Ginger or danger?

Такао, похоже, был мазохистом, потому что так вляпываться даже я не умею. Получив солидных подзатыльников – рука у меня, как у волейболистки, очень тяжёлая – он всё поправил и обиженно надулся, не говорив со мной всю дорогу. Мидорима оказался тем ещё сибаритом: совершенно по-царски развалившись в рикше, он всю дорогу попивал свой шируко и лишь иногда поглядывал на меня с лёгкой заносчивостью. Я спокойно вела велосипед на одном уровне с Такао и язвительно подкалывала это хитроглазое чудо. Надо отметить – я просто мастер выбесить человека в десять фраз, ничего по сути не значащих. В общем, к моменту, когда я увидела свой дом, Казунари скрипел зубами и уже придумывал способ моего убийства, при котором его не посадят. - Ой, Куроко, - заулыбалась я, увидев бегущую ко мне пятнистую красавицу-кошку. Куроко – наш семейный маленький демон, прячущийся в маленьком теле кошки-черноножки. - Что? Где? – вдруг заозирался Мидорима. – Где Куроко? - Вот, - я слезла с велика и взяла мою прелесть на руки, - моя маленькая, скучала по мне, да? - Брось эту тварь, вдруг заразная! И где, чёрт возьми, Куроко? - Кошку зовут Куроко, она наша питомица. Какая она может быть заразная? – Мидорима с бесконечным раздражением и скрытой опаской посмотрел на черноногую. – Ты же не боишься её, значит, она посидит у тебя в повозке. Моя красавица легко спрыгнула на колени Мидориме, который зло посмотрел на меня и шикнул: - Ведьма. Куроко с тихим урчанием заползла на его плечо. - Сними это животное с меня! Немедленно! – я тихо засмеялась. Мидорима едва не рыдал, Куроко урчала, овившись вокруг него, хвостом щекоча его шею. – Накамура, чтоб тебя! Убери это! Убери! - Такао-кун, перестань смеяться, а то Цун-чан обидится. Мидорима, а ты ей нравишься, только смотри, она иногда любит лизаться, негодница. - Закрой рот и сними её! Сними быстро! - Нет, Куроко нравится быть с тобой, - в самом деле, она уже принялась дремать, как часто делала это на папиной шее. До самого момента его смерти я часто замечала, как Куро приходит к нему и ложится на шею, дремлет прямо на голове, заползает на его подушку. Больше трёх месяцев она даже притронуться к себе не позволяла, кусая настолько сильно, что руки мамы и Юкари до сих пор в глубоких следах её зубов. Только со мной она не кусалась, просто убегала и возвращалась через час-два. Интересно, что это она так фривольно развалилась на постороннем парне? - Куроко, милая, слезь с этого юноши, ты его с папой перепутала, - тихо позвала я. Большие золотистые глаза с вертикальными зрачками-щёлочками обратились на меня, после чего она бесконечно осторожно спустилась обратно на его колени, ткнулась носом в забинтованные пальцы, словно прощаясь, и прыгнула в мою велосипедную корзину. Виноватый взгляд был послан зеленоволосому, после чего она лениво зажмурилась и свернулась пушистой сонной шапкой. Мидорима почему-то опять посмотрел на меня, враз помрачнев. - Что уставился, не видел редких животных? – буркнула я, достав телефон из сумки и набирая Ю. – Ты дома? «Нет, у меня кружок. Мамы сегодня не будет. Увидимся», - ответила она кратко. Жизнь очень быстро может пойти наперекосяк. Ненавижу это её свойство. - Ты чего, Акаге-чан? Что-то случилось? – даже Такао почему-то обратил внимание. Я покачала головой: - Нет, просто... Вспомнила кое-что. Пока, мальчики, завтра увидимся. Я закрыла дверь во внутренний двор и поставила велосипед рядом с байком Шинджи. - Эй, Шинджи. Ты тут? Давно приехал? – он оперативно вылез из подвала. - Что? Ой, что за лицо, жуть какая, - скривился окинавец. Хаттори Шинджи – девятнадцатилетний раздолбай-певец – был папиным племянником. Своя рок-группа и довольно неплохие с неё дивиденды помогали ему в поддержании пафосного образа. – Ты чего такая? Как будто убила кого, а труп восстал, и тебе пришлось убить его ещё раз пять. Приехал полчаса назад - Фантазия у тебя пугающая, - покачала я головой. – Я есть хочу. - Я тоже. Готовь, ты же чья-то будущая жена. Практикуйся, - наглая рожа. – Ю, кстати, опять пыталась готовить сегодня. Еле отговорил, не понимает, что ей нож в руки давать опасно - порежется. Я зевнула, вцепилась в чумазую майку братца и потащила в дом. - Вымойся, на свинью озорную похож. Омурайс будешь или нет? - Буду! – довольно отозвался тот. – Что нового в школе? Последние слова заглушил шум воды. Я крикнула: - Ничего! Всё как всегда! – и принялась за готовку. Есть хочу до жути. Через полчаса мы, как два счастливых сытых кабанчика, развалились в гостевой на диване, врубив какую-то дораму, и я вдруг вспомнила слова Такао. «Я просто прикидывал, кто из нас тебе больше нравится...» Да вы оба идиоты. Что один, со своими гороскопами, пилочкой специально для ногтей на левой руке и вечной фигнёй в той же самой левой. Что второй, вечно учиняющий какую-нибудь фигню и при этом как-то шало улыбающийся. Хотя люди они неплохие.       Если брать внешность, то тут я теряюсь. Мидорима, не веди он себя так странно, был бы школьной звездой, так что девушки вокруг него вились бы стаями. Такао, веди он себя посдержаннее, был бы моим типом парня. Хотя есть ли смысл думать о подобном, я же всё равно не хочу ничего такого. Они не те, кто сможет помочь мне, просто не те. Моя любовь была бы тяжела для любого из них, как камень утопленника. Если уж моё сердце слишком тяжёлое для меня, так что хочется его выдрать своей рукой, то что говорить о двух не видевших проблем в жизни парнях, которые просто мало знают меня и потому общаются. Среди них я всё же лишняя. - Ю в порядке? - Ю уже год как не в порядке, - буркнула я. - А, после того случая? Винит себя? – сочувственно спросил Шин. - Винит меня. Она не всё знает. - О как. Почему? Ты что, своей родной сестре не сказала, что её парень старательно распускает свои руки?! Ты совсем дура?! - А ты понимаешь, что она мне не поверит? Просто возьмёт и не поверит. Юкари уже показала, кем из нас дорожит больше, ты думаешь, что она изменит своё мнение?! - Изменю мнение насчёт чего? - Насчёт Сато, - ой, дебил, зачем ты это сказал. – Твоя сестра тебе не рассказала обстоятельства, при которых он вас двоих перепутал? - Не то чтобы я слушала, - мрачная, рассерженная Юкари швырнула сумку на диван, прошла в свою комнату и хлопнула дверью. Я лишь пихнула в бок поникшего Шинджи и пошла к себе. - Я же просила не лезть. Вечером я решила прогуляться, устав от духоты в комнате. Чёрт, сейчас апрель, почему же так жарко-то??? - Эй, Шинджи, пошли гулять? - Ага, сейчас. Одену что-нибудь нормальное. - Да ладно тебе, - махнула я рукой и пошла в сторону комнаты сестры. – Юкари, ты пойдёшь гулять? - Нет. Я уткнулась лбом в дверь её комнаты. Да, братец прав, так нельзя, я должна сказать. Когда мы шли, на меня смотрели с ненавистью все девушки. Естественно, благодаря братику, который в чёрных кожаных куртке и брюках, белой рубашке походил на модель с обложки журнала. Я блистала перекошенным от лёгкого злорадства лицом, когда на него оборачивались и некоторые парни. - Эй, Акаге-чан! Накамура? – я обернулась. Оп, попала. Это не на него оборачивались, а на меня! Это же сумасшедший дуэт Мидоримы и Такао! Чёрт, чёрт, чёрт! - Твои знакомые? – встрепал мои волосы Шинджи. Я лишь кивнула и помахала им. - Твой парень? – Такао с лёгким изумлением оглядел красавца, потом хитро ухмыльнулся: - Ты только что разбила моё сердце, Акаге-чан. И сердце Шин-чана тоже, видишь, как он очками засверкал. - На самом деле это просто мой двоюродный брат, - буркнула я. – Фантазировать о разбитых сердцах, Такао, для тебя вредно – получишь по шее. А вы двое что тут делаете? - Мне было нужно в одно место, - прохладно бросил Мидорима, всё ещё рассматривая брата. Сверху вниз рассматривая, надо сказать, потому что гордые «под два метра» Мидоримы сложно было перерасти моему «метр восемьдесят с кепкой» Шинджи. – Так вы её брат? - Да. А вы двое – её одноклассники, да? – улыбнулся тот, взъерошив мои волосы. - Да, они самые. Накамура-сан, ты сама что тут делаешь? - Гуляю, - я поправила упавшие из-за ветра на лицо пряди, старательно выпуталась из них и поймала на себе тяжёлый взгляд зелёных глаз. – Чего смотришь? - Да так, любуется, - не в меру игриво подмигнул Такао. – Пошли с нами? - Нет, не стоит, думаю, у Накамуры-сан и её... кузена, - последнее вышло слегка презрительно; хотя это же Мидорима Шинтаро, у него даже лицо такое, будто вокруг него всё покрыто грязью, - есть какие-нибудь более важные дела. - Я бы прошлась с вами, но Шинджи попросил меня найти одну вещицу для него. Удачи, нам пора, - улыбнулась я и пихнула Шинджи в бок, заставив неловко попрощаться и ускорить шаг. - Что это было? Этот парень, который в очках, он тебя ненавидит? - Нет, скорее раздражается от моего вида и поведения. Но волосы лапает. - Что, только волосы? Да, замуж ты не выйдешь, Акаге. - С чего ты взял, дуралей? Возьми свои слова назад! Хотя в самом деле, что это было с Мидоримой? Видимо, талисман уронил. Или Такао его окончательно достал. Ладно, не буду думать об этом. - Пошли в магазин одежды, - предложила я. – Давненько не покупала себе чего-нибудь. Мы набрали одежды, наелись в ближайшем кафе, зашли в любимый магазин музыкальных инструментов, в общем, славно прогулялись. Только вот Юкари делала все походы по магазинам, все прогулки – хоть от дома до школы – другими, полными веселья и немного странных приключений. Ю, ты когда-нибудь поверишь мне, даже если мне придётся умереть для этого. Сердце тяжело и глухо билось, словно увеличившись в размерах и болезненно стуча в грудную клетку.