Узы

Каэны. Ослепительный алый свет, окутанный ревущим пламенем. Девять человек, держащихся за руки, девять человек с татуировкой сожжённых крыльев бабочки на теле. Девять членов авангарда красного клана, несущих в себе дополнительную мощь для арьергарда – Хомры. Два Дамокловых меча сияющих в небесах, указывающих на короля и королеву. Рёв пламени заглушает даже звук приближающихся вертолётов. Жар был невыносим. Огонь был настолько диким, что одним своим разрушительным касанием превращал автомобили в оплавленные металлические останки. Комья асфальта, поднимаясь в воздух от алого ореола, превращались в кипящую липкую массу. Здесь творился ад, ад, устроенный красным кланом. Но во главе была вовсе не Юкико. Во главе была прежняя третья королева – Хаттори Санго. Лицо Хаттори оставалось бесстрастным, когда она увидела Симидзу. За одно мгновение звуки исчезли, оставив вместо себя звенящую тишину. Санго с шумом вдохнула через нос и растворилась в тёмной пелене. *** Синяя королева проснулась посреди ночи в холодном поту. Тяжело дыша, девушка накрылась одеялом с головой, пытаясь собраться с мыслями. Сон. Всего лишь дурной сон, который искажённо представлял собой её прошлое. Хаттори. Она так отчаянно ненавидела Генджи, что не стала бы использовать свои силы, находясь рядом с ним. Ни в помощь ему, ни во вред другим. Она была грубой, заносчивой девушкой без тормозов, но в то же время, добрее человека, чем Санго, Акина не встречала до сих пор. Хиппи с разноцветными волосами настолько любила детей, что была не в состоянии оставить их без внимания хотя бы на секунду. И почему Ренджиро отзывался о ней, как о тупом угле любовного треугольника? Сглотнув, Симидзу отдавала себе отчёт, что даже под тёплым одеялом пальцы её рук и ног заледенели. Страх парализовал её, опутав ледяными цепями ужаса. То, что было тринадцать лет назад до сих пор с ней, пускай разум старается отвергать мысли о том пылающем аде, но подсознание всё помнит. Помнит и во снах возвращает её в прошлое. Зажмурившись, Акина вслушивалась в звуки в комнате, пытаясь на слух определить: угрожает ли ей что-нибудь? Опасность осталась во сне, но страх пока что не успел улетучиться. От всплеска адреналина её трясло, как в лихорадке. Лёгкое тёплое прикосновение заставило её передёрнуться и тихо вскрикнуть. – Тише, тише, – голос Рейси прозвучал ласково, успокаивающе. – Я рядом. Всё ещё боясь открыть глаза, Симидзу крепко прижалась к Мунакате, обняв его, уткнувшись носом в грудь, сжимая на спине рубашку его пижамы. Рядом с ним становилось легче, рядом с ним страх постепенно отходил на задний план, а сердце успокаивалось. Заботливо обняв напуганную девушку, Рейси зарылся носом в её волосы, нежно поцеловав в ушко. Интересно, что королеве снилось такого, что она начала драться во сне? Ей повезло, что её король начеку даже в состоянии дрёмы и ловко смог блокировать удар, защитившись подушкой. Стыдно даже подумать о том, что он воспользовался таким ненадёжным щитом. Во всяком случае, Мунаката надеялся, что об этом никто не узнает. Особенно мирно спящий в прежней комнате Акины Кусь-Кусь. Тяжёлое дыхание королевы постепенно успокаивалось, становясь глубоким и ровным. Возвращение из отеля на горячих источниках абсолютно вымотало синих господ, так что неудивительно, что из-за стресса Симидзу снятся кошмары. К тому же, утром начинается её последний учебный триместр, что можно считать за двойной удар по психологическому равновесию. Ласково поглаживая кончиками пальцев по её спине и плечам, опасаясь напугать её ещё больше, он надеялся окончательно прогнать сон. Дурные сновидения невозможно помнить долго. Спустя несколько минут они постепенно рассеиваются, навсегда исчезая из памяти. Можно сказать, что из целого сна человек запоминает надолго лишь пятую часть, но в момент пробуждения это число несколько выше. Он слышал, что многие авторы песен слышат тексты во снах, и, если не записать их, то прекрасное творение будет навсегда утеряно. – Как ты? – тихо спросил король, не желая разбудить королеву, если она за столь короткое время успела заснуть. – Спасибо, – шёпотом ответила Акина. – Но… мне щекотно. Она поёрзала на кровати, вновь опуская голову на подушку, не сводя глаз с Мунакаты. Они не в первый раз ночуют вместе, и этого бы не произошло, если бы Кусь-Кусь не решил сталкивать Симидзу с кровати и разваливаться под мягким одеялом во всю длину. Конечно же, хозяйка долго возмущалась такому проявлению человеческого разума у своего животного, пока маскирующийся под собачьей шкурой Судо Ясуо не стал жалобно скулить. Душераздирающее зрелище. И как он додумался до такого?! Это всё корм для собак, развивающий мозговую деятельность! – Всё точно хорошо? – в полумраке комнаты было заметно, что Рейси устало улыбается. – Должен сказать, – он кончиками пальцев провёл по щеке девушки, приблизившись. – Что у меня есть отличное успокоительное. Симидзу шумно вдохнула, чувствуя, как тело пробивает дрожь. Не та дрожь, которая бывает от страха, а другая, приятная. К тому же, она ведь королева, как она может позволить страху брать над ней верх? Осознание этого простого факта переросло в уверенность и гордость, отразившиеся на лице девушки лёгкой улыбкой. Закрыв глаза, Мунаката несильно прижался к её губам своими, проведя зубами по нижней губе девушки, нежно укусив её. Скользнув ладонью по бедру и талии Акины, мягко проведя по её запястью, он сжал её руку, сплетя пальцы. Чуть приподнявшись, Рейси проник языком в её рот, чувствуя небывалое наслаждение от того, как после недолгого ступора королева начинает отвечать на поцелуй. Сердце билось так часто, так приятно, заставляя забыть обо всём на свете. Сейчас есть только они, они в окружении темноты и тишины, в которых им точно никто не будет мешать. Захватив губами язык Симидзу, Мунаката посасывал его. Поражённая таким развратным действием, Акина едва слышно охнула, вздрогнув. Рейси понимал, что для неё новые ощущения в поцелуе были через чур непривычны, но, судя по тяжёлому дыханию и отсутствию сопротивления, его королеве нравится некая доля пошлости. Раз так, то следовало продолжать, но не спешить, ловя момент, наслаждаясь каждым прикосновением и каждой секундой. Тем более, впереди у них целая ночь. *** Утро красной королевы началось с самого сложного в её жизни выбора. В такие секунды предстоящий школьный день казался совершенно неважным времяпровождением, а снеговые тучи за окном были дополнением мрачной давящей атмосферы, сформировавшейся в кухне. Опираясь руками о стол, Юкико с серьёзным видом смотрела перед собой. Её бледное лицо сейчас больше напоминало маску, ладонями девушка сжимала в нерешительности подол короткой юбки школьной формы. Как же ей быть? Что же предпринять? Что ей есть на завтрак? Ограничиться рисом или испробовать новою стряпню Изумо, которой он ещё не придумал названия? Второе блюдо выглядело слишком аппетитно, но если Ёсикава съест его без спроса – ей как минимум открутят голову. Что же делать? Рис настолько приелся, что от него, буквально, зубы сводило. А в животе уже урчало от манящего запаха жареного мяса, которое, видимо, в процессе готовки было щедро полито дорогим алкоголем. Нужно быть извергом, чтобы оставить подобное наедине с девушкой и молча уйти! Задумавшись, Юкико попыталась завязать на шее галстук, являющийся частью школьной формы. Она не знала, получилось ли у неё или нет, но чувствовала, как её кудри прижало к рубашке фиолетовой лентой и затянуло в узел, да и мало её это сейчас волновало. Уезжая из отеля, ей приходилось собирать вещи Микото… и вещи Микото! Думая, что такой лентяй, как он, не будет собирать себе одежду, Ёсикава упаковала всё самое необходимое в спортивную сумку, в которой не хватило места её нехитрым пожиткам. Не то, чтобы она была против лишний раз поносить вещи Суо, они приятно пахнут, да и так хорошо чувствовать его постоянно рядом, но в них можно утонуть! Футболки соскальзывают, рукава в кофтах слишком длинные, да и пошлых комплиментов было столько, что хотелось заткнуть уши. И только под конец поездки Суо признался, что захватил с собой пару её вещей! Понимая, что галстук завязан неправильно, Юкико стянула его с шеи, предприняв ещё одну попытку. Рис или мясо? В иной ситуации ответ был бы очевиден. Это как выбирать между сухофруктами и сочными абрикосами. Но в данной ситуации иметь дело с Кусанаги было очень страшно. Он, конечно, не самый порядочный человек в мире, да и легкомысленный, но, если дело касается бара и затрат, связанных с ним, то смело можно ожидать проявления его садистской натуры. Хотя возможно Ёсикава руководствовалась тем, что недавно бармен поднял в воздух Яту и Камамото за головы лишь из-за того, что они отнеслись с крайним неуважением к дорогому алкоголю, откупорив пять бутылок. А может, он не тронет женщин и детей? На счёт женщин – спорный вопрос, но с детьми-то он уж точно должен обойтись мягче! А если ребёнок является женщиной, то гарантия прощения увеличивается в полтора раза! Да! Нужно позавтракать и свалить вину на Ами. Или на Анну. Нет, Кушина была довольно тихой и не брала что-либо без спроса, но вот Тиба вполне могла. Тем более, недавно она в облике котёнка решила повисеть на любимом платье Юкико… Не то, чтобы красная королева мстительна… Хотя, кого она обманывает?! Месть сладка, особенно, когда нагрянет в неожиданный для противника момент! Или свалить вину на Микото? А что? Король силён так же, как и его первый подданный, да и Ами как-то жалко становится. Расплачется ещё, свернётся клубочком под кроватью и не выйдет несколько часов. Закатив глаза, Ёсикава вышла из кухни, набросив на плечо сумку. Всё-таки, галстук был завязан неправильно, потому как больше напоминал удавку на шее. Ничего страшного, в школе разберётся, заодно и купит в автомате что-нибудь съестное. Она никуда не опаздывает, может посидеть у Фуджиты или зайти в общежитие. – Уже проснулась? – сонно спрашивал третий король. – Рано. Юкико непонятливо посмотрела на парня, всё ещё думая о несостоявшемся завтраке. Он выглядел немного уставшим, каким обычно бывает человек после многочасового сна, его красные волосы были растрёпаны, а в его футболке Ёсикава до этого ходила несколько дней подряд. – И ты так собралась в школу, коротышка? – он подошёл. – Дай поправлю. Суо развязал галстук, который был завязан неаккуратно и перекинул его через плечо. Стоило ему расстегнуть верхнюю пуговицу на белоснежной блузке, как Юкико передёрнуло. – Э-эй! – краснея, она сделала шаг назад. – Ты неправильно застегнула её, – он заулыбался. – Я исправлю. Ёсикава опустила взгляд на свою одежду. Может быть, она была сонная и уставшая, а её мысли занимал далеко не внешний вид, но понять, что с её одеждой всё в порядке, девушка была в состоянии. Вновь посмотрев на короля, девушка недовольно нахмурилась. – Ложь не удалась, – Микото усмехнулся. – Но завязать эту штуку ты мне позволишь? – А ты умеешь? – Для этой вещицы существует множество разных оригинальных узлов, – парень заулыбался, заведя галстук за шею Юкико, пристально гладя ей в глаза. – Например… Потянув края фиолетовой ленты на себя, Суо заставил Ёсикаву приблизиться к нему, чуть пошатнувшись. Не оставив ей ни секунды на размышления, он прильнул к её губам своими, тем временем заведя галстук за свой затылок и завязав его. – Достаточно оригинально? – тихо спросил он, на секунду прервавшись в поцелуе. Сумка, с глухим стуком ударившаяся о пол, упавшая с плеча Ёсикавы послужила ему молчаливым согласием. *** Разглядывая первую в своей жизни татуировку через большое зеркало, стоящее в баре, Рен одновременно не могла налюбоваться ей и ждала, когда в первый раз проявится её сила. Люди в этом заведении делились для неё на два типа: более разрушительные и мирное население, служащее подобием аккумуляторов для первых. Возможно, в глубине души она хотела бы стать одной из подданных короля и быть в паре с Ренджиро, но, стрелять неоном тоже может быть довольно весело. Она работает с животными и не должна отпугивать пациентов огненным шоу, если у неё что-либо начнёт не получаться. И Татара здесь совершенно ни при чём. Скорее всего, он в паре с какой-нибудь девушкой, ведь всему клану её пока что не представили. И татуировкой крыльев бабочки на спине любовалась не только Наито, но и присутствовавшая часть мужского населения Каэнов и Хомры. – И сколько мне ждать? – опустив кофту с середины спины на пояс, Рен поразилась, услышав разочарованные вздохи. – Есть какой-то лимит у этого? Когда проявится сила? Сев за барную стойку, девушка задумчиво смотрела на хвостатого паренька, которого, вроде бы, звали Кентой. Ранним утром людей в Хомре было не так много, в это время уже успели пробудиться сам хозяин заведения, две девочки, Аоки, Ята и Ивамото, которая, видимо, эту ночь провела в баре, не вернувшись в общежитие. На одном из диванов едва слышно сопел Рикудо, а Исибаси уже завтракал, изучая интернет страницы с предложениями по работе. И конский хвост вжался в стул, понимая, что за ним пристально наблюдает девушка. – Ч-чего? – заметно нервничая, заговорил раскрасневшийся Аоки. – Я не знаю из-за чего сила… вылезает. Ч-честно. Сказанное заставило присутствующих на мгновение замереть. Секундное мгновение тишины оказалось очень давящим, заставив и без того смущённого парня почувствовать себя ещё более неловко. Капельки пота проступили у него на лбу, красноречиво выдавая внутреннее напряжение. – Что, даже приступа агрессии не было? – зевая, спрашивал Рикудо, поднимаясь. – Никакой ярости или желания подсмотреть девчонкам под юбку? – Причём тут это?! – подскочил паренёк. – Сказал же, что не помню, а все твои мысли только и сводятся к девушкам, чёртов потаскун! – Вообще-то, – устало, но твёрдо начал Ренджиро. – Он прав. Мелкий шнырь, неужели ты не испытал ни одной эмоции, когда сила только проявилась? Жгучее ощущение? Невыносимый жар в частях тела? Слушая Исибаси, Аоки перевёл взгляд на свои руки, несколько раз сжав и разжав кулаки. Что же было в тот момент, когда Юкико поделилась с ним силой? Всё происходило быстро, но главным оставалось осознание того, что он больше никогда не вернётся домой. Его место рядом с королевой, в компании алых идиотов, один из которых вечно нарывается на драку, и, видимо, охватившее его в тот момент чувство эйфории и необузданной свободы заставили силу проявиться мгновенно. Тёплые чувства, но, в то же время плавные, мирно протекающие через сердце проявились в виде неоновых змей. – Ну, мне, например, жутко не хотелось общаться с одной странной девчонкой настолько, что, – Дай исчез, мгновенно появившись за барной стойкой рядом с холодильником с едой. – Да! Что я стал лучшим скороходом под подчинением Её Величества! – Да как у тебя это получается?! – мгновенно вспылила Аой. – Бегаешь по бару, подобно Сонику, будто так и надо, в то время как я даже на роликах и прилагая максимум усилий не могу добиться результата! – Однозначно, это талант, – Рикудо радостно заулыбался. – К тому же, почему другие Каэны молчат? Давайте дружно сядем в кружок, детишки, и поделимся секретами с дядей Рикудо Даем. Рен едва слышно засмеялась, прикрыв рот рукой. Ей определённо начинало здесь нравиться, хотя днём ранее девушка относилась к этому месту с опаской. Химера создавал вокруг себя тёплую атмосферу уюта, был человеком, на которого злиться было просто невозможно. Его жизнерадостность, его любовь к жизни, а не к унылому существованию, были заразительны. Он отличался от других Каэнов способностью быстро перемещаться, чем не могла похвастаться даже королева. Хотя, Наито больше склонялась к мнению, что данный навык лишь вопрос времени и особых тренировок. Задержав на мгновение взгляд на вошедшем в бар Тотсуке, Рен отдавала себе отчёт, что сейчас она очень глупо улыбается. Ей, конечно, было всё равно на парня, но то, что он оставил пакеты недалеко от неё, заставило её сердце пропустить удар. – Да, история каждого из вас должна быть очень интересной, – встав за своё привычное место, Изумо разбирал содержимое пакетов, иногда давая обнюхать продукты рыжему котёнку, пристроившемуся у него на плече. – Наша сила совсем другое дело. Её трудно контролировать, зато эффективно ею пользоваться. Каэны сидели молча в нерешительности. Никто не хотел начинать первым, да и не знал, правильны ли были их чувства на момент проявления силы. Наито перевела взгляд на девушку, у которой левый глаз плотно закрывали длинные чёрные волосы с едва заметными розовыми прядями. Ивамото смотрела в сторону, так незаметно и скромно, что совсем не создавалось впечатления того, что Аой является самым шумным представителем неонового клана. Проследив за её взглядом, Рен заулыбалась, ведь девчушка смотрела на третьего по силе из хомровцев. Заметив эту улыбку, Ивамото едва заметно нахмурилась, а её бледные щёки окрасились ярким румянцем. Но, после того, как Наито показала ей оттопыренные большие пальцы обеих рук в знак своего одобрения, чуть не свалилась со стула, сгорая от стыда. – Думаю, – пытаясь разговорить каэнов, начал Татара. – Стоило бы вспомнить королеву. Долгое время её сила была будто под замком, лишь иногда прорываясь наружу. – Не забуду первую встречу, – поддержал его Изумо. – Девчонка с разбитыми в кровь коленями и одежде, перепачканной в пыли, зато со здоровенной собакой и тремя горе-героями, решившими помочь юной особе. Тотсука заулыбался. – У меня даже запись первого визита сохранилась. Нужно её найти! Положив руку на стойку, Исибаси закрыл глаза, вспоминая. – Я бесился, что оно не возвращалось домой, – его усталое лицо, на котором уже проявились первые морщины, прибавлявшие ему мужества, озарилось улыбкой. – Как сейчас помню. Думал, что на эмоциях она бросится под рельсы или спрыгнет с моста. Пары седых волос мне эта кудрявая тварь прибавила. – Он оглядел присутствующих суровым взглядом. – Кто проболтается – три шкуры спущу. Ответом ему были лишь улыбки соклановцев. Спустя секунду на его сильную и тяжёлую руку легла маленькая ручка ребёнка. Рыженькая девочка казалась такой хрупкой и беззащитной, будто её могло унести одним резким порывом ветра. Но, тем не менее, она тоже одна из каэнов, и её следовало уважать. – А Изумяу не купил мне кошачьего кормура! Вот тогда мняу и стало нехорошо! Тоненький голосок Ами звучал так недовольно и злобно, что вызвало у присутствующих волну смеха. Маленький милый ребёнок больше был похож на своё второе обличье – рыжего котёнка, который, даже когда обдирает новые обои со стен или точит когти о чьи-то ботинки, выглядит очень мило. Маленький домашний любимец красного клана, одновременно талисман и маленькая девочка, являющаяся кем-то вроде связующего звена. Слабое звено цепи, способное сдержать другие звенья, способное повлиять на более сильных товарищей и не дать им сжечь самих себя. Рен вновь тепло улыбнулась. Если среди Каэнов есть такой миниатюрный человечек, то человек, принявший его, не может быть плохим. Да и вообще, человек, любящий кошек априори не может быть жестоким. – Мою историю вы уже слышали, – положил ладонь на руку Тибы Рикудо. – Что на счёт остальных? Мини-каэна и преданного пса? Кента и Казуо не знали, обозвал ли их Дай или просто решил придумать новые прозвища. Впрочем, они уже успели разозлиться и обидеться. Просто так, на всякий случай. – Меня, – первым начал Андо. – Моя сила проявилась сразу после того, как Её Величество сбежало со мной и Ами от общества синего короля. – Он положил свою ладонь поверх рук соклановцев. – Думаю, тогда я впервые ощутил всё её великодушие и чистоту сердца. – Мяу? – вмешалась Тиба. – А разве мяума потом не кинула в тебя своей сумкой? – Она просто хотела, чтобы преданный самурай помог ей её донести. – Но мяума… – Ами, – прервал девочку Рикудо. – Нехорошо портить моменты. Иногда нужно уметь молчать, даже когда твоя душа кричит. Ты же у нас взрослая? Хочешь, чтобы мама и папа гордились тобой? Тиба несколько мгновений смотрела на Химеру, поражённо раскрыв глаза, внимательно его слушая. Может быть, она и жила без семьи, проведя большую часть своей жизни в приюте, но она уж точно не была глупой. Своенравной, ревнивой, болтливой, но никак не глупой. Кивнув Даю, Ами заулыбалась, положив свою вторую ручку на руку Казуо, заставив его едва заметно вздрогнуть. Всего лишь жест, всего лишь прикосновение, но сколько это для него значило. Спустя столь долгое время, проведённое в добровольном одиночестве и трауре, он нашёл людей, которые смогут поддержать его, смогут помочь и утешить. И почему понимание таких простых вещей приходит внезапно, но так поздно? – Я просто не хотел возвращаться домой! – продолжил беседу о силе Аоки. Положив руку поверх, он не смотрел на соклановцев, отвернулся от них, пряча смущение за злым выражением лица. – Вот и вся моя история! Взгляды присутствующих обратились к оставшейся Аой. Девушка выглядела странно притихшей, немного нервной, будто напуганной. Глядя в одну точку, она оттягивала время, как могла, хотя с каждым последующим мгновением ожидание становилось всё более невыносимым. – Королева! – подскочив со своего места, окликнула Ёсикаву Ивамото. – Где тебя носит?! Мы же опаздываем в школу! – Аой, что ты несёшь? – недовольно ответила Юкико, накинув на плечи куртку. – Я вообще-то планировала предложить тебе прогулять. – Как ты так можешь?! – голос Аой дрожал, дыхание сбилось. – Образование очень важно для нас! Идём-идём! Иначе нас отметят, как отсутствующих! Схватив королеву за руку, подданная в панике выбежала с ней из бара прямиком в холодные объятия январского утра. Каэны в недоумении переглянулись, вопрошающе глядя друг на друга. – Изумо, – заговорил Дай. – Ты так и не рассказал, как королева обрела силы. – Разве? – с улыбкой отозвался Кусанаги. – Думаю, во всём виновата первая любовь. Женское сердце – область неизведанная и таящиеся в ней переживания можно скрыть под улыбкой, сарказмом и равнодушием. Кто знает, может наше рыжее чучело впечатлило её с первой встречи. Сказанное заставило присутствующих едва заметно улыбнуться. Не каждый мог позволить себе так выражаться в адрес такого человека, как их король. Какого человека? При первом знакомстве с Суо у Наито сложилось впечатление, что его просто невозможно остановить. Его можно сравнить с большой кошкой – львом – величавой, пугающей и страшно ленивой, зато имеющей большие когти и острые зубы. Диковатый взгляд и пугающая аура, формирующаяся вокруг него, были тому подтверждением. Или просто ветеринар слишком много думает о работе. – Рен? – Татара сжал руку девушки своими тёплыми ладонями, заставив её сердце дрогнуть. – Ты ведь уже поняла, как проснулась сила у Аой? Встретившись с Тотсукой взглядом, Наито вскоре посмотрела в сторону своего клана, желая всеми силами удержать охватившие её сердце чувства в узде. Хотя, есть ли в этом смысл? По одной его счастливой улыбке можно было судить о том, что он читает Рен, как раскрытую книгу. Повезло же ей испытывать симпатию к проницательному парню. – Я не знакома с ней достаточно хорошо, – переборов себя, начала девушка, улыбаясь. – Но, судя по тому, как сильно она смутилась, да и то, как быстро она убежала от ответа говорит о влюблённости. Думаю, её сила пробудилась из-за ревности. – Интересно, в кого? – Татара засмеялся, убрав руку за голову, а второю положив на бедро. – В меня, наверное. Он точно популярен у девушек! Подумав об этом, Наито скосила взгляд в сторону. – Почему это сразу в Вас? – пробурчал Кента. – Может быть, в кого-то ещё. – Не бойся, мелкота, – Рикудо положил руку на плечи Аоки. – Девчонки из старшей школы не влюбляются в малолеток из средней. – Тебе-то откуда знать?! На собственном опыте испытал?! – Что? Ни в коем разе, – Дай заулыбался, указав пальцем в сторону Казуо. – Мне Андо рассказывал. Сказанное заставило лицо самурая мгновенно стать пунцовым. – Это всё из-за тебя произошло. И мне было двенадцать лет, в то время как избранница уже училась в университете. – Но я думал, что любви все возрасты покорны, – Рикудо засмеялся. – Все люди имеют право на ошибку. Всепрощение, братья мои, должно стать неотъемлемой частью нашего скромного отряда. Какой мы тогда будем командой, если не будем доверять друг другу? Сами посудите, мы же каэны, наше название произошло от имени братоубийцы. – Меня злит то, что я перестал на тебя злиться из-за длинной речи! – вспылил Кента. – Дурдом! Я в школу! На выходе паренёк очень хотел со всей силы хлопнуть дверью, однако, в самую последнюю секунду вспомнил, что может тем самым довести владельца бара до сердечного приступа. Впрочем, переживал он не столько за Изумо, сколько за себя, ибо Кусанаги был именно тем человеком, на которого грязные приёмы уличных драк никак не действовали. Пришлось убедиться в этом на собственной шкуре, зато теперь Аоки полагал, что может идти смело в бой против всего Скипетра 4. Как говорится, бей своих, чтобы убить в них страхи… ну, или бей своих, чтобы чужие боялись. В любом случае, он больше никогда не подерётся с Ятой в помещении. Такое он дал себе обещание. *** Первый учебный день нового года начался для персонала Роджикку не совсем празднично. Лично Уэно Фуджита, ненавидящая вредные привычки, отмечала каникулы с таким размахом, что до сих пор не могла прийти в себя, оправдывая своё похмелье лишь лёгким недомоганием и головными болями. Кто-то мучается от физических терзаний, а кто-то от душевных, ибо любовь посетила не только сердца юных учениц старшей школы, но и вполне взрослого охранника, отличавшегося нечеловеческой силой. Проводя обход школы, Араки Ёширо наткнулся на давно знакомых учениц, которых обычно любой уважающий себя стрейн запоминает с первой встречи. Было у всех сверхъестественных созданий чутьё на своих собратьев, чутьё, сравнимое с интуицией или просто слабо выраженной паранойей. Во всяком случае, Ёширо думал, что подобным чувство обладают все, у кого есть силы, дарованные Сланцем. Араки прекрасно помнил в лицо всех стрейн, которые встречались ему на его непростом жизненном пути. Быть самым сильным – не значит быть самым счастливым, в чём он не раз убеждался на собственном опыте. Маленький и очень сильный изгой, выросший в большого и очень сильного изгоя. Всегда один, начиная с того момента, сколько он себя помнил. Иногда случается так, что человек совершенно не меняется, даже если очень сильно этого хочет. Возникает замкнутый круг, начинающийся со стремления к переменам, перетекающий в обиды и ненависть к окружающим, и заканчивающийся возвращением к старому и хорошо знакомому. Иногда проще быть абсолютным одиночкой, чем видеть ужас и презрение в глазах близких людей. Но иногда весна приходит и в тронутое льдом сердце. Замдиректора Роджикку, почему-то прозванная ученицами как Педро, была очаровательна. Пускай, она выше его, пускай, она почти вдвое старше и её строгий голос будет долго отдаваться эхом в ушах, но для Араки она идеальна! Первая женщина, которой, как он думал, не страшна его сила. Первая женщина, которая могла говорить с ним ласково, которая не страшилась подойти и мягко сделать замечание. И всё бы было хорошо, если бы Ёширо мог замечать очевидное. Педро панически боится его, а его выходки подмачивают репутацию женской школы, и если замдиректора не хочет потерять работу, ей приходится с дрожью в голосе ставить охранника на место. – Вуф! Араки перевёл взгляд на маленького спаниеля с курчавой палёвой шёрсткой. Пёс что-то вынюхивал, водя носом над асфальтом, идя по следу. Его длинные вислые уши волочились по асфальту, а мокрая от талого снега шерсть стала грязной, но его глаза горели энтузиазмом и желанием завершить поиск, почти как у человека. Вот только животным не место на территории Роджикку. Оглядевшись по сторонам в поисках хозяина, Ёширо пошёл следом за зверем. У пса был синий ошейник, на котором болтались отгрызенные остатки поводка. Владелец питомца скоро объявится, так что, не стоит упускать его из виду. Побудет с Араки, тем более охранник всегда рад такой ненавязчивой компании. – Вуф-вуф! Выпрямившись, собака перешла на бег, очевидно, взяв свой таинственный след. Что может искать сбежавшая от хозяина собака? Того, кто делится едой? Звучит как-то по-кошачьи. Значит, своего первого владельца или какую-то его вещь? Или место, связанное с ним? Впрочем, не важно. Перейдя на бег, Араки побежал следом за наглой псиной, которая уверенно направлялась в сторону старой одноэтажной пристройки, которой уже несколько лет никто не пользовался. Ёширо работал в школе сравнительно недолго и всей её истории не знал. Знал лишь то, что время от времени в этом здании горит свет фонарей или экранов мобильных телефонов. Если ученицы решили занять это место, то запрет на посещение их только раззадорит. Пускай веселятся там, пока сами не поймут насколько это скучно. – Вуф! Вуф-вуф-вуф! Пёс кого-то радостно приветствовал, забежав в помещение. Примечательно было то, что он запросто открыл тяжёлую дверь, потянув её на себя. Будто его кто-то очень хорошо надрессировал. – Старик? – послышался голос одной из учениц. – Иди сюда, дай я тебя обниму. Так, чтоб косточки переломались… Вздрогнув, Араки распахнул дверь, чисто случайно оторвав от неё ручку и сломав её напополам. Бывает. Как-то раз он с плеча выбил стальную дверь. На него уставилось две пары ошеломлённых глаз. Сидящая на широком подоконнике кудрявая девушка, более известная среди стрейн, как красная королева и пёсик, который ещё не решился превратиться обратно в человека. Испуганно глядя на охранника, Юкико крепко сжала в руках свою сумку, не сводя глаз с блондина. – Юноша, крайне невежливо заходить без стука, – понимая, что неожиданный и резкий визит кого-то из школьного персонала сильно напугал Ёсикаву, Судо решил предпринять попытку защитить её. – К тому же, когда два старых друга разговаривают по душам. Едва заметно нахмурившись, Ёширо отвёл взгляд, незаметно выбросив себе за спину сломанную дверную ручку. Он не возражал, что красная королева прогуливает уроки, отчасти из-за того, что сам не был приличным учеником, отчасти из-за того, что красный клан – сборище монстров, горой стоящих друг за друга. – Вы же… из разных кланов, верно? – начал парень как можно более мягким голосом. Ему не хотелось, чтобы над школой в небе воспарил Дамоклов меч. Юкико и Ясуо в недоумении переглянулись. – Да, – несмело начала девушка дрожащим от волнения голосом. – А почему Вы спрашиваете? Знал бы он сам, почему это спросил. – Я много думал о том, – он едва заметно улыбнулся. – Чтобы присоединиться к кому-нибудь. Видишь ли, мой недуг не даёт мне покоя. Крушу всё подряд, ничего не могу с собой поделать. Может быть, если у меня будут другие силы, то я начну сдерживаться? Ёсикава удивлённо вскинула брови, в то время как Судо едва сдерживал себя от язвительного комментария. – У Вас есть выбор, – девушка натянуто улыбнулась. – Вы же знаете, что с недавних пор кланов четырнадцать? Хотя, с фиолетовыми и бесцветными спорный вопрос, да и зелёные сидят в тени… – Погоди, – Араки вздохнул. – Есть ли среди ваших кланов стрейн? Юкико начала считать в уме, оттопыривая пальцы до тех пор, пока Ясуо не ударил лапкой её по руке. – Трое. Два у меня и один у Микото. – Так говоришь, будто мы домашние питомцы! – возмутился Судо. – Я сам стрейн, а если тебе нужна помощь с силой, юноша, то знай, синий клан сотрудничает с золотым, у которого в технологиях имеются приборы для блокирования наших способностей. Причём выглядят, как обычные безделушки. Выпрошу у внучка себе часы, думаю, подгонит. – Тоже мне, – шикнула королева. – Блокировать силу может каждый. Но это больше похоже на абстинентный синдром. Стоит только заполучить силу, как ты захочешь постоянно ею пользоваться, давать ей выход. – Кудряшка, – мягко ответил старик. – Ты не стрейн… Он осёкся, встретившись с усмехающимся взглядом Ёсикавы. Да, она не стрейн, она сильнее стрейн и для обладания её силами нужен больший контроль. Сравнивая себя с ней, Судо отдавал себе отчёт, что ему повезло лишь бродить по миру в теле собаки, а не жить со страхом в сердце из-за нависшей над головой вечной угрозы. В этом плане Величества кланов могли позволить себе быть эгоистами. – Отказ от силы или постоянное её использование? – нарушил тишину Ёширо. – У меня вспыльчивый характер. – Тогда ты точно должен быть с нами! – оживился Ясуо. – Твои силы пойдут на благо людей, если их правильно применить. – А чего это он должен идти с синюшными? – тихо ответила Юкико. – В моём клане без вспышек гнева не обходится ни одна совместная посиделка. Судо и Ёсикава смерили друг друга взглядами. Ни один из них не собирался уступать, причём, если упрямство Юкико рождалось юношеским эгоизмом, то упрямство Ясуо брало начало из благодарности семейке синих господ. Правильно говорят: старый, что малый. Оба были уверены в том, что Араки должен принадлежать их клану, что человек, обладающий ужасающей мощью, заставит возникшее равенство в силах пошатнуться. И так как синей королевы здесь не было, старику приходилось отвлекать красную от мгновенной вербовки парня. Вот только он совсем не думал о том, что для неё Ёширо не был вещью. – Решайте, – Ёсикава скрестила руки на груди, хмурясь. – В любом случае выбор предоставляется именно Вам. Судо про себя выругался. Грамотный ход от корыстолюбивой королевы. Если заставить кого-либо почувствовать свою важность и значимость, то этот кто-то непременно ответит взаимностью. Возможно, она воспользовалась этим неосознанно, возможно, специально, но, скорее всего, это было лишь одной из частей её воспитания и характера. Вежливость, благодаря которой Юкико кажется хрупкой и беззащитной, тем самым обезоруживая оппонента. Грамотно, ничего не скажешь. В ответ Араки пожал плечами, отведя взгляд. Хотел ли он на самом деле вступать в клан? Он приносит лишь разрушения, оставляя за собой лишь руины и убегающих в панике людей. Кто его будет терпеть? Кому он сдался? Но быть частью большой семьи было так соблазнительно. Если его всё же примут, если он станет кому-либо нужен, то он мог смело поклясться сам себе, что ни за что на свете не даст своей мощи взять над собой верх. Подняв взгляд на девушку и сидящего рядом с ней пса, парень грустно улыбнулся. – Не знаю. О ваших кланах я знаю только со слухов, по которым все вы являетесь куда более страшными монстрами, чем обыкновенные стрейн. Хомра и Скипетр 4 – вечные враги, равные друг другу, от которых мир затрещит по швам. – Каэн. – Что? – Каэн, – повторила Ёсикава, вздохнув. – Мой клан. Не знаю, где, когда и кому Суо перешёл дорогу, но чувствую, что должна извиниться за него. Он своенравный и немного эгоистичный, к тому же любит пускать огонь из рук, но, чтобы из-за него затрещал мир по швам? – она перевела взгляд на окно. – Зачем нам это? Единственный мир, который трещит по швам, находится внутри нас самих. Мы же не боги. Секундное молчание прервалось шумным всхлипом Ясуо. Долгое время он думал, что стал слишком стар для подобных эмоций, однако то, как Юкико спокойно защищала Микото, то, сколько веры в него было в её словах, тронуло старика до глубины души. Ни одна из его жён не оказалась способной на такую заботу, на такую благодарность и переживания. Опустив голову, он лапкой скрыл глаза, пустив скупую пёсью слезу. – Поэтому, если и нападать, то по-тихому! – глаза Ёсикавы загорелись энтузиазмом. – Желательно, со спины. Да, подло, но против синего короля иначе не попрёшь! Вот будь у меня силы Микото, я бы таких дел наворотила, что меня по всей Японии почитали бы за адское божество! Юкикизм обязан стать мировой религией для всех неформалов мира! *** Заключив пари на право Ёширо быть в их кланах, Ясуо и Юкико разошлись на поиски идей для привлечения нового человека в свой клан. Ёсикава – личность творческая, должно быть, её курчавую голову уже посетили стоящие идеи, которые выставили бы Каэн исключительно с положительной стороны. И это немного расстраивало Судо. Он уже стар, и многие мысли по поводу рекламы, зарождающиеся в его голове, уже давно себя изжили. Если подумать, то молодёжь тянет лишь ко всему отрицательному, к сладкому запретному плоду, порождая дух бунтарства. Это хорошо, молодость должна быть яркой, а для оправдания своих поступков существует старость. Его многочисленные потомки служили тому подтверждением. Какие ценности могут быть у молодого парня? Хобби, друзья и женщины. Остальное мужчин возраста Араки не интересует. Ветер в голове и вера в светлое будущее, разочарования и необходимое для взросления одиночество. Если подумать, то у Ёширо очень тяжёлый, гипнотизирующий взгляд, будто у свирепого зверя, озлобленного на других. Пожалуй, это даже плюс. Дамы оценят. Дамы. Как может сдаться без боя человек, у которого за плечами пять свадеб и пять разводов? Ему вовсе необязательно придумывать рекламу для своих синих собратьев, достаточно лишь задобрить Ёширо, подружиться с ним, и тогда он сам протянет руку королеве с просьбой принять его в дружную компанию. Вот только, справится ли он один? В прошлый раз ему помогала та самая красная королева, которая теперь выступает против него. Не важно, кто будет помощником, лишь бы он появился, пусть хоть с неба свалится, но он нужен Судо. И, желательно, чтобы он был молодым. – Кто ставит эти заборы? – отряхивая брюки, пробурчал молодой парень, в кудрявых каштановых волосах которого красовались пара сухих веток. – Нормальным людям пройти нельзя. Запустив пальцы в волосы, он растрепал их, приводя себя в более-менее приличный вид. Неужели просьба Ясуо была услышана? Можно ли это считать знаком судьбы? Конечно, если бы он был суеверным! Школьный персонал сейчас вовсю работает, а ученицы пребывают либо в учебных корпусах, либо в общежитиях, а этого человека не заметили даже бдительные охранники. То, что нужно! – Юноша, не соблаговолите ли помочь старику? – потерев спину, Судо подошёл к парню, прихрамывая, придавая себя максимально несчастный вид. – А нужно? – улыбаясь, ответил парень. – Что стряслось? – К внучеку приехал, – улыбаясь, начал импровизировать Ясуо. – Сто лет его не видел. Повзрослел, работу себе здесь нашёл, да, думаю, и невесту заодно. Вот только понять не могу: кто она? Мой Ёширо стеснительный больно, никогда не скажет. Не поможете ли Вы бедному разволновавшемуся дедуле, юноша? Прохрипев последнюю фразу, он шумно откашлялся в кулак. Недаром он потратил годы на оттачивание актёрского мастерства, изображая в разные годы серьёзную простуду, несчастного влюблённого, увлечённого рыбалкой мужа, трезвого при сильном опьянении. Но это всё меркнет по сравнению с тем, что однажды его лжи поверил его названный синий внук! – Вычислить избранницу? – парень задумался, приставив руку к подбородку. – Можно. Показывай своего внука. Хрустнув костяшками пальцев, незнакомец внимательно смотрел на старика серьёзными голубыми глазами. Было в этом жесте что-то очень знакомое, да и сам парень кого-то смутно напоминал. – А зовут-то тебя как? – Амида, – он вновь заулыбался, накинув на голову капюшон. – Пойдём? Пока я настроен помогать, и пока меня не увидели на территории женской школы. – Комплексуешь? – Брезгую. Моя сестра здесь учится. Дурная растёт, не хочу подавать ей ещё более дурной пример. Дедуль, что-то ты довольно бодро ходишь для человека с больной спиной. – Чудо свершилось! Я исцелён! Ох, чёрт! – он вновь скорчился, будто чувствуя внезапный приступ острой боли. – Проклятье. *** Стоя у поста охранника, находящегося рядом с главным входом в школу, Юкико задумчиво смотрела на парящие в воздухе редкие снежинки. Она никогда не любила проигрывать и признавать своё поражение, но, похоже, в этот раз ей придётся сделать это. У старика большой опыт общения за плечами, в то время как у неё нет абсолютно никаких идей по поводу привлечения Ёширо в клан. Конечно, она могла бы сразу поделиться с ним силой, и спор был бы окончен, но ведь это было слишком просто. Непростительно просто. Первый закон математики: если что-то решается слишком просто, то оно решено неправильно. Было бы слишком навязчиво расхваливать направо и налево каэнов, к тому же, среди них сплошные экстравагантные идиоты, любящие подкалывать друг друга. У многих есть вредные привычки, кто-то любит нарваться на драку, кто-то вечно мяукает, а кто-то сделает блюдо из кошачьего корма. А как они воспитаны? Грубят, показывают неприличные жесты и запросто могут появиться на людях в одних пижамах. Чёрт. Для неё они идеальны! Но что нужно Араки? Что вообще нужно современному человеку для счастья? Критериев много: пища, секс, уверенность, любовь, уважение, познания, красота, реализация. Нужно выбрать одно из перечисленных, тогда уже должны появиться хоть какие-то сыроватые идеи для дальнейших действий. Хорошо бы выбрать пищу, вот только изысканные блюда от Ёсикавы можно было смело использовать как биологическое оружие. Кстати, хорошая идея. Если выбрасывать стряпню в море и создать куда большую аномалию в океане, чем Бермудский треугольник. Корабли-призраки, дрейфующие среди волн без одного пассажира на борту… Она отвлекается. Что там дальше в списке? Секс. Завербовать женщину древней профессии и заставить работать на себя? Юкико нахмурилась, раздражённо покачав головой. Подобная идея была для неё слишком отвратительна. Дальше. Уверенность. Сразу нет, ибо даже она замечает, что её комплименты больше похожи на проклятия! Говорить кому-то что-то приятное очень трудно, особенно, когда говорящий слишком горд и смущён. Любовь тоже не подходит. Уважение. Страшно представить, как его будет проявлять Кента или Аой, и, если у Ёширо низкая самооценка, то один из них точно превратит его во второго Казуо. Познания. Чему его может научить красный клан? Как правильно страдать невыносимым идиотизмом? Да и с реализацией непонятно что делать. Но вот красоту устроить можно, особенно, если он любит неоновые огоньки. – Убей меня, – мрачно изрёк знакомый усталый голос. – Игараси, убей меня, я не возражаю. – Санииро, мы просто идём в школу, – голос Сачио звучал с некой долей напряжения, было похоже, что он тянул сопротивляющегося соклановца в учебное заведение. – И как ты стал президентом студсовета? Ты же постоянно прогуливаешь! Аоки-старший ярый прогульщик? Похоже, Ёсикава была права по поводу того, что все кудрявые на одной волне. Пускай, Санииро был одним из самых мерзких персонажей в её жизни, но, он такой же подросток, как и она, и у него тоже ветер в голове. Странно признавать это, учитывая, что приветствуют они друг друга презрительными взглядами. – И похорони меня под плинтусом, – сокрушённо изрёк Аоки. – Игараси, неужели ты не хочешь спасти товарища от самоубийства? – Товарища? – в голосе Сачио слышалось, что он улыбается. – Наконец-то ты признал, что я твой друг, Санииро. – Тц. – Верно подмечено, Фушими, – с презрением ответил Аоки. – И не поспоришь. – Если бы не твои извечные прогулы – мне не приходилось бы брать на себя роль мамочки, – хмуро ответил Сарухико. – Забавно получается: слабохарактерный ты, а отдуваюсь я. А ведь это может сработать! Их спор с Ясуо больше похож не на дружеское пари, а на рекламную войну среди крупных бизнес компаний. Выявить недостатки конкурента, показать их во всей красе дилеру и сделать дилера своим деловым партнёром. Судо знал, что женское сердце коварно, но, чтобы оно действовало настолько подло… Улыбаясь, Юкико подошла ближе к воротам. – Я не люблю это место, – Фушими поднял взгляд на Роджикку, хмурясь. – Впрочем, мне всё равно, в школе ты или вне её, но раз это приказ капитана, то ясно как день, что ему капают на мозги. Аоки это прекрасно понимал. Понимал так же и то, что благодаря отсутствию общения с красной королевой, синяя заставляет их страдать от обилия своего материнского инстинкта. Не нужно быть гением, чтобы понять, что Акина даже о Саюри заботится, подобно мамочке. – О, красное ВиВи! – Игараси счастливо замахал руками в знак приветствия. – Привет! За нами наблюдаете или конкретно за мной? Он смущённо приставил ладони к щекам, краснея. Впервые Юкико была рада ему как никогда прежде. Она не знала, как в данной ситуации обратить внимание парней на себя, а обдумывание заставило её довольно сильно разнервничаться. Облегчённо выдохнув, она едва заметно улыбнулась парням. – Ты, – Санииро хищно заулыбался. – Демонстрируешь нам своё невежество, прогуливая уроки, мелкая красная королева? Ёсикаву передёрнуло из-за очередного замечания о её росте. Исподлобья глядя на Аоки, она лишь надеялась, что Араки бродит где-то неподалёку. – Ты меня упрекаешь? – вздохнув, ответила она. – Ты же сам задерживаешь как себя, так и этого… с кошачьими ушами в волосах. Игараси обиженно надул губы, скрестив руки на груди. Взгляды Санииро и Юкико встретились. – Короткий рост – короткая память – короткий мозг? – Аоки заулыбался. – Почему я не удивлён? Впрочем, мой младший брат всегда выбирал себе удивительных личностей. – Смерив Ёсикаву взглядом, он заулыбался чуть шире. – Таких, как ты, красная королева. Во всей Японии нет людей, которые в моих глазах так прекрасно сочетаются с грязью. Юкико едва заметно нахмурилась, глядя в глаза Санииро. Она бы хотела ему что-нибудь ответить, вот только опасалась, что её голос от этого будет дрожать. Вдохнув побольше воздуха, она медленно выдохнула, пытаясь унять лёгкое волнение и жгучую злобу внутри себя. Ярость выдаст её слабость, а лучшая защита против таких хамоватых наглецов, как Аоки – спокойствие. – Сарухико! – наблюдая за диалогом парня и девушки, Сачио начал тормошить соклановца, дёргая его за рукав. – Они же сейчас поцелуются! На улице это крайне неприлично! Неприлично! Санииро передёрнуло. – Ты идиот, Игараси?! – Ещё какой идиот, – отмахнулся от паренька Фушими. – Раздражает. – Но ваш разговор был так похож на признание в любви! – краснея, Сачио с жаром отстаивал свою позицию. – И вы стоите так близко друг к другу! Но забор разделяет вас. Ничего, Сарухико, ты же сможешь его уничтожить? – Вот ещё, – высокомерно усмехнулся блондин, закрыв глаза, вновь взяв над собой контроль. – Я не любитель чёрных пятен с готскими наклонностями. Взгляд ребят привлекла маленькая девочка, дёргавшая Сарухико за подол плаща, вызывая тем самым у парня крайнее раздражение. Стоя спиной к малютке, он думал лишь о том, что Игараси опять что-то понадобилось, что-то, что было абсолютно неважным, но Сачио умел раздувать из мухи слона в два счёта. Впрочем, всяко лучше быть нянькой, чем личным психологом, сыночком и подушкой для слёз королевы. И безразличие парня вызвало у девочки слёзы. – Ханако! – удивлённо воскликнула Ёсикава. Расстроенный злой ребёнок перевёл взгляд на красную королеву. Младшая сестра Акины и её лучшая подруга откровенно ненавидели друг друга, хотя вторая и пыталась вести себя помягче в общении с малышкой. Самая вредная Симидзу из всех вредных Симидзу только и умела, что пинать Юкико, злясь на то, что кудрявая забирает себе всё внимание Акины. Она опять убежала от родителей? Ёсикава заулыбалась. Устроит же ей её мать – Чийо – взбучку. Да такую, что сесть сможет только через два месяца. К тому же, если доблестные синие полицейские добропорядочные, то малявку с лёгкостью можно использовать. Нужно как можно меньше общаться с Изанами. Её рассуждения о выгоде, направленной лишь на собственное благо довольно заразительны. Оттянув нижнее левое веко пальцем вниз, Юкико показала Ханако язык. Было понятно, что королева дразнит девочку, однако, подействовало это сразу на двух человек. Заставив вспылить Симидзу, а затем и Аоки, Ёсикава сделала три шага назад, отдаляясь от ворот. – Ты у меня получишь! – злобно пробурчало Ханако, пролезая между прутьями ворот, минуя пост охраны. Троица Скипетра 4 несколько мгновений пребывала в молчании. Переглянувшись, Санииро и Сарухико постепенно начали понимать ситуацию, и, хотя Аоки не был знаком с семьёй королевы, он полагал, что девчонка является её родственником. Слишком уж они похожи, да и без какого-либо опасения малютка подошла к Фушими, хотя дети обычно избегают встреч с представителями синего клана. Строгие наставления от родителей. А где, кстати, родители? – Странная девочка, – почесав затылок, задумчиво произнёс Сачио. – Ну, на урок мы уже опоздали. Нечего было так долго флиртовать, Санииро! Она же королева! А ты всего лишь подданный! Аоки стиснул зубы, хмурясь, ударив себя по лбу, похоже, сказанное заставило спокойного и хладнокровного парня взорваться. – Игараси, ты… – Цыц, – спокойно прервал их Сарухико. – Разбираться будете потом. – Он снял очки, вновь глядя на Роджикку. – Не хотел здесь быть, да придётся. – Почему? – удивлённо вскинул брови Сачио. – Пока у нас есть свободное время, мы могли бы купить пива. Ну, а что? Домиуджи продают, значит и мне продадут! Надев очки, Фушими мрачно посмотрел на высокие ворота, окружавшие школу. Перелезть можно. Но что их ждёт на территории? Полоумный охранник с нечеловеческой силой, пара обучавшихся внутри королев и… Да, Кикути. Лишь бы не попасться ей на глаза в этот раз. *** В этот день Роджикку была магнитом для незваных гостей. Юкико и Ханако веселились, играя в экстремальные догонялки, Сарухико, Санииро и Сачио перебрались через забор, оттолкнувшись от чьей-то машины, Амида и Ясуо следили за Ёширо, но на этом поток прихожан решил не останавливаться. И хозяин той самой несчастной машины схватился за сердце, выронив из руки стаканчик кофе. – На пять минут же отошёл, – стиснув зубы, заговорил он. – Моя любимая! Глядя на следы обуви и неглубокие вмятины, оставшиеся на крыше и капоте, парень едва сдерживал слёзы, чувствуя всю боль и унижение своего автомобиля. Какой ублюдок смог пройтись по его элегантной малышке? Кому это вообще могло прийти в голову?! – Кохаку, – хмуро позвал шатена его друг. – Живее, если не поторопимся, королева нас убьёт. Утияма Кохаку хмуро посмотрел на соклановца сквозь стёкла очков в чёрной оправе. В любви к машинам парень был очень похож на свою королеву, впрочем, сходства на этом не кончались. Зелёный клан Её Величества считался самым многочисленным, насчитывая около полусотни подданных, которые делились на две группы: внешней защиты и внутренней. Внешних было больше и отличались они физической силой и безотказностью в исполнении приказов, в любой момент готовые, как говорится, словить пулю в лоб ради госпожи. Внутренние же были жестоки, коварны и хитры, к ним и относился молодой автолюбитель. Тяжело вздохнув, Утияма выключил работающую сигнализацию, открыв дверь своего любимого транспортного средства. Недолго думая, он остановил взгляд на видеорегистраторе, после чего пальцем нажал на его экран. Мягкий серый свет озарил салон автомобиля, под зеркалом заднего вида которого в пространстве появилось окошко видео. – Кохаку… – Заткнись. Тот, кто поступил так с моей девочкой, не уйдёт безнаказанным! Лучше не спорить как с королевой, так и со вторым по силе человеком в её клане. – Полюбуйся, – раздражённо всплеснул руками парень. – По моей малышке прошлось стадо из синего клана! Замечательно. – И что же ты теперь будешь делать? – Как это что? – хищно заулыбался Утияма. Зелёный яркий свет, отразившись от его глаз, сверкнул бликом в стёклышках его очков. – Как говорит наша королева? Устроим ублюдкам деффибрилляцию? Собеседник кивнул, нервно сглотнув, внутренне радуясь, что Кохаку не родился, скажем, в средневековой Европе или во времена Гитлера. Отпетый садист, нацепивший на лицо маску жизнерадостного и оптимистичного парня. В его характере предела не было трём чертам: эгоизму, любви к машинам и преданности королеве. Из-за последнего качества он был куда более страшным человеком, чем можно было вообразить. – Отвези мою малышку, – он бросил мужчине ключи. – В автосервис. – С-слушаюсь. – Одна маленькая царапина, – Утияма посмотрел на него ледяным пронзающим взглядом, в котором угроза, ярость и презрение смешались воедино. – Одна лишняя вмятина, одно пятнышко в салоне – и можешь копать себе могилу. Поправив очки, Кохаку вышел из автомобиля, пристально глядя на школьные ворота. Доля правды в его словах была, и это было больше пожеланием, нежели угрозой. Есть вещи похуже смерти, к несчастью, Утияма в них эксперт. Взгляд парня пал на замок школьных ворот. Электронный, с таймером, не позволяющий ученицам сбежать во время занятий и нарушителям проникнуть на территорию школы. Женская старшая школа ставила на первое место безопасность учащихся, возможно, именно поэтому она занимала лидирующие позиции среди других учебных заведений по количеству обучавшихся. Пропустив сквозь металл электрический заряд, Кохаку вошёл на территорию школы сразу после того, как тяжёлые железные ворота приветственно раскрылись перед ним. Замок сгорел, да и сам механизм пришёл в непригодное состояние. Нужно будет извиниться перед директором, хотя, вряд ли у него будет на это время. Чего не сделаешь ради любимой, которую бессовестно оскорбили мелкие хулиганы из Скипетра 4. *** Пристальное наблюдение за Араки приносило успехи, красноречиво выдавая Амиде подробности о предпочтениях блондина среди женского пола. Что они имели на данный момент? Ёширо до безумия нравились высокие брюнетки, которые были либо замужем, либо значительно старше его. К слову, ещё у него были проблемы с контролем своих эмоций, при этом, он любил попить газировки. – Не знаю, знал ты это дед, или нет, – шёпотом говорил Амида Ясуо, выглядывая из своего прикрытия – кустов. – Но газировка – неплохой энергетик. Ускоряет пульс. После пары глотков можешь не сомневаться, что в ближайшее время ты не уснёшь, даже если сильно устал. На вспыльчивых людей действует эффективнее. – Юноша, я знаю, что ты любишь поболтать, но мне кажется, мой внучок что-то подозревает. – Не может этого быть. Араки вновь обернулся, глядя на подозрительный шепчущий куст, по пятам следующий за ним. Впрочем, он был слишком расстроен, чтобы придать значение растущему посреди асфальта миниатюрному деревцу, которого там быть не должно. Для растительности существовали специально отведённые аллеи. Переведя грустный взгляд на выходящую из учебного корпуса замдиректора, имя которой он подзабыл, он приветственно улыбнулся, помахав ей рукой. Педро этот вежливый жест заставил в ужасе передёрнуться, но, всё же, она нервно кивнула ему, сжав руки в кулаки, чтобы не выдать дрожь. Раскрасневшись, Ёширо отвёл взгляд, счастливо улыбаясь. – Мать моя еврейская богиня! – сделал вывод из увиденного Амида. – Чёрт, я должен закурить! – Юноша, тише, болтающие кусты вызывают столько же подозрений, сколько и курящие. – Наш куст, – парень вытащил из кармана куртки пачку сигарет, после чего зубами подцепил одну. – Экстравагантный. Чёрт, – он засмеялся, прикуривая от огня зажигалки. – Я сам не люблю низких. Моя жена совсем чуть-чуть ниже меня. Знаешь, длинные ножки и… – Тише. – Когда встретил её, – он затянулся. – Меня будто током ударило. Здесь похожая ситуация. Вот только эти ножки хочется оторвать и избить ими её родителей. – Ты придираешься к внешности? – Обычно – нет, – он засмеялся. – Но её взгляд способен довести до сердечного приступа. Не удивлюсь, если она высокомерна, одинока и живёт со здоровенной собакой. – Ты психолог? – Все мы после армии и женитьбы психологи. Но у меня здесь учится младшая сестра, которая уже три года не была дома, зато описывает всё в красках. Из-за их разговора они упустили Араки из виду, да и Амида, рассевшись на асфальте, уже во всю курил и вспоминал своё прошлое, в особенности бывших девушек. Впрочем, цель уже была выполнена и объект симпатии Ёширо найден, ну а Судо следовало решить: как поступить дальше? Что может растопить сердце пятидесятилетней женщины, которой, скорее всего, важна лишь её должность? Куда проще обходиться с девчонками, ибо даже таким разным Юкико и Акине важна в мужчинах лишь одна черта характера: наглость. Благо, в Микото и Рейси её было предостаточно, да и его названный синий внук не имел какого-либо представления о личном пространстве. И Ясуо был вынужден признать то, что Амида был прав. Рост в два метра не характерен для женщины, тем более для японки. Следует оставить ненужные размышления. Что нужно обыкновенной женщине? Что сделает её счастливой? Ощущение того, что она любима. Всё-таки человек, женившийся аж пять раз знает о противоположном поле многое. – Ах ты бестолочь! – увидев бегущую по тротуару Ёсикаву, парень выскочил из кустов. – Сейчас же учебное время! Лицо Юкико перекосило от удивления и ужаса. Всё же, не каждый день с ней разговаривают кусты, плюс ко всему, голосом старшего брата. Судо вздохнул. Он подозревал, что эти двое носят одну фамилию, однако больше его интересовал одно странное явление. Уже дважды за день он видел красную королеву застигнутой врасплох, хотя по общим представлениям ей следовало быть жестокой, соответствуя королю. В такие моменты, когда она к чему-либо не готова, когда она беззащитна и уязвима, она выглядит очень милой. Не удивительно, что Суо любит злить её. Выйдя из временного укрытия, Амида осуждающе смотрел на неё, со всей строгостью старшего брата. – Наконец-то, – шикнул он. – Уж думал, что ты совсем безнадёжная пай-девочка. Совсем отчаялся, – он закрыл рукой глаза, проронив скупую мужскую слезу. – Я горжусь тобой, сестра! Кажется, у Ёсикавы от неожиданности происходящего задёргался левый глаз. – Что ты здесь делаешь? – Погоди, не видишь, что я горжусь тобой? Не порть момент своей бесконечной девичьей болтовнёй! Драматично приставив тыльную сторону ладони ко лбу, Амида с серьёзным видом поднял взгляд в холодное зимнее небо, заставив Ясуо тяжело вздохнуть. Кто там удивлялся по поводу странностей характера Юкико? Акина? Она должна была знать, что это у Ёсикав генетическое. Сестра не смела прервать гордость брата своим возмущением, а брат не смел перестать чувствовать воодушевление и надежду на то, что может быть, младшая начнёт встречаться с каким-нибудь малолеткой, которого он периодически будет перебрасывать через спину. Желательно, чтоб у него в арсенале была хулиганская морда, тогда можно было бы и хорошенько подраться. – Мелкота, а ты ни с кем не начала встречаться? – Начала, – пробурчала Юкико, скрестив руки на груди. – И с кем же? Я его знаю? – он положил руку на плечи девушки. – Микото. – Какой такой Микото? Какой-нибудь Микосиба? – Суо. Передёрнувшись, Амида шокировано раскрыл глаза, схватившись за сердце. Выронив сигарету, парень едва держался на ногах, чтобы не упасть. Он, конечно, мечтал о том, чтобы сестра нашла себе самоуверенного задиристого юнца, с которым было бы приятно поогрызаться, но Суо Микото? Сам Суо Микото из Хомры?! Сам чёртов криминальный авторитет, поднявший на уши Шизуме Суо Микото?! Если бы ещё её лучшая подружка начала встречаться с монстром из синего клана – это был бы финиш, ибо Амида уже чувствовал, как его каштановые кудри покрываются сединой. – Ты его знаешь? – удивлённо вскинула брови Юкико. – Ну, он тоже тебя знает. Ощущения от сказанного были равносильны для парня сердечному приступу. С болью глядя на спокойное лицо сестры, он увидел, как та испуганно раскрыла глаза, глядя в сторону. Напугать Юкико всегда было очень трудно, спасибо их кузине, которая с детства включала мелкой кудрявой фильмы ужасов. Если девушка Суо Микото так на что-то реагирует, значит, приближается, как минимум, апокалипсис. Из-за понимания ситуации и страха перед неизвестной угрозой брат почувствовал искреннюю и неподдельную панику. Юкико удивлённо вздохнула, в то время как Амида почти перешёл на крик. Он не знал, от чего они убегали, но большего ужаса в своей жизни не испытывал даже в армии. В то время как Ханако, запыхавшись, уже готова была сдаться и не догонять ненавистную кудрявоволосую, пока её убегающий брат не открыл в девочке второе дыхание. *** Прижав телефон плечом к уху, Кохаку ответил на звонок, не отрывая пальцев от клавиатуры находясь в комнате охраны. На небольших экранах отображались трансляции с установленных в зданиях камер видеонаблюдения, показывающих коридоры, классы, библиотеку, парковку и входы в корпусы. Последние и привлекли внимание мстительного автолюбителя. – Чего изволит Ваша Зелёность? – он бросил взгляд на обезвреженных охранников, которым минутами ранее наглядно показал на практике что будет, если в тело человека ударит молния. – Сегодня чудесный день для разговоров и ужина в дорогом ресторане, не находите? – он засмеялся. – Как грубо. Меня снова отшили. Брось, ты такой же автолюбитель, как и я, неужели ты бы не отомстила за свою малышку, если бы на неё кто-то покусился? – он скрестил пальцы. – Да чтобы я злоупотреблял силой? За кого ты меня держишь? За какого-то конченного садиста-психопата, для которого стёрты границы дозволенного? Впрочем, таковым он и являлся. Голос королевы был приятным, томным, а интонация игривой и насмешливой. Заслушавшись её обвинениями, Утияма не сразу заметил, что дверь вновь открылась, а в комнату вошла очередная потенциальная жертва. – Что за?.. Грубый голос Ёширо привёл Кохаку в чувства. – Я немного занят, – улыбаясь, он поправил съехавшие очки. – Давай поворкуем в следующий раз? Сбросив вызов, он поднялся с кресла, ничуть не удивившись тому, Что Араки собрался драться с ним, подняв над головой шкаф. – Наконец-то, достойный противник. Широко улыбаясь, Утияма тряхнул руками, по которым уже струилась, смертоносно искрясь и завораживающе сверкая мощь королевы. Люминесцентные лампы затрещали и заморгали от перепада напряжения, экраны компьютеров погасли, а комната наполнилась запахом расплавленного пластика. – Устроим, ублюдок, деффибрилляцию! *** Чувствовал ли Дай такую лёгкость во время бега, когда только-только проснулись его силы? Каждая клеточка тела наполнялась жаром, а сила окутывала тело, даря своё тепло и защиту. Это больше похоже на полёт, на ощущение отсутствия гравитации, появление которой легко можно контролировать. Бледные неоновые хвосты тянулись за девушкой, быстро растворяясь в воздухе, оставляя после себя облачка пара. Тяжело дыша, она остановилась, обернувшись. Никакой усталости в мышцах, напряжения или боли. Лишь адреналин в крови и невыносимый жар, от которого едва ли не кружилась голова. Если приноровиться, то к необычным ощущениям можно привыкнуть. Посмотрев на свои руки, на которых всё ещё играли языки яркого пламени, Ёсикава подняла взгляд на небо. Меча нет, но, интересно было бы увидеть, насколько изменится её скорость, если он будет сиять над головой. Улыбнувшись своим мыслям, она прекрасно понимала, что эти ощущения были второй причиной того, почему она до сих пор не отказалась от титула королевы. Первой было желание оставаться с Микото. – Ты бы поменьше сверкала на людях, звёздочка, – сделал ей замечание Ясуо, выходя навстречу, размахивая руками, разгоняя неоновую дымку. – Это же секрет от общественности. – Да, – она закивала, положив руку на талию, пытаясь отдышаться. – Это уж точно. Следует быть осмотрительнее. Красная королева только что с ним согласилась? Нельзя упускать такой шанс. Присев на ступеньку, Юкико закрыла глаза, приводя себя в чувства. Кончики пальцев заледенели, хотя и были объяты пламенем, а тело трясло. Адреналин – странная, но чертовски приятная штука. – Эй, – Судо заботливо похлопал её по спине, обняв одной рукой за плечи. – Может, откажешься от Ёширо? Всё-таки, одному мне трудно привлечь его в наш клан. – Да, конечно, – Ёсикава устало улыбнулась в ответ, глядя на асфальт. – Погоди, ты только что признала своё поражение? – Да. – Ты не заболела? – он коснулся ладонью её лба. – Да на кой чёрт мне этот неуравновешенный псих Араки?! – она ударила его по руке и резко поднялась со своего места. – В моём клане и без него полно пироманьяков, хочешь, чтобы в Каэнах появились адекватные люди?! Ну уж нет! С такими силами мы одолеем не только синих! За семью! За честь! За короля! Ясуо заулыбался, буквально, кожей ощущая её воодушевление, возникшее от новых способностей. Впрочем, ничего удивительного. Когда человек чувствует себя очень сильным, примерно так всё и происходит: энергия бьёт из него ключом, заряжая и других. – А с проколотым как у тебя дела? Всё хорошо? На секунду Юкико замерла. – Не называй так Микото, – пробурчала она, скрестив руки. – Я его обзываю. Нечего кому-либо ещё его обзывать. Рассмеявшись, Ясуо вновь прекратился в спаниеля с кучерявой палёвой шёрсткой. Стряхнув с себя присыпавший снег, он подошёл к Ёсикаве, лапкой дёргая её за подол длинной юбки. – Посади меня к себе в сумку. Мне холодно, да и животные здесь под запретом. Кивнув, Юкико расстегнула длинную молнию, благодаря которой пространство школьной сумки, носимой на плече, увеличилось. – Ты точно влезешь? Всё-таки, ты довольно большая собака. – Не недооценивай силу стрейн, – сказав это, он стал поменьше и сейчас больше был похож на короткую таксу. Впрочем, в собаках королева-кошатница никогда не разбиралась. – Но ты должен помнить, – застегнув молнию на сумке, оставив небольшое пространство, чтобы пёс мог дышать, заговорила девушка. – Я всё ещё не забыла, как ты подставил меня перед Суо. – С диктофоном? – равнодушно переспросил он. – Ты должна мне за это три бутылки хорошего шампуня прикупить, а не жаловаться! – Просто ты не знаешь, что случилось после… – Что случилось после? – он обеспокоенно встрепенулся. – Расскажи мне. – Страшное… Судо шокировано раскрыл глаза. Неужели из-за него произошло непоправимое? Неужели, на радостях красный король решил предаться похоти, не спрашивая разрешения у королевы? Тогда, поступок с диктофоном был воистину ужасным. Не стоило вновь сводить их, лучше бы он окончательно разрушил их отношения. – Даже стыдно рассказывать, – голос девушки стал тише, в нём слышалась дрожь. – Он целовал меня в машине Изумо, когда он отошёл. Я была готова сгореть от стыда, когда тот вернулся! Сердце пса на секунду замерло. – И всё? А что дальше было? – Что дальше, что дальше, – пробурчала королева. – Включал эту чёртову запись, когда я злилась на него. Идиот. – Нет, малыш, – он облегчённо выдохнул, лапкой держась за сердце. – Идиот здесь я. Уж поверь мне. – Он поёрзал в сумке, выискивая для себя удобную позу. – Итак, ты же поможешь мне с завоеванием дамского сердца? – У меня в этот раз нет кольца удачи. – Со смекалкой не нужна удача. Ты же умеешь рисовать? – Более или менее. – И ты готова помочь старому немощному дедушке свести крайне странную пару? – Не прибедняйся, – Ёсикава резко дёрнула сумку, тряхнув удобно расположившегося в ней Судо. – В тебе энергии хватит на десятерых. Что за пара? – Ёширо и… как же её зовут? На бейжике было написано имя, никак не могу вспомнить. – Опиши. Учти, из школьного персонала я знаю не всех. – Чёрные волосы, – он задумался, вспоминая. – Коричневый брючный костюм. Глубокие мимические морщины на лице. И очень, ОЧЕНЬ высокий рост. Не характерно для японок, бьюсь об заклад, ты ниже её на две головы. – Педро? Педриллия Линчевать-За-Речевую-Ошибку? Вся школа её знает, но, благодаря мне, никто не может вспомнить её имени. Я же королева, всё-таки, а королевам нельзя делать замечания. – Ты стала королевой сравнительно недавно. – В душе я была ею всегда. Усмехнувшись, Ясуо стал обдумывать план дальнейших действий. Важны внимание, забота и мнимое чувство, что её любят. Это можно устроить. С тех пор, как к клану Юкико присоединился талантливый художник, неоновый маляр в городе стал ещё более популярным. Необычные граффити, несущие в себе изначально бунтарский смысл, часто насмехаясь над полицейскими и властью, привлекали много внимания. Но большинству, всё же, нравились милые изображения животных или детей. Из-за этих противоречий складывалось мнение, что маляр страдает раздвоением личности. Художник-психопат, которого невозможно поймать за вандализм. А, может быть, так оно и было. По стилю рисунки очень похожи, возможно, пара рисовальщиков просто работает вместе. Тем не менее, заставить самого НМ что-либо нарисовать, да ещё и изобразить признание в любви – дорогого стоит. Так называемая Педриллия это оценит. *** Уроки пролетают незаметно, особенно, когда их прогуливаешь, занимаясь любимым делом. Ещё незаметнее – когда ищёшь тех, кто покусился на твою машину, а, чтобы вообще из памяти пропали злосчастные несколько часов, следовало побегать по школе за братцем Ёсикавы, не думая о том, что тебя догоняют другие люди. Как и ожидалось, портрет женщины, окружённый сердцами и розами, нарисованный на стене школьного корпуса, привлёк немало внимания. Подпись внизу «от Араки Ёширо» заставила юных учениц Роджикку, которые любили обсуждать чужую личную жизнь, вспоминать таинственного поклонника замдиректора, который явно был из школьного персонала. – Ну, я спокойна, – Акина тяжело выдохнула, глядя на неоновый рисунок. – Эта идиотка посещала школу, хотя и не дошла до кабинета. – Какая такая идиотка? – появившись на пустом месте, подобно прыщу на чистой коже, спрашивала Иши. – Ты знакома с неоновым маляром и хочешь скрыть это от друзей? – Акина знакома с неоновым маляром? – удивлённо переспросила Лейко. – А он симпатичный? Насколько близко вы знакомы? – Близко знакома с неоновым маляром? – поддержала болтовню Коко. – В таком-то возрасте? Пф. Возмутительно. Сжав руку Симидзу, Кикути незаметно увела её из небольшой компании сплетниц, выдумывавших слухи на ходу. – Это же Юкико, правда? – шёпотом спрашивала Нозоми. – Это её стиль. Тонкие линии, тени. И её шуточки. Вон, значок на пиджаке Педро выглядит не как эмблема Роджикку, а как кучка… – Согласна, – прервав её, синяя королева медленно поправила очки. – Трудно одурачить человека, с которым долгое время общаешься. Кикути вновь радостно улыбнулась, кивнув. Какое счастье, что она не спрашивала о том, чем именно рисует Ёсикава. Тяжело объяснить тот факт, когда у человека из ладоней вылетают неоновые лучи, ещё тяжелее в это поверить. Благо, Нозоми имела хорошее представление о том, когда стоит любопытничать, а когда лучше промолчать и не вмешиваться в чужие дела. Как же она подходит Фушими! Приставив руки к пылающим щекам, Симидзу заулыбалась, нафантазировав себе их семейную жизнь, то, что она будет нянчиться с их маленькими, цокающими языком детками, некоторые из которых непременно должны носить очки! Желательно, чтобы их было шесть или восемь. Всё-таки, дети – цветы жизни. Кстати, о детях. Следовало бы найти Юкико и устроить ей воспитательную беседу. Заодно уговорить помочь выбрать платье для небольшого рандеву с Рейси. Пускай, ей и нравится только чёрный, зато она не стесняясь говорит правду в лицо. И вовсе Акина по ней не скучает. Это было бы крайне глупо и наивно со стороны синей королевы. И бенто для неё она собрала тоже случайно. Увлеклась готовкой. – Ух, кошёлка старая! – засмеявшись, учительница физкультуры – Уэно Фуджита – спрятала во внутренний карман куртки фляжку. – Всё-таки решила тряхнуть костями и почувствовать себя педофилкой. – Её голос звучал как-то странно. – Эй, школа! Вам же, надеюсь, нравятся нормальные мужики?! С метровым достоинством?! А не чёртовы младенцы! По лицу Фуджиты было трудно сказать, пьяна она или нет, но её поведение красноречиво говорило о паре фляжек дорогого виски. Но правда в её словах всё же была. Насколько помнила Акина, этот вспыльчивый Ёширо младше Педро практически вдвое. И, на самом деле, это отвратительно. Впрочем, поддержать подобные отношения могла только Ёсикава, и то, смеха ради. Задумчиво отведя взгляд в сторону, Симидзу увидела странно знакомых людей, бегущих друг за другом. Если она могла подзабыть, где раньше встречала мужчину, то девчонка в тёплом фиолетовом комбинезоне и в белой шапке с огромным помпоном уж точно была той, кого она знает. Не просто знает, а является частью её семьи! – Ханако? – удивлённо задала сама себе вопрос королева. – Ханако! К несчастью, девочка была настолько зла из-за кудрей Амиды, что не услышала голос старшей сестры. Маленькие дети обычно неугомонны, и бегают куда быстрее взрослых, к тому же, младшей Симидзу постоянно прибавляла адреналина её агрессия. Юкико посчастливилось убежать только благодаря силам королевы, а её старший брат был достаточно натренирован в армии. Но ребёнок был достаточно упрям, чтобы не отставая следовать за военнослужащим. – Опля, – поймав на бегу девочку, затормозила Нозоми, подхватив её на руки. – Попалась, которая кусалась. Удивлённо раскрыв глаза, Ханако перевела шокированный взгляд на ту, что поймала её. Улыбаясь, Кикути не выпускала её из рук, как бы сильно Симидзу не упиралась. Она даже пыталась пнуть Нозоми пару раз, но, к своему недоумению отметила, что противной доброй девчонке на это абсолютно наплевать. – Спасительница! – радостно воскликнул Амида, едва сдерживая слёзы счастья. – Богиня! Ангел-хранитель! Кикути была в явном недоумении от такого поведения взрослого мужчины. – Фух, – тяжело выдохнув, Акина устало смотрела на троицу. Королева не должна бегать, она должна сражаться. Во всяком случае, этому её научил Рейси, когда отправил Скипетр на задание. – Во-первых, что вы двое тут забыли? – опираясь о колени, она серьёзно смотрела на людей. – Во-вторых, Ханако, ты одна? – Я пошла за Фушими, – буркнула девочка. – Он хороший. Глядя на младшую сестру, старшая не могла не заметить, как та заметно покраснела. Впрочем, сильная увлечённость Сарухико отразилась и на счастливом лице Кикути, на котором теперь читались удивление, негодование и лёгкий испуг. Отойдя от малышки, девушка с надеждой посмотрела на синюю королеву. – Я… пойду, хорошо? – она сжала кулаки. – Мне нужно в общежитие. Ужин готовить и всякое такое. Она нервно засмеялась, вызвав смех и у старшей Симидзу, но только более коварный и колкий. Положив руки на плечи девушки, Акина красноречиво и без слов намекнула ей на то, что бежать ей сейчас бесполезно. – Я его раздражаю, – опустив взгляд, тихо произнесла Нозоми. – Я его очень сильно раздражаю! – Не беспокойся, – королева вновь улыбнулась, поправив очки. – Именно ради тебя мы с капитаном раздражаем его ещё сильнее. Кикути не поняла смысла сказанного, впрочем, как и сама Симидзу. Но в моменты нужды, когда нужно нести бред, дабы успокоить товарища, необходимо, чтобы твоё лицо оставалось невозмутимым, а голос пестрил пафосом. Этому она научилась у Ёсикавы, за что ей было стыдно, и что являлось её самой страшной тайной. – Почему ты её обняла, а меня нет? – пробурчала себе под нос Ханако, подойдя к Амиде и со злости пнув его под колено, заставив парня скорчиться от боли и запрыгать на одной ноге. – Ты опять убежала от мамы. Думаешь, это достойно похвалы? – Подумаешь, – подошла со спины Юкико, потягивая сок через трубочку. – Как будто сама не была мелкой. Встретившись взглядами, королевы излучали воистину королевское недовольство друг другом. Синие блики вопиющей ярости отразились в глазах Симидзу, заставив стёклышки её очков решительно сверкнуть светло-синим свечением. Подойдя близко к Ёсикаве, она столкнулась с ней лбом, глядя ей в глаза. – Пьёшь, значит, холодный сок на улице?! – в голосе Акины слышалась неподдельная ярость. – В январе?! – Стоишь, значит, секретничаешь с Кикути, – в голосе Юкико ярости было ничуть не меньше. – При мне?! Нозоми и Амида переглянулись друг с другом. Почесав затылок, парень решил найти логическое объяснение произошедшему. – Возможно, они давно не ссорились? – он пожал плечами. – Честно говоря, думал, что мою сестру разорвут из-за прогулов уроков. Знаешь, правила всё-таки… – Да ты ещё и уроки прогуляла! – опомнилась Симидзу. – Да ты не составила мне компанию! – парировала Ёсикава. – Эгоистка! – Спасибо! – Пожалуйста! Пронзая друг друга взглядом, они не сразу обратили внимания на то, что их маленькая компания пополняется. Дойдя до девочки, Санииро и Сарухико с усталыми лицами поприветствовали королеву, в то время, как Сачио умудрился споткнуться на ровном месте и упав прямо у ног Ханако. – Он мне кланяется? – лицо девочки мгновенно стало пунцовым. – Не подходи ко мне. Фушими, защитите меня! – Причём тут я? – отвёл взгляд парень, стараясь смотреть на что угодно, только не на Кикути, впрочем, та вела себя схожим образом. – Игараси нужно защищать от самого себя, – вздохнул Аоки, протягивая соклановцу руку. – Поднимайся. Нечего валяться у ног красной выскочки. Юкико задумчиво почесала лоб под шапкой, как бы невзначай показав Санииро средний палец. – Ах! – увидев этот жест, Амида радостно подхватил сестру на руки, закружив. – Ты даже фак умеешь показывать! Я же сейчас разревусь! Поставив сестру на асфальт, он отвернулся, утирая рукавом слёзы гордости. – Яблоко от яблони, – Аоки заулыбался, прищурив взгляд, глядя на немного испуганную Ёсикаву. – Впрочем, чему я удивляюсь? Такие, как ты, не могут быть выходцами из приличной семьи. – А таким, как ты, – произнёс незнакомый мужской голос, после чего на плечо Санииро опустилась тяжёлая рука. – Следует тщательнее скрывать свою эрекцию. Лапули, – он перевёл взгляд на девушек. – Вы просто очаровательны. Он тому подтверждение. – А я говорил, что он флиртует с ней, – вмешался в разговор Сачио, глядя на Кохаку. – Вы тоже так считаете, мистер? – Да, – он поправил очки, радостно улыбаясь. – Подобное поведение на самом деле считается хорошо скрываемым флиртом. Но, должен отметить, это больше походит на методы из начальной школы. В старшем возрасте следовало бы уже вести себя немного наглее и… – Прекратите, – окончательно поникнув, прервал его Аоки, смущаясь, пытаясь сохранить остатки достоинства. – Нет у меня чувств. – Очень даже есть, – радужно улыбаясь, Утияма растрепал волосы парня свободной рукой. – Ушастый, подтверди. – Конечно, – Игараси энергично закивал в ответ, наконец-то найдя союзника. – Рад, что это замечаю не только я. Кстати, а кто вы такой? – Ах да, – Кохаку ударил себя по лбу. – Из-за дам совсем забыл представиться. – Сдавив руку на шее Санииро, он элегантным жестом поправил очки. – Зелёный клан. Утияма Кохаку. По совместительству, владелец машины, на которой вы решили потоптаться. В его холодных глазах отражалась ярость, в то время как лицо было абсолютно бесстрастным. Пропустив электрический ток сквозь тело Аоки, он равнодушно бросил его на асфальт. – Не смертельно. Всё-таки, – он улыбнулся. – Её Величество запрещает мне злоупотреблять силой. Не думая о себе, Акина тут же подбежала к Санииро, испуганно глядя на него. Молнии бегали под его кожей, заставляя мышцы непроизвольно сокращаться. Мягкое синее сияние исходило от рук королевы, разрушая действие силы подданного, наполняя воздух полупрозрачной сияющей дымкой, стелящейся по асфальту. Прижав парня к груди, она проверяла на шее его пульс, после чего нужно было удостовериться, что он дышит. – Игараси, – нахмурившись, паренёк сжал рукоять сабли. – Готов. – Фушими, – сощурив взгляд, Сарухико внимательно смотрел на врага. – Готов. – Ёсикава Юкико, – Кохаку резко поднял раскрытую ладонь вверх, предвидя, что королева тоже планирует на него напасть. – Пожалуйста, не вмешивайтесь. Как и Вы, Симидзу Акина. Жизни королев для нашего клана невероятно ценны. – Это не значит, что нужно атаковать подданных! – взмахнув саблей, Сачио ударил Утияму острым лезвием по руке, после чего дёрнулся и ничком упал на асфальт. – Опрометчиво, – широко улыбнулся он. – Всё-таки, металл является проводником электричества. Сказав это, он стиснул зубы от боли, почувствовав как раскалённые лезвия острых ножей ужалили кожу, пройдясь по плечу и голени. – Никогда не думал, что Игараси настолько тупой. Красная, – раздражённо позвал Сарухико. – Пламя осталось на его одежде. После секундного ступора, Юкико перевела взгляд на Кохаку, который, не позволял себе терять лица даже в такой ситуации. Никакого страха, лишь хладнокровная уверенность и равнодушие. Взяв себя в руки, девушка окружила парня неоновым ореолом, на что Утияма ответил яркой вспышкой молнии, ударившей ему под ноги. Распространяясь от эпицентра, энергия королевы ослепла и жалила, носясь вихрем в воздухе. – Это, – шокировано произнесла Акина, придя в себя. – Это самоубийство? – Сомневаюсь, – хмуро отозвался Фушими, проверяя пульс на шее Сачио. – Это отступление. Ёсикава перевела взгляд на тех, кто стоял за её спиной. Кажется, Амида упал в обморок не от воздействия электричества, а от испуга, в то время как Ханако во все глаза наблюдала за происходящим. Нозоми. По ней было видно, что она очень сильно напугана, по бледному лицу можно было сказать, что её вот-вот вырвет. Впрочем, Юкико выглядела не лучше. – Акина, – не сводя глаз с Кикути, начала Ёсикава. – Поделись с ней силой. – Что? – переспросила Симидзу, приводя в чувства Игараси. – Но твои силы схожи с зелёной – Ты их нейтрализуешь. – Это потому что я королева. Понятное дело, что для меня подданный будет безобиден. – Тем не менее… – Я знаю, что сама королева атаковала твоего Рикудо! – вспылила Акина. – А ему хоть бы что! Спокойно поднялся на ноги! – Да потому что Дай, – Юкико повысила голос. – Исключение из всех! Ему удалось легко принять мою силу, в то время как остальные сопротивляются, по большему счёту не доверяя! Они боятся, я вижу это! – А со мной, ты думаешь, Нозоми не будет бояться?! Мы с тобой равны, пускай ты третья, а я четвёртая! – Причём тут это?! – При том, что твой клан самый разрушительный! От одного упоминания о Хомре любого стрейн передёрнет! – Это не предполагает безопасности! Если бы мой клан был таким уж устрашающим, тогда почему ты боишься за меня больше, чем за себя?! – Хватит. Кикути прервала их, заставив обеих замолчать. Опустив голову, она медленно подошла к девушкам, что несказанно удивило обеих. Видели ли они когда-нибудь свою жизнерадостную миролюбивую подругу в столь мрачном расположении духа? Вряд ли. – Глупые, – крепко обняв королев, девушка едва могла сдержать слёзы. – Вы же как сёстры! Две стороны одной монеты. Как вы можете ссориться из-за меня, дурёхи? Поражённо раскрыв глаза, Симидзу крепко обняла подругу, в то время как Ёсикава раздражённо отстранилась. – Что ж, – первой прервала молчание Юкико. – Думаю, мои силы действительно эффективны против зелёных. – В моём клане ты будешь в безопасности. Взгляды королев встретились, когда они одновременно сжали руки Нозоми, передавая ей свои силы. *** – Всё-таки, решил красных выбрать? Спустя какое-то время Ясуо решил навестить Ёширо, придя к нему в обличие всё того же доброго старого пса. Глядя на то, как блондин собирал вещи, было нетрудно догадаться, что он уволен. – Ага, – Араки закурил, складывая в коробку свои книги и запасную одежду. – Лучший для меня вариант. Может, и силой научусь пользоваться. К тому же, есть шанс не стать овощем при очередном нападении очкастого ублюдка. – Странный выбор для вспыльчивого человека. – Судо вздохнул. – А уволили тебя почему? – Я сам ухожу, – он затянулся, после чего стряхнул с сигареты пепел. – Найду себе место получше. – А та женщина? – Она стала какой-то любвеобильной, – он почесал затылок. – Может быть, я её не разглядел изначально, может быть, просто был слишком слеп и чем-то ударен. Но, чёрт… от одного её голоса я чувствовал, что седею. Ясуо засмеялся, прикрыв пасть лапкой. Подняв коробку одной рукой, Араки отсалютовал псу. – Ещё увидимся, старый пень. Помахав парню лапкой вслед, Судо проводил его взглядом. – До свидания, плесневелая малолетка.