Прогулки по воде

Чонин скептически наблюдал за движениями младших трейни. Они тщательно пытались повторить заданные движения и, на первый взгляд, у них получалось, но, в то же время, они не передавали то, что от них требовал Чонин. Он попросил их начать заново, и некоторые из парней недовольно вздохнули. Чонин проигнорировал, не замечая обиженных лиц. Если сейчас он даст им поблажку, то потом им придется работать еще усерднее. Лучше уж приложить больше усилий в самом начале, чтобы хоть немного расслабиться потом, когда все будет решено. Сехун не разделял его методы. Он баловал своих учеников, иногда даже шел у них на поводу, да и вообще частенько водил их куда-нибудь поесть. Чонину все еще было сложно перейти черту между учителем и учеником. Как-то раз с ним говорил по этому поводу один из старших хореографов, намекая, что это плохо, когда тебя боятся. Но Чонина не боялись, его действительно уважали, но в то же время его ученики всегда чувствовали стену, которую он воздвигал между ними. И как бы Чонин не пытался, он не мог ее разрушить – все это происходило на автомате. С тех пор как он начал преподавать в СМ, единственный человек, с кем он куда-то выходил, был Тэмин. Ну и Сехун, естественно. Он не замечал взглядов, которые на него бросали девушки, всегда отказывался от приглашений, когда его куда-то звали, но при этом был весьма вежлив и почтителен. Если он с кем-то и разговаривал, то это были участники группы Шайни, но лишь по той причине, что он их знал уже очень давно. Со всеми остальными он придерживался вежливого тона и при первой же возможности ссылался на дела и прерывал разговор. И в какой-то момент его просто оставили в покое. - Совсем парней загонял, - послышался насмешливый голос из приоткрытой двери. Тэмин весело на него поглядывал, прислонившись к двери. Он часто заходил в комнату практики, где преподавал Чонин. Иногда он повторял движения вместе с трейни, и те, воодушевившись тем, что их занятие посетил такой важный сонбе, танцевали намного лучше. Чонин всегда ворчал, что тот их только отвлекает, но в глубине души радовался этим визитам. После этого они обычно уходили в одну из свободных комнат, заказывали еду и долго говорили. Впервые, после окончания школы и университета, у Чонина появилось неограниченное время для общения с Тэмином. Хотя, конечно, у обоих были свои обязанности, но, находясь в одном здании, встретиться становилось куда проще. Чонин объявил десятиминутный перерыв и вышел в коридор. Тэмин все еще ухмылялся, из-за чего Чонин сразу нахмурился. Ему никогда не нравилось это выражение на лице друга. Оно всегда означало какие-нибудь неприятности, поэтому он сразу же покачал головой. Что бы Тэмин сейчас не предложил, его ответ все равно будет «нет». Но тот лишь пожал плечами и даже не стал настаивать. Это показалось Чонину немного подозрительным, но он не стал обращать внимания. Вместо этого он поинтересовался, как у того дела. Чонин слышал о том, что скоро планировался выход нового альбома. Он даже видел кусок танца, который показался ему крайне сложным. Теперь они часто обсуждали те или иные танцевальные движения. Тэмин даже спрашивал у Чонина совета. Хотя группой Шайни занимался такой известный хореограф как Тони Теста, тот все равно приходил к своему другу, и они подолгу танцевали вместе. Однажды они протанцевали три дня подряд, когда все разъехались по домам на Чусок. Чонину нравилось, что они опять сблизились, совсем как во время школьных дней. Но видеть Тэмина так часто имело и свои минусы. Чонин до сих пор не смог окончательно преобладать над своими чувствами. В глубине души он все еще любил своего лучшего друга, а тот в стенах агентства вел такую разгульную жизнь, что иногда Чонину было больно на все это смотреть. В такие моменты он погружался в работу с головой, радуясь, что решил посвятить свою жизнь танцам. Пока у него было место, куда он мог убежать от этой реальности, все было хорошо. Почти. Потому что оставалось кое-что еще. Что-то, по чему Чонин до сих пор скучал. По самым теплым на свете объятиям, которых ему так не хватало. И даже танцы не спасали его в такой момент. Про Кёнсу он ни с кем не говорил. После того, как он уехал с Тэмином в Японию три года назад, Чонин больше не смог вернуться в квартиру, которую делил с Кёнсу. Какое-то время он жил снова у родителей, а потом они съехались вместе с Сехуном. В общем-то, они и сейчас продолжали жить вместе. Первое время Сехун порывался поговорить о том, что случилось, но Чонин пресекал любое упоминание о Кёнсу. Сехуну пришлось смириться с выбором друга. Но сам Чонин иногда замечал на лице того невысказанные мысли. Особенно, когда Сехун приходил поздно, немного навеселе и лукаво поглядывал на друга. Тогда имя «Кёнсу» чуть само не соскальзывало с языка, но Чонин всегда вовремя одергивал себя. Кёнсу остался в прошлом, и Чонин надеялся, что в будущем у него кто-то появится, кто-то, кто будет обнимать так же крепко. Но если что-то и начиналось, то всегда заканчивалось неудачей. Если раньше Чонин не мог встречаться с девушками, потому что до конца в себе не определился, то сейчас он в каждом своем партнере словно кого-то искал. Он хотел, чтобы человек хоть отдаленно напоминал ему Кёнсу, но это изначально становилось невозможным. От кого-то Чонин уходил сам, а кто-то не выдерживал его холодность, его непостижимые запросы. Один парень после первого свидания посоветовал ему идти за тем, кому принадлежит его сердце. Почему-то в тот момент в голове Чонина всплыл образ не Тэмина, а Кёнсу. После этого он оставил попытки завести с кем-либо отношения. - Ты не поверишь, кого я сегодня видел, - Тэмин прервал размышления Чонина. – Если ты поторопишься, ты даже его застанешь. - Что? – Чонин устало вздохнул. – Говори прямо, мне еще два часа заниматься с… - Помнишь своего соседа по комнате? Как же его звали? В общем, он здесь, шел в сторону переговорной. - Кёнсу, - тихо произнес Чонин. – Его звали Кёнсу. Но с места не сдвинулся. - Ты даже не пойдешь увидеться с ним? – Тэмин удивился. Чонин замешкался. Прошло столько времени. Что Кёнсу здесь делал? Может, Тэмину показалось, и это был вовсе не он? Видимо, на его лице отразилось недоверие, потому что Тэмин фыркнул. - У меня может быть плохая память на имена, но лица я очень хорошо запоминаю. Чонин все еще сомневался. Разве он не решил навсегда вычеркнуть Кёнсу из своей жизни? Тогда почему сердце вдруг так забилось в груди? Почему, несмотря ни на что, захотелось увидеть его хотя бы мельком? Чонин закусил в губу, но, в конце концов, кивнул. Он попросил Тэмина присмотреть за детьми, а сам побежал в сторону переговорных. Но двери уже везде были закрыты. Чонин лихорадочно соображал, куда мог пойти Кёнсу. Он побежал в сторону лестницы, перепрыгивая через ступеньки, спустился на нижний этаж и, заворачивая за угол, в кого-то врезался. - Извините, - поспешно произнес он, быстро поднимаясь на ноги. Чонин хотел было броситься дальше, но мимолетно взглянув на человека, так и замер. Слова застыли в горле, а сам он не мог даже пошевелиться. Кёнсу изменился. Его волосы стали длиннее, а джинсы и худи сменились на брюки и строгие водолазки. На нем было надето черное классическое пальто, и весь этот наряд делал его намного взрослее. На Чонине болтались растянутая майка и спортивные штаны. После тренировки он был весь потный, волосы прилипли ко лбу, и в таком виде он меньше всего хотел бы встретиться с Кёнсу. Именно поэтому он смутился и обхватил себя за плечи, как бы закрываясь. Кёнсу внимательно посмотрел на него и улыбнулся. - Хорошо выглядишь, Чонин, - спокойно произнес он. - Что… - Чонин прочистил горло. – Что ты здесь делаешь? - Я заносил кое-какие договора, - Кёнсу пожал плечами. – Юридическая фирма, в которой я работаю, обслуживает это агентство. Он замолчал, но потом сразу же добавил. - Не знал, что ты здесь обучаешься, - его голос звучал ровно, в то время как Чонин не был уверен в своем вообще. - Я здесь не обучаюсь, - прошептал он. – Я…я преподаю…для младших трейни. - Оу, - похоже, Кёнсу это удивило. – Неожиданно. То есть, я не ожидал, что ты будешь работать здесь. Но они бы не взяли тебя, если бы ты не был одним из лучших, не так ли? Чонин кивнул. Они оба замолчали и продолжали друг друга разглядывать. Чонину хотелось запомнить каждую деталь. Он не был уверен, когда произойдет следующая встреча, более того, он даже не хотел загадывать. Все еще обнимая себя, он опять вспомнил о своем непрезентабельном виде. - Я ужасно выгляжу, так что прекращай быть вежливым, - его губы тронула легкая улыбка. Кёнсу усмехнулся. - Как насчет…как насчет того, чтобы снова увидеться? – поинтересовался он. Чонин приоткрыл рот, не веря в услышанное. Он даже хотел переспросить, но встретившись со взглядом Кёнсу, понял, что ему отнюдь не послышалось. - Я не знаю, - Чонин опустил голову. – Сейчас много работы и… - Я понимаю, - Кёнсу кивнул. – Что ж, если вдруг выкроишь время, то мой номер все тот же. Рад был встрече. Чонин смотрел вслед удаляющейся фигуре, понимая, что сегодня ему вряд ли удастся закончить тренировку. *** По утрам Сехун бывал обычно еще более сонный, чем сам Чонин. Хотя он быстро просыпался, и все водные процедуры занимали у него гораздо меньше времени, на кухне он всегда клевал носом. Чонин включал какую-нибудь музыку, чтобы звуки помогли им окончательно проснуться. Иногда тело Сехуна реагировало быстрее мозга, и Сехун даже не замечал, как начинал двигаться в такт. За этим всегда было забавно наблюдать. Но сегодня все произошло несколько иначе. Когда Чонин вышел из своей комнаты, то наткнулся уже на полностью собравшегося друга. Сехун что-то напевал себе под нос и счастливо улыбался отражению в зеркале. - Начало восьмого, а ты мало того, что на ногах, так еще и вылил на себя пол флакона туалетной воды? – Чонин зевнул, прикрывая рот рукой. – Надеюсь, погода не испортится. Я только начал радоваться потеплению. - Перестань, - Сехун рассмеялся. – Я кое с кем договорился выпить вместе кофе. - В такую рань? - Ну… - он смутился. – Мы вместе учились, и она упомянула, что каждое утро выходит на полчаса пораньше, чтобы выпить кофе в одной небольшой кофейне. Я подумал… - Похоже, она – кто-то особенный из прошлого? – усмехнулся Чонин. - Да. Очень. Через минуту за Сехуном захлопнулась дверь, а Чонин вспомнил о своем особенном человеке из прошлого. Они встретились с Кёнсу две недели назад, и ни прошло и дня, чтобы Чонин о нем не думал. Он несколько раз порывался позвонить или хотя бы написать сообщение, но стоило взять в руки телефон, как он сразу же убирал его обратно. На самом деле, в его контактах уже давным-давно не было номера Кёнсу. В его памяти всплывали цифры, но Чонин не был уверен в их правильности. Конечно, всегда можно было спросить номер у Сехуна. Но за этим непременно последовали расспросы, которых Чонин предпочел бы избежать. Он мог бы узнать название обслуживающей юридической фирмы непосредственно в СМ, позвонить туда и попросить к телефону Кёнсу, но это было сделать еще сложнее, чем спросить у Сехуна. Чонину ужасно хотелось встретиться с Кёнсу, но в то же время, что-то его постоянно останавливало. О чем они будут разговаривать? Спросит ли Кёнсу об его уходе? И что на это ответит Чонин? Он не хотел, чтобы их беседа шла именно в таком ключе. Он был бы рад узнать, что у Кёнсу все хорошо и забыть. Снова обо всем забыть, но Кёнсу преследовал его везде. Даже в случайных прохожих он видел Кёнсу: невысокий рост, похожее телосложение, темные волосы, классическое пальто. Чонин несколько раз подходил и сразу же поспешно извинялся за то, что обознался. Тэмин пропадал на репетициях, Сехун бегал на свидания, а Чонин чувствовал себя как никогда одиноким. Ему нужно было поделиться всем этим, потому что появление Кёнсу взволновало его очень сильно. Чонин не ожидал, что отреагирует таким образом. Он стал плохо спать, и даже его ученики высказывали беспокойство. Наверное, у него не осталось иного выхода, как позвонить Сучжон. С тех пор, как он стал работать в СМ, они стали видеться в разы меньше. Чонин предполагал, что главная причина заключилась в Тэмине. Но помимо этого, Сучжон слишком много уделяла времени работе. Во время студенчества, она не проявляла особого интереса к какой-либо области, просто училась, надеясь, что поймет в процессе, кем хочет стать в будущем. Этим она напоминала Чонину самого себя, в то время как он еще учился в школе и тоже не знал, с чем именно хочет связать свое будущее. А потом она устроилась в какую-то фирму секретарем, доросла до личного помощника и, казалось, вся ее жизнь состояла из планирования времени начальника. Эта новая Сучжон немного удивляла Чонина. Он не был уверен, что она согласится с ним где-нибудь встретиться, но она оказалась свободна в пятницу вечером. Они сидели в баре, недалеко от ее работы. Сучжон в своем строгом темно-синем костюме выглядела такой серьезной, что Чонину хотелось назвать ее «нуна». И он это сделал, но Сучжон шутки не оценила. Она заказала себе пиво, и осушила стакан в несколько больших глотков. На верхней губе осталась пена и, Чонин, перегнувшись через стол, вытер ее большим пальцем. Сучжон замерла и посмотрела на него большими глазами. В них было столько удивления, что Чонин сразу почувствовал себя неловко. Но они же были друзьями, разве не так? Это же считалось нормальным, что он вытер ее губы? Но Сучжон, похоже, так не считала. Она нахмурилась и подозвала официанта, попросив повторить заказ. Недовольство никуда не исчезло с ее лица и после того, как перед ней поставили второй стакан. - О чем ты хотел поговорить? – чуть погодя поинтересовалась Сучжон. Чонин уже пожалел, что позвал ее. Он не знал, почему она рассердилась, и теперь поднимать столь волнующую тему казалось ему немного неправильным. Он молчал, и она тяжело вздохнула. - Это ведь Тэмин, да? Что он опять натворил? Теперь удивился Чонин. Он всего лишь упомянул, что дело касается одного его друга, но не говорил ничего про Тэмина, но Сучжон уже успела сделать свои выводы. - Когда он предложил мне встречаться, я почувствовала себя самой счастливой девушкой на свете, - вдруг призналась она. – Он же был очень популярен среди девушек, а обратил внимание именно на меня. Правда, я не знала, что к Тэмину в качестве приложения будет идти еще и Ким Чонин. Чонин вдруг напрягся. Он не понимал, почему Сучжон вообще заговорила об этом, а еще почему-то был уверен, что ни к чему хорошему это не приведет. - Когда он рассказал о своем дебюте в качестве оправдания, я не могла это просто так оставить. Я была унижена, поэтому решила отомстить. Я сблизилась с тобой только из-за этого, но позже стала ловить себя на мысли, что ты мне нравишься. По-настоящему нравишься. И куда больше, чем Тэмин. Я думала, что у меня был шанс. - Сучжон… - Я ведь не сразу все поняла. Думала, что причина во мне, потому что я бывшая девушка твоего лучшего друга. Потом я предположила, что просто не в твоем вкусе. Я пыталась найти для тебя идеальную девушку, но все мои попытки оказывались провальными. Мне действительно понадобилось много времени, чтобы обо всем догадаться. - Я и сам не сразу все понял, - тихо произнес Чонин. - Ты должен ему сказать, - она вздохнула. – Точно так же, как я тебе сейчас обо всем говорю. Все те годы, что ты любил Тэмина, я любила тебя. Это нелегко отпустить, но вроде бы я наконец-то готова. - Почему ты мне говоришь об этом сейчас? - Не знаю, - Сучжон пожала плечами. – Набралась смелости? На самом деле, я надеюсь, что ты вдохновишься моим примером. Чонин так и не сказал ей ничего о Кёнсу. Он вернулся домой еще более разбитый, с переполненной от разнообразных мыслей головой. Он даже и подумать не мог, что Сучжон к нему что-то чувствует. С момента их поцелуя, когда она коснулась его губ в пустой классной комнате, прошло много лет. Чонин думал, что это было лишь мимолетное увлечение или даже Сучжон просто скучала по Тэмину, он и не предполагал, что это могло развиться во что-то большее. Конечно, он был поражен этим признанием, ведь он видел в Сучжон лишь друга. И он совсем не вдохновился ее примером. Ведь для нее тоже было не просто во всем признаться. После такого, он просто не мог открыться Тэмину. Он не хотел видеть застывшее удивление на лице друга, он не хотел, чтобы тот реагировал точно так же, как и он сам. Сучжон понимала, что некоторое время Чонин будет ее избегать, и Тэмин поступит на его месте точно так же. А он не был к этому готов. И вряд ли когда-нибудь будет. Размышляя обо всем этом, он дожидался прихода Сехуна. Тот вернулся немного навеселе, поэтому не заметил пропажу телефона. Ночью Чонин написал Кёнсу, что сможет с ним встретиться на выходных. Ответ пришел сразу же – адрес кофейни и время. До встречи оставалось чуть больше десяти часов. В выходные Чонин обычно спал до обеда. Тренировки были настолько изматывающими, что он старался дать телу максимальный отдых. Именно поэтому он завел сразу несколько будильников, чтобы проснуться вовремя. В запасе было еще предостаточно времени, но Чонин перебирал свой гардероб, пытаясь подобрать идеальный наряд. В прошлый раз Кёнсу видел его потным, уставшим и взмыленным. Сейчас Чонин должен был показать себя с другой стороны. Он сам не мог объяснить себе, почему настолько старался. Но он ужасно хотел произвести на Кёнсу впечатление. - Теперь мне следует беспокоиться за испорченную погоду? – ухмыльнулся Сехун. - Как я выгляжу? – Чонин поправил рубашку и отчаянно посмотрел на друга. – Просто скажи. И не задавай никаких вопросов. Сехун фыркнул. - Серьезно! Сехунни? - Нормально выглядишь, - проворчал тот. – То есть отлично выглядишь, да. Куда бы ты ни собрался, тебя ждет успех, потому что все падут к твоим ногам и…ну, ты понял. Чонин одарил его своей самой радостной улыбкой. На самом деле, он жутко хотел есть, но прямо сейчас ему бы и кусок в горло не полез. Оставалось еще полтора часа до встречи, но Чонин больше не мог ждать. Он подхватил телефон с ключами и, махнув на прощанье Сехуну, выбежал за дверь. У него не было своей машины, хотя не так давно они вместе с Сехуном сдали экзамен на права. Это было спонтанным решением, и Чонин все еще не мог определиться, действительно ли ему была нужна машина или его полностью устраивали такси и метро. Но теперь он пожалел, что до сих пор не обзавелся своим транспортным средством. Наверное, он бы выглядел очень эффектно, если бы вышел из своей машины, поправил волосы и легкой походкой направился в сторону кофейни. Стоило ему об этом подумать, как Чонин сразу же отругал себя за подобные мысли. Это не было свиданием. Обычная дружеская встреча после долгого времени. Несмотря ни на что, они с Кёнсу тогда были друзьями, и если упустить некоторые аспекты их отношений, то Чонин был бы рад, если бы дружба возобновилась. В то же время, не думать о том, что когда-то Кёнсу занимал в его сердце определенное место, было тяжело. Но и эти мысли Чонин тоже отбросил. Он приехал раньше назначенного времени на двадцать минут и внезапно сильно разнервничался. Чтобы хоть немного себя успокоить, он заказал подогретое молоко. Кофе он успеет насладиться, когда приедет Кёнсу. Тот появился вовремя. В том же строгом пальто, Кёнсу толкнул двери и зашел внутрь, заметил Чонина сразу же и слегка улыбнулся. - Ты уже здесь? А я был уверен, что опоздаешь, - произнес он вместо приветствия. - Если честно, я не мог сидеть дома. Я даже не позавтракал и… - Тут готовят отличные яйца Бенедикт, - Кёнсу прервал его. – Можем заказать, если ты не против. Чонин доверял вкусу Кёнсу. И сейчас он бы предпочел, чтобы тот, как раньше, приготовил ему завтрак сам, но о таком теперь можно было лишь мечтать. Поэтому он решил положиться на выбор Кёнсу и не возражал, когда тот сделал заказ за них обоих. Разговор сначала не клеился. Чонин не переставая думал о том, насколько серьезным стал Кёнсу. Тот выглядел намного старше самого Чонина. Чонин же выглядел на его фоне как какой-то студент. Он хотел показать, чего добился за это время, но ему как будто нечем было похвастаться. И он слушал рассказ Кёнсу, как тот поступил в фирму сначала младшим помощником юриста, а потом, постепенно, продвигался по карьерной лестнице. - Значит, ты ведешь дела СМ? – поинтересовался Чонин. - Вообще-то нет, - Кёнсу покачал головой. – То, что я оказался там в тот день – чистая случайность. У меня менее крупные организации. Я задержался в офисе, и меня попросили завезти договор. Я не знал, что ты там работаешь. Более того, я не ожидал, что мы встретимся именно там. - А ты хотел встретиться? Кёнсу кивнул. Чонин все ждал, что тот как-то прокомментирует это, но Кёнсу сменил тему. Теперь пришла очередь Чонина рассказывать, как он попал в СМ, и чем занимался все это время. Кёнсу задавал много вопросов и, похоже, его действительно волновала судьба Чонина. Такой интерес был приятен. Чонин помнил, насколько Кёнсу раньше был замкнут, но сейчас он изменился. Возможно, работа юристом настолько преобразила его. Чонин не мог точно сказать, нравится ему это или нет, но Кёнсу в очередной раз вызвал в нем огромный интерес. - У тебя есть секрет? – внезапно спросил Чонин. – Тайна, о которой никто не знает? Кёнсу помрачнел. - Есть кое-что…что я долгое время скрывал от своего лучшего друга, - продолжил Чонин. – Я не уверен, что пришло время ему во всем признаться. Точнее, я никогда не буду в этом уверен. Но, что если я признаюсь, и… - Но если не признаешься, то никогда не узнаешь, ведь так? – Кёнсу улыбнулся. – У меня много секретов, Чонин. Есть большие и маленькие, некоторые я со временем открываю, но большинство храню глубоко в себе. Иногда это тяжкий груз, иногда не очень. Но я привык. Если ты готов ко всем последствиям, то подойди к нему и во всем признайся. Но если хотя бы часть тебя еще не готова, то перетерпи. Главное, чтобы не стало слишком поздно. После этого стало сложно разговаривать на отвлеченные темы. Чонин постоянно думал над словами Кёнсу, и тот, в конце концов, предложил его подвезти до дома. У Кёнсу была черная тойота камри, и она ему очень подходила. Чонин разглядывал светлый кожаный салон и тыкался в кнопки. Он озвучил свои сомнениями насчет машины, признался, что все никак не может определиться с маркой и видом, но определенно не собирался покупать себе строгую классическую модель. Пока он делился своими соображениями, они подъехали к дому. Чонин не спешил выходить, и они какое-то время сидели в тишине. - Я живу вместе с Сехуном, - он первым нарушил молчание. – Ты, наверное, в курсе? Кёнсу покачал головой. - Я привык жить с кем-то, поэтому… - Чонин притих. – А ты? Ты живешь все там же? - Нет. Я переехал практически сразу. Но недавно опять сменил место жительства. Я живу один. Для меня, наоборот, жить с кем-то стало неприемлемо. Чонин не стал спрашивать, почему. Он поблагодарил за поездку и уже приоткрыл дверь, как Кёнсу остановил его. - Я все хотел сказать, но не знал как. Твои волосы…светлый цвет тебе очень идет. Очень. - Спасибо, - Чонин искренне улыбнулся и вышел. *** Чонин и не заметил, как их случайная переписка с Кёнсу превратилось во что-то, чего он ждал каждый день с нетерпением. Сначала Кёнсу лишь спрашивал у него «как дела?», а Чонин ему желал удачи перед встречами с трудными клиентами. В этом не было чего-то обязывающего, они вели себя как давние знакомые. Но постепенно их обмен сообщениями стал таким привычным, что Чонин уже не представлял утра без смайлика от Кёнсу. Он всячески игнорировал свое учащенное сердцебиение и глупые улыбки. Они с Кёнсу были всего лишь друзьями, и ничего больше. К тому же, Чонин уже несколько недель набирался храбрости перед разговором с Тэмином. Он даже уже почти признался. Тэмин, уставший после репетиции, заглянул к нему в комнату. Трейни уже давно разбежались, и Чонин теперь отрабатывал уже новые движения, которые собирался использовать в одном из танцев. Тэмин рухнул на пол, его грудь тяжело вздымалась, а мокрые волосы прилипли ко лбу. Чонин подошел и осторожно убрал их назад. Сложно было остановиться и не провести пальцами по лицу, по такому прекрасному лицу, которое Чонин, порой, все еще видел перед глазами, когда касался себя. Он все еще ненавидел себя за это, но подсознание часто подкидывало картинки, которые были спрятаны в самых потайных уголках мозга. Чонину всего лишь нужно было сказать несколько слов, облегчить свою душу, но он лег рядом и прикрыл глаза. Он даже успел задремать, а потом Тэмин растолкал его и подвез до квартиры. Вместо запланированной беседы, Чонин молчал, не решаясь произнести ни слова. Сучжон несколько раз звонила, и вроде как между ними все наладилось, но он понимал, что она была права. Чем быстрее он обо всем расскажет, тем легче станет, не только ему, но и окружающим. Даже Сехун как-то заметил, что у Чонина всегда печальный взгляд, как у безответно влюбленного поэта. И этот образ ему приписывали многие. Однажды Чонин поймал себя на мысли, что, возможно, ему нравится страдать. Иначе как объяснить это липкое чувство страха, которое накатывало со страшной силой, стоило ему не то чтобы начать говорить с Тэмином, вообще подумать о том, чтобы завести разговор о своей школьной влюбленности, которая с годами только усилилась. - Я не знал, что вы с Кёнсу снова общаетесь, - Сехун застал Чонина врасплох. Тот вовсе не собирался скрывать это, просто все как-то не было подходящего случая. Да и что он должен был сказать? «Знаешь, мы тут с Кёнсу снова друзья навеки, так что теперь тебе можно говорить о нем в моем присутствии». Это казалось Чонину несколько глупым. Но если уж совсем начистоту, он боялся, что если поделится этим с Сехуном, то все исчезнет. Поэтому он предпочел молчать, но, видимо, Кёнсу все же проговорился. Было даже лучше, что тот сам это сделал. По крайней мере, Чонин избежал всех многочисленных вопросов, которые Сехун уже успел задать Кёнсу. - Так, иногда болтаем в какао, - Чонин пожал плечами. – Тебе Кёнсу сказал? - Нет, - Сехун ухмыльнулся и помахал телефоном в воздухе. – Ты оставил это на кухне, а он завалил тебя сообщениями. Я не хотел читать, но я знаю, как выглядит аватар Кёнсу в какао. В общем, все, что мелькало на экране, я видел. Чонин нахмурился. - Он просит тебя надевать носки, потому что на улице все еще холодно. Это мило. - Перестань, - Чонин от него отмахнулся. – Ты тоже мне об этом говоришь. Иногда. - Ты никогда мне не рассказывал, что между вами произошло, - заметил Сехун. – Но я знаю Кёнсу, и я знаю тебя, и пока еще в состоянии сложить два плюс два. - Я не хочу об этом говорить, - резко бросил Чонин, но практически сразу смягчился. – Прости, но… Мы с Кёнсу наконец-то обрели некое подобие дружеских отношений, и я не хочу ворошить прошлое, как и заглядывать в будущее. Пусть все идет своим чередом. Сехун кивнул и протянул ему телефон. Чонин быстро просмотрел все сообщения. В них не было ничего такого особенного. Почти. В последнем Кёнсу предлагал Чонину приехать к нему в гости. Обещал свои фирменные кимчи-спагетти и пару банок пива в придачу. Предложение было заманчивым, но Чонин собирался отказаться. Еще было слишком рано. То есть Чонин, конечно же, хотел увидеть Кёнсу снова, нормально поговорить с ним, а не только посредством мобильного приложения. Но Чонин настолько запутался в своих чувствах, поэтому не был уверен, что встреча с Кёнсу пойдет ему на пользу. Он уже написал ответ, но Сехун внезапно подал голос. - Он часто тебя вспоминал. Одно время ему очень тяжело было с квартирой, но он ни в какую не хотел искать нового соседа, потому что ты был его соседом. Он все время это повторял. Или как-то бывало, когда мы с ним выпивали, он начинал про тебя рассказывать. Мне даже кажется, что он сам особо не осознавал этого. Чонин вздрогнул. - Я не собираюсь давать тебе никаких советов, потому что это меня не касается, хотя мне не все равно. Но подумай, прежде чем что-то делать. Сехун ушел в свою комнату, а Чонин продолжал смотреть уже на погасший экран. Он так ничего и не ответил, оделся и вышел на улицу. Какое-то время бродил по району, а потом поймал машину и назвал адрес Кёнсу. Но когда такси остановилось у нужного дома, чуть было не поехал обратно. Опять долго ходил между домами, наматывал круги, пока окончательно не продрог. Кёнсу выглядел сонным, скорее всего, даже глазам своим не поверил, когда увидел Чонина на пороге. Но быстро пришел в себя и пропустил его в квартиру. - Ты совсем замерз, - прошептал он, прикоснувшись ладонями к щекам Чонина. У Кёнсу были теплые руки, и Чонин слабо улыбнулся. - Все уже остыло, я думал, что ты не придешь и… Чонин покачал головой и накрыл чужие руки своими. И он готов был так простоять целую вечность. Новая квартира Кёнсу отличалась от той, что они когда-то делили вместе. Та была совершенно простой, с минимум необходимых вещей и единственным местом, где чувствовался хоть какой-то уют, являлась кухня. Прежняя квартира представляла собой временное жилье двух студентов. А эта показывала взрослого самодостаточного человека, который знал, чего хочет в жизни. По крайней мере, именно так подумалось Чонину, когда он разглядывал окружающую обстановку. Все было выдержано в черно-белых тонах, в классическом строгом стиле. Сначала Чонину сделалось здесь немного не по себе, но чем больше он уделял внимания маленьким деталям: белые салфетки под абстрактными скульптурами, стоящими рядом с фигурками из нашумевших фильмов, манга рядом с книгами, караоке около телевизора – Кёнсу сделал тут все по-своему, так, как было удобно ему. И Чонин привыкал, ощущение скованности спадало, а через полчаса он расслабился окончательно. Кёнсу протянул ему чашку с подогретым молоком, и Чонин улыбнулся. - Мне здесь нравится, - вынес он свой вердикт. – Это и должно зваться домом Кёнсу. Тот рассмеялся. - Но это правда, - Чонин тоже улыбнулся. – С первого взгляда квартира кажется безликой, а на самом деле тут один сплошной Кёнсу. - Я рад. Надеюсь, ты тоже будешь чувствовать себя здесь, как дома. Вряд ли под словами что-то подразумевалось, но Чонин за них ухватился. В голове он уже видел, как они здесь проводят вдвоем вечера. Все еще можно было вернуть, вести себя, как раньше. Пусть они больше и не соседи, но ведь когда-то они дружили. Чонин хотел вернуть дружбу такого человека, как Кёнсу. Хотя внутренний голос тут же поинтересовался: «Только ли дружбу?». Чонин прикусил губу. Если он до конца не определится, то повторит ошибку прошлого. Нельзя сразу угнаться за двумя зайцами – ни одного не догонишь. И вроде бы он принял решение, но сделать шаг оказалось куда сложнее. Извинившись, Чонин вышел в ванную. Поплескав на лицо холодной воды, он смог вытряхнуть из головы неприятные мысли, но вот слова Сехуна никуда не делись. Что если все это внимание со стороны Кёнсу не просто так? Возможно, это Чонин хочет вернуть дружбу, а Кёнсу нужно совсем другое? Прошло много времени, тот смог разобраться в своих чувствах, принял себя и только ждал Чонина? Что если их случайная встреча не такая уж и случайная, а кто-то сверху решил дать им еще один шанс? Это было смешно. И до этого Чонина ни разу подобные мысли не посещали, но сейчас… сейчас он был готов поверить и в это. Он уже собрался вернуться обратно, как его взгляд кое-что привлекло. В стаканчике у зеркала стояли две зубные щетки. Чонин на мгновенье задержал дыхание, а потом глубоко выдохнул. Он не собирался рыться в чужих вещах, но все равно приоткрыл шкафчик. Он сам не знал, что собирался там найти. Какие-то женские штучки? Но ничего подобного там не было. Ничего не намекало на то, что Кёнсу с кем-то жил, кроме тех двух щеток. Чонин мог бы и дальше изводить себя догадками, но решил спросить обо всем прямо. По крайней мере, тогда все станет предельно ясно, в том числе и поведение Кёнсу. - Я разогрел поесть, - Кёнсу махнул рукой, приглашая за собой в кухню. – Я теперь не слишком часто готовлю – времени на это не всегда хватает, но, надеюсь, еще не растерял свои кулинарные таланты. Ели молча. Чонин все никак не решался задать интересующий вопрос, Кёнсу тоже, казалось, был погружен в какие-то свои мысли. Когда пришло время мыть посуду, Чонин вызвался сам, в качестве благодарности. Намыливая тарелку, он наконец-то спросил. - У тебя кто-то есть? – его голос звучал тихо, и Чонин даже подумал, что из-за включенной воды Кёнсу мог не услышать вопроса. Поскольку тот молчал, он продолжил. - Я увидел две зубные щетки и подумал… - Я был его адвокатом, - прервал его Кёнсу. – Он ведущий на радио. В одном из эфиров высказался нелестно об известной певице, и она подала на него в суд. Я тогда только начал работать, но мне поручили представлять его интересы. Мы выиграли дело, и поскольку для меня все было впервые, то он пригласил отметить. И… Кёнсу притих. Чонин отложил тарелку. Он так крепко в нее вцепился, что побоялся, что она могла треснуть. Выключив воду, он повернулся к Кёнсу. Тот не смотрел на него, сидел за столом, разглядывая гладкую поверхность. - Мы не встречаемся. Лишь спим. Секс без обязательств, все дела. Иногда просто нужно, когда на работе тяжело, когда все сразу наваливается, и нет иного способа снять напряжение. Мы оба не искали ничего серьезного, поэтому такой вариант устроил обоих. Иногда он здесь ночует, иногда я у него. Чонин не знал, что сказать. Почему-то ему казалось, что если у Кёнсу кто-то появится, то это обязательно будет девушка, с которой он провстречается несколько лет, а потом сделает ей предложение, они поженятся, у них родится ребенок, и все будут счастливы. Наверное, если бы все действительно сложилось именно так, то теперь бы Чонин не испытывал горечь. Внутри что-то перевернулось, и появилось сожаление, близкое к разочарованию. И хотя он сам не был сторонником серьезных отношений, от Кёнсу подобного не ожидал. - Ты кажешься расстроенным, - заметил Кёнсу. - Я… - Чонин вздохнул. – Я думал, что будет все иначе. - Когда ты уехал, я чуть не сошел с ума, - признался Кёнсу. – Мне было так плохо, что я даже уезжал к родителям. Я не собирался тебе это рассказывать, но… я хочу, чтобы мы снова общались. Поэтому я честен с тобой. Если ты откажешься, то я пойму. Просто… - Давай снова будем друзьями, - Чонин протянул ему руку, и когда Кёнсу пожал ее в ответ, выбор был окончательно сделан. *** Наконец-то Шайни снова блистали на сцене. Чонин пытался повторить танец с микрофонными стойками, но это оказалось не так-то просто. Теперь он понимал, что имел в виду Тэмин, называя движения не такими, как все предыдущие. Чонину предстояло еще многому научиться, прежде чем его номера будут такими же оригинальными. Через неделю они уже получили свою первую награду после камбека. Тэмин был, как всегда, очень воодушевлен: показывал свои фото от фансайтов, выпрашивал комплименты и внезапно уделял Чонину очень много своего бесценного времени. Чонин это посчитал за своеобразный знак свыше. Он подготавливал себя к неизбежному разговору, выбирая наилучший момент для признания. Иногда Тэмин на него так смотрел, заглядывал прямо в глаза, и с губ Чонина вот-вот готовы были сорваться те самые слова, но каждый раз случалось какое-нибудь непредвиденное обстоятельство. Иногда Тэмин беспричинно начинал смеяться, или кто-нибудь звонил, или заходил или еще что-нибудь. С очередным провалом вся смелость Чонина куда-то резко улетучивалась. Он возвращался домой, падал на постель и пытался найти себе оправдание. Он продолжал общаться с Кёнсу, ловил лукавые взгляды от Сехуна. Сосед постоянно норовил задать какой-нибудь каверзный вопрос, но Чонин стойко выдерживал напор, отметая любопытство вполне достойными ответами. Оставалась еще Сучжон. Вроде бы у них окончательно все наладилось, но в то же время, общение заметно сократилось. Чонин часто ловил себя на мысли, что хочет позвонить ей или даже встретиться, но не мог переступить через какую-то черту. Он не знал, откуда она вообще взялась и когда появилась, а потом где-то в голове образовалась мысль, что пока он не признается Тэмину, так и будет избегать свою школьную подругу. И это заставило его действовать немедленно. Тэмин сейчас не часто появлялся в агентстве, обычно заезжал по делам буквально на пятнадцать минут. Но сегодня он с самого обеда бездумно слонялся по коридорам, в ожидании, когда у Чонина закончится тренировка. Иногда он заходил в студию и вставал позади детей и тоже выполнял движения, которые показывал Чонин. Но обычно это заканчивалось тем, что ученики вместо того, чтобы произвести впечатление, начинали делать связки неправильно, и Чонин выпроваживал своего друга за дверь. Но меньше чем через час Тэмин снова возвращался, и все повторялось. - Они еще дети! – возмущался Тэмин. – Их нельзя так нагружать. - Можно подумать, тебя не учили тому же, - ухмыльнулся Чонин, собирая свои вещи. - Нет, ну я тоже пришел в их возрасте, но до ночи я в студии не торчал точно, - проворчал тот. – Им же еще до дома добираться и… - Перестань, - Чонин легонько пихнул его. – И почему ты здесь? У тебя окно в расписании? - Что-то вроде того, - Тэмин пожал плечами. Они вышли из студии уже за полночь. Фанаты караулили у главного входа, но они быстро скрылись в машине Тэмина. Впрочем, поездив недолго по округе, Тэмин припарковался и заглушил мотор. Он вышел и уселся на капот, задрав голову вверх. Сегодня было полнолуние, и огромная луна ярко светила в небе. Чонин тоже посмотрел на нее. На самом деле, в полнолуние он всегда задвигал шторы. Ему всегда казалось, что луна специально заглядывает к нему в окно, и это отчасти пугало. Тэмину же наоборот нравилось, о чем он и сообщил. - Мне надо тебе кое-что сказать, - чуть погодя добавил он. – Я хочу, чтобы ты узнал это от меня, чем от кого-то другого. Чонин сразу же напрягся. Он вроде как подготовился к тому, чтобы наконец-то признаться, но Тэмин своим серьезным взглядом все испортил. - Ты, наверное, в курсе, что Минхо из-за съемок не сможет участвовать на концерте СМ-Таун в Пекине? Чонин кивнул. - Было принято решение найти ему замену, - продолжил Тэмин. – Но как такового кастинга, отбора – не знаю даже как назвать, толком не было. Мы просто понаблюдали за трейни и хореографами… в общем, выбор пал на нескольких человек. Ты был в их числе. И я до последнего боролся за тебя, но они выбрали другого. - Тэмин, но… - Они выбрали Сехуна. Чонин молчал. Он был рад за друга, но в то же время почувствовал легкую неприязнь из-за того, что Сехун опять оказался на шаг впереди. Еще когда они учились в Университете, их преподавательница – Квон Боа, всегда выбирала именно его себе в пару. У Чонина и Сехуна были разные стили, но их всегда сравнивали, отдавая предпочтение именно Сехуну. Чонин не был в обиде. Он знал, в чем была его проблема – непринятие сцены. Чонин не хотел танцевать перед публикой, Сехуна же это ничуть не смущало. Скорее всего, агентство руководствовалось тем же, чем и когда-то Квон Боа. Чонин не умел танцевать с кем-то, а Сехун смог бы подстроиться. - Я за него рад, - наконец Чонин улыбнулся. - Правда? - Да. Он этого заслужил. Я бы вряд ли смог вписаться в состав Шайни. Ты и сам должен это понимать. - Но мне всегда хотелось станцевать хотя бы раз с тобой на одной сцене, - возразил ему Тэмин. - Когда-нибудь нам еще представится возможность. Тэмин фыркнул. Он снова разглядывал луну и звезды, Чонин просто смотрел на небо. Оно было таким темным, но не черным. Скорее фиолетовым – словно кто-то пролил чернила на бумагу. А звезды являлись ничем иным, как образовавшимися пузырьками. Лишь луна нарушала всю идиллию. И Чонин вдруг понял, что если не скажет сейчас, то уже никогда этого не сделает. - Вообще-то, мне тоже нужно тебе кое-что сказать, - тихо произнес он. Тэмин к нему повернулся. - Я люблю тебя. - Я тоже люблю тебя, чувак, - Тэмин улыбнулся. - Ты не понял, - Чонин покачал головой. – Я люблю тебя не в смысле как друга, а в смысле… как мужчина любит женщину. Понимаешь? Я люблю тебя, Тэмин. И мне кажется, я любил тебя с тех самых пор, как мы впервые встретились. Но смог осознать свои чувства лишь в старшей школе. И я ужасно хотел тебе во всем признаться. Только все никак не мог набраться смелости. Тэмин не ответил. - Скажи хоть что-нибудь. - Я не знаю, что тебе сказать, - Тэмин вздохнул. – Я надеялся, что ты как-то справишься со своими чувствами, что все как-нибудь пройдет само. - О чем ты говоришь? - Я знал. Чонин, я обо всем знал. Ты смотрел на меня точно так же, как мои фанатки. Да и не умел ты скрывать свои чувства. У тебя на лице всегда все написано. Но ты молчал, и я был благодарен тебе за это. - Но почему? – Чонин не верил своим ушам. Все это время, пока он пытался запрятать свои чувства глубоко-глубоко, Тэмин обо всем знал? - Я не хотел потерять твою дружбу! – Тэмин схватил его за плечи и встряхнул. – Твоя дружба – это самое ценное, что есть у меня. Я не мог этого лишиться! Ты мой самый лучший друг, и я… - Как ты мог? – Чонин сбросил его руки. – Ты не представляешь, как я чувствовал себя все это время! Мне понадобились годы, чтобы принять себя, чтобы свыкнуться с мыслью, кто я такой на самом деле, и что я люблю своего лучшего друга отнюдь не дружеской любовью. Я пытался завести отношения, но я не мог! Я не мог, потому что я слишком сильно любил тебя! - Чонин… - Я…мне нужно побыть одному. Я… И он побежал, хотя прекрасно понимал, что Тэмин не последует за ним. Когда дыхание уже совсем сбилось, Чонин медленно вышел к дороге и поймал такси. Водителю он назвал адрес Кёнсу. Тот опять выглядел сонно, в пижаме и с растрепанными волосами. Чонин готов был уже извиниться и поехать домой, но Кёнсу схватил его за руку, словно догадавшись о намерениях, и потянул в квартиру. Чонин виновато опустил глаза, но позволил снять с себя шарф и куртку. Он едва успел выскользнуть из ботинок, как Кёнсу все так же настойчиво потянул его в комнату и усадил на диван. - Ты снова бродил по улице и весь продрог? – тихо спросил тот. Чонин только сейчас заметил, что дрожит, но вовсе не из-за холода. Его сердце было в очередной раз разбито, и он не был уверен, что сможет с этим справиться. Чонин не знал, зачем приехал к Кёнсу. Возможно, он помнил те согревающие объятия, которые помогали ему склеить разбитые осколки, которые заставляли биться его сердце снова. Он снова надеялся на поддержку, потому что в одиночку у него ничего не получится, только не сейчас. Тэмин слишком сильно его ранил, и Чонин находился в полном замешательстве. Он не знал, как реагировать. Точнее, он не знал, как нужно вести себя дальше. Он боялся смотреть в будущее, потому что, возможно, Тэмина уже не будет рядом. Он полностью расслабился и в буквальном смысле упал Кёнсу на руки. Тот нежно водил ладонями по его спине, что-то шептал на ухо – Чонин не мог разобрать слова, но он успокаивался от того, что просто слышал голос Кёнсу. Если бы он сейчас вернулся домой, то наделал бы каких-нибудь глупостей, но Кёнсу не позволит ему совершить то, о чем Чонин впоследствии пожалеет. Возможно, было глупо с его стороны на кого-то надеяться, но Кёнсу его не прогонял. Кёнсу держал его в своих объятиях, дарил свое тепло, находился рядом. - Я так рад, что ты у меня есть, - прошептал Чонин. Кёнсу осторожно отодвинул его и заглянул в глаза. Чонин не знал, как долго они друг на друга смотрели – время с Кёнсу всегда пролетало незаметно, но в какой-то момент один из них наклонился чуть вперед, а потом Чонин почувствовал мягкие губы на своих. Это скорее было похоже на сон, чем на реальность. Чонин даже не сразу осознал, что целуется с Кёнсу, пока чужая ладонь не зарылась ему в волосы. Кёнсу провел языком по губам Чонина, заставляя их приоткрыться. Чонин еще мог отстраниться, извиниться, уйти – хоть что-нибудь сделать, чтобы все это остановить, но вместо этого он притянул Кёнсу к себе ближе. Они начали бешено целоваться, и эти поцелуи отличались от тех, что они разделяли когда-то давно. Все было иначе – словно все эмоции и чувства Чонина оголились, вывернулись наизнанку. Прикосновения Кёнсу он ощущал гораздо острее, кожа горела в тех местах, где тот проводил ладонями, а губы покалывало от жадных поцелуев. Все было таким спонтанным – Чонин приехал к Кёнсу не за этим, он даже предположить не мог, что все обернется именно так, но он не хотел останавливаться, да и вряд ли бы смог. Страсть переполняла его тело, и Чонин еще никогда в жизни не хотел отдаться ей полностью. Кёнсу отстранился, все же дав Чонину возможность уйти, но тот покачал головой. Он прижался своим лбом ко лбу Кёнсу и оставил на губах того невесомый поцелуй. Чонин переплел их пальцы и поднялся, увлекая Кёнсу за собой. Он все еще не был хорошо знаком с планировкой квартиры, но примерно представлял, где находится спальня, и именно туда он и повел Кёнсу. Тот был совсем не против, только по дороге пытался всячески дотронуться до Чонина, словно, тоже не верил в происходящее. Они только-только успели дойти до двери, ведущей в комнату, как губы Кёнсу снова накрыли губы Чонина. Чонин пытался покрыть поцелуями все лицо Кёнсу, задирал футболку, в попытке ее снять, проводил ладонями по открытым участкам кожи, и Кёнсу отвечал ему тем же. Чередуя поцелуи и ласки, им наконец-то удалось избавиться от одежды. Чонин жадно пожирал глазами тело Кёнсу. Тот оставался таким же прекрасным, как и в их последний раз. Только сейчас Чонин понял, насколько сильно скучал по прикосновениям и поцелуям Кёнсу. По самому Кёнсу. Он не думал о последствиях, хотя где-то на задворках сознания эта мысль промелькнула в его голове. Возможно, если они наконец-то переступят эту черту, то все изменится. И Чонин отчаянно жаждал этих изменений. Он припал губами к шее Кёнсу, целуя каждый сантиметр, опускаясь поцелуями все ниже и ниже. Это было настолько упоительно исследовать Кёнсу снова, вспоминая и открывая что-то новое. И Чонин понимал, что никогда не устанет ласкать Кёнсу. Он так долго ждал, он так сильно хотел Кёнсу, что боялся все испортить. Когда они еще были соседями, он часто представлял себе тот момент, когда они наконец-то займутся сексом. И сейчас, когда все к этому и шло, он понимал, что не сможет вести себя нежно. Из-за ослепляющей страсти, он не был способен на это. Чонина все еще потряхивало, поэтому он зажмурился, тыкаясь губами Кёнсу в плечо. Тот нежно провел ладонью по его волосам, в очередной раз успокаивая. Чонин снова поцеловал Кёнсу, разводя его ноги в стороны. Он ужасно хотел коснуться члена Кёнсу, но руки все еще предательски дрожали, и тогда Кёнсу потерся об него сам. У Чонина даже в глазах потемнело от наслаждения. Внезапно он сильно разнервничался, миллион вопросов пролетело в его голове: «а что если Кёнсу не понравится?», «а что если я причиню ему боль?» и тому подобные, хотя это было так глупо. Сейчас Кёнсу ему открывался точно так же, как и сам Чонин тому. И когда Чонин это понял, он так сильно вжался в Кёнсу, что с губ того сорвался судорожный вздох. - Чонин… - прохрипел Кёнсу. – Пожалуйста. Чонина не нужно было уговаривать. Он сплюнул себе на пальцы и погрузил их в тело Кёнсу. Скорее всего, в спальне была смазка, но Чонин не хотел прерываться на ее поиски. Кёнсу поморщился, и Чонин поцелуями пытался отвлечь того от причиняемого дискомфорта. Чонин понятия не имел, когда у Кёнсу был секс в последний раз, да и не хотел об этом думать, но решив, что подготовил того достаточно, он сменил пальцы своим членом. Кёнсу жалобно захныкал, и поцелуи снова заглушили и жалобные стоны, и боль. Чонин двигался медленно, но желание снова одержало над ним верх. Он увеличил свой темп, думая о том, что сейчас он находился в Кёнсу, и это было поистине потрясающее ощущение. - Чонин… И толчки резко ускорились. Чонин понимал, что долго не продержится, но наслаждение хотелось продлить как можно дольше. Он то замедлялся, то снова ускорял темп, вырывая из горла Кёнсу очередные стоны, которые звучали приятнее всего на свете. Чонину было просто необходимо сейчас слышать Кёнсу. Ему казалось, что их стоны, вторящие друг другу, самое настоящее выражение чувств, которое было красноречивее любых слов. Пальцы Кёнсу больно впились в его бедра, и Чонин снова зажмурился. Разрядка была уже близко, и его движения становились все более хаотичными. Чонин толкнулся в последний раз, как оргазм полностью накрыл его. - Я люблю тебя, - прошептал Чонин и рухнул на Кёнсу. Он опять не знал, как долго пролежал в таком положение. Чонин осторожно вышел из Кёнсу, когда тот под ним заерзал, и перекатился на спину. Кёнсу тут же придвинулся к нему, накрывая их обоих простыней. - Душ? – чуть погодя спросил он, но Чонин покачал головой. Слова, которые он произнес ранее, все еще звучали в его голове. И засыпая, он понимал, что сказал чистую правду. Утром его встретила пустая постель, зато завтрак на столе все еще был теплый. Кёнсу написал записку своим аккуратным почерком, предупреждая, что уехал на работу и желал хорошего дня. Улыбка тут же озарила лицо Чонина. Он успел позабыть то чувство, когда о тебе заботятся. Это было приятно, очень. Поэтому он сразу написал сообщение Кёнсу. У них не получилось нормально пообщаться, потому что тот был занят. В идеале, Чонин хотел дождаться возвращения Кёнсу, потому что сегодня у него был выходной, но лучше, все же, было поехать домой. Так же в телефоне он обнаружил кучу пропущенных звонков от Сехуна. Тэмин написал лишь одно сообщение: «Прости». Чонин все еще не знал, как реагировать. Было бы неплохо встретиться и спокойно все обсудить. Чонин признался в своих чувствах, да, но в то же время, он упустил один очень важный момент. Любовь к Тэмину превратилась в привычку, а вот любовь к Кёнсу была светлым чувством, которое развивалось сильнее под воздействием времени. И сейчас Чонин действительно готов был отпустить Тэмина и начать с Кёнсу все с чистого листа. Впрочем, с Тэмином новая глава тоже была на подходе. Сехун ждал его дома. Судя по тому виду, с каким его встретил сосед, Чонин предположил, что тот не спал всю ночь. Сехун никогда не закатывал истерики или скандалы, тот просто посмотрел обиженно, и Чонин ощутил укор вины, заглядывая в чужие опухшие глаза. Он сбросил с себя верхнюю одежду и зашел на кухню. Чонин умел отлично варить кофе, чем сейчас и занялся. Им с Сехуном предстоял очень долгий разговор. И они выпили по три чашки, прежде чем Чонин закончил свою историю. Он рассказал абсолютно все, начиная со школьных лет и заканчивая настоящим временем. Сехун слушал молча, не перебивая, даже после того, как Чонин замолчал, он не задал ни одного вопроса. - Я поступаю правильно? – не выдержал Чонин. - Я не знаю, - Сехун покачал головой. – Обычно говорят: «делай то, что подсказывает тебе сердце», но…я бы не полагался на него. Особенно на твоем месте. Ближе к вечеру позвонила Сучжон и попросила о встрече. Чонин был рад ее звонку, потому что он сделал то, что планировал уже очень давно. Теперь, будучи с собой абсолютно честным, он мог общаться с Сучжон как раньше. Он собирался и ей во всем признаться, но вместо нее в их излюбленном баре сидел Тэмин. Наверное, Чонину следовало догадаться обо всем раньше. Вряд ли бы он отказал своему лучшему другу во встрече, но Сучжон все равно того подстраховала. Кое-что никогда не изменится. Чонин улыбнулся и прошел к столику. - Я не был уверен, что ты согласишься, - Тэмин подтвердил его догадку. - Я не хочу, чтобы ты переживал из-за этого, - Чонин пожал плечами. - Конечно, я переживаю! – возмутился Тэмин. – Когда наша дружба на волоске… - С нашей дружбой все в порядке, - Чонин взял его за руку. – Я все еще твой лучший друг и останусь им до конца своих дней. Звучит слишком напыщенно, но я бы очень этого хотел. - Но… - Мне в любом случае было просто необходимо тебе признаться. После стольких лет я наконец-то чувствую облегчение! Словно гора с плеч упала. Если бы я сделал это раньше, то, возможно, уже нашел бы себе кого-нибудь. - Я слишком эгоистичен и не хотел тебя ни с кем делить. Иногда я чувствовал такое непреодолимое желание, что готов был наброситься на тебя, но я всегда держал себя в руках, - Тэмин горько улыбнулся. – Я знал, что ты меня любишь, и твоя любовь помогала двигаться дальше. Я хотел стать еще лучше, чтобы ты продолжал смотреть лишь на меня. Я хотел сиять только для тебя. - Я не думаю, что что-то изменится. Даже если мое сердце будет переполнено любовью к другому человеку, ты всегда будешь сиять для меня ярче всех остальных. Несмотря на все сказанные слова, разговор получился сухим и неуклюжим. Им обоим потребуется время, прежде чем все вернется к тому, как было прежде. Чонин ничего не стал рассказывать о Кёнсу, но Тэмин и так все понял. Наверное, тогда тот специально увез Чонина в Токио. Высказывать подобные подозрения было бы слишком некрасиво и мелочно, но, все же, у Чонина было полное право думать именно так. Сейчас, не ощущая эту скованность от секрета, который приходилось хранить глубоко в себе, Чонин действительно чувствовал себя свободным. И он готов был отдать всего себя Кёнсу. Возможно, это было слишком легкомысленно с его стороны. Нельзя любить всю свою сознательную жизнь одного человека, а потом вдруг посчитать это за привычку. Но любовь к Тэмину была чем-то сродни тотальному восхищению. Что бы Тэмин не сделал – для Чонина являлось правильным, он поддерживал друга в любых начинаниях и был для него самой главной опорой. Вроде как для этого и нужны друзья? Но Чонин хотел быть больше, чем другом, и это желание так прочно закрепилось в его голове, что превратилось в навязчивую идею. Возможно, та юношеская влюбленность уже давным-давно прошла. Попрощавшись с Тэмином, он снова поехал к Кёнсу. Тот был уже дома и почему-то удивился его приходу. - Эй, притормози, - Кёнсу выставил руки вперед, увернувшись от поцелуя. - Что-то случилось? – Чонин замер. - Это ты мне скажи. Я взял сегодня работу на дом, поэтому немного занят. Ты, конечно, можешь остаться, но я не смогу уделить тебе время. - О…тогда я не буду тебя отвлекать. Но могу я получить хотя бы один поцелуй на прощанье? - Чонин, - Кёнсу серьезно посмотрел на него. – Мне кажется, нам кое-что нужно прояснить. То, что случилось вчера – это…ты был подавлен и разбит, и я помог тебе выбросить из головы неприятные мысли. Я не завожу отношений с мужчинами. Понимаешь? - Нет, не понимаю. - Не усложняй, пожалуйста. - Да в чем дело, Кёнсу? – раздраженно спросил Чонин. – Вчера ты раздвигал передо мной ноги, а сегодня говоришь, что всего лишь помог выбросить из головы неприятные мысли? И многим людям ты так помогаешь? Каждому своему клиенту? Или… - Перестань, - оборвал его Кёнсу. – Когда-то ты сказал, что я должен себя принять. И я принял, но помимо этого я сделал выбор. И он заключается в том, что все, что происходит в этой квартире, не выходит за ее стены. А ты не сможешь держать все в себе. Я всего лишь пытался тебе помочь. - Но, Кёнсу, ты себя не принял, - Чонин покачал головой. – Я знаю, что это тяжело, но пока ты этого не сделаешь, нам лучше не видеться. Говоря эти слова, Чонин понимал, что это встреча может стать последней. Что он может больше не увидеть Кёнсу. Но он не хотел прятаться в квартире, скрывать свои чувства, открывая их лишь по ночам, когда два тела сплетаются под действием необузданной страсти. Чонин хотел любить всем сердцем, так, чтобы все знали, что он счастлив от того, что именно этот человек рядом с ним. Он не хотел, чтобы его любовь к Кёнсу стала очередным секретом. - Это глупо. - Возможно, - согласился Чонин. – Но как поется в песне: «Видишь там, на горе возвышается крест, под ним десяток солдат, повиси-ка на нем, а когда надоест, возвращайся назад гулять по воде со мной». - Я не знаю эту песню. - Очень жаль, - с этими словами Чонин вышел, тихо прикрывая за собой дверь. *** Чонин не планировал ехать на концерт в Пекин, но Тэмин настаивал, а Сехун к нему присоединился. И у Чонина просто не осталось выбора. Впрочем, эта поездка помогла ему развеяться. Потом, когда они сидели после выступления все вместе в ресторане, Чонин почувствовал себя счастливым. Его окружали замечательные люди – его друзья, его работа приносила ему удовольствие – ведь он занимался именно тем, что ему нравилось. Его близкие и родные никогда о нем не забывали. Сам он был молод и полон сил, и все намеченные цели воплощались в реальность. Разве не о таком мечтает каждый? - Я счастлив, - сообщил он Сехуну, когда они уже летели в самолете домой. – До этого я только и делал, что себя жалел, не замечая, как же мне повезло. А увидел вас вдвоем на одной сцене, и наконец-то понял это. - Ты меня смущаешь, - рассмеялся Сехун. - Я хочу, чтобы вы все тоже были счастливы. - И я счастлив, - Сехун кивнул. – Я еще никому не говорил, но я купил кольцо. Кому-то скоро придется быть шафером на свадьбе. - Поздравляю! – Чонин крепко обнял друга. – Ты это заслужил. - Чонин, но ты тоже заслужил, - прошептал Сехун. – Где-то в этом мире есть человек, который создан только для тебя. Просто подожди еще немного. - С каких пор ты научился говорить умные вещи? - Заткнись, - Сехун ткнул Чонина локтем в бок, и тот заулыбался. - Я никуда не тороплюсь, - Чонин прикрыл глаза, представляя знакомое лицо. Они действительно больше не виделись с Кёнсу, но Чонин не терял надежды. Тогда ночью, он чувствовал, что Кёнсу испытывает к нему то же самое. Просто тот все еще боялся. Когда-то давно Чонин обещал дать ему время, но не сдержал свое обещание. Теперь он готов был ждать столько, сколько потребуется. И он был настроен очень серьезно. Он даже рассказал обо всем Тэмину, и тот не упускал момента, чтобы подразнить своего друга. Все действительно вернулось на свои места. И когда-нибудь Кёнсу вернется к нему тоже. *** - Чонин-а, пошли гулять по воде.