И живой воды не надо

Моя история началась до обыкновения просто: я, мальчик-который-выжил, потерял почти всех своих любимых и друзей. Рос без семьи в доме моей злой тётки и дядьки. И вот, когда уже следовало бы радоваться, что все наконец закончилось, я предавался унынию. Тоска по ушедшим сжимала мою грудь, словно беря ту в свои тиски; Рон с Гермионой уже собаку съели на том, чтобы вытащить меня из дома. Я же не мог смотреть на эти разрушенные здания, знать, что я когда-то ходил там не только со своими друзьями, но и с теми, кого я любил. Это было выше моих сил. Тогда друзья и сдались. Но не до конца. Гермиона, догадывающаяся, что когда-то я был безумно влюблен в красавицу Джинни, попыталась нас свести с ней. Но мой мозг не мог переваривать все то, что ему выпало после войны… но то, что было после!

***

Сегодняшний день ничем не отличался от подобных: все такой же серый, все такой же унылый. Погода в Лондоне будто тоже переживала за всех ушедших в войне: постоянный дождь только больше усиливал мою апатию. Прошло уже около полугода, друзья совсем сдались и изредка приходили на чашку чая, чтобы рассказать о том, что творится снаружи. Я залез на подоконник и прижался к нему лбом, стараясь дышать медленнее, чтобы последнее почти не запотело. Хогвартс, кажется, восстановили. Но мне туда заказана дорожка: мальчик-который-выжил-и-спас-всех-вокруг. Капли неприятно тарабанили по стеклу, раскатистый гром неуклюже шумел где-то за углом, будто хотел запугать всех вокруг своей силой. Покатистые крыши величественно вздымались над людскими проблемами. Огромнейшая лужа, проложившая свой путь через всю улицу, явно затрудняла движение пешеходам. В такую погоду, как говорится, даже собаку на улицу не выгонят. Поэтому я очень предусмотрительно наслаждался зрелищем разбушевавшейся погоды, глядя на сие представление из окна лондонского домика. Проведя большим пальцем по стеклу, я услышал шипение чайничка. Дом был небольшим, но очень уютным – я купил его в одном из маггловских районов, чтобы как можно больше отречься от мира магов. Но и такие радикальные методы не помогали. Соскочив с подоконника, я прошёл на кухню, чтобы заварить ароматный чай с мёдом и липой. Прижавшись губами к кружке, машинально поправил один из стульев, и стал пробираться в зал, чтобы продолжить своё наблюдение. Да, дом был небольшим. Несколько комнат, которые я старался обустроить как можно уютней. Дом в вечернее время был погружен в коричневый, ненавязчивый свет. Ламп было предостаточно, но я старался почти не включать их. Мне вполне хватало сиротливого света уличного фонаря (и палочки, конечно). В следующий момент произошло две вещи сразу: я по привычке обернулся назад, чтобы увидеть Хедвиг в клетке, но птицы там не оказалось. Она погибла уже очень давно, но некоторые привычки никак не хотели уходить. А вторая вещь заставила меня поверить в то, во что люди обычно не верят: дом сотрясся от дрожи, вызванной аппарацией незнакомого мне человека. Я сразу (как только купил жилье) поставил щит на дом, чтобы знать, что ко мне пришли не мои друзья или знакомые, а кто-то чужой, кто-то, от кого мне стоит защищаться. Совсем забыв про кружку, я бросился к входной двери. Чай уже давно разлился по ворсу, оставляя неприятные разводы на последнем. Но мне было не до этого. Выхватив палочку, я направил её на вход и приготовился атаковать. Тот, кого я увидел на своём пороге, совсем расходился с моими представлениями о враге. - Сириус?.. Крестный посмотрел на меня с полуулыбкой и качнул головой в ответ на мой шёпот. Я не верил тому, что передо мной стоит один из близких мне людей. Сделав один неуверенный шаг вперёд, я замер, глядя на раскинувшиеся руки Сириуса. Бросился к нему прямо в объятия, услышав лёгкий смешок и поцелуй в самую макушку моих вечно растрёпанных волос. - Гарри, я весь мокрый, погляди, что на улице творится, – задорно воскликнул Сириус. Но он не принимал никаких попыток вырваться из моих объятий. - Сириус! Как ты выжил? Ты ведь умер!.. Мы все были там, видели, что ты попал прямо в арку, но как?.. - Подожди, я отвечу на все твои вопросы, только вот… ты так и будешь держать крестного в дверях? Или, может, на кружку чая пригласишь, я весь промок до ниточки! – прервал мой поток вопросов Блэк и подтолкнул в сторону кухни. - Сириус, ты же промок. Ванна вон там, а я пока поищу что-нибудь к чаю, – я показал крестному влево и прошёл в зал, чтобы поднять кружку и убрать «последствия» появления Сириуса.

***

- Ну что, как же ты выжил? – задал я волнующий вопрос, ставя перед Сириусом кружку с чаем и вазочкой печенья, которое смог отыскать в недрах кухонного шкафа. Крестный поморщился, провёл по влажным волосам рукой, на несколько секунд путаясь в них, покачал головой и откинулся на спинку стула, начиная свой рассказ. - Гарри, мне понадобилось два года, чтобы выбраться оттуда, – Сириус вздохнул и замолчал. - Откуда «оттуда»? - Грань. Чертовски неприятное место, если ты там не мимоходом. В этом месте царят собственные законы, но самый из них, который никто не сможет нарушить: убей или будешь убит. - Грань? Но я думал, что это место существует только в сказках! – воскликнул я, поддаваясь вперёд, отчего столешница больно впилась мне в ребра. - Как видишь, нет. И оттуда выбираются. Но не все, многих сжирают ещё на самой начальной стадии. И я очень рад, что смог найти себе «место под солнцем». - Но как ты выбрался? – я заглянул в глаза Сириуса, которые блестели непонятным, больным блеском, но он продолжил. - Я выбрался оттуда несколько дней назад. Пока осваивался в Лондоне, пока разыскивал тебя. Я не знаю, как мне удалось выбраться, но одно я знаю точно: я шёл за твоим голосом, Гарри. Он звал меня, когда я уже начинал отчаиваться. Он всегда появлялся в моей голове в такие моменты, я думал, что уже все потеряно, но он появлялся снова и снова. Он толкал меня. - Сириус?.. А мама, папа, ты видел кого-нибудь ещё? – я впился в Сириуса взглядом, полным надежды. - Нет, Гарри. Не видел никого, но, когда я почти выбрался, я заметил человека, напоминавшего мне профессора Снейпа, – с горечью и почти детской обидой сказал Сириус. - Ты видел профессора? Ты видел его там? – в моем голосе было столько надежды, что Сириус передёрнулся и кивнул. - Гарри, я не могу утверждать со стопроцентной уверенностью, что это был именно он… - Я отправлюсь за Грань, – спокойно сказал я, уже решив все свои дальнейшие действия. На улице раздался очередной раскат грома. Сириус был мертвецки бледен и смотрел в мои глаза с полным непониманием. Сверкнула гроза-проказница, и часы пробили полночь. Сириус до сих пор молчал, перекатывая уже пустой стакан. Я упрямо смотрел в его глаза. Наконец, крестный ожил и нахмурился, явно не очень довольный моей реакцией на его слова. Он ещё раз перекатил стакан, поднялся и присел на корточки рядом со мной, строго глядя в мои глаза. - Гарри, – начал он. – Я понимаю, что тебе хочется спасти Снейпа, но мы не знаем никаких способов, чтобы сделать этого… - Не знаем, – кивнул я, – но можем посмотреть в твоей библиотеке на Площади Гриммо. - Хорошо, – сдался крестный, – мы также не знаем, что тебя, вполне живого человека, может ожидать за Гранью. - Не можем. Но в книжках должны будут прописаны примерные последствия. - Хорошо, но я не могу быть уверен, что там точно был Северус, Гарри! – выдвинул свой последний козырь Сириус, а я зло глянул ему в глаза и опёрся руками об столешницу. - Да! Мы не можем быть уверенными, Сириус, но я отправлюсь туда. Профессор сделал много для меня и моей семьи. Я обязан спасти его! – раздражённо бросил я, соскочив со стула и начиная нервно мерить комнату шагами. - Гарри, но он ведь был одним из Пожирателей смерти?! – Сириус даже встал от возмущения. - Да, но он удачно сливал всю информацию Дамблодору. И вообще, Сириус! Сколько людей погибло на этой войне, сколько народу погибло просто так! Теперь я хочу вернуть хотя бы одного человека. И мне никто не помешает, – закончил я свою пламенную речь и повернулся лицом к онемевшему Сириусу. И правда, чего я так завёлся? Он ведь не знает. Сириус не знает, что профессор Снейп был хорошим двойным агентом для Дамблдора. Сливал Лорду иногда и не особо верные сведения, любил мою мать, в конце концов! -Сириус, – смягчился я. – Профессор умер у меня на глазах. Я видел это, я видел, как погибли мои родители, я видел, как погиб ты. Но я ничего не смог сделать, у меня были связаны руки. Сириус, я хочу спасти профессора. Если бы я знал, что могу спасти тебя и остальных, я бы сделал то же самое, не раздумывая. Сириус, – я посмотрел в глаза крестного. Его взгляд смягчился. Он поджал губы и проворчал что-то: «Пусть будет так, как ты хочешь». А потом он отвернулся, пытаясь скрыть взгляд, полный горечи и отчаяния. - Сириус, – я обнял своего крестного со спины и уткнулся носом между лопаток. – Я люблю тебя, и я буду любить. Ты теперь единственный близкий человек рядом со мной. И если бы я мог… – я захрипел, чувствуя подходящие к горлу слезы. В носу неприятно защекотало, а горло сдавил спазм. В глазах все поплыло, как только я открыл их, и слезы скатились по щекам тёплыми дорожками. - Гарри, прости! Боже, не плачь. Конечно, тебе тяжело далось окончание этой войны. Прости, прости меня! Прости, что не выбрался раньше, – начал Сириус, заключая меня в объятия. За окном прогремел гром. Проказница-молния снова заглянула к нам в окошко. А я же все пытался собраться с мыслями и, наконец, прийти в себя после слишком фееричного появления своего крестного, который, хвала небесам, решил заявиться под вечер, а не ночью, когда я смог бы провалиться в объятия Морфея.

***

Через полчаса мы с Сириусом сидели возле телевизора и поедали только что заказанную пиццу. Сейчас крутилась какая-то передача «для детей и их родителей». Можно было бы посмотреть и фильм, но мы остановились именно на этой передаче. Не знаю, что впечатлило Сириуса больше: красивая дама в платье феи до колена или дети, воспринимающие то, что творилось на экране всерьёз. - Что эти магглы только не придумают! – поражённо выдохнул Сириус, а я согласно кивнул. Конечно, я не был любителем вредной маггловской пищи, но сегодня можно было сделать исключение: Сириус жив, а отпраздновать нечем. Ближайший круглосуточный магазин в пяти или шести кварталах отсюда, так что, почему бы не заказать пиццу? - Магглы умны, но они от природы слепы к магии. Им лучше её отрицать, – завершил я нашу небольшую дискуссию. - Да. Ты прав, Гарри. Когда отправимся на Площадь Гриммо? За эти полчаса Сириус успел полностью смириться с моим решением отправиться за Грань, но с одним условием: не он один будет знать о моем путешествии. Поэтому мы решили сообщить Рону и Гермионе. Завтра же утром. Думаю, что связаться с помощью каминной сети вполне получится. Я и не успел заметить, как мой дом преобразился за эти несколько часов. Все в нем ожило, даже этот неприятный коричневый свет больше не мозолил глаза. Камин теперь казался не только средством связи, но и частью интерьера. Дом, молчавший до этого, будто принял на себя новую цель: всеми силами заставить своего владельца полюбить его. И я был несказанно рад этому. - Я думаю, что с этим не стоит медлить. Прямо завтра и отправимся. Я хочу поскорее найти нужные нам книги, – сказал я, проглотив один из кусков пиццы с беконом, запивая все это горячим чаем. Сириус согласно кивнул и указал в сторону камина. - Завтра же с утра сообщишь своим друзьям. Я думаю, что пара лишних рук нам не помешает, – завершил Сириус и откинулся на спинку дивана, комментируя нелестными словами умение актрисы играть. Я задумчиво посмотрел в сторону камина, все ещё сомневаясь в том, нужно ли говорить моим друзьям об этом. С одной стороны, будет кому волноваться, если я умру за Гранью (если не считать Сириуса, но он официально мёртв), с другой стороны… а на другой чаше весов глуповатое выражение лица Рона и серьёзное донельзя Гермионы. Вот уж кто около моей могилы сначала отчитает меня за то, что я был таким глупцом, а потом будет рыдать. Я усмехнулся и отмахнулся на насмешливый взгляд Сириуса. Уж он-то явно не ожидал такой реакции на свои слова. - Что ж, я думаю, что мы отпраздновали моё героическое возвращение, – сказал крестный. – А теперь спать. Завтра нам предстоит перерыть матушкину библиотеку. Уверен, она впечатлит только Гермиону. А нас заставит изрядно попотеть, оттаскивая её от книжек, – весело закончил крестный, поднимаясь с дивана. - Ты иди, а я ещё немножко посмотрю фильм. Мне все равно не уснуть, Сириус, – ответил я на его серьёзный взгляд. – Не переживай. Со мной все будет хорошо. - Если ты так считаешь… – он уже направился к выходу из гостиной, но замер. – А где моя комната, кстати? - О, совсем забыл. Занимай свободную. Я если и усну, то на диване. Мой дом не предназначен для гостей с ночёвкой, – проронил я, натягивая плед до подбородка. - Хорошо, – с этими словами Сириус вышел, оставив меня одного. В моем животе что-то сжалось. Я скучал по Сириусу и до сих пор не мог поверить, что он жив и теперь находится рядом со мной. Я не мог поверить, что у меня появился шанс спасти самого дорого мне человека, ведь одно из его воспоминаний… - А теперь Вы говорите, что выращивали его, как свинью на убой, – мальчик, о котором шла речь, благополучно пропустил дальнейшие слова, но последнее, что сказал профессор, заставило его удивиться. - Поттер, противный ты мальчишка. Я тебя люблю.