Лицей Послушных Омег

Николя — Маленький, ты как? — раздалось надо мной. Открыв глаза, я увидел Джонатана. Он смотрел на меня нежным взглядом, отчего мне стало теплее. Оглядевшись, я понял, что нахожусь в незнакомой мне комнате. — Спасибо. Уже лучше, — севшим ото сна голосом проговорил я и, еще раз оглядевшись, добавил: — Где это я? — У меня, — тепло ответили мне. — Понятно, — прошептал я, сжимая края простыни. — Альфред сказал, что у тебя обморок от голодания. Вас что, не кормили в вашем лицее? — хмыкнул Джонатан — Кормили, — еле слышно пробормотал я. — А кто такой Альфред? — решил уточнить я. — Мой дворецкий, позже с ним познакомишься. Лучше расскажи мне, как ты оказался на дороге? — серьезно спросил он. А я замялся и отвел взгляд в сторону, не зная, что ему ответить. В лицее нас многому учили и про отношения между омегами и альфами тоже, но ни разу не рассматривался вопрос о... эм-м, жизненных ситуациях. Я прекрасно знаю, как вести себя при гостях, семье альфы, в которую меня привезут сразу после того, как заберут из лицея, что я должен сказать, как сесть, смотреть, все... Но вот что отвечать и как говорить в таких ситуациях нас не учили... Джонатан терпеливо стоял передо мной и внимательно смотрел на меня, а я не знал, куда себя деть, хотелось вскочить с кровати и бежать, бежать, бежать! До тех пор, пока исчезнет это невыносимое, тяжелое чувство из-за того, как пристально он на меня сейчас смотрит. От всего этого напряжения, нервов и, наверное, еще того, что я давно ничего не ел, у меня все закружилось, и я, как сквозь пелену, услышал крик Джонатана. Очнулся я на той же постели от ароматного запаха, исходящего откуда-то сбоку. Поворачиваюсь на манящий запах и, открыв глаза, вижу блюдо с супом, в котором плавают кусочки морковки с фрикадельками. — Проснулся наконец, — донесся до меня незнакомый голос от двери. Вздрагиваю всем телом и резко оборачиваюсь на голос, в дверях стоит невысокий, плотного телосложения мужчина со светло-зелеными глазами и доброй улыбкой на лице. — Вы кто? — натягивая на себя одеяло, пытаясь спрятаться, пробормотал я. — Забыл представиться. Меня зовут Альфред, я работаю в этом доме. — Николя, — тихо протянул я. — Рад знакомству, Николя, — ответил мужчина, — твой суп стынет, — подметил он, махая в сторону блюда. — Нужно хорошо питаться, а то так долго не протянешь, — усмехнулся он, подмигнув мне, и закрыл за собой дверь, я услышал его удаляющиеся шаги. Суп оказался изумительным, я еще никогда не ел таких вкусностей, и Альфред был прав, поев, мне стало гораздо лучше, нежели было раньше. Поднявшись с кровати, я подошел к окну и, отодвинув тяжелые портьеры, посмотрел на вид, который из него открылся. Вдали виднелись сосны, окутанные утренним туманом, и небольшое озеро около них, большой сад, много скамеек и кустов роз, посаженных около дома. Потянув за ручку, я отворил тяжелые ставни, и в комнату ворвался немного прохладный, зато свежий и бодрящий воздух, вдохнув полной грудью, я наслаждался этим прекрасным чувством свободы, которое еще никогда ранее не испытывал. Я всегда любил раннее утро, в лицее я вставал раньше всех живущих нашей комнаты и тихонько проскальзывал в коридор, выходил на круглый балкончик, из которого был виден наш сад. Тогда, как и сейчас, мои волосы трепал прохладный свежий ветерок, но там, в лицее, он был другой, можно сказать, какой-то чужой, неродной, отчего мне всегда становилось немного грустно и зябко. Но сейчас прохладный, немного сыроватый от ночной прохлады ветерок трепал мои волосы, и мне от каждого его порыва становилось теплее и веселее, мне еще никогда не было так весело и хорошо. Из меня вырвался громкий и веселый смех, я радостно улыбался, запустив руку в густые волосы, убирая их с лица, я еще никогда не был так счастлив, как этим холодным утром, стоя около распахнутого окна.