вокруг было полно уже знакомых лиц. Кто-то поздоровался с ней и растворился в толпе. Мимо прошла Роза, следящая за порядком в зале. Поинтересовавшись у Гермионы, как дела, и получив положительный ответ, староста школы улыбнулась и направилась к первокурсникам, которые о чём-то громко спорили. Повернувшись обратно к столу, девушка обнаружила, что дьявол во плоти исчез вместе с газетой. Вздохнув, гриффиндорка заправила прядь волос за ухо и оперлась щекой на руку, грустно глядя на потерявший всякую привлекательность омлет. Завтрак в Бримнэсе шёл целый час. Ученики могли никуда не торопиться, общаться, есть, пить и просто настраиваться на новый учебный день. Было шумно и вместе с тем уютно. Сквозь окна в зал проникал мутный солнечный свет. А на стене позади учительского стола висел огромный герб лидирующего факультета. Сейчас это был Спрингмун, чем Роза Каренн очень гордилась. Стены зала по этому случаю были украшены жёлтыми цветами и лентами. Новая подруга гриффиндорки по секрету сказала, что факультет вырвался вперёд и по её заслугам, но Гермиона только весело отмахнулась. Здесь каждый ученик обладал какими-нибудь способностями. Да как вообще волшебник может быть обычным? Раздумья девушки нарушила ещё одна сова, приземлившаяся перед нею. Бурая красавица ухнула и небольно укусила гриффиндорку за палец. Отвязав письмо, Гермиона проследила за улетевшей птицей, а затем развернула пергамент. "Привет, Гермиона! Мы очень рады, что у тебя там всё хорошо. Рон уверен, что ты уже стала лучшей ученицей Бримнэса. Надеюсь, тебя никто не отрогает? У нас всё прекрасно. Скоро первый матч по квиддичу между Гриффиндором и Пуффендуем. Тренироваться, правда, сложно из-за дождя. И словно не было долгих месяцев войны. Это здорово! Я чувствую себя по-детски счастливым. Ещё по всей школе только и говорят о Люциусе Малфое. Наверное, ты знаешь, что против него заведено новое дело? Пишут, что его собираются казнить. Симус говорит, что у Малфоя ещё осталась куча золота и его жена заплатит кому надо. Но я так не думаю. После победы над Волан-де-Мортом Малфоев хорошенько пропесочили... Как там, кстати, Драко Малфой? Надеюсь, вы не перегрызётесь до конца вашего пребывания в Бримнэсе. Но, если что, ты сможешь дать ему отпор, я знаю. Пиши нам почаще! С любовью, Гарри." Девушка улыбнулась, прочитав имя друга несколько раз. В душе сразу стало тепло и легко-легко. Всего несколько слов, а настроение сразу улучшилось. Пообещав себе не забыть написать позже ответ, девушка свернула и положила письмо в сумку.

***

- Заклинания в другой стороне, Гермиона, - чья-то тяжёлая рука легла на плечо девушки, и Гермиона вздрогнула. Воображение сразу нарисовало бледную руку с плавными узорами вен. Выдохнув, девушка обернулась и лицом к лицу оказалась рядом с Эдмундом, который держал в руке сумку и добродушно улыбался. Что-то кольнуло в груди. Разочарование? Но девушка лишь благодарно улыбнулась и направилась по коридору в противоположную сторону. Мимо бегали весёлые первокурсники в разноцветных беретах, важно шествовали более старшие ученики... Ей нравилась эта яркая кутерьма, хотя сама она оставалась верна форме Хогвартса. Кабинет Заклинаний находился на третьем этаже и представлял собой большое просторное помещение с четырьмя рядами парт, большой площадкой для практики и учительским столом. Преподавательница по имени Хельга Биттень была женщиной невысокой, доброй, но довольно строгой. Гриффиндорке она нравилась. Профессор Биттень объясняла всё доходчиво, понятно и обладала даже неким чувством юмора. Сев за одну парту с Бейли, которая изучала новый выпуск школьной газеты, девушка выложила на стол несколько листов пергамента, чернильницу, перо и учебник. Кабинет постепенно наполнялся учениками. Позади приземлился Эд, который активно о чём-то спорил с Оливером Портом - пятикурсником со Спрингмуна. Вздохнув, Гермиона провела ногтём по поверхности стола, упершись кулаком другой руки в щёку. Она почему-то подумала, что если бы Малфой был девчонкой, то рыдал бы сейчас где-нибудь в туалете. Ну и чушь. Хотя зрелище было бы весьма забавным. К Аделе подлетели две её новые подружки-близнецы в жёлтых беретах и о чём-то оживленно защебетали, то и дело хихикая. Гермиона вспоминала прошлую тему, когда до её слуха долетело имя, преследовавшее её, кажется, уже повсюду. "Драко Малфой..." Голос одной из близняшек при этом дрогнул, и сёстры вновь приглушенно захихикали. Так глупо и неприятно. Грейнджер сжала зубы и вновь прочитала первое свойство Адского огня. "Такой симпатичный...посмотрел на меня тогда..." Гермиона захлопнула книгу и прикрыла глаза, шумно вздыхая. Девушки замолкли и удивленно посмотрели на неё. - Дела, - как ни в чём не бывало проговорила Гермиона, выдыхая, - а это не ты оставила в коридоре свою волшебную пудру? Когтевранка подняла брови, а затем встала, морща лоб. - Не помню, спасибо, Гермиона! - пробормотала девушка, направляясь к выходу из класса. Грейнджер довольно улыбнулась и продолжила чтение. Хватит. У неё должен быть хоть малюсенький отпуск от слизеринца. Спрингмунки, пожав плечами, отошли к своему столу, а Гермиона, улыбаясь, продолжила чтение, прокручивая в голове названия заклинаний на латыни. Прозвенел звонок, и в классе сразу воцарилась тишина. Дети с расселись по местам, поприветствовав учителя, и стали копошиться в пергаментах, бумагах, книгах... - Профессор! Гриффиндорка только занесла перо над бумагой, намереваясь записать новую тему, как в дверях оказался тот-кого-уже-слишком-много. Драко Малфой в несколько помятой рубашке тяжело дышал, держась рукой за косяк двери. - Профессор, извините, я... Женщина подняла бровь, держа в руках волшебную палочку. Окинув ученика взглядом, она негромко проговорила. - Я не сниму с Вас баллы, мистер Малфой, только потому, что вы являетесь нашим гостем... Профессор откашлялась, недовольно морщась. - Проходите и сядьте рядом с мисс в красном галстуке...мисс Грейнджер, кажется... Мисс Бейли, пересядьте к мистеру Койлу. Чудесно, продолжим урок. Гермиона как можно ниже склонилась над партой и отодвинулась к краю, сжимая пальцы рук в кулаки. Премного благодарна, миссис Биттень, спасибо большое. Источник дурманящего аромата сырости и дождя молча приземлился где-то рядом, бесшумно выложив на стол свои принадлежности. Чёрт возьми, может ты ещё приклеишься ко мне как жвачка, чтобы мы вообще никогда не разлучались?! Гермиона молча скрипела пером, выводя аккуратные буквы, сливающиеся в слова. Справа от неё скрипел своим пером Малфой. Так отвратительно, неправильно и не в такт. Девушка зажмурилась на несколько секунд и вновь обмакнула перо в чернильницу. - Эти чары могут сделать человека невидимым на несколько часов... - скрипучим голосом размеренно диктовала профессор. Скрип. Всё слилось в один единый скрип: её голос, движение перьев, шуршание и ерзание учеников... Руки коснулось что-то шершавое, и Гермиона вздрогнула от неожиданности. Маленький клочок пергамента каким-то непонятным образом очутился на её половине стола. С опаской посмотрев на учителя, Гермиона осторожно пододвинула находку к себе и развернула послание. Зелёные чернила сияли при неярком дневном свете. Мелкий угловатый почерк рябил в глазах. "Мне нужна твоя помощь." Вот так. Что? Девушка недоверчиво посмотрела в сторону слизеринца. Тот невозмутимо строчил на своём листе пергамента и не замечал, казалось, ничего вокруг. Гриффиндорка обмакнула перо в чернила и быстро написала ответ, всё ещё плохо понимая происходящее. "Помощь? Уверен, что это адресовано мне?" Медленно, крайне медленно клочок пергамента продвигался с помощью локтя обратно. Бормотание преподавательницы стало как будто в два раза громче, а хор из скрипа перьев ещё чаще и быстрее. "Если ты - гриффиндорская зануда и выскочка, сидящая рядом, то да." Гермиона вспыхнула от возмущения и резко повернула голову, сжав губы. Малфой спокойно смотрел на миссис Биттень, конечно, чувствуя взгляд соседки. Хотя... Может ей казалось, но он чуть заметно, микроскопически улыбался. "Так не ведут себя люди, просящие о помощи, знаешь ли." Буквы быстро легли на поверхность бумаги. Сзади раздался какой-то грохот, и гриффиндорка испугано развернулась, как и ещё несколько учеников. Оказалось, Эдмунд случайно смахнул рукой со стола учебник. Развернувшись, девушка пробежала взглядом на новой надписи, выведенной зелёными чернилами. "Просто сделай, что мне нужно." Гермиона невольно хмыкнула. Жалость к этому человеку уже испарилась и в голове играло привычное чувство раздражения. Как это по-малфойски, всё-таки. "С какой, вообще, стати?!" Парень недовольно засопел, скрипя пером. "Да потому что, к моему сожалению, ты сейчас - единственный вполне разумный человек в моём окружении." "Ах вот как!" - Мистер Малфой... Слизеринец поднял голову, накрывая ладонью исписанный листок пергамента. Несколько секунд Хельга Биттень смотрела в лицо Драко, а затем проговорила. - Напомните классу, какие заклинания относят к группе Сложнейших... Парень стал что-то отвечать, а Гермиона быстро соображала, теряясь и блуждая в лабиринте своих мыслей. Её попросил о помощи Малфой? На него переезд так влияет или это с ней что-то не так?! Мерлин. Девушка прижала ладонь к разгоряченному лбу и через минуту уже читала новое "приятное" послание. "Ты способна вообще на что-то кроме зубрёжки, чёрт возьми? Я не справлюсь с одним делом, а ты подходишь как раз, грязнокровка." "Как тебя не стошнило вообще ещё от общения со мной?" "Сам удивляюсь." Гриффиндорка кашлянула. Часы, висящие на стене размеренно тикали, словно пытаясь убаюкать. "Что тебе нужно?" Тут же незамедлительный ответ. "То есть ты согласна?" "Ч т о тебе нужно?" Слизеринец украдкой глянул на соседа в соседнем ряду. Склонившись на пергаментом, Драко вновь быстро застрочил. "Сегодня вечером поговорим." Поговорим. Слишком неправильное, слишком нормальное слово никак неподходящие для н-и-х. Да они и переписываются-то с трудом. Они и двух минут нормального разговора не протянут. "Cтой, а" - Мисс Грейнджер! Голос профессора острым клинком ворвался в сознание. -Д...да, профессор? Женщина перелистнула страницу какой-то своей книги и внезапно улыбнулась. - За вашу работу я поставила вам "Замечательно". Гермиона, смяв рукой их средство общения, растеряно улыбнулась и взяла в руки лист пергамента с большой красной "З" в углу.

***

Весь день прошёл как-то смято. Их будущий "разговор" не давал Гермионе покоя и никак не давал успокоиться и сосредоточиться на занятиях. Так, вместо максимальных пятидесяти баллов за контрольную по Трансфигурации, гриффиндорка получила лишь сорок восемь, что довольно подпортило ей настроение. А ещё, как оказалось, в Бримнэсе раз в неделю проходил урок танцев. Да-да, именно танцев. Грейнджер чувствовала себя, мягко говоря, по-идиотски в этих танцевальных туфлях и юбке. А главное, здесь всем плевать на твои знания! Главное - вертеть всем телом и конечностями под музыку. Нет, гриффиндорка знала вальс, мазурку... Но дурацкий обтягивающий топ был неудобным и мешал двигаться при быстрых ритмах. Глядя на изящную Аделу, которую постоянно нахваливала хореограф, Гермиона была готова зарычать от собственной неуклюжести. А очередной взгляд, полный самолюбия и превосходства, исходящий от Драко Малфоя, и вовсе вывел её из себя. Танцы. Кому вообще нужны эти джайвы, фокстроты...?! А неминуемый разговор со слизеринцем всё приближался. Гермиона даже хотела остаться с Розой, чтобы помочь ей с бумагами и прийти в свою башню как можно позже. Но староста школы успокоила её тем, что она сама со всем справится.

***

Гермиона осторожно вошла в своё крыло, тихо прикрыв за собой дверь. Положив сумку с учебниками на пол, девушка с удовольствием сняла туфли с небольшим, но всё же ощутимым каблуком. И только гриффиндорка собралась тихо проникнуть в свою комнату, как из-за соседней дверь с гербом Слизерина раздался холодный уже привычно властный голос. - Зайди ко мне. - Тебя не учили говорить "пожалуйста"? Гермиона сморщилась, поправляя причёску. Она тут не горничная, а такая же гостья, как и он. Ответа не последовало. Девушка на несколько секунд прижала холодные пальцы к переносице, вздыхая, а затем нажала на медную ручку и толкнула соседнюю дверь вместо своей. Почему-то ей казалось, что войдя сюда, она слепнет от непрекращающегося зелёного цвета. Но нет, в комнате царила серость. Тёмная свежая серость. Кровать была застелена тёмным покрывалом, а у окна с бледными зелёными шторами стояла знакомая сгорбившаяся фигура. Словно призрак, который вот-вот растает в воздухе. Странно, но даже в такой позе он был каким-то величественным. Гермиона кашлянула, объявляя о своём присутствии. - Закрой дверь. Натянутый холодный голос. В этот раз девушка молча повиновалась, решив, что перевоспитать этого человека невозможно. - Умница, быстро учишься. Он стоял к ней спиной, но она сквозь его затылок словно увидела его фирменную мерзкую ухмылку. - Ладно, не бери в голову, - не дал он ей ответить. Развернувшись, он посмотрел сквозь неё и куда-то вниз. На них обоих словно что-то давило, устало медленно давило. - Что тебе нужно? Гермиона сложила на груди руки, глядя куда-то мимо его уха, в серую стену. Слизеринец выдохнул, запрокидывая голову назад. Разговор, как всегда, был словно искусственным, плохо склеенным. - Я собираюсь спасти моего отца от казни. Короткая пауза, нарушаемая лишь тихим дуновением сквозняка. - Мне нужно будет встретиться с ним. Пауза. Гермиона выжидающе смотрела на Драко, а точнее на его ладони. Бледные, с тонкими пальцами, оканчивающимися розоватыми пластинами ногтей. - И, как ты могла догадаться, меня вряд ли пустят к нему. - Но ведь ты его сын? - искренне удивилась гриффиндорка, переводя взгляд на лицо слизеринца. Тот криво усмехнулся, прижимая ладонь к лицу и прикрывая на миг глаза. - В том-то и дело. Министерство не пускает к нему ни меня, ни мать. Зато пускает адвоката. Девушка провела ладонью по спинке единственного в комнате кресла. - Я не совсем понимаю... - Я встречусь с отцом в обличии мистера Дорински и скажу ему всё, что нужно делать. У меня есть план. Малфой в волнении вцепился пальцами в подолы пиджака и посмотрел прямо на Гермиону, которая совсем растерялась. - Скажи прямо, что ты хочешь от меня? Драко подошёл к ней ближе на несколько шагов, сцепляя пальцы рук в замок. - Мать попробует добыть волос адвоката, а ты, - он указал на неё пальцем, - приготовишь оборотное зелье. Гермиона улыбнулась, будто только что услышала какую-то несусветную чушь. Захотелось искренне рассмеяться ему в лицо и просто уйти. Но что-то её остановило. - Почему это не можешь сделать ты, м? И почему ты думаешь, что я возьму и соглашусь? Малфой вдруг улыбнулся, проводя пальцем по перстню на правой руке. В воздухе завис вопрос, а слизеринец всё молчал, словно подбирая самые нужные слова. - Я могу не справиться, и к тому же у меня пока есть другие дела. Драко подошёл к окну, за которым уже темнело, и закрыл его, чувствуя у себя на затылке тупой горячий взгляд. - Ты согласишься, - просто ответил он, не оборачиваясь и наблюдая за уходящим за горизонт солнцем. - А если нет..., - слизеринец прижал пальцы к вискам, пытаясь утихомирить очередную надвигающуюся головную боль. Гермиона тихо выдохнула. -...то весь твой уже полюбившийся Бримнэс и даже может Хогвартс узнает, что ты в меня безнадежно влюблена. Оба словно перестали дышать. Гермиона замерла. Его слова не сразу дошли до неё, и несколько секунд девушка тупо смотрела перед собой. Затем она медленно подняла брови и открыла рот. Слова застряли в горле. Да она и не знала, что ответить, слишком бредовым казалось это заявление. В голове быстро завертелись шестерёнки, а на лице появилась глупая улыбка. - Может тебе сходить в Больничное крыло? - тихо и насмешливо проговорила гриффиндорка, - Что за бред? - Узнают, как ты плачешь ночами в подушку или тихо постанываешь моё имя каждый раз, мечтая перед сном... Он смотрел, как последний луч солнца тоскливо уползает с неба. Засунув руки в карманы, Малфой замолчал, улыбаясь. - Что за бред? - тихо проговорила Гермиона, хмурясь и сглатывая подступившую ярость. Руки её невольно сжались в кулаки, а губы сжались в тонкую линию. Драко довольно хмыкнул, проводя рукой по волосам. Его забавляло всё происходящее. Жаль, правда, что он не видел её выражение лица. - Это неправда и ты прекрасно знаешь об этом. Я скорее полюблю каменную горгулью, ты...ты...,- Гермиона стиснула зубы и повернулась к двери, намереваясь покинуть это место и больше никогда сюда не возвращаться. - Людям обычно нет до этого дела, - процедил Драко, глядя в белоснежный потолок. Он лишь дёргал за нужные ниточки, давая ей иллюзию выбора. Она всё равно никуда не денется и сделает всё так, как ему нужно. Гриффиндорка остановилась, глядя в пол. В голове гудели раздражение и обида. А самое главное - ярость. Ярость за то, что она уже, фактически, согласилась, остановившись у выхода. Парень резко развернулся и подошёл к ней, глядя на жертву сверху вниз. Протянув бледную ладонь, отчего край рукава пополз вверх, он, неприятно улыбаясь, тихо спросил. - Партнёры?