Why so serious?

Полил дождь, всё немного изменилось: дома, которые стояли на противоположном берегу ещё строились, слышны были крики рабочих и изредка ругательства, воды было больше, она доходила почти до самого моста, да и сам мост находился в отличном состоянии, дыры посередине дороги не было, к ботинкам прилип еще свежий, недавно положенный асфальт.. Дождь начал лить сильнее, барабаня по земле, по воде пошла рябь, время года было тоже самое, что и в этот год- осень. Бек надел капюшон и поставив ладонь козырьком отправился на поиски младшего, пытаясь что-либо разглядеть и инстинктивно заслоняясь руками от крупных холодных капель дождя. – Чанёль!– БекХён еще раз позвал младшего, пытаясь разглядеть в кромешной тьме, фонарь, тускло горевший один и мигающий постоянно не мог осветить нормально дорогу, но наконец он увидел его. Чанёль шёл ему навстречу со стороны города. – Чан, где ты так долго был?– Бек побежал к тому, но тот показал пальцем обернуться. Бек медленно повернулся и увидел летящую на него машину, свет машины ярко осветил его, но он успел разглядеть женщину с темными волосами и такими же до боли знакомыми глазами, она разговаривала по телефону, с кем-то ругаясь - лицо её выражало некую злобу. Вдруг она подняла взгляд на дорогу, увидев Бека, в глазах её появился страх, она резко крутанула руль, но было поздно. Перед Бёном ярко вспыхнула вспышка, он зажмурился перед смертью, но машина прошла сквозь него, исчезнув. Парень повернулся и увидел лежащего на асфальте Чана, тот был без своего излюбленного шарфа, но в той же куртке. Звук полиции и скорой оглушили его, из машины вышел тот самый полицейский, который подозревал его в убийстве Ханука, но был моложе, усов не было и голос не хрипел так сильно. Чанёля забрали в машину, Бек пытался что-то спросить у врачей, но все проходили сквозь него и не слышали. – Ну как, весело быть призраком среди людей? – сзади послышался знакомый бас. – Но я не могу быть призраком, я же не умер!– Бек повернулся и посмотрел на Пака. – Ну это слегка утрировано, на самом деле призраком среди людей можно быть и живым - до тебя никому нет дела и после смерти все легко забудут про тебя.– Чан неспеша объяснял, растягивая слова. – Ты показал мне свою смерть?– Бек поджал губы, догадавшись, зачем все это затеял Чан. – Да, надеюсь, ты догадался кто был убийцей... – Мать Криса, госпожа Ву,– Бек перебил на полуслове Чана.– Но это был несчастный случай, она не увидела тебя... – Несчастный говоришь, но мою жизнь уже не вернуть, зато она с помощью своих денег даже год не отсидела и жила дальше обо всем забыв, только...– младший улыбнулся, в глазах его начали пылать совсем не добрые огоньки, – только я заключил сделку и смог ей отомстить. – Какую еще сделку? Ты же был мертв!– голос Бека перешел на крик. – С самим дьяволом, вот и скитаюсь тут на мосту,– Чан говорил об этом таким голосом, будто это было в порядке вещей. – Я покажу тебе потом то, что я должен выполнять в виде платы, но это будет чуть позже, ты устал, закрой глаза...– младший усыплял своим голосом или же просто Бек настолько устал, что его веки сомкнулись, и он впал в небытие.

***

БекХён проснулся утром в незнакомой комнате, спихнув с себя одеяло, парень закашлялся от пыли. – Ты уже встал? Прости, что давно не вытирал пыль,– младший вошёл в комнату. – "Очень давно",– буркнул Бек, на что Чан ещё громче рассмеялся. – Родители не смогли перенести горе и умерли от тоски, а сестра уехала жить в другую страну, так что никто за домом не следил и не убирал,– Чан сел на кровать рядом с Беком, при обнимая того за плечи, – Ты такой теплый, Боже! БекХёна повалили на кровать, подняв еще кучу пыли, от чего старший начал чихать. – Прости, коротышка, за это, – Ёль по-детски улыбался, поправляя челку младшего и заправляя за ухо, – Ко мне давно никто в гости не захаживал, ты первый, считай, да и первый за всю мою жизнь, у меня друзей не было. – Как и у меня, – Бён улыбнулся, приподнимаясь на локтях и легко касаясь того губ. – Кто-то изнывает от избытка чувств,– младший хитро улыбнулся, сгребая в охапку Бека и начиная целовать. Старший мгновенно покраснел, прижимаясь к младшему и отвечая на поцелуи, когда с Чана начали снимать рубашку, тот закашлялся. – А ты не так прост, но я соскучился по жизни человека, так что могу себе позволить себе развлечься, – голос младшего сразу же изменился - стал томным, приглушенным, а в глазах снова появилась жизнь, которая давно уже оставила его.