Фаворит

/Два года спустя/ Холодное утро. Ранее солнце. В лесу стоит мёртвая тишина. Лишь хруст снега нарушает её. Сейчас только первая неделя весны, но белая пелена уже достаточно оттаяла, чтобы можно было заметить следы проснувшихся животных. А вот и один из них. Заяц-беляк. Молодой и упитанный. В самый раз. Шорох. Ещё секунда и заячье тельце пронзает стрела. Из кустов выходит паренёк шестнадцати лет. И сразу начинает свежевать тушку, предварительно вынув стрелу. Для другого человека, звук сдираемой кожи покажется омерзительным, но не для того, кто пережил голод. Иккинг помнил всё, как будто это случилось вчера. Ему четырнадцать. Был неурожай. Животные умирали от голода, холода и болезней. В прочем, как и люди. Мать Иккинга слегла первой, а с ней и ещё не родившийся братик. Затем, на тот свет ушла его бабушка Готи. Отец, вождь Стоик Обширный, отказался от титула и передал его своему брату, а сам уплыл с купцом Йоханом в поиске еды и лучшего места для остатков своей семьи. А шатена взял к себе бета, Плевака. Он научил его выживать, поэтому, Хэддок - последний омега на пяти островах. Остальные либо умерли, либо их продали в рабство за еду. Семья теперешнего вождя, Йохерсоны, тоже выжила. Теперь, Сморкала, кузен Иккинга, - наследник. Который уже положил на омегу глаз, не смотря на родственные связи. Но тот постоянно отвергал ухаживания будущего вождя. Хэддок понимал, что Сморкала делает это только из корыстных целей. Если на острове были другие омеги, в его сторону никто даже не посмотрел бы. Кому нужен омега, одевающийся и охотящийся, как альфа? Ясное дело - никому. Спрятав освежёванную тушку в мешок с такими же кусками мяса, паренёк двинул в сторону моря. Положив свою поклажу и самодельный лук с такими же стрелами возле скалы, Иккинг полез на утёс. Тонкая корка льда уже сошла с буйных морских вод. Значит, можно плавать и прыгать. Хоть Плевака и не любил эти безумные поступки, он втайне гордился своим храбрым воспитанником. (А теперь включаем песню "Маленькая девочка" группы "Крематорий" и читаем далее) "Маленькая девочка, с взглядом волчицы" Зелёные, как изумруд, глаза, полны уверенности. "Я тоже когда-то, был самоубийцей" Он разбегается и прыгает с утёса. "Я тоже лежал в окровавленной ванне" Он ныряет. Вода ледяными иглами пронзает кожу, перед глазами поплыли красные круги. "И молча, вкушал дым марихуаны" Внезапно, вода перестаёт быть холодной. Лёгкие перестают гореть огнём. Мозг отключается и настаёт момент исступленья. Волны лишают мир звуков и света. Лишь тьма, такая родная и горячо любимая тьма. Подводные течения ласкают тело юноши и тихий, непонятно откуда взявшийся голос успокаивает его: "Тшш, не бойся. Вода не причинит тебе вреда. Здесь ты, как дома. А теперь всплывай, пора возвращаться. Я буду ждать тебя, фаворит моего лучшего друга". Иккинга будто подбросили на поверхность воды, и он стал рвано глотать ртом воздух. Его не удивил ни голос, ни осознание того, что он пробыл под водой около получаса. Плевака говорит, что у каждой омеги свои способности. Видимо, это они и есть. Вскарабкавшись обратно на скалы, Хэддок выкрутил одежду и сложил её в сумку, из которой, в свою очередь, достал новую рубашку, штаны и ботинки. Благо, отцовскую накидку он снял ещё до прыжка. Медвежья шкура надёжно защищала от холодного весеннего ветра. Забросив поклажу на спину, подросток пошёл домой. Ещё в лесу он заметил мачту корабля. "Папа!" - пронеслось в голове шатена. И правда, как только он зашёл в дом, зеленоглазый увидел, что возле камина сидел отец и говорил с Плевакой. - Говорю тебе, с Иккингом всё хорошо. Он счастлив здесь, - голос беты заметно повысился. - Нет, - отрезал бывший вождь. - Я обязан его забрать. Мой мальчик должен жить лучше. Ради неё. Шатен понял, о ком он говорит. Мать. Отец ведь так её любил. Паренёк помнил, как он был мальчишкой и дёргал папу за рыжую бороду. А Стоик это ему позволял, наслаждаясь смехом Валки. Но, когда мама умерла, отец больше не смотрел Иккингу в глаза. Он боялся увидеть в них свою жену, которая умирала у него на руках с ребёнком под сердцем. - Меня? Забрать? Пап, ты о чём? - омега вышел из тени. - Сынок, рад тебя видеть. - Отец как всегда не поднимал взгляд выше его подбородка. - Почему ты в одежде альф? Ты охотился? - Да, к тому же очень удачно, - шатен потряс перед отцом мешком с добычей. - Вот видишь, Стоик, он прекрасно справляется. Оставь свою глупую идею, - с ноткой гордости в голосе, произнёс Плевака. - Друг, я понимаю, но он омега. Он рождён для того, чтобы рожать и растить детей, заботиться о семье, а не для охоты и выживания. Омеги его возраста уже замужем и живут счастливо. "Или исполняют роль рабов" - мысленно добавил про себя Хэддок-младший. - Он остаётся здесь! - Плевака встал между отцом и сыном, загораживая собой последнего. - Уйди с дороги. Так будет лучше. Йохерсоны и остальные жители острова уже уплыли. Вы здесь одни долго не протяните. - Не смей решать за него! - крикнул опекун. - Я сказал, уйди с дороги! - Стоик не выдержал и, с силой взбешённого Ужасного Чудовища, ударил своего друга. Тот отлетел к стене, ударившись головой. Тучное тело осело, а затем и упало на деревянный пол бесформенной кучей. Из приоткрытых губ потекла тоненькая струйка крови. - Нет! - завопил подросток, бросаясь к бете. Он упал на колени и принялся тормошить своего опекуна. Захлёбываясь слезами, он не переставал повторять: - Плевака, прошу, очнись! Давай же! Ты ведь не умер, просто притворяешься! Это не смешно! Вставай! Пожалуйста! Но мёртвым нет дела до мольбы живых. Иккинг рыдал над телом, а Стоик тупо глядел на свои руки, не веря, что он убил того, кому доверил своего сына. Шатен в ярости кинулся на бывшего вождя, но тот схватил его за талию. Подросток всё ещё ревел белугой и пытался ударить мужчину, а затем, бросил испепеляющий, полный ненависти взгляд на отца, не переставая кричать: - Убийца! Ты убил Плеваку! Ты убил его! Стоик перекинул яростно брыкающегося подростка через плечо. Выйдя во двор, он приказал своим подопечным готовиться к отплытию. Заставив своего сына проглотить перемолотые листья какого-то растения, он поставил его на землю. Иккинг хотел бежать в спасительный лес, но у него закружилась голова. Мир терял ясные очертания, земля под ногами перестала быть твёрдой. В конце концов, он упал и заснул сном без сновидений.