Вспять: в лес, где правит время

- Джастин! - мозг затуманен, она не до конца понимает произошедшее, но ужас сковывает все ее тело. Она падает на холодную землю, не сводя расширенных от ужаса глаз с фигуры парня в нескольких метрах от нее. Он скрючился у самой кромки деревьев и кричал от боли во весь голос, сомкнув окровавленные пальцы вокруг стрелы с ярко-красным оперением, торчащей из его груди. Тяжелый старинный арбалет, из которого эта стрела была пущена, выпал из ослабевшей руки девушки; во всем теле появилась слабость, колени, на которые она упала, дрожали, а в животе поселился до смерти пугающий панический страх. Она беззвучно зарыдала; глаза жгло, но они оставались сухими.       Сирена ворвалась в ее голову, разрывая последние комочки непонимания. Свет сигнальных огней отражался от плотной темной стены леса, сменяя синий на красный, снова на синий, опять на красный... Все замелькало, словно в ускоренном режиме. Люди, их голоса, сирены машин - она не видела и не слышала ничего вокруг. Чьи-то сильные руки обняли ее за плечи, сильно встряхнули - ей было все равно. Что она наделала... Боже, что она наделала...       Глаза застилали жгучие слезы, чьи-то руки сжимали ее запястья, она чувствовала холодный пронизывающий ветер на своей коже, но в голове пульсировала единственная мысль: "Что я наделала... Что я наделала...". В сознании всплывала одна и та же картинка, вновь и вновь: он корчится на земле, а потом открывает затуманенные болью глаза и смотрит прямо на нее. И в них то, что заставляет сердце сжиматься - не ненависть, нет. Немой вопрос: "Какого черта, Айсли?!".