По жизни с улыбкой и книжкой под мышкой

Коридоры сменялись залами, затем какими-то маленькими комнатками, а потом мы спустились вниз. И снова коридоры, только более широкие и светлые. Окна уже не напоминали узкие бойницы, как в старых военных крепостях, они были большими. Рамы на уровне колен, белоснежные занавески заменили решетку, и ощущение тюрьмы рассеялось без следа. На керамическую плитку опустился мягкий белоснежный ковер. Было видно, что белый цвет на этом этаже в почете. То тут, то там можно было встретить большие горшки в обхват рук, в которых приютились высокие пышные растения. Некоторые из них цвели нежным голубым цветом, другие удивляли черно-белыми листьями округлой формы. Будто кто-то взял кувшинку, раскрасил её в стиле инь-ян, а потом макнул в воду, отчего краска и смазалась. Джинну очень не нравилось, что, бывало, я слишком засмотрюсь на интерьер и начинаю тормозить, и тогда его пальцы сжимались сильнее, в глазах у меня темнело, а легкие резко переставали получать кислород. Примерно вот в таком полу задушенном состоянии нас и нашел какой-то тип. Сперва я услышал только несколько резких слов за спиной моего тюремщика, а когда тот остановился, вытянувшись в струнку, я понял, что пожаловала какая-то крупная шишка. Я вцепился в душившую меня руку, так как пальцы явно даже не думали разжиматься. - Воздух… - прохрипел я, судорожно глотая те остатки воздуха, что еще были мне доступны. - Миньэр де фи ан ишкет? – нарочито ласково продолжил допрашивать голос. Джинн обернулся и сказал несколько резких коротких фраз. Голос презрительно фыркнул. – Он солло уно. Рука на моей шее разжалась. Я свалился на пол и стал судорожно кашлять, держась за горло. Кхе-кхе, псих, этот голозадый точно псих, чуть не убил, скотина безногая… - Тэль ишкетов ицен? – меня осторожно тронули за плечо. Тяжело дыша, я поднял взгляд, встретившись с ласковыми синими глазами. Большие чистые глаза цвета безоблачного неба в обрамлении длинных темно-синих ресниц. Неужели накрашены? Обладатель глаз был мужчиной с ровным загаром, будто только выскочил из солярия. Светло-синие волосы, опускавшиеся ниже плеч, были сострижены в какую-то странную кривую прическу с челкой на бок. Тонкие губы приподняты в доброжелательной усмешке. Узкое лицо, высокие скулы, курносый нос. На вид ему было где-то тридцать лет, ну, плюс-минус пару лет. Такое чувство, что этот парень сошел с обложки какого-то корейского журнала. Ну, наши-то фотомодели не красят волосы в такие цвета! - Слушай, мужик, ты, конечно, вряд ли меня понимаешь, – криво ухмыльнулся я, тяжело вздохнул и затем продолжил: – Но все равно спасибо! Этот джинн меня чуть к праотцам не отправил! Синеволосый удивленно поднял брови. Он выпрямился в полный рост и обратился к стражу, небрежно махнув рукой: - Ишки - А? – не понял джинн. – Гогыр им ишкет… - Ишки таорук! – рявкнул мой спаситель, и джинна как ветром сдуло. Синеволосый подал мне руку. Я отказался, гордо вскинул голову и встал с пола сам. Пожевав губами, я нерешительно оглядел своего спасителя с ног до головы, не зная, что делать с ним дальше. - Ну… пойду я, да? – почесав щеку, предложил я и сделал несколько шагов назад. - Ке юштао? – нахмурился спаситель и, снова сократив между нами расстояние, схватил меня за плечо и потащил куда-то. - Нет, ну что за мода такая, – тоскливо простонал я, вырываясь и пытаясь тормозить пятками. Ковер гармошкой собирался за нами, будто говоря, здесь был я! – Все, кому не лень, тащат меня куда-то… всем что-то надо… а обо мне кто-нибудь здесь вообще подумал?! Мой крик души был откровенно проигнорировал. Синеволосый мягко, но очень настойчиво сжимал мое плечо и совершено не обращал внимания на белую гармошку ковра, которая все увеличивалась за спинами. Он просто продолжал меня куда-то тащить. Правда, через несколько минут он затормозил, открыл темно-красные деревянные двери и втолкнул меня внутрь. Я тут же запутался в шали, свисающей сразу за дверью полупрозрачным ковром. Уши резанул противный звон мелких монеток, обильно украшавших эту самую шаль. Стиснув зубы, я рванул вперед, запнулся о что-то валяющееся на полу и распластался на кровати. - О-о-о ке гюгер тоу? – мурлыкнул «спаситель», и я услышал щелчок дверного замка. Нехорошее подозрение всплыло в сознании, но я пинком ноги загнал его подальше. Это слишком страшно, чтобы быть правдой. Я перекатился в сторону и не сдержал облегченного вздоха. Вовремя же я ушел на другую половину кровати! «Спаситель» распластался на том самом месте, где секунду назад был я. - Еу! Ррьэр ишк? – недовольно воскликнул синеволосый. Он сел, поджав под себя одну ногу и недовольно осмотрев мою тушку. - Мужик, знаешь, я в такие игры не играю, – стараясь не делать резких движений и не отрывая взгляда от синеволосого, я перешел с кровати на пол. Затем выпрямился во весь рост, после чего бросил быстрый взгляд на дверь, определяя расстояние, и бочком направился к цели. Тут не так уж далеко. Комнатка большая, но кровать прямо посередине, до двери совсем рукой подать! Синеволосый склонил голову набок. В его взгляде пропало недовольство, и теперь там плясали озорные чертята. Мне это ну совсем не понравилось. - Я не гомик! – понимаю, что он все равно меня не понимает, но просто молчать я не могу! Синеволосый широко улыбнулся. Плавным движением, словно вода, он перетек из положения сидя в положение стоя. После чего неторопливо стал приближаться ко мне. - Неуэл ноугогадз… Я прижался спиной к двери, отведя руку назад, и пощупал дверную ручку. Покрутил, подергал. Черт, закрыто! Подняв растерянный взгляд на «спасителя», я увидел его довольный оскал. Он вытащил из кармана штанов ключик и помахал им, мило улыбаясь. - Маньяк, да? – мрачно спрашиваю. – Маньяк с нетрадиционной ориентацией, или даже извращенец! Синеволосый пожал плечами, будто говоря, я тебя все равно не понимаю, а ты болтай, что хочешь. Я грустно улыбнулся и посмотрел на свои раны. Когда тебя душат, на их боль уже как-то мало обращаешь внимания, лишь бы снова кислород вернули. А тут опять заныли. Вдобавок на мне ведь только штаны, вдруг этот гомик подумал, что я с какого-то маскарада сбежал? Что-то мне вообще становится грустно. Карлсон тоже молчит. С тех пор как меня схватили, его голос покинул мою голову, отчего мне даже немного грустно стало. Я вздохнул и съехал по двери вниз, обхватив колени руками. Видно же, что парень ходит в тренажерку, а я со своим хилым тельцем и ранами вряд ли смогу что-либо ему противопоставить. Но и изнасиловать себя я тоже не дам. - Это… может, отпустишь меня, а? – без особой надежды спрашиваю, поднимая голову. Синеволосый присел рядом на корточки, внимательно заглядывая мне в глаза. Какое-то время он таращился в них, будто желал найти что-то известное одному ему, потом опустил взгляд и как будто только сейчас увидел окровавленные бинты. На его лице отразилось замешательство. - Истер… ишкет рьр агата? – тихо спросил он, и я грустно покачал головой. Ну не понимаю я вашего языка! Хотя, тут все, кому не лень, называют меня шкетом. Обидно. «Спаситель» встал и отошел к небольшому резному столу, на котором аккуратно были разложены стопки исписанной бумаги. Достав из другого кармана штанов черный ключик, он открыл одну из тумбочек и достал оттуда что-то очень мелкое. Покрутив в руках это что-то, он стал задумчиво переводить взгляд то с предмета в руках, то на меня, и обратно. Я молчал, не зная как еще реагировать и что делать. - Сьер, – подошел ко мне синеволосый, видно, на что-то решившись. Он протянул руку ладонью верх, и я увидел сережку-гвоздик с маленьким рубином. Ничего особенного, девушки такие часто носят, особенно у кого короткие волосы. Я пожал плечами, недоуменно рассматривая сережку. Синеволосый снова присел на корточки и протянул руку. Черт, а я думал, что он успокоился! Так нет же, опять что-то клеится! Я шарахнулся в сторону и попытался улизнуть. Но синеволосому такой расклад дела не понравился, он подвинулся ближе, даже слишком близко, и, обхватив пальцами кисти моих рук, поднял их, пригвоздив к двери. - Ты что творишь, ублюдок!? – я затрепыхался, пытаясь вырваться, но рука держала не хуже металла, как кандалы прямо. – Отпусти меня! Я буду жаловаться! Не знаю, кому… но буду!! Синеволосый на мой крик только ехидно улыбнулся и открыл рот. Я с ужасом увидел, как его резцы удлиняются и становятся тоньше к концу. А потом он склонился еще ближе, другой рукой повернув мою голову в сторону, легко держа за подбородок. И я едва не завыл от боли, когда это существо резко прокусило мочку моего уха. - Да ты больной!! После прокуса я почувствовал холодный металл сережки и обреченно завыл. Неужели окольцевали? Вот черт… я слышал, в некоторых странах практикуют подобное. У них вместо обручальных колец одевают сережки. А этот… вообще не человек! Закончив процедуру, синеволосый немного отстранился, но так и не выпустил моих рук из своей хватки. Осмотрев творение зубов своих, он довольно фыркнул. И будто завершая этот кошмар, поцеловал меня в губы. Меня! Парня! Я не хочу примыкать к этой голубятине, спасите меня кто-нибудь! Чувствуя соленый привкус крови, я замычал ему в рот, зажмурившись. Скотина, ну ты и скотина, тварь… Крови моей захотелось, да? Ну так и свою попробуй! Я приоткрыл рот и, почувствовав, что его язык проникает дальше, стиснул челюсти. Вкус крови усилился, синеволосого от меня как током шарахнуло в сторону. Он недобро посмотрел на меня, сплюнул кровь, и в глазах полыхнуло что-то страшное. Полыхнуло и затаилось где-то в глубине зрачков. Я тоже смерил его далеко не ласковым взглядом и быстро вытер тыльной стороной ладони губы. Еще раз полезешь, я тебе этот язык вообще нахрен откушу. «Слышишь меня?» - вдруг раздалось в голове. «Карлсон, это ты?» - с надеждой отозвался я. Голос в голове фыркнул одновременно с синеволосым. - Меня зовут не так, – слегка улыбнулся этот маньяк. Воспользовавшись этим, я тут же ретировался от него подальше, снова очутившись на кровати. Проследив за моими метаниями, синеволосый весело ухмыльнулся. Клыки уже не были таких страшных размеров, но кровь на его губах оказалась не менее страшным зрелищем. – Мое имя Олтон-Рэйс Изордон Тэрэш. Ты должен быть мне благодарен, человек. Я сделал тебе подарок невиданной роскоши для раба. Ты новенький, еще не обучен? Странно, когда он говорит, голос звучит одновременно у меня в мозгах и в ушах. - Какой я тебе к черту раб? – возмущено вскинулся я. – Я свободный человек! - Скорее уж просто очень строптивый раб, – оскалился синеволосый, подошел к низкому подобию бара и что-то там щелкнул. Бар пришел в движение, крышка без ручек отъехала вверх. Предложит выпить? Сам напьется? - Твоя внешность весьма экзотична, – копаясь в баре, будто между прочим, заметил Ол.. Те… Рэйс? Так, кажется, его имя? В общем, буду звать его так. – Откуда тебя привезли? - Да говорю же, я не раб! – возмущено крикнул я. - Ну-ну. Ты посмотри, мало того, что он мне не верит, так еще и смеется! Его бы на мое место, посмотрим, как бы тогда хохотал. Закончив копаться в баре, Рэйс повернулся ко мне с какой-то стеклянной банкой и бинтами. - Только не говори, что по профессии ты медсестра, – иронично протянул я. - Отчего же, – сгружая добро рядом со мной на кровать, Рэйс лукаво прищурился. – Я не лекарь, но в медицине людей немного хитростей знаю. Я опасливо отодвинулся на край кровати, с надеждой покосившись на дверь. Ну и как мне отобрать у этой голубятины - во всех смыслах - ключ? - А чего это ты мне помогаешь? – подозрительно сощурился я. – В безвозмездных спонсоров я не верю. - Как зовут тебя? – неожиданно спросил Рэйс. Я тупо на него уставился, поражаясь, как легко он переводит темы. - Денис, – все же отвечаю. - Деньис? - Де-ни-с! - Не важно, – повел плечом Рэйс, поджав губы. – Так вот, Деньис, хоть ты всего лишь раб, но я не люблю, когда мой партнер кричит от боли, а не от удовольствия! Вооружившись ножницами, Рэйс подсел ко мне поближе и быстрым смазанным движением завладел моей правой рукой, потянувшись ножницами к плечу. - Я не согласен! – отчаянно машу головой. - Почему? – с любопытством посмотрел на меня из-под бровей Рэйс. - А как ты думаешь? – ядовито интересуюсь, возвращая себе свою руку. – Сначала притащил в свою комнату, запер на замок, ключ спрятал, чуть не изнасиловал, прокусил ухо... а поцелуй! И заметь, все это сделал совершено незнакомый тип! - То есть, если мы познакомимся, то тебе станет легче? – иронично поднял одну бровь синеволосый. - Нет!! – взревел я и, кувыркнувшись с кровати, снова переместился к дверям. – И вообще, я так и не могу понять, почему я тебя понимаю! Рэйс тяжко вздохнул и потер переносицу. Я, прижавшись спиной к двери и нервно сжимая ручку, внимательно за ним следил. Может, еще что-то выкинет? Пирсинг никогда не входил в число моих любимых украшений. Недавно вот татуировку хотел сделать, но эти вездесущие родители не дали. Папа так вообще предложил потушить об меня сигару, мол, татуировка будет выше всяких похвал и, что самое главное – навечно! Я и раньше о переезде задумывался, а уж после этого вообще об отдельной квартире едва ли не мечтал. Домечтался, ничего не скажешь. Это больше похоже не на дом, а на общагу психбольницы! - Иди сюда, – он похлопал рядом с собой по кровати. Я поджал губы и отрицательно покачал головой. Ага, нашел дурака! – Деньис, я только хочу тебе помочь, – ласково, как маленького ребенка, едва ли не сюсюкаясь, продолжил уговаривать меня Рэйс. – Даю слово! - А тебе-то это на кой черт? - Твой вид вызывает жалость, – хихикнул Рэйс и снова похлопал рядом с собой. – Иди сюда, не бо-о-ойся… Я долго таращился ему в глаза, пытаясь найти в них какой-то подвох, но, сколько не пялился, так ничего и не смог разглядеть. Вздохнув, я опустил глаза, глядя на свои раны. Бинты превратились в красные тряпочки, а за это время я уже успел свыкнуться с болью. Да уж, видок, наверное, у меня тот еще. Громко вздохнув, я собрался с духом и нерешительно приблизился. Рэйс терпеливо ждал, пощелкивая ножницами. - Садись, – подбодрил меня синеволосый, видя колебания. Я снова вздохнул и присел на самый край кровати, готовый в любой момент дать деру. Рэйс широко улыбнулся, довольный этой маленькой победой, и снова завладел моей рукой. Ножницы аккуратно разрезали кровавый бинт на плече. Рэйс придвинулся ближе и стал сосредоточенно отдирать ткань от кожи. Кровь присохла, и на месте ран это было особенно ощутимо. - Не шипи, я уже закончил, – примирительно произнес синеволосый через довольно долгое время. Стукнув себя по лбу, он снова поднялся, метнулся к барному столику и достал оттуда чистый лоскут ткани и стеклянную бутылочку с водой. - А кто такой черт? Я удивлено захлопал глазами, несколько сбитый с толку неожиданностью вопроса. - Это… ну... демон такой. Мелкий. - Впервые слышу, – скептически фыркнул Рэйс. – Мелких демонов очень много, но среди них нет ни одного с подобным именем. Закончив промывать рану водой, Рэйс щедро помазал её мазью и с деловитым видом замотал в бинт. - Зато в моем мире их пруд пруди, – вздохнул я. – Эй, Рэйс, или как там тебя… - М? - Ты же меня рабом считаешь, так зачем лечишь? Только учти, когда ты закончишь я тут же сбегу. Хоть в окошко выпрыгну, хоть дверь выбью, но сбегу. Рэйс открыл было рот для ответа, но тут Господь услышал мое отчаянное желание, и дверь сорвалась с петель. С вытянувшимся от изумления лицом я уставился в дверной проем, не зная как реагировать. Не то прыгать от радости, не то сразу хорониться от ужаса. Двери так просто не выпрыгивают из петель. - Олтон! – взревело из проема высоким женским голосом. Метнулась слабая тень, я почувствовал, как на моем плече резко не стало чужих пальцев, а сам обладатель этих пальцев вместе с тенью свалился куда-то за кровать, едва не врезавшись спиной в валяющуюся дверь. - Олтон, ты сволочь поганая! – ревело за кроватью. Пол мелко затрясся. - Ге-е-е-ер-д-а-а-а, уб-б-бье-ш-ш-шь, – с трудом выдавил из себя Рэйс, и пол затрясся еще сильнее. Я поспешно подобрал под себя ноги, бросая за кровать заинтересованные взгляды. Вообще, хорошо было бы убежать, но, блин, любопытство замучит! Я вот сейчас одним глазом только гляну и сразу убегу. Ну, может, еще эту баночку с мазью и бинты прихвачу. Все равно Рэйсу они сейчас не понадобятся. - Давно пора! На пару минут все стихло. Пол перестал трястись, а «тень» замолчала. Наверное, целуются – сделал вывод я и, прижав медицинское добро к груди, спустил ноги с кровати. - Слезь с меня, дура! – вдвое громче взревел Рэйс, и я от неожиданности едва баночку не выронил. Блин, она же стеклянная! Осторожнее нужно быть! – Герда, не лезь туда! - А то что? – ехидно осведомился женский голос. - В женский монастырь отправлю, – с мрачным удовольствием пообещал синеволосый. От прежних игривых ноток в голосе не осталось и следа. – И вообще, я не один! - Да брось, – презрительно фыркнул женский голос – Что мне твой костлявый раб сделает? - Я не раб!! – не выдержав, я бросил аптечку на кровать и решительно заковылял к другой стороне кровати. Там, на полу, распластался в какой-то ленивой позе Рэйс, на нем сидела молодая девушка с коротко стриженными черными волосами. Руки с длинным маникюром противного красного цвета «нежно» обнимали синеволосого. На девушке были голубые шаровары с золотистым поясом, расшитым мелкими монетками и янтарными камушками. На ногах - черные туфли-лодочки с загнутыми внутрь носками. Еще красный топик с расшитыми бисером золотыми цветами. На тонкой шее красовался черный с золотом ошейник, а на ушах пестрело обилие сережек-гвоздиков. Я навис над парочкой, скрестив руки на груди и едва ли не начиная метать взглядом молнии. - Нет, ребят, ну вы реально задолбали! Сколько можно объяснять - я НЕ РАБ, я СВОБОДНЫЙ человек! Гражданин России! А если вам не позволяет размер мозга понять такую простую истину, то мне вас искренне жаль! Развернувшись, гордо вскинув голову и выпрямив спину, я вернулся к другому краю кровати, подхватил медицинские надобности и направился к пустому проему двери. Оказавшись рядом с дверным косяком, я с некоторым удивлением осмотрел вырванные с мясом петли, непонятно на чем еще держащиеся. Выйдя в коридор, я не смог сдержать облегченного вздоха. Я вырвался от этого голубка, теперь надо побыстрее куда-нибудь свалить. - Деньис, – на плечо (слава богу, что целое) опустилась рука и не очень сильно сжала. – Мне кажется, мы еще не закончили. Моя сестра уже уходит. - Рэйс! Неужели тебе этот человек дороже, – последнее слово появившаяся рядом девушка с убийственным маникюром буквально выплюнула: – Меня?! - Да мне и чахлый кактус дороже тебя, – снисходительно хмыкнул Рэйс, смерив сестру взглядом. - Деньис, – девушка брезгливо передернула плечами. – Что за отвратительное имя? Фи, я так даже бы свою песчанку не назвала! Рэйс закатил глаза к потолку. - Герда, прекрати этот спектакль! Не стоит прикидываться ведьмой больше, чем ты есть на самом деле. И вот тут уже не выдержал я. - Ребят, а хотите пиццу? Парочка резко заткнулась, будто споткнувшись на ровном месте. Переглянувшись между собой, оба одновременно воскликнули: - Что такое пицца? Бонусный арт: http://stat18.privet.ru/lr/0a278b9f0076782afad0a27b1c536d37