Мы не ангелы.

      Вся следующая неделя заставила Кастиэля промучиться в ожидании ответного хода от Даррена. Убийца уже не мог не знать, что Кастиэль все-таки сдал его, рассказав обо всем, что знает, а значит, рано или поздно должен был сделать первый шаг.       Данные, что как можно подробнее изложил Новак, друзья записали, чтобы ничего не забыть. и Габриэль как самый легальный человек в их компании отправился в полицию, где все изложил слово в слово всё, что говорил его друг. Оснований не верить у полиции не было, в сложившейся ситуации они были рады любым данным, а потому с особым вниманием выслушали Габриэля и сделали нужные выводы.       Теперь по радио и телевидению крутилась новость о том, чтобы никто не ходил в одиночку, так как убийца дал понять, что убивает только по одному. Хотя это было, пожалуй, уже поздноватым решением, люди и так старались как можно меньше появляться на улицах, а если куда-то и шли, сбивались в группы побольше.       Однако это принесло, как считала полиция, свои плоды: за эту неделю не произошло ни одного убийства, но Кас, вернувшийся к чтению новостей, дабы теперь не упустить ничего, понимал, что это просто затишье перед бурей. Только вот чем больше проходило времени, тем сильнее он волновался. Почему Даррен еще не пришел ни за ним, ни за кем-то из ребят?       Сам-то Кас все так же продолжал ходить на работу и делал это почти всегда один, чтобы не подвергать других опасности и облегчить себя в качестве мишени. Надежды на то, что убийца ничего так и не понял, не было, новые данные обнаружились слишком скоро. А может, Кас был не единственным, кто выжил? Может, кто-то еще в страхе сидел дома, не смея проронить ни слова, чтобы не предать всех, кого он любит?       Кастиэль мучился, задаваясь все большим количеством вопросов, но ответов не было ни на один из них. Оставалось только ждать.

***

      - С этим убийцей одни убытки! - Кевин Гиллана, шеф-повар ресторана, в котором трудился Кастиэль, поправил фартук и оглядел остальных поваров усталым взглядом. - Город слишком погружен в страх, чтобы жить нормально, все перестали куда-то ходить в свое свободное время и сидят дома, но нас заставляют работать. А клиентов нет, работать не для кого! Скорее бы этого урода поймали, честное слово.       Этот разговор мужчина заводил каждый день ближе к вечеру, когда раньше начинался основной приток посетителей. Повара, раньше с энтузиазмом поддерживающие это громогласное возмущение Гилланы, теперь только молча кивали головами, особенно усердно трудясь для тех редких клиентов, которые все же решались зайти в этот ресторан.       Все-таки нужно было продолжать жить, никто не знал, кто и когда станет следующей жертвой. А потому влюбленные все еще встречались в парках, работяги решались немного подышать свежим воздухом у своего подъезда, а особые экстрималы где-то гуляли, правда, стоило часам показать восемь вечера, все уже старались сидеть дома или же добраться до него как можно скорее. Люди стали бояться даже светлого времени суток, мало ли как ловко начнет орудовать этот маньяк.       Конечно, многие заведения терпели огромные убытки в связи с утратой клиентов, и зарплата становилась все меньше. Но по магазинам сейчас люди тоже старались не расхаживать. Однако многих работников персонала, включая ресторан Кастиэля, расстраивало или даже выводило из себя то, что трудились они теперь больше впустую, а зарплата была все меньше.       Кевин Гиллана тоже не был исключением, но даже пыл его возмущения уже успел поутихнуть, поэтому теперь никто особо не обращал внимания на его реплики, а соглашались уже чисто из вежливости.       - Слушай, Джим, - Рэй сел рядом с Кастиэлем, который хрустел вафлями, сидя на подоконнике. - Как ты думаешь, этого убийцу когда-нибудь поймают?       Кас отстраненно взглянул на него, говорить на эту тему ему, конечно же, не хотелось, но отгонять Рэя своими страхами ему хотелось еще меньше.       - Без понятия, - он пожал плечами и протянул парню вафли, которых осталось много. Обычно их добавляли в десерты, но из-за недостатка клиентов большинство их теряло свежесть, и подавать вафли было уже нельзя, а выбрасывать было жалко. - Мои друзья говорят, что поймают, а я... Я не особо верю. Говорят, что это какое-то сверхсильное существо, и никто не может его поймать.       - Выходит, что мы все обречены, - вздохнул тот и взял пару вафель.       - Не все, - Кас улыбнулся ему и покачал головой. Свою обреченность он уже понимал, а вот для Рэя, он надеялся, шанс все же есть, они же не друзья. Так, приятели с работы.       - Как ты считаешь, ты обречен? Я думаю, что я уж точно, куда такому, как я, справиться с убийцей? Тем более я ужасно неловкий, а еще с этой работой иногда приходится идти одному. Конечно, меня встречает отец, но все-таки я боюсь, как бы не пострадал он. Он же тоже один.       - Эй, ну-ка, не вешать нос! - Кас постарался как можно ласковее улыбнуться ему и потрепал его за плечо. - Не спеши хоронить себя раньше времени. Может, ему просто надоест, и он перестанет? Тем более у этого человека точно проблемы с психикой, его может переклинить, и он покончит с собой.       - Может, Джим. Только надежды на это... Ну, ты сам понимаешь.       И Кастиэль понимал. Конечно, всеми этими доводами он уже не раз в страхе пытался успокоить себя, но понимал не хуже Рэя, как они ничтожны. Ничто не спасет, разве что чудо. И после смерти Каса мало что изменится, он и его друзья станут очередными жертвами, которые, правда, попытались хоть что-то сделать для поимки этого урода.       Если Даррен, и правда, обладает сверхъестественной силой, что, конечно, было невероятно, но в данной ситуации вполне возможно, то никто не сможет уберечь от него город, и полиции проще уже сейчас опустить руки, а всему городу только молиться.

***

      Домой Кастиэль возвращался снова в убитом настроении, погруженный в свои мысли о Даррене, обо всех этих убийствах и о том, что его ждет. Хотя, если быть достаточно честным, рассказ друзьям о том, что с ним случилось, немного убрал его страх, словно с плеч сняли огромную гору, которая уже так давно грозилась обвалиться. Теперь он нес это бремя не один, и Бальтазар и Габриэль не оттолкнули его, осудив только за долгое мотание их нервов молчанием и паническим страхом.       Уже в который раз Кастиэль благодарил Небеса за тех людей, что в последние полгода послала ему судьба. Конечно, раньше у него была Анна, но один человек не мог заменить всех тех, кто теперь окружал Каса, тем более никакая дружба с девушкой не заменит мужскую дружбу. Особенно, если говорить о Бальтазаре. Именно с этими людьми Кастиэль понял истинное значение слова семьи и теперь слишком боялся потерять хоть одного ее члена, но понимал, что этот страх непременно сбудется, как бы ему ни хотелось этого не допустить.       Стоило сегодня Кастиэлю отворить дверь и переступить порог квартиры, ставшей ему домом, и он понял - что-то случилось. Было слишком тихо, ни шороха, ни голосов, к которым Кас привык, возвращаясь с работы. Конечно, можно было допустить, что Бальтазар все еще на работе, а Габриэль ушел по своим делам... Но сердце было не обмануть. Что-то случилось. И главный вопрос, который мучил Новака: с кем?       Вот он, минус в отсутствии телефона, все новости получаешь позже, и иной раз это обходится слишком дорого, так что теперь Кас ломал голову над тем, как же узнать, что случилось. Но ответ оказался прост: на столе в гостиной лежал лист бумаги, на котором быстрым почерком Бальтазара был выведен адрес. Поэтому, смяв листок и сунув его в карман плаща, Кас поторопился вызвать такси и, как только то приехало, пустился по назначенному адресу.       Машина привезла его к городской больнице, которая сейчас, в пасмурную погоду, казалась еще более устрашающей и угрюмой, пуская мысли и предположения Кастиэля в самые жуткие направления. Расплатившись, он еле выбрался из машины и на ватных ногах поспешил внутрь.       "Только бы не в морг, только бы не в морг" - билось в голове, как молитва, когда Кастиэль распахивал дверь, проходя в светлое помещение, парень то и дело оглядывался по сторонам, надеясь хоть кого-то увидеть.       Плечо тут же хватила чья-то рука, и Кас дернулся, резко оборачиваясь, все-таки именно такая хватка ярко напоминала о Даррене. Но, к великому облегчению Новака, перед ним оказался Бальтазар, крайне взволнованный и бледный, но Новак тут же сгреб его в быстрые и крепкие объятия, благодаря все высшие силы за то, что с этим другом все в порядке. Правда, долго обниматься было нельзя, да и важно было узнать, что случилось, поэтому он быстро отстранился, оставив только руку на плече, и внимательно посмотрел в лицо другу.       - Кто?       - Габриэль... - с отчаянием выдохнул Бальтазар, качая головой и тяжело дыша, отчего Кас только сильнее сжал его плечо.       - Насколько серьезно?       - Очень. Врачи стараются, как могут, сейчас идет операция, но они боятся, что все слишком плачевно. На него упала плита, гребаная бетонная плита, Кас, он ее уронил, я уверен, - Бальтазар перешел на шепот, но все время повышал громкость, поэтому Кас его встряхнул, хотя чувствовал, как собственное сердце уходит в пятки.       - После этого можно выжить, у меня лично есть такой знакомый. Правда, хромает, но живой, - он видел эту панику Бальтазара, и состояние друга пугало его, ведь это же Бальтазар, черт бы его побрал, он всегда был спокойным и ничего не боялся.       - Не гарант, что здесь все будет именно так, повреждены какие-то органы, и врачи говорят, что организм просто не дотянет до их выздоровления. Кас, что будет, если он умрет?       - Успокойся, еще никто не умер. А Анна где, ты ей звонил?       И сердце Новака ушло в пятки, когда Кас увидел, как меняется взгляд Бальтазара. Словно это было то, что друг и сам не хотел знать, и понятия не имел, как сообщить об этом Касу, стараясь как можно сильнее отсрочить момент. Неужели?..       - Она пропала. Я знаю, что она была с Габриэлем, он говорил, что они куда-то сходят, пока не вечер. Но потом мне позвонили из больницы и сообщили о Габриэле, а свидетель сказал, что этот урод утащил...       - Тогда какого хрена ты меня так пугаешь?! - закричал на него Кастиэль, ощутимо ударив его в грудь, и, поймав напуганный и непонимающий взгляд друга, поспешил объяснить. - Ты так смотрел, что я уж думал, что ее расчленили, переломали, раздавили, испепелили... короче, что ее уже нет, и прикончил он ее самым ужасным способом! А если он забрал ее, значит, она еще жива, потому что он бы убил ее прямо там, если бы хотел сделать только это!       Кто-то похлопал его по плечу, Кас снова дернулся и чуть не стукнул молоденькую медсестру, которая мягко попросила его не забывать, где он находится, и не шуметь, так как он мешает работе и пугает всех вокруг своим криком. Пришлось извиниться и хоть как-то взять себя в руки, что было очень непросто. Эмоции от страха и паники до злости и решимости переполняли обоих, но что делать не знал пока ни один из них.       - Полиция уже была здесь, они спросили меня кое-что о Габриэле, об Анне и сказали, что сегодня же начнут ее искать, - немного погодя, продолжил Бальтазар, проводив девушку взглядом и убедившись, что их не слышат. - Правда, я бы хотел, чтобы ты был рядом, потому что ты знаешь Анну лучше, мог бы особые приметы описать, но фото у них уже есть, я отдал им телефон Габриэля.       - Ты же знаешь, что они ее не найдут, - вздохнул Кастиэль, понимая, что Бальтазар знает это не хуже него.       - Но стоит надеяться. Только, Кас, - друг пристально посмотрел Новаку в глаза. - Обещай, что не пойдешь искать ее один. Он убьет тебя, стоит тебе только подойти.       - Тут, конечно, спорный вопрос, сразу или нет, - постарался улыбнуться Кас, но Бальтазар посмотрел словно в его душу, и потому он вынужден был сдаться. - Хорошо, обещаю, что не уйду.

***

      Бальтазар дремал в кресле в комнате для ожидания, обмотавшись халатом, что им с Касом выдали после того, как у Габриэля закончилась операция. Конечно, ничего хорошего врачи снова не говорили, стараясь всячески подготовить парней к тому, что друга они, скорее всего, потеряют, но разрешили им сидеть хотя бы здесь и ждать дальнейших новостей. Бальтазар пробовал было возмутиться, что их не пускают прямо к другу, но Касу удалось его угомонить и чуть не волоком затащить в комнату для ожидания.       Здесь сидели еще двое: седой мужчина, на вид которому было не больше сорока, и подросток, видимо, его сын, который серьезно глядел перед собой, иногда качая ногой и вздыхая. Кастиэль, который в отличие от друга даже не думал спать, изучал эту парочку взглядом, стараясь, чтобы те его не заметили. Он все старался перевести мысли в сторону этих людей, подумать, что же случилось у них, но те неизменно возвращались к Анне и Даррену.       Что он с ней сделает? Хотя, конечно, ответ был прост: убьет, если не достигнет своей цели, не просто же так он ее забрал. Только вот что конкретно ему было нужно? Понятно, что он ждал Кастиэля, но чем придется заплатить Новаку в попытках выторговать жизнь для той, что была его подругой, сколько он себя помнил? Это и пугало, и обескураживало Каса, и за пару часов в голове успело промелькнуть более сотни вариантов. В том, что он умрет, он даже не сомневался.       Кастиэль устало вздохнул и перевел взгляд на спящего Бальтазара. Конечно, Новак обещал ему никуда не уходить одному... Но ведь нельзя оставлять больницу, вдруг что-то выяснится о Габриэле, а как же бросать в беде Анну? Ведь и Кас, и Бальтазар, и Анна, и, наверное, даже сами стражи порядка прекрасно понимали, что девушку им не найти. Даррен был тем, с кем сражаться было бесполезно. Нужно было лишь пытаться договориться с ним на более выгодных условиях и принять уже предрешенное. И тем более уж никак не хотелось жертвовать еще одним своим другом, пожалуй, последним, кто остался. Хорошо, что Дина совсем нет в городе, его опасность быть убитым миновала.       Поэтому Кастиэль как можно тише поднялся с кресла и выскользнул из комнаты, стараясь вообще не издавать ни звука. Будить Бальтазара было опасно, друг мог его просто не отпустить, а потому Кастиэль вздохнул с облегчением, когда оказался на улице под покровом позднего вечера.       Нужно было искать Анну. Только с чего же начать?