Ее личный Супермен

День не задался с утра. Мама попросила Таню зайти в магазин и купить чего-нибудь "по мелочи". В итоге, девушка шла с магазина с двумя тяжелыми пакетами и сумкой в зубах. Она шла и считала метры до дома, ведь сумки-то не маленькие. Тут к ней подошел парень, взял вначале один пакет, потом, под удивленный взгляд девушки, второй, спросил адрес и после неуверенного шепота ошарашенной рыжей девушки пошел в сторону названного дома. Разговора не получалось, ведь парень просто игнорировал все попытки Тани завязать разговор. А он и сам не понимал, зачем молчит. Ведь девушку нельзя было назвать красивой во всеобщем понимании, и вообще она была не в его вкусе, но чем-то она его зацепила. Он донес пакеты до подъезда, повернулся к Тане, спросил ее имя и номер телефона, если вдруг опять его помощь понадобится. Естественно, она сказала ему все, что он просил. Она в тот момент сказала бы ему все, что угодно, лишь бы они опять смогли увидится.

***

Милый сон, в котором Таня плыла на корабле по какому-то озеру, был нагло нарушен пришедшим на телефон сообщением. Она потянулась, схватила телефон и прочитала: "Будь готова через 10 минут, у нас официальное свидание". Глеб никогда ничего не делал по правилам. Даже не предупреждал ни о чем заранее. Сильно постаравшись, Таня была готова за 10 отведенных минут, оделась в милый летний сарафан на тонких лямках, волосы распустила, чтобы они густыми рыжими локонами струились по ее спине. Накраситься девушка не успела, но решила, что и так сойдет. И вот ей пришло новое сообщение: "Выходи. Обещаю, что не испугаюсь:)". Вздохнув, она поспешила к двери. - Глеб, ты обалдел? Я же проснулась от твоего сообщения! - Это было первое, что Таня сказала, садясь в черный джип парня. В машинах она разбиралась плохо, но прекрасно поняла, что стоит эта махина немало. Она гневно смотрела на Глеба, у которого на лице сияла мальчишеская, очень светлая и открытая, улыбка. - Хотел посмотреть на тебя без косметики, - Честно ответил Глеб, пожимая плечами, - Ну ладно, не злись, ты такая красивая. А потом поцеловал ее. Нет, у нее были уже парни, все-таки ей не 15 лет, а уже 23! Но в нирвану улетела она впервые. А потом, так же резко, как начался, поцелуй закончился, а Глеб только посмотрел на ошарашенную мордочку девушки, усмехнулся и повез ее завтракать.

***

- Ты никуда не пойдешь, - Упрямо заявил парень, не слушая никаких аргументов со стороны своей девушки. - Почему? Глеб, это всего лишь пейнтбол! Мы идем всей группой! Со мной ничего не случится! - Настаивала на своем Таня, сама уже не понимая, зачем она сказала об этой поездке Глебу. - Да потому что с твоим везением ты обязательно врежешься в дерево, пытаясь уклониться от выстрела, который явно попадет тебе в голову! - Уже вовсю пылал Глеб, пытаясь донести свою точку зрения до одной наглой рыжей выскочки. - Бейбарсов, мать твою, я уже не маленький ребенок! Пойми это наконец! Я с 14 лет мечтала попасть на пейнтбол, и сейчас, когда появилась эта возможность, никто ее у меня не отберет! И вообще, тебе не должно быть никакого дела до этой поездки! - Все, что связано с тобой, мое дело, - Почти прорычал парень, смотря в упор на Таню. - С чего бы вдруг? Что-то я пропустила момент, когда ты купил мое тельце и стал иметь право мне приказывать! - Таня разошлась не на шутку. - А с того, глупая девчонка, что я тебя люблю! А вот тебе, похоже, совсем плевать на мое мнение! - Не выдержал Глеб, и, буквально пролетев пару метров, разделяющих их, взял голову Тани в свои руки и тихо проговорил, - Малыш, я тебя люблю, и очень сильно волнуюсь! Пожалуйста, не езжай никуда! - Змей искуситель, - Усмехнулась девушка, потом вздохнула, обняла парня за плечи и тихо прошептала, почти касаясь своими губами его, - Куда я от тебя денусь. Не повезло мне влюбиться в тирана!

***

- Я не буду знакомить тебя со своей мамой! - Рыжеволосая девушка стояла напротив парня, которому она доставала только до плеча. Но разные весовые категории не мешали ей пылать праведным гневом, стоя посередине кухни, уперев руки в бока. - Почему? - Уже со знакомыми бесенятами в глазах поинтересовался Глеб. - Потому что это ни к чему хорошему не приведет! - Уверенно произнесла Таня, вздернув подбородок и нагло посмотрев в глаза своему парню. Они встречались уже пол года, и до этого момента ей удавалось обходить эту тему стороной. - Милая, неужели ты настолько плохого обо мне мнения? - Из прихожей выплыла мама Тани, Софья, собственной персоной. Она улыбнулась Глебу, обошла опешившую дочь и села за стол, - Ну, и где мой чай? Между прочим, я не каждый день с будущим зятем знакомлюсь! - Что?! - еще больше опешила девушка. Вот такого поворота событий она точно не ожидала, соглашаясь переночевать у своего парня. - Ну да, у нас свадьба через 4 месяца, - Нахально улыбнулся Глеб. А потом, видя глаза невесты, которые по размеру стали больше, чем блюдца в его серванте, поднял Таню, перекинул ее немощное и даже не сопротивляющееся тело через плечо, развернулся и ушел из комнаты со словами, - Простите, мы мириться. Обещаем не громко.

***

- Согласны ли вы, Татьяна Гроттер, взять в мужья этого мужчину? - Да, согласна, - хотя в мыслях маячил вопрос "а есть ли у меня выбор?". - Согласны ли вы, Глеб Байбарсов, взять в жены эту девушку? - Согласен, - Гордо разлетелся голос Глеба по всему залу. - Можете поцеловать невесту, - Женщине, которая проводила церемонию, видимо хотелось поскорее все закончить и пойти домой, поэтому обошлись без лишних речей, чему все были безумно рады. - Ну наконец-то. Теперь твоя красивая попка точно от меня никуда не денется, - Прошептал Глеб, прежде чем поцеловать свою теперь уже жену, у которой в голове была только одна мысль "Я самая счастливая на свете".

***

- Глеб, почему ты мне сразу не сказал? - Спросила Таня, сидя в абсолютно темной комнате, обращаясь с благоверному. Таня не понимала, что происходит. Глеб стал чаще жаловаться на головную боль, сходил к врачу, начал пить таблетки. Стал позже приходить домой с работы, уставшим и раздражительным. Стал раньше уходить из дома, ничего не объясняя, перестал замечать жену, чуть что, срывался на крик. А ведь прошло всего 2 года их замужества... Перемены были настолько резкими и серьезными, что Таня не могла понять, что же она делала не так. А потом она увидела это. Счет из больницы, онкологической... Это рак. - Почему? - Повторила Таня. Ее тихий шепот был еле слышен. Глеб, который только что зашел в квартиру, собираясь все рассказать Тане, сильно испугался, увидев жену. Она сидела, прижав колени к груди, и заплаканными глазами смотрела на какую-то бумажку. - Солнце, ты чего? - Мигом подлетел к ней Глеб и заключил в свои объятия. Таня сразу же оттолкнула мужа от себя, встала, и, кинув в него этим счетом, гневно произнесла: - В болезни и здравии, в горе и в радости, помнишь?! Тогда какого черта ты мне ничего не сказал?! Что, мне настолько нельзя доверять, что ты решил от меня скрыть свою болезнь? Глеб, пойми, это серьезно! - Я понимаю, просто не хотел тебя пугать, - Глеб опустил голову. Потом встал, резко обнял уже не сопротивляющуюся, а тихо всхлипывающую жену, прижал ее к себе настолько сильно, насколько мог, и тихо прошептал в волосы, - Милая, любимая, драгоценная моя! Я дурак! Прости меня, что молчал и прятался! Я испугался, как мелкий пацан. Сегодня, как раз, хотел тебе рассказать. Я без тебя не могу... - Твоя красивая попка от меня никуда не денется, - тихо всхлипнула Таня, поднимая опухшие, но полные любви и нежности глаза на мужа, - Мы вместе со всем справимся. Я люблю тебя! - А я тебя больше!

***

- Доктор, сколько ему осталось? - Осунувшаяся девушку стояла около доктора в местной больнице, прижимая руки к груди, будто пытаясь закрыться ото всех. - Неделя, максимум месяц, - Обреченно произнес пожилой врач. Точнее он сказал это деловым тоном, как и всегда, но для девушки, которую он успел хорошо узнать за все время лечения ее мужа, это звучало, как приговор. "Нет, нет, не может этого быть!" - билась в ее голове мысль, пока она бежала к палате мужа. Села рядом с ним, спящим, и взяла его за чуть прохладную руку. В последнее время он все больше спал, но с его диагнозом это естественно. Он пытался держаться ради любимой девушки, но болезнь брала свое. Она тихо заплакала, опустив голову на кровать. Она сидела около его кровати, держала его за руку, и молилась. Она никогда не была верующей, но в такой ситуации это оставалось последней надеждой. Она до последнего не верила, что лечение не помогает. Ее Супермен, ее муж, не выздоравливает. Лечение не помогло. Не помогло... И сейчас она с абсолютной ясностью поняла, что он никогда не покачает на руках любимого ребенка, никогда больше перед сном не обнимет ее, не прижмет к себе, и не уснет, уткнувшись в ее волосы. Ее Супермен потерял свою суперсилу. Видимо их счастье было слишком сильным, чтобы продолжаться долго, обязательно нужно было случиться чему-то плохому. Но почему это не случилось с ней?! Почему страдать должен ее Глеб? - Солнце, не плачь, - Сквозь мысли пробился такой любимый голос... Неужели она перестанет его слышать каждое утро, когда она просыпается, и каждый вечер, перед тем, как заснуть? Она подняла заплаканные глаза на темноволовое чудо, лежащее на больничной койке, и произнесла только несколько слов: - Я люблю тебя. Всегда. - А я тебя сильнее, - Услышала она в ответ и не удержалась от улыбки. Потом почувствовала, что он немного сжал ее руку, - Ээй, ты не будешь грустить и плакать. Я здесь, я с тобой! Вместе мы справимся, помнишь? - Помню, - закусила губу она, чтобы не разрыдаться прямо здесь, рядом с ним. - Твоя красивая попка никуда от меня не денется! - Засмеялся Глеб, и Таня не смогла удержаться. Смех Глеба всегда был заразительным. - Все будет хорошо! И она действительно в это поверила!

***

- Поезд номер триста сорок восемь отправляться с третьего пути. Нумерация с головы поезда, - Услышала Таня механический женский голос. Она встала, отряхнула невидимую грязь с черной юбки, взяла сумку и пошла к нужному поезду. Она едет в Европу, как они с Глебом и хотели. Они планировали переселиться в пригород Лиона, и завести себе маленький виноградник. - Нет, сейчас плакать нельзя! - Стряхнула предательские слезинки с глаз Таня, заходя в поезд. Она начинает жить, как и обещала Глебу. Сев на нужное место, она вытащила телефон и набрала слишком знакомый номер, зная, что это будет последний звонок, как бы больно не было снова прощаться навсегда: - Здравствуй, незнакомец, проходи мимо и звони потом. А если это мое Солнце, то оставь сообщение после сигнала. Люблю тебя. - Она услышала звуковой сигнал, глубоко вздохнула, прогоняя слезы, которые почувствовала, услышав любимый голос, прижала руку к груди, будто пытаясь ладонью закрыть зияющую рану в ее душе, и начала говорить, - Мой Супермен! Я еду в Москву, чтобы сесть на самолет до Франции. Квартира уже забронирована, и на работе меня уже ждут. Я буду жить там, где мы хотели, и со временем я обзаведусь маленьким виноградником. Надеюсь, что ты будешь мной гордиться. Я живу, как тебе и обещала. Я тебя люблю, мое солнце, и безумно скучаю! И повесила трубку. Да, она действительно решилась на такой серьезный шаг. Ведь всего месяц назад она в последний раз услышала, как Глеб называет ее по имени, всего месяц назад она смотрела, как закапывают смысл ее жизни и не чувствовала под собой земли. Но несмотря на то, что по ночам слезы душат ее, заставляя хрипеть от бессильной ярости на эту злодейку-судьбу, она сделала это ради него, она продолжила жить. Ведь он дал ей смысл жизни, научил любить, сильно, страстно, без остатка, научил ее держаться в любых, даже самых трудных ситуациях. И она была благодарна ему за все это. Несмотря ни на что, Глеб Бейбарсов навсегда остался для нее ее личным суперменом.