Обреченный.

- Почему ты боишься меня? - еле слышно выдавил он из себя, смотря прямо в её глаза. - Я не боюсь тебя, я боюсь твоих мыслей.. - она вздохнула и опустила грустный взгляд. Ему невероятно захотелось убежать и сделать это прямо сейчас, не раздумывая и не обсуждая с собой все изъяны или варианты. Он было дернулся от неё, но она крепко вцепилась в его руку, не давая даже отойти. Когда она подняла глаза, стало ясно - она не даст ему умереть раньше положенного. Ему пришлось смириться, просто больше ничего не оставалось. Не было возможности даже передумать. Он не мог сделать как другие: не мог решить жить дальше, не мог спастись или переступить через себя. Он мог лишь ждать и терпеть невыносимую боль во всем теле.

***

Время: 19:22. Осталось 4 часа 38 минут до конца. Она сидит рядом и читает ему Бродского. Её голос приятен, а сами слова ранят душу, которой и так уже не осталось вовсе. Ему стало хуже: сидеть было трудно, поэтому он лежал, накрывшись старым одеялом и дрожал от холода. Никто не мог ничего с ним сделать, как бы ни старался. Он осматривал свою комнату снова и снова, бегая глазами из угла в угол, каждый раз замирая, глядя в окно. Она взглянула на часы 21:47. Осталось чуть больше 2-х часов. отложив книгу, она помогла ему встать и одеться. Серая кофта, джинсы и водолазка - ничего не поменялось, да и меняться не должно. Медленно дойдя до выхода, он попытался что-то сказать ей, он просто хотел поблагодарить, но слов не нашлось. Через пару минут они были уже в подъезде. Щелчок двери - она закрыла его квартиру. Взяв парня под руку она послушно повела его к лифту и нажала на самый верхний этаж. - Скоро все закончится, не хочешь что-нибудь сказать? - она с надеждой смотрела на него, словно пыталась изменить уже осознанное решение, но смысла не было. Даже если он и передумает - все равно умрет. - Нет, не хочу. Хочу умереть в тишине... - он отвел взгляд, пытаясь больше не встречаться с её глазами. Выходя из лифта он чуть было не упал(слава богу, что Лена была рядом и успела его перехватить). Он снова встретился с её глазами - она плакала, не слышно, про себя, но глаза были красными и мокрыми. Стало жалко её. И себя тоже жалко. Если бы он только мог идти сам - отпустил бы эту дурочку домой и заставил лечь спать, но нет, она возилась с ним, как с ребенком, хотя сейчас он мало чем от них - детей - отличался.

***

Время 23:14. На крыше холодно, поэтому пришлось закутаться в кофту крепче и сидеть в обнимку с ней. Она все еще плакала, словно безмолвно умоляла меня одуматься. "Господи, какая дурочка, её слезы ничего не изменят". Я непрерывно смотрел на горизонт, на дома вокруг и на темно-синее небо. Птиц не было слышно, только холодный, пронизывающий каждую косточку, ветер. Захотелось вдруг горячего чая с булочками и теплого пледа - захотелось настоящего дома, того самого, где есть любящие родители, кот и пластиковые окна. - Ой...- я невольно согнулся и упал на спину, поджав ноги к себе. В груди ужасно закололо и стало трудно дышать. Услышал Ленин вскрик и её теплые руки на плечах. Я пристально смотрел её в глаза, пытаясь найти там помощь - и нашел. Я нашел в ней силы, чтобы сесть и терпеть эту боль, ведь немного осталось. - Макс, ты в порядке? - она трясла меня за плечи, пытаясь достучаться, но я не мог даже слова сказать, просто смотрел на неё и глупо улыбался. Взглядом наткнулся на её часы - 23:27. - Все...хорошо...правда... - наконец-то смог хоть что-то сказать. Убрал руки в карманы кофты и снова попытался согреться - тщетно. Она села передо мной и накрыла мои руки через кофту своими. Резко стало тепло и мне на душе стало легче. Отчего? Да хотя бы оттого, что сейчас я был не один. Со мной был человек - настоящий, живой, теплый в конце концов. Я почувствовал себя нужным кому-то, кроме себя самого. Почувствовал, что есть в мире люди, которые будут меня помнить, кроме моего лечащего врача и пары медсестер. - Лен, можно попросить тебя об одной услуге? - я вытащил руки из карманов и крепко сжал её ладони, отчего она немного покраснела и, кажется, засмущалась. - Да, конечно, все что угодно.. - я был прав, она не ожидала такого, вовсе нет. - Мне нужно, чтобы ты после этого позвонила в скорую и сообщила им. Не хочу, чтобы меня нашли только утром. - я неотрывно смотрел на неё, а она, глупенькая, испугалась моих слов, как и тогда, кода я только сообщил ей о том, что собираюсь сделать. - Д-да...конечно...как скажешь. - она крепко сжала мои руки (на этот раз я немного удивился). Так мы сидели минут 10, когда я почувствовал, что снова закололо в груди и понял - пора.

***

Она помогла мне подняться и аккуратно подвела к краю. Я стоял спиной к пропасти и лицом к ней, все еще держа её за руки. не хотелось отпускать такое родное мне существо. Я бы с радостью забрал её с собой, но просто не имею на это никакого права. С трудом пересилив себя я отпустил её руки и просто смотрел и ждал сигнала. - Дззз-Дзззз - будильник на часах сработал. 23:59. Руки в стороны, и закрыть глаза - главное, выкинуть страх из головы. Снова прислушиваюсь к своему сердцу: "Удар, еще удар, и снова". Она отошла дальше, я почувствовал это. Удар. Удар. Удар... ... ...

***

Я увидела, как он перестал дышать. Как пошатнулся и спиной полетел вниз. Слышала удар об асфальт, но видеть больше не могла. Глаза затянуло водной пленкой и я просто не могла различить ничего больше. Придя в себя через несколько минут, взглянула на часы - 00:07. Спешно набрала номер скорой. - Служба скорой помощи. Что у вас случилось? - Улица ***ого, дом 23. Он упал с крыши. Он мертв. - и сбросила. Все что им нужно знать, они уже знают. Остальное я сохраню в себе. Остальное - лишь его слова: "Я не хочу умереть в комнате. Хочу умереть в полете. Хочу почувствовать то, что чувствуют летчики - давление воздуха во время приземления".