Carpe Diem.

Минсок кричит и бьется в истерике. Он крушит все в комнате: выворачивает наизнанку шкаф, скидывает все со стола и с особым удовольствием бьет кулаком в зеркало. До боли, до крови и до треснувшего отражения. Он рвет руками книги и топчет собственную одежду. Он рыдает в голос и смотрит на того в зеркале с пустыми глазами. Он не может больше читать, не может находиться наедине с собой - тот из зеркала начинает ему шептать. Он заставляет его сомневаться, тревожиться, бояться. "Ты никогда не повзрослеешь", - говорит он. "Ты никогда не найдешь в себе смелости уехать". "Да и куда?" "Кому ты нужен?" "Друзьям, с которыми ты не можешь разговаривать непринужденно, и все время сидишь словно на иголках, выдумывая очередную тему?" - ЭТО ВСЕ ИЗ-ЗА ТЕБЯ! - кричит Минсок и продолжает биться в разбитое зеркало. "Ты мягкий, словно пластелин. Ты таешь и лепишь из себя каждый раз кого-то нового. Как долго ты сможешь подстраиваться под окружающий мир?" "И если снять все маски, останется ли что-нибудь в итоге, м?" - Прекрати... И Мин рыдает в голос, опускаясь на пол и сворачиваясь в позу эмбриона на мелких осколках. - О черт, - парень вздрагивает и быстро-быстро моргает, фокусируя взгляд и шумно выдыхая. - Мда. Пора пропить курс успокоительного. Он корчит рожицу зеркалу. Кидает книгу в рюкзак. Выключает ноутбук, бережно его закрывает и уже на пороге он набирает Чунмена. - Мен, как назывались те таблетки, что ты советовал мне неделю назад?