Эльфийская ногопись

Ночь в день приезда в наш замок вампирши выдалась такой же тёмной и мрачной, как и всё остальное, что было в нём. И, наверное, поэтому, я практически не удивилась движению сильных рук, которые легко толкнули меня на парчовые подушки. - Я тебя распробовала, - в ушах зазвучал всё такой же томный голос Израэль, а горячие губы медленно заскользили по моей шее. Неправильно. Я знала, что всё происходящее сейчас было ужасно неправильным и странным, но, так же как и тогда, не делала никаких попыток сопротивления, пока тонкие и длинные пальцы совратительницы расшнуровывали крепко затянутый брачный корсет. - Теперь ты не сбежишь от меня, - губы вампирши спустились на мою оголившуюся грудь, продолжая целовать так нежно, словно боясь напугать. – Я тебя никуда не отпущу. Я невольно охнула, закусывая губу и отчаянно стараясь не показать своего удовольствия, в надежде, что брюнетке надоест мучить меня, и она сама решит прекратить эту сладкую пытку. Но, кажется, просчиталась вновь, потому что, лаская на этом брачном ложе, вампирша видела меня практически насквозь и, не останавливаясь ни на минуту, ждала, когда я сама признаю, что мне нравятся эти действия. - Твоё тело так устало от этих пут, - шептала она, отбрасывая прочь, наконец расшнурованную ткань. – От этих одежд. И её кажущиеся обжигающими руки заскользили по моим обнажённым бокам вниз. - Не надо, а, - на глазах невольно выступила пелена слёз, говорящая то ли о моих страхах, то ли о нахлынувшей робости. - А чего ты так боишься, принцессочка? – на пару минут чужие губы соединились с моими устами. – Неужели ты думаешь, что я могу обидеть мою милую жёнушку? Шаловливые пальчики проникли под мою юбку и, пробравшись сквозь белье и немного подразнив там, вошли в уже давно мокрое лоно. С губ слетел влажный и какой-то очень пошлый вздох, когда, продолжая движения внутри, вампирша медленно положила меня обратно на подушки и навалилась сверху. - Второй этап, - всё так же томно протянула она, и в полутьме залы блеснули клыки. *** Я подскочила на собственной кровати с криком и каким-то томящим чувством внизу живота, в результате чего мне понадобилось, как минимум минут пять, чтобы придти в себя и понять, что происходившее непотребство было всего лишь сном. Мерзкий и похотливый, именно такой же, какой и являлась сама вампирша. Залпом опрокинув полстакана ледяной воды, я вылила её остатки на голову, надеясь унять абсолютно нелепый для данной ситуации жар, и на всей громкости крикнула Зайн. - Чего изволите, моя принцесса? – сонно спросила феечка, влетая в комнату в белоснежной ночной рубашке и отчаянно зевая. – У Вас бессонница? - Разумеется, бессонница, - рявкнула я, набрасывая на плечи пушистый халатик и рядом с приоткрытым окном с той же целью. – Как я могу спать, зная, что завтра буду с потрохами отдана на растерзание этой клыкастой твари? - Принцессочка, да ладно Вам сокрушаться, - зевнула Зайн, садясь рядом и меня передёрнуло от обращения, каким вампирша назвала меня в том сне. – Вы же сами мне рассказали, что ждёте ребёнка именно от принца Израэль, а не от кого бы то ни было. Да узнай об этом Ваши родители, то вдвойне бы настаивали на этом союзе. - Цыц! – прикрикнула я, сводя брови на переносице. – Во-первых, это ребёнок мой и только мой, а не этой похотливой мерзавки. А во-вторых, что она вообще сделала такого, чтобы заслужить почётное звание родителя? Уложила заблудившуюся девушку на плоскость? Я сплюнула на пол, вновь прокручивая перед глазами этот злополучный момент и этот злополучный сон, и посильнее сдвинула ноги. И пусть эта вампирская сучка даже не надеется уложить меня на это проклятое брачное ложе. - Зайн, иди и доложи слугам отца о том, что я срочно иду к нему! – крикнула я и принялась натягивать на своё тело слегка смятое дневное платье. – И предупреди их, что мне абсолютно всё равно, если он там спит. *** Я всегда знала, что ночью замок выглядит совсем по-другому. Что стены, выкрашенные в светлые солнечные тона и кажущиеся вполне безобидными днём, в темноте окрашиваются причудливыми узорами их теней, что отбрасывают факелы, и становятся готично-величественными. Что разукрашенный мраморный пол, по которому днём проходят тысячи слуг, наконец, оставшись в покое, начинает издавать довольно зловещий цокот от соприкосновения с каблучками одинокого путника. И поэтому я твёрдо решила проделать не слишком долгий путь до покоев отца в гордом одиночестве, освещая себе дорогу небольшим факелом и прислушиваясь к дыханию теней в этих достаточно древних помещениях. Но вместо этого услышала лишь знакомый звук противных походных сапог, что снова по неведомой причине окопались сзади. - Израэль, что ты за мной постоянно таскаешься? – недовольно буркнула я, не оборачиваясь, но точно чувствуя её присутствие рядом. – Тебе что, заняться больше совершенно нечем? - А что если и так, принцесса? – хмыкнула вампирша и, подойдя ближе, зашептала мне почти в самое ухо. - Ты же сама знаешь, что вампиры – ночные создания. И обожают под покровом тьмы творить всякие непотребства. Я тяжко выдохнула, ненамеренно подумав о том, что противная клыкастая намекает вовсе ни на всякие там убийства или разбои. Ведь тот сон, кажется, начинался именно так… Но тут же тряхнула головой, отгоняя от себя всякие противоречащие моей природе мысли, ведь обаяние у той вампирши явно было не естественным, а насквозь промагиченным заклинаниями. - Так пойди и загрызи кого-нибудь, чтобы не скучать, - предложила я, сбрасывая с себя прохладную руку. – Или уложи на травку ещё одну простушку. Выпрямив спину и ещё раз поправив кажущиеся сбившимися волосы, я двинулась вперёд больше не слыша сзади никакого шума. И уже практически обрадовалась своему выигрышу, как услышала сзади смех. - И ты совсем не будешь меня ревновать? – явно потешалась вампирша, отчего я вновь со всей силы топнула ногой и бросилась вперёд бегом. *** Стоило ли говорить о том, что в царские покои я прибыла вся растрёпанная, злая и с безудержным желанием коварной мести внутри? Вот и я думаю, что упоминать о таких несущественных подробностях не стоило вовсе, даже несмотря на то, что отец, в сотый раз за сегодня увидев меня в непотребном виде, начал отчаянно вздыхать и даже смачно чихнул, наверно от переизбытка чувств. Хотя, если так посудить, то выглядел он сейчас немногом лучше моего – какой-то помятый со сна, в белой пижаме и ночном чепчике, он совсем не походил на того могучего короля, что железной рукой правил Колдовскими землями. И поэтому, решив воспользоваться этой возможностью, я встала на середину комнаты в красивую позу, и пламенно изрекла: - Отец, пойми, но я никак не могу выйти замуж за принца Израэль, - сообщила я и, набрав полные лёгкие воздуха, выдохнула совсем уж наглую ложь. – Потому что я беременна от нашего конюха. Чтобы после застыть, с трепетом ожидая ответного решения, и с превеликим удовольствием наблюдать, как отец давится воздухом.