Blood and bourbon

Я хочу сказать ей что-то ядовитое, но пока подбираю слова, ее взгляд замораживает меня. Холодный ясный взгляд психопатки, которую я никогда не забуду. Не потому, что она сотворила меня, не потому, что бросила, и даже не потому, что вампирам несвойственно забывать. Просто других таких - нет. Думаю, я могу судить. Уж психопатов я навидался достаточно. И даже если я проживу столько, сколько Сайлас, хотя я не проживу, конечно, я уверен, что не встречу такой же. Я проглатываю яд сарказма, тающий на языке, и пытаюсь уложить эту мысль в одну фразу. И убрать из нее все намеки. Я же не могу быть в нее влюблен, это невозможно. - Ты необычная, - вот и все, на что меня хватило. Браво, Энзо, отточенность твоих формулировок достойна лучших греческих ораторов. - Я ничем не отличаюсь от других, - она говорит это как заклинание. Я бы и рад подчиниться ее колдовству. Но не могу идти против основы мира. Других таких нет. - Ох, какой ты упрямец! - свет ее глаз вспыхивает ярче, она делает решительный шаг ко мне, притягивает за шею и целует. У нее мягкие соленые губы, а на вкус она - сладкий яд. И надо бы ответить на поцелуй, но мои губы будто заморожены, я только пью ее вкус и не думаю о времени, словно это будет длиться вечно. Не будет. Она лишает меня дыхания и жизни, зато возвращает сияние глаз. - Вот видишь. Я такая же, как все остальные женщины. Не говори глупостей, Лоренцо. Я киваю. Я во всем с ней соглашаюсь. С психопатами лучше не спорить, сам такой. Но теперь я не смогу забыть ее по еще одной причине.