Погоня.

      Холод. Повсюду только холод. И омерзительная тишина, висящая над моим телом. Пол обжигает спину, будто он весь покрыт льдом. Кажется, каждый мой выдох проявляется в воздухе густым белым паром. Неужели уже ночь? Она не могла наступить так быстро. Может, я наконец умерла? – Ким! – теплый мелодичный голос возвращает меня с того света. – Очнись!       Я открываю глаза и удивленно смотрю на Дерека. В его глазах неподдельный ужас. – Что случилось? – Хейл ласково поглаживает мою щеку, а затем мягко кладет мою голову себе на колени. – Тут был альфа, – я прочищаю горло, а затем несколько раз моргаю, что убрать с глаз появившуюся пелену. – Он звал меня и сказал, что мое место рядом с ним. А потом ударил. – Ты уверена, что тебе это не показалось? Я имею в виду, ты сейчас на взводе из-за обращения. Мало ли что…       Укоризненно взглянув на Хейла, я рывком встаю на ноги и мгновенно припадаю к стене. – Ким, что у тебя на руке? – оборотень приподнимается с пола и протягивает руку в моем направлении.       Схватившись за предплечье, я обнаруживаю незаживающий след от укуса. Я обессилено сажусь на пол, судорожно вдыхая воздух. Кажется, словно кислорода в комнате становится все меньше и меньше и неизвестно, когда я сделаю последний вдох. – Он… – Дерек медленно садится рядом со мной. – Он укусил тебя? Но зачем? – Я же оставляла тебе закладки в книге, – обвиняющим тоном отвечаю я, – почему ты не читал? – Я читал. – Тогда ты должен был читать о том, как неуязвимые волки становились оружием.       Оборотень молчит. Либо он не понимает, либо боится вслух произнести мой приговор. – Я стану оружием альфы, - говорю я. – Укус не страшен обращенному оборотню! – Хейлу передалась моя нехватка воздуха, из-за чего он часто задышал. – Только вот я обратилась из-за смерти, а укус пробуждает мою тягу к альфе. Он закончил мое перевоплощение. Дерек, теперь ты должен… – НЕТ! – Другого выхода нет, пойми. Я натворю много недобрых дел, сама того не желая. – Мы найдем выход, Кимберли! – Какой? – я саркастически улыбаюсь. – Заковать меня в цепи до конца жизни? Поить меня таблетками, которые дают умалишенным, чтобы те не буянили? Какой выход, Дерек? – Мы уедем. Вместе. – А потом я вернусь к нему, когда лишусь рассудка в полнолуние.       Волк сжимает челюсти, из-за чего на его лице выступают желваки. Он прекрасно понимает, что скоро я стану неуправляемой. – В книге должен быть правильный способ убийства таких, как я. – Хватит. – Ты не придумаешь ничего лучше, поверь.       Не успеваю я подняться с пола, как Хейл прижимает меня руками к стене. Теперь, вместо ужаса, в его взгляде читается гнев. – Один раз ты уже поступила так, как захотела. И чем это кончилось? – его голос постепенно срывается на крик. – Ты обратилась! Измучила меня до полусмерти, когда умерла у меня на руках! – Дерек, я… – Молчи! Ты только о себе и заботишься! Почему не спросила меня, будет ли мне больно, если тебя не станет? – Прошу, хватит… – А мне было очень больно, Кимберли! Я словно умер вместе с тобой. Потому что я, черт возьми, влюбился в тебя! И теперь вряд ли когда-нибудь разлюблю.       Это первый раз, когда Хейл признается в своих чувствах. Раньше он ограничивался только фразой «Ты мне нравишься». Я стыдливо опускаю взгляд и начинаю хмурится, чтобы хоть как-то остановить назревающие слезы. – А теперь любовь всей моей жизни просит прикончить ее, наплевав на чувства. Как думаешь, какого мне?       Всхлипывая, я отталкиваю Дерека, не рассчитав силу, из-за чего он отлетает от меня на полтора метра. Быстро выбежав из комнаты и спустившись по лестнице, я проскальзываю на улицу. Маленькие снежинки выплясывают вокруг меня бодрую сальсу и осторожно ложатся на землю. Есть какое-то умиротворение в снегопадах, не находите?       Пытаясь отдышаться от переизбытка чувств, я сжимаю кулаки и сажусь на крыльцо. Надо успокоиться, прийти в себя и мыслить трезво.       Я слышу тихие шаги за спиной. Дерек неуверенно обходит меня и садится рядом. - Ким, прости меня, - начинает он. - Нет, это ты меня прости, - гнев во мне все еще не успокоился и рвался наружу, как бешеная собака, - я ведь не подумала о твоих чувствах, наплевала на них. Я всего лишь подумала о твоей безопасности! О безопасности брата, которого альфа теперь может выследить! Знаешь, в некоторых университетах на факультете психологии студентам показывают одно видео.       Взглянув на Хейла и убедившись, что я завладела его вниманием и интересом, я набираю побольше воздуха и начинаю. - В этом видео рассказывается о мужчине, у которого есть сын. Он очень любит своего ребенка, больше своей жизни. Мужчина работает на железной дороге, поднимает железнодорожный мост, переводит на нем стрелки. В одно обычное зимнее утро он как всегда отправился на работу, взяв с собой сынишку. Оставив ребенка гулять на воздухе, мужчина пошел в свою будку. Во время рабочего дня что-то пошло не так, кто-то совершил ошибку в расписании поднятия моста. Мужчина поднял его по времени, как и положено. Однако буквально через двадцать минут в пятистах метрах послышался гул поезда. Сын играл на улице, но едва услышав звук приближающегося состава, ринулся к мосту, чтобы вручную опустить его, нажав рычаг. Он просто хотел помочь отцу. Однако ему не хватило длины рук, и, потянувшись к рычагу, он упал в дыру в каркасе моста, куда должна была опуститься подвижная часть. Отец увидел это. Перед ним встал выбор: спасти сотню людей, находящихся в поезде и раздавить мостом своего любимого сына или же спасти жизнь единственному родному человеку, пожертвовав той сотней? - закусив губу, я перевожу взгляд на лес. - Как думаешь, что он выбрал?       Оборотень опускает голову и хмурится. - Догадываюсь. - Да, Дерек, он пожертвовал одной самой дорогой жизнью ради многих. В этом нет ничего плохого, и хорошего тоже нет, понимаешь? Это надо принять как должное. - Я не готов! Я не верю, что это единственный выход. - Времени выяснять, увы, нет, - я указываю пальцем на месяц, - скоро полнолуние.       Мы молчим. Я - потому что нечего сказать, а Дерек - потому что погружен в свои мысли. Наверное, это последний раз, когда мы вот так сидим рядом и беседуем. Без криков, без слез, без применения силы. Остановись, мгновение, ты прекрасно! Конечно, я не хочу умирать. Да и кто в трезвом уме хочет?       Выстукивая пальцами мелодию по деревянному крыльцу, я вдруг осознаю, что будь у меня выбор, как у того отца, будь у меня выбор, спасти Дерека или сотню невинных жизней, я бы спасла Хейла. Даже если бы ему в перевес была не сотня, а тысяча людей. Но я прекрасно понимаю, что после этого он разочаруется во мне, потому что он пожертвовал бы мной. Как и сейчас. Пусть он и не признает, но он уже готов проститься со мной. - Иди ко мне, - раздается в нашем молчании. - Что ты сказал? - бросив на волка изумленный взгляд, я приподнимаю бровь.       Дерек одаривает меня в ответ не менее удивленным взглядом. - Ничего, - отвечает он. - Нет, ты сказал "иди ко мне". - Что? - нахмурившись, оборотень даже отодвигается, чтобы лучше разглядеть выражение моего лица. Я явно застала его в расплох. - Ты молчал? - Да.       Внезапно фраза повторяется и я с ужасом осознаю, что голос звучит у меня в голове. - Альфа, - нехватка кислорода вернулась, и я затряслась в агонии, - он может забираться ко мне в голову.