Тот, кто не любит, не живет.

5

Хельга

Женщины созданы для того, чтобы их любили, а не для того, чтобы их понимали. Оскар Уайльд

***

Я дернулась и открыла глаза. Меня разбудил странный звук. Зевнув, я попыталась подняться, но моя затея не увенчалась успехом. Оказывается, посреди ночи я свалилась с кровати, и теперь лежала на полу, соорудив из одеяла кокон, из которого было не так просто выбраться. Выглядела я, наверно, как гусеница. Спустя несколько минут я все же освободилась из так называемого «плена» и потянулась. Пробежавшись взглядом по комнате, я обратила внимание на свое отражение в зеркале, которое находилось в шкафу. Да, ночь слез не осталась незаметной, но и положительных результатов не принесла: глаза были красными и опухшими. Я устало вздохнула и закусила губу. С Рождеством тебя, Хельга. И тут звук, который меня разбудил, повторился. Я невольно вздрогнула, а потом повернулась в сторону окна. На прозрачном стекле красовался снежный комок, который неуверенно разваливался, собираясь упасть. Подойдя к окну, я его распахнула и высунулась по пояс. Меня обдало холодным ветром, от чего голова немного прояснилась. Пришлось накинуть одеяло на плечи. Посмотрев вниз, я собиралась наорать на малышню, которая, очевидно, с утра пораньше, решила закидать мои окна снегом. Но как только я опустила голову, мой вопль возмущения застрял где-то в горле. Вместо этого челюсть медленно поползла вниз, а глаза расширились до размеров неплохого фарфорового блюдца. Под моими окнами стояли не маленькие надоедливые проказники. Там был Арнольд. Он улыбался, крутя в руках очередной снежок. На нем была теплая серая куртка, джинсы и зимние кроссовки. На голове красовалась неизменная маленькая синяя кепочка. Я на секунду задумалась, потом еще раз посмотрела вниз. Нет, это глюк. Я ущипнула себя. «Ау!», - шёпотом возмутилась я. Потирая руку, чтобы боль прошла, я нагнулась через подоконник и крикнула: - Репоголовый, ты что, застудил остатки своих мозгов? Ты что творишь?! На что парень дружелюбно усмехнулся. - С Рождеством тебя, Хельга! Уши предательски горели, и я чувствовала, как щеки краснеют с каждой секундой. Натянув одеяло так, чтобы скрыть мой позор, я проворчала: - С Рождеством, Дурья Башка. И тут мне в лицо прилетел снежок. Арнольд засмеялся, а я злобно вытерла лицо и посмотрела на парня убийственным взглядом. Скалясь, я прорычала: - Тебе что, жить надоело, Придурок?! Я не посмотрю, что сегодня праздник, и выверну твои кишки наружу! - Да брось, Хельга, не обижайся, - и он опять улыбнулся, самой обаятельной, самой святой улыбкой. – Я хотел спросить, чем ты занимаешься вечером? - Для этих целей вообще-то придумали телефон, если ты не в курсе, Репоголовый. И вообще, с чего это ты интересуешься моим времяпрепровождением. У тебя есть твоя ненаглядная Лайла, вот у неё и спрашивай. Арнольд вдруг резко помрачнел. - Не знаю, что ты подумала, после того, что увидела вчера в туалете, но между мной и Лайлой ничего нет. И не будет. - А мне то, что до твоих отношений, МячевиднаяБошка? - Просто, решил тебе сказать, чтобы не было недоразумений. - Я не сплетница, Арнольдо, как некоторые девушки. Так причем тут моё времяпрепровождение? Блондин вновь улыбнулся и радостно мне сообщил: - Я собираю сегодня всех вечером у себя в комнате, в честь праздника. Дедушка с бабушкой не возражали. Будет пирог, пицца, пудинг и все такое. Придут Джеральд, Фиби, Сид, Стинки, Лайла, Гарольд, Ронда. Если хочешь, тоже приходи. Я приглашаю. И снова эта улыбка, ради которой я готова продать душу. - Я подумаю над столь щедрым предложением. И я сделала воображаемый реверанс, от чего услышала одобрительный смех. Нда, одеяльный монстр в попытке сделать реверанс – очень смешно. - Что ж, тогда, до вечера? - Посмотрим, Репоголовый. С этими словами я изобразила прощальный жест. Арнольд помахал мне в ответ и пошел в сторону своего дома. Закрыв окно, я села на кровать. За сегодняшнюю ночь в голове пронеслось столько мыслей, а теперь сам Арнольд, как Ромео, предстает перед моим окном, предлагая мне прийти к нему на праздник. Я сама не заметила, как лицо расплылось в тупой улыбке. Замотавшись в одеяло плотнее, я пошла в свою Тайную Комнату. Склонившись перед своим идолом, как и много лет назад, я, улыбаясь, начала изливать душу. Удовлетворенная этой процедурой, я спустилась с чердака. Как оказалось, вовремя: зазвонил мой мобильный. На экране красовалась надпись «Фибс», а на меня смотрела улыбающееся фото подруги. Хмыкнув, я подняла трубку. - Хельга? Не спишь? - Уже нет. - Как ты вчера добралась, я очень волновалась, ты не брала трубку… Я стукнула себя по лбу. Ну конечно! Я не отвечала на вчерашние сообщения и звонки, а их накопилось порядочно. Кажется, до меня пытались дозвониться Фиби, Ронда и даже… Черт, даже Арнольд! Какая же я дура! Вот почему он пришел сегодня под мои окна! Он думал, что я опять не возьму трубку! Ха! Видать, я не такая уж и дура. - Хельга-а? Ты там? - Да, Фибс, все в норме. Я просто уснула, как только пришла домой, а телефон был в вибро режиме. - Слава Богу. Мы с Джеральдом волновались… и Арнольд волновался. - Я жива, Фиби. Я улыбнулась. Приятно, когда о тебе помнят, когда о тебе волнуются и заботятся. - Так что ты звонила? - Ах да! Арнольд сегодня приглашает всех к себе на посиделки. Он и тебя хотел позвать! - Я знаю, Фибс, я знаю. - Откуда?! Я прям видела эту картину: Глаза Фиби расширяются, очки плавно сползают на нос, а челюсть медленно отвисает все ниже и ниже. Я не смогла удержать смех в себе. - Не поверишь, кто приходил буквально двадцать минут назад к моим окнам и предлагал вечером прийти на праздник. - К тебе приходил Арнольд?! И снова эта картинка удивленной подруги всплыла в моем сознании. - Именно! Я сама в шоке до сих пор! - Так ты идешь? - Я? И тут я задумалась. - Там ведь будет наша Мисс-Совершенство. - И что, Хел? Господи, что случилось с моей подругой? Какие инопланетяне тебя похитили? Хотя существование инопланетян еще до конца научно не подтверждено, я все же считаю, что есть иные разумные формы жизни во вселенной и я… - Фиби, еще одно слово, и я засуну твоих инопланетян сама знаешь куда! - Ой, прости, я слишком увлеклась. В любом случае, когда Лайла вдруг стала препятствием для тебя? Тем более что Арнольд расстался с ней больше, чем полгода назад! Действительно, когда это рыжие стервы стали мне помехой. - Хорошо. Я иду. - Ну, слава Богу. Тем более, это еще один шанс Арнольду лучше тебя узнать. - Убедила, убедила. Хорошо, Фибс. Тогда до вечера. Буду в девять. - До встречи, подруга! И не вешай нос. В трубке послышались короткие гудки. Я положила телефон на кровать, а сама устало сползла на пол. В голове был сплошной кавардак, и я плохо соображала. Почему Арнольд сам пришел ко мне? Неужели ему было так важно, чтобы я присутствовала сегодня вечером? Может он просто боится, что я разболтаю всем, что видела вчера (хотя ничего прям криминального я там не нашла, они же не **@**** и не травку курили, чтобы делать из этого супер сплетню. Хотя всей сцены я. конечно, не видела, только слышала). А может он просто так хочет извиниться? А-а-р-р! Бесит! Столько мыслей в одной черепной коробке! Все, хватит распускать сопли! Я же Хельга Джи Патаки! Я вам не Ольга, чтобы сидеть и ныть, когда нужно дело делать! С этой мыслью я вскочила, и попыталась изобразить супермена, в результате чего одеяло с меня упало, и я осталась гордо стоять в майке и трусах. Я пойду, сегодня вечером к Арнольду, и никто не помешает мне провести этот вечер так, как я сама захочу! Так то! Часы показывали полдевятого, а я уже запирала входную дверь, насвистывая что-то себе под нос. Наверно, это выдался самый снежный месяц, за всю мою жизнь. Белые хлопья летели с неба, приземляясь на мою одежду, волосы, нос. И тут же таяли. Решив слишком не изгаляться, я надела джинсы, белые носки, зимние кроссовки, белый свитер крупной вязки без ворота, серую куртку «дутыш» и свою серую шапку. Краситься не было смысла, да и заплетать волосы тоже, ведь из-за снегопада все равно все развалится, а косметика потечет. Засунув руки в карманы, я пошла в направлении дома предмета своего обожания. Я знала этот путь, как свои пять пальцев, и, наверно, могла бы пройти с закрытыми глазами. Чуть было не провалившись в очередной сугроб, я достигла желаемой цели. Не слишком ли я рано? Впрочем, какая разница. Я поднялась по лестнице и нажала на дверной звонок. Хорошо, что я взяла перчатки, а то мои пальцы можно было спокойно принять за сосульки. Послышалось какое-то движение за дверью, и она открылась. На меня смотрел улыбающийся дедушка Арнольда, Фил. Старик, улыбаясь, прищурился. - Эхехей, кого я вижу! Ты же та самая маленькая проказница с розовым бантом! Казалось, время не властно над Филом. Не зря он зовется Железный Фил. - Именно. А вы не меняетесь. Вид у вас цветущий. Старик засмеялся, и я услышала еще один голос за спиной деда. - Дедушка, это ко мне! - А, Головастик! Из-за спины Железного Фила показался улыбающийся Арнольд. Я скривила ехидную гримасу и пропела: - Головастик, значит. Моя шутка вызвала прилив крови к щекам парня, от чего его дедушка рассмеялся. - Эх, молодежь. Проходите уже, чего стоять то. Так я оказалась в доме Арнольда. Я оказалась там, куда сотни раз пробиралась нелегально, но ни разу не была приглашена. Мечты сбываются, Хельга. Мечты сбываются. Мы поднялись к нему в комнату. На Арнольде были джинсы, но вместо привычной рубашки он надел вязаный свитер цвета морской волны. Хотя, спустя пару мгновений я заметила и саму рубашку, он надел ее под низ, как в детстве. Правда, теперь она не торчала снизу, создавая видимость килта, или, как я любила подшучивать, юбки. В комнате уже была Фибс с Парнем-Шапкой, Сид и Ронда. Я поздоровалась со всеми, и начала осматривать комнату, пока остальные бурно что-то обсуждали. Вот смешной будильник, а вот и старый добрый диван и стеклянная крыша. Это качественно отличалось от моей комнаты. Где-то через минут пятнадцать подтянулись остальные ребята, и мы сели есть пиццу, пирог, который испекла бабушка Арнольда (мировая женщина, я считаю), и болтать о всякой ерунде. Я не могла не заметить, как Лайла все пыталась подползти к Арнольду, но тот отчаянно от нее отсаживался, и, в конце концов, сел рядом со мной. Мисс-Совершенство надула губу, но стараясь не показывать это, стала липнуть к Сиду, а тот был явно не прочь. Гарольд рассказывал какие-то смешные истории, но фаворитом, как всегда, был Джеральд, отчего Фибс смотрела на него с нескрываемым обожанием. А потом случилось неожиданное: оказывается, дело пуншем не заканчивалось. Ребята раздобыли несколько литров пива, пару бутылок вина, а Ронда притащила из дому бутылку виски. Нажираться я не собиралась, но за компанию выпила пару стаканчиков пива, и запила все это грешное дело виски. От всего этого меня нехило расслабило. Но не унесло, как большинство из присутствующих. Ребята начали горланить песни, а на часах уже было за полночь. Я решила подняться на крышу, чтобы проветрить голову. Снег прекратился. Ветер обдувал меня, отчего мелкие мурашки побежали по всему телу. Позади послышалось движение, я обернулась и увидела Арнольда, с бутылкой вина в руках. Он шел ровно, так что вряд ли он был сильно пьян. - Не холодно? - За меня не волнуйся, Головастик. И я шутливо толкнула его локтем в бок. Парень засмеялся, и сделал глоток из бутылки, после чего протянул ее мне с вопросительным взглядом. Мы не первый раз пили, и не первый раз пили вместе. Говорят, алкоголь сближает. Может, оно и так, но я не была фанатом спиртных напитков. Но сейчас я не отказалась. Сделав большой глоток, я вытерла рот тыльной стороной ладони. - Да, неплохое Рождество получилось, а, Репоголовый? - Замечательное Рождество. Я знала, что все ребята отметили праздник с семьями до прихода сюда. Иначе, это было бы неполное Рождество, как у меня. - И почему ты ушел? Я жестом показала вниз, где сидели остальные ребята. - А, это. По-моему они строят там коварный заговор, поэтому постоянно поглядывают то на меня, то на крышу. Поэтому я поспешил подняться сюда сам, пока они не решат затолкать меня силой в места похуже. Мы дружно рассмеялись, продолжая пить из бутылки. Через двадцать минут алкоголь у нас закончился, а моя голова стала соображать весьма неадекватно. - Твои родители не волнуются, что тебя так долго нет дома? - Нет. Их вообще нет дома. Они уехали еще пару дней назад, к Ольге. Я грустно улыбнулась парню, развернулась, и пошагала назад, к остальным ребятам. Меня не нужно жалеть. Насчет коварного заговора Арнольд не ошибся. Как только я спустилась вниз, все сразу странно посмотрели на меня. Я состроила недовольную вопросительную гримасу. Слишком много удивлений за день, с учетом того, что передо мной сидела пьяная Фибс. Да, такое зрелище мне еще не приходилось лицезреть. Следом за мной спустился Арнольд. После этого Джеральд стал, демонстративно призывая всех слушать. Мы сели на пол, в ожидании. Все оказалось так, как я и предполагала. Главное, что на этот раз это было не кладбище. И вот теперь, мы все вместе стояли посреди парка, в ожидании снежной битвы. Как будто мы все еще в четвертом классе. Но это было даже весело. Все смеялись, мы строили снежную стену, сражались друг против друга, хотя поровну мы так и не смогли поделиться. Усталые, но довольные, мы валялись в снегу, громко смеясь. А потом Джеральд предложил нам задание на смелость. На окраине нашего города была старое заброшенное здание. Туда уже больше двадцати лет никто не ходил, потому что боялись призрака обезумевшей от горя женщины. Говорят, она свихнулась, как раз перед Рождеством, потому что ее любимый бросил ее, предпочтя ее младшую сестру. И вот, в ночь Рождества, сумасшедшая зарезала возлюбленного и сестру в их же доме кухонным ножом. А она потом и сама повесилась в этом доме. За это ее прозвали Рождественская Леди. Не скажу, что история очень страшная была, но нам предстояло отправиться в этот особняк, а на часах уже было начало четвертого. Мы условились, что должны просидеть в этом доме до рассвета, все в разных комнатах. Правда, после этого все, кроме Лайлы, улыбаясь, посмотрели на нас с Арнольдом, и Джеральд устрашающим шёпотом пропел, что нет, лучше разбиться на пары, ведь Рождественская Леди убила своего любимого и сестру, поэтому нам придется сидеть в комнатах парами. Так и решили, что Фиби с Джеральдом, Сид с Лайлой, Гарольд и Стинки с Рондой (да, весело будет Ронде, однако), а я оказалась в паре с Арнольдом. Долго вопя, что я не хочу быть в паре с этим Репоголовым Головастиком, я все же смирилась. Конечно, я делала вид, что недовольна. Дойдя до заброшенного здания, мы разбрелись по комнатам. Ну, конечно же, нам с Арнольдом досталась спальня, команде Гарольда – столовая, Сиду и Лайле – гостиная, а Джеральду и Фибс – вторая спальня. Что-то в туалете никто не захотел сидеть, хотя я считаю это самая нужная комната, при данных то обстоятельствах. Так мы и оказались с Арнольдом, сидя на старой кровати, покрытой тонной пыли, в гробовой тишине. Ведь тот, кто струсит и сбежит раньше других, должен будет исполнить желание, которое придумают все остальные ребята. Я не трусиха, да и выполнять чьи-то повеления не входило в мои планы. И все же меня настораживали их улыбки и странные косые взгляды, и недовольное выражение лица Лайлы. Я вздрогнула, и чуть не закричала. Но это оказался только мой телефон. На экране высветилось: «сообщение от Фибс». Я открыла его, и начала читать. «Хельга, надеюсь, это поможет тебе сблизится с Арнольдом. Я предложила ребятам подшутить над вами, и заставить остаться наедине, мол, сможет ли сердечный Арнольд высидеть со злобной Хельгой в одной комнате больше часа при таких то обстоятельствах. Я никому не рассказала про твой секрет, даже Джеральду. Пользуйся случаем, подруга!» Так вот оно что! Я зло стукнула себя по лицу, от чего Арнольд удивленно посмотрел на меня. Фиговые заговорщики! Только пьяной Фиби могла прийти такая идея в голову! Ну и что мне делать! Я расхаживала по комнате, пока парень сидел на кровати и обеспокоенно смотрел на меня. - Хельга, с тобой все хорошо? Ты боишься? - Я не боюсь, Дурень! Я в бешенстве. Я злобно помахала руками. Я не могу действовать! Фиби, ты что, пропила последнюю каплю здравомыслия? Как может хоть что-то получится в доме с привидениями?! Какая к черту романтика, когда у меня колени подкашиваются? И тут дверь скрипнула. Я испуганно ойкнула, и мигом очутилась на кровати. Я слышала, как старые половицы скрипят, и стали слышны чьи-то шаги. Я вжалась в стену, инстинктивно схватившись за парня. - Там кто-то идет, - шепотом сказала я. - Может, это кто-то из ребят? – таким же шепотом ответил Арнольд. - Сомневаюсь. Никто из наших не надевал каблуки. А по звукам – это кто-то на шпильках. Мы испуганно переглянулись. В тот же миг мы очутились в шкафу, который стоял около стены. Он был темный и тесный. Я кожей чувствовала прерывистое дыхание парня. Так получалось, что мы стояли почти вплотную. Сердце бешено колотилось не то от страха, не то от того, что предмет моих мечтаний стоял так близко. Мы услышали, как дверь комнаты открылась. Шаги. Я сглотнула и схватилась за руку Арнольда. Алкоголь в голове мешал мыслить здраво. Шаг. Скрип половицы. Шаг. Звук прогибающейся под весом тела кровати. Тишина. Невнятное бормотание. Скрип кровати. До моих ушей донесся женский голос, который напевал какую-то непонятную песню. Мысль о том, что это кто-то из ребят решил подшутить над нами, покидала мою голову неумолимо быстро. Это не был голос Фибс, Ронды, или даже Лайлы. Я не слышала его раньше, и он мне не нравился. Арнольд прижал меня к своей груди, а я даже не стала сопротивляться. Мне действительно было страшно. Проклиная рассказы Джеральда, я постаралась достать телефон, и поставить его на беззвучный. Потом я с трудом напечатала сообщение Фибс: «В нашей комнате кто-то есть. Это не ребята. Это не шутка». Я надеялась, что подруга поймет мой призыв о помощи, и они все же догадаются вызволить нас. А Арнольд прижимал меня все сильнее, от чего мне все сложнее было сдержаться, чтобы не «Охнуть» и не обвить руками его тело. Хотя мне и помешали бы в этом деле куртки. Я медленно дышала, пытаясь, успокоится. Мне на голову опустилась рука и стала медленно гладить волосы. Губы мои дрожали, но я старалась спихнуть это на холод, дом же не отапливался с незапамятных времен. Снова скрип кровати. Звук прогнувшейся половицы. Снова шаг. Еще шаг. Кажется, оно идет к окну, которое напротив шкафа. Лишь бы оно не додумалось подойти к самому шкафу! Избави Бог от такой участи! Я облизала губы. Арнольд прекратил меня гладить. Но не прекратил обнимать. Только ради этого мне и хотелось оставаться в этом старом шкафу. Тут я почувствовала поцелуй в макушку. Слегка вздрогнув от неожиданности, я медленно, неуверенно подняла вопросительный и слегка возмущенный (опять я за свое) взгляд. Парень смотрел на меня серьезно, не отводя взгляд. Хотя я и видела, что он тоже боится. Но наша немая сцена «смотри на меня во все глаза» была прервана. Некто снова стал совершать движения по комнате. И на этот раз, он шел к шкафу. Шаг. Шаг. Шаг. Скрип. Шаг. У меня перехватило дыхание. Всем своим существом я вжалась в Арнольда. Сейчас дверь откроется, и перед нами окажется окровавленная маньячка Рождественская Леди. Почему на такие ситуации мне везет? Вот уже в который раз я и Арнольд оказываемся запертыми то в склепе, то теперь в шкафу наедине с призраком-убийцей?! Где моя романтичная жизнь шестнадцатилетней девушки?! Шаг. Еще шаг. Я не хочу умирать! Шаг. Шаг. Кто-то взялся за ручку шкафа. Я готова заорать. Дальше события развивались так стремительно, что мне казалось, что сейчас должен выпрыгнуть какой-то весельчак, и сказать: «Улыбнитесь, вас снимала скрытая камера». Но этого не произошло, потому что дверь шкафа открылась, а ребята все же услышали мой призыв о помощи. Как только дверца открылась, я заорала, и мой крик подхватил Арнольд, а потом и само нечто (времени разглядывать, не было). Потом дверь уже комнаты распахнулась, и с громкими воплями в комнату вломилась вся пьяная орава, что старательно пряталась за дверью (это выяснилось потом). Кто-то запрыгнул на горе-призрака, кто-то схватил за руки нас с Арнольдом, а кто-то просто орал для пущего драматизма ситуации. В конце концов, мы оказались все на улице в сугробе. Ребята дружно смеялись, хотя все были напуганы. Я тоже смеялась, хотя из моей головы не мог уйти образ Арнольда, который крепко обнимал меня в шкафу, целуя в макушку. Как оказалось позже, наша Рождественская Леди оказалась вовсе не призраком, а одной дамочкой средних лет, которая порядком напилась, и решила передохнуть в этом старом доме. Наверно, это Рождество запомнится ей надолго, так же, как и нам. Ребята начали расходиться по домам, хотя до рассвета еще было время. Мы решили, что на этот раз нет победивших и проигравших, хотя, я уверена, все еще долго будут вспоминать этот случай. Джеральд пошел провожать Фибс, Сид пошел вместе с Лайлой и Стинки, а Гарольду доверили Ронду, хотя, скорей, она сама себя доверила Гарольду. Мы остались с Арнольдом, стоять рядом с пенсионом его дедушки, махая руками ребятам на прощание. - Значит, родители праздновали Рождество без тебя? Я повернула голову в сторону Арнольда. Он не смотрел на меня, а лишь продолжал махать Джеральду, который корчил какие-то рожи. - Да, похоже на то. - Тебе не грустно? - Не забивай свою репоголовую голову, Головастик. Парень беззлобно усмехнулся, и посмотрел на меня. - Мне было бы грустно, если бы в Рождество я остался без дорогих мне людей. - Я не ты, Арнольдо. Я привыкла. Я пожала плечами, стараясь всем своим видом показать, что мне все равно. - Если хочешь – оставайся сегодня у меня? Мои глаза удивленно расширились, и я стала отказываться, ссылаясь на то, что не хочу мешать его дедушке с бабушкой и другим постояльцам. - Тогда я тебя провожу. И он так лучезарно мне улыбнулся, что я просто не могла отказать. Да и не собиралась. Всю дорогу до моего дома мы обсуждали наши новогодние посиделки. Прощаясь на ступеньках, Арнольд снова мне улыбнулся и сказал: - Если тебе будет скучно, или одиноко, или просто будет нечего делать, приходи ко мне. Я втянула плечи, чтобы скрыть, как краснеют уши. - Учти, я запомнила, Репоголовый. Мы рассмеялись, и парень пошел домой. А я вновь оказалась в тепле своего пристанища, которое Боб гордо величал «крепостью». Глупый Арнольд. Мне не было грустно, потому что я и так провела это Рождество с самым дорогим мне человеком.

Только не люби никого кроме меня, пожалуйста, иначе я умру. Небо. Самолет. Девушка