Заключаю душу в оковы чернильных строк.

Палящие лучи солнца бессовестно влезали в открытое на ночь окно, беспардонно ощупывая развалившегося по кровати парня. Тонкая ткань простыни, намотанная на руку. Скинута на пол пуховая подушка. В общем, все признаки вертлявой ночи на лицо. Рядом, точнее пристроившись на краю постели, тихонько посапывает мальчик. На вид лет двенадцати-четырнадцати, не больше. Светлые, слегка тусклые волосы, всклоченные причудливым ёжиком. На удивление, тёмные ресницы. На лице ребёнка нет никаких эмоций. Впрочем, и сны ему сняться редко, какие уж эмоции. Одно неосторожное движение со стороны хозяина квартиры, заставляет мальчонку полететь на пол. Возможно, это было случайно, а может, и нет. Кто знает? -Мне же больно, - мальчик не разлепляет глаз. Лишь старательно трёт веки, заставляя организм проснуться. Этот тихий голос, жалобный и возмущённый одновременно, поднимает хозяина квартиры до сидячего состояния. Тот тоже не может разлепить глаз, но уже старательно что-то бормочет себе под нос. Свинцовые веки на миллиметр приподнимаются, но тут же закрываются обратно. Жутко яркий свет, чтоб его! Однако парень не сдаётся и предпринимает новую попытку. Весьма успешную, к слову. Взгляд на вновь уснувшего на полу мальчика, потом на окно, которое он забыл вчера закрыть, на солнце. Интересно, а он доживёт до того момента, когда этого карлика потушат? Философские мысли о насущном были заброшены в долгий ящик. Разинув пасть, а ни чем иным это и не назовёшь, Ал сладко зевает и поднимается на ноги. Сегодня ведь нужно гору дел перелопатить. Босые, немного костлявые, стопы, бесшумно ступают по прогретому солнцем полу, рассчитывая траекторию до мальчика. Парень приседает на корточки, проводя рукой по пшеничному полю, заостряя своё внимание на ушке паренька. Малыш, улыбаясь, словно чеширский кот, поддаётся на ласку, но тут же подскакивает на месте, хватаясь за ухо. -И не вздумай, - буравя хозяина своими чёрными угольками, произносит полусонный мальчонка. – Твои подлизывания не сработают. И вообще, почему я должен так выглядеть? Тебе не нравится мой истинный облик? -А тебе важно моё внимание? – лёгкая улыбка, немного глуповатая, украшает лицо мужчины, поднимающегося в полный рост. – Так ты не вызываешь у людей подозрений. Ты же не хочешь, чтобы о нас узнали? Ил, насупившись, с секунду думает над поставленным вопросом. Хочет ли он? Конечно же, нет. Ещё одно столетие в бегах и вечных сражениях он просто не стерпит. Крики, кровь, боль. Всё это новой волной накатывает на сознание, выдавая картины давно забытых дней. Нет, он определённо не хочет повторять этот опыт. -Зачем так рано вставать? – ребёнок медленно плетётся за хозяином в направлении кухни. Хороший завтрак ещё никто не отменял. – Что мы сегодня будем делать? -То же что и всегда, - тонкие руки мужчины ловко разливают по кружкам кипяток из, непонятно когда успевшего закипеть, чайника. Ароматные лепестки белого чая падают следом. – Отправимся исследовать город. К тому же он красивый, - юноша подмигивает взобравшемуся на высокий стул малышу. – Тебе понравится.

***

Может ли не понравится Фрасс? Красивейший из городов этого мира? Может, если только вы лжёте или никогда не бывали здесь. Высочайшие постройки храмов, испещрённых угловатым узором. Нисколько не примитивным. Скорее отточенным до идеального. Совершенного орнамента, в коем кроются загадки, оставленными отцами-основателями Фрасса. Потемневшие камни, украшающие фасад зданий, придают этим местам загадочности и, как бы это ни было странно, жизни. На их глазах прожили немало поколений людей, рушились и восстанавливались империи, забывались корни. Многие уже и не скажут, что же значат эти слова на стене храма. Беззвучный набор букв, фраз, не наполненных смысла. Если бы так. Живые растения здесь не редкость. Именно живые. Если вы когда-нибудь будете прогуливаться по бархатисто-алым дорожкам этого города, то не пугайтесь, если кто-нибудь коснётся вашей ноги или плеча. Всё это лишь клитии, которые ужасно любят солнце и людей. Чего вы разволновались? Я же не сказал, что в качестве закуски… Здесь вы не увидите привычных вам вещей. Роскошные синие ковры, стелющиеся по земле, отделяемые красными оборками. Здесь есть асфальтовые дороги, но очень мало машин. В основном люди передвигаются на своих двоих. Высокие здания промышленных компаний, трубы, дымящие жёлтым дымом. Кристальные водоёмы, отгороженные кладкой из чёрного камня. Впрочем, о чём это я? Увидите, ведь здесь, по прошествии многих веков, появилось множество новшеств. Это раньше можно было увидеть высокие тонкие стебли, на верхушках которых, обычно, находился один огромный сиреневый лист. Представляете, что было, когда они опадали? Спорю, что ни за что не догадаетесь. Огромный пласт, недавно являвшийся частью стебля, слетал вниз. И, не долетая до твёрдой поверхности земли, разлетался на множество живых осколков. Это виолколлора. Маленькие крылатые существа, с выразительными глазками. Тоненькое, овальное тельце, покрытое чешуйчатым панцирем на брюшке. Чтобы фогсор не смог укусить, пока они собирают припасы. Длинные, кругловатые крылья с прорезями. Они летали большими стаями. И когда, гуляя с родителями или старыми приятелями, я набредал на поле таких вот сиреневых цветов, то они тут же взмывали ввысь. Застилали небо, кружились в головокружительном круговороте, заставляя тело само по себе двигаться им в такт. Сейчас их редко можно увидеть, но когда я был маленьким, эти существа буквально окружали наш дом. От них пахло мёдом и яблоками. Одна даже жила на подоконнике моей комнаты. И каждый вечер устраивала грандиозные представления. Впрочем, всё это могло быть лишь детским воображением. Кто знает… Главным же украшением города является коническое сооружение - Кардо. Место куда простому смертному путь закрыт. Да даже если вы и предложите кому-нибудь посетить этот шедевр архитектурного зодчества, то вам очень повезёт, если отделаетесь только испуганным взглядом. Кардо не произносят вслух. Даже отъявленные атеисты. Здание и впрямь весьма красиво. Лишь потому, что было построено из костей ангелов и демонов, чьи души так и остались замурованными навеки. Впрочем, для некоторых это место открыто. И не потому, что это элитное заведение, где высшие слои общества проводят свои, наполненные скукой, дни. Кардо является связующим звеном между миром бездны и миром грани. Простыми словами – логово тварей, поделивших между собой людей. Появившись через разломы врат, некогда поставленных первыми охотниками, они не уходят, пока не настигнут своей жертвы. Никто и никогда не возвращался оттуда живым, если его туда утаскивали. И никогда ещё силы грани и бездны не сталкивались. Вот только для всех правил есть исключение. И имя этому исключению…

***

-Ил! Не отставай, - мягкий тембр хозяина донёсся до ушей мальчика, зазевавшегося у очередной витрины. Ещё бы. Какой ребёнок останется равнодушным к ларанжие? И плевать, что Иллирий таковым не являлся. Пока они ещё задержаться здесь он должен попробовать всё. Это лакомство умеет готовить только Гарий – пекарь и весьма добрый малый. Оно напоминает пышную булочку с прорезями в виде причудливого, никогда не повторяющегося, узора. Ларанжия наполняется разными начинками. Советую вам попробовать с начинкой из фрамбо. Незабываемые ощущения. Они уже проходили площадь Тепны, когда в толпе прохожих началось волнение. Многие в страхе, а может и нет, отходили в сторону. Кто-то старался не смотреть на то место и просто обойти стороной данный участок. Кто-то закрывал нос из-за отвратительного запаха, тонкими нитями цепляющегося ко всем, кто подходил слишком близко. Из-за того, что впереди, рядом с местом происшествия, находилось слишком много людей, Аэлнесс не мог разглядеть, что же там. Но он отчётливо чувствовал запах низшего демона. Переглянувшись с помощником и получив от него утвердительный кивок, парень ловко взгромоздил лёгкую тушку мальчика к себе на плечи. Теперь-то точно разглядит. Иллирию даже не нужно было прищуриваться, чтобы, с расстояния в пару десятков метров, разглядеть объект всеобщего интереса. Существо, напоминавшее сгорбленного человека, с вытянутым лицом и нескрываемыми рогами, распласталось по каменному покрытию переулка. Костлявые, вытянутые лапы. Расходящийся к концу хвост. В роли пасти – нечто, похожее на рот круглого червя. Арминус – низший из демонов, обладавший револьверами, как своим оружием. Ониксовые глаза мальчика невидящим взглядом продолжали буравить местность впереди себя. Будь он обычным человеком, то раз десять уже бы проморгался. Сердце стучало, как у загнанного в угол зверя, а дыхание начинало сводиться к непонятным урывкам. И если бы не Ал, державший мальчика на плечах, тот бы уже давно свалился на землю. Не дождавшись запланированного знака о том, что пора снимать тушку, парень оперативно стащил пацанёнка со своих плеч. Бледный, как полотно у лишённого фантазии художника, Ил начинал впадать в истерику. -Это Арминус, - отвечая на немой вопрос, горевший адским пламенем в этих холодных платиновых глазах, мальчик ткнул в сторону толпы. Немедля Аэлнесс опускает помощника на землю, давая тем самым перевести дух, а сам разгребает слетевшихся зевак с дороги. Омерзительные, вонючие людишки, перебивающие своим смрадом даже вонь демонской души, лишь подогревали злость парня. Они, тупее сонных мух, не торопились покидать места зрелища. Да как же?! Не каждый же день они могут лицезреть убитого демона. Их мучитель и палач. Тот, кто наводит ужас, заставляя их прятаться по углам, словно крыс. Теперь-то они вдоволь могут упиться своим превосходством перед этим, уже неспособным на что-то, чудовищем. Приложив немало усилий Ал добирается до места убийства. А что это если не оно? Оружие никуда не исчезает, оно навсегда остаётся с демоном. Если только кто-то более сильный не поглотит его. Вот поэтому это и убийство. Оружие Арминуса испарилось, будто его и вовсе не было. А ведь тогда, когда они последний раз видели его, демон проявлял чудеса ловкости в обращении с этой смертельной игрушкой. Где же оно? Аэлнесс для пущей убедительности пробегается взглядом по каменной кладке, измазанной запёкшейся кровью. Пусто. Ни следа и присутствия этого оружия. Собираясь уходить, парень обращает внимание на высокого мужчину в длинном светлом плаще. Тот внимательно изучает тело, держа руки в карманах и стараясь не выделяться в толпе. Светлые, почти блёклые, волосы зачёсаны назад. Они хорошо открывают лицо. У незнакомца длинный, прямой нос. Выразительные светлые брови. И чуть заметные пушинки ресниц. Будто чувствуя на себе чей-то взгляд, мужчина разворачивается, и смотри в упор на Ала. У него весьма выразительные глаза, холодного инеевого оттенка. Взгляд чёткий и сосредоточенный. Настолько прямолинейный, что парень только через секунду понимает, на кого он смотрел.

***

Шаг в кишащую засуетившимися людьми толпу и Аэлнесс растворился, как утренний морок. Растворился для взгляда обычного обывателя. Ведь он сам прекрасно чувствует на своей спине прожигающий взгляд инеевых глаз. Не говоря ни слова, парень протягивает руку помощнику и, не подавая никаких признаков паники, спокойно покидает площадь. Камень под ногами неприятно поскрипывает, но в этой гулкой тишине он даёт ощущение жизни. Всё-таки, даже самые отъявленные головорезы, ненавидящие любого, кто отличается от людей, не станут убивать это нечто посреди бела дня, да ещё и при свидетелях. Охотники хоть и известны в тесных кругах нечисти, но для общественности они скрывают свои личины. Так ведь спокойнее, когда все вокруг думают, что ты такой же, как и они. Идти домой и выдавать своё логово – нет, в планы Аэлнесса это не входило. Лучше уж какой-нибудь парк. Да так, чтобы людишек побольше. Иногда эта привычка, злить тех, кто хочет тебя убить, порядком доставала Ила. Всё-таки только-только ставшему полноценным демоном, ему хотелось прожить чуть дольше, чем мог позволить своими саркастическими выходками его хозяин. Не на шутку рассвирепевшие враги, порой, шли на всё, лишь бы убить их. К счастью, пока попытки были бесплодными. Остановившись у плетеной скамьи, парень отпустил помощника и беззаботно плюхнулся на удобное местечко. Блаженная улыбка, закрытые глаза. Одним словом, я не я – я зелёное деревце. Мальчик, естественно, взглядов своего хозяина не разделял, но и ослушаться не мог. В противном случае он лишиться защиты. Но если уж совсем на чистоту, Иллирий просто-напросто верил ему и всецело доверялся. Никогда ещё эти его выходки не подводили их. Напротив – всегда спасали. -Аэлнесс, - тёмные угольки демонёнка быстро пробежались по человеку, севшему напротив них. Незнакомец не выглядел устрашающим. Для людей, во всяком случае, точно нет. – Охотник… -Я знаю, - неожиданно спокойно перебивает его хозяин и наконец-то открывает глаза. Этот необычный взгляд Ил видит уже не впервой, но всё равно каждый раз пугается, когда парень так смотрит. В такие моменты ты не знаешь, о чём он может думать. Не узнаешь и то, что скрывает этот молодой человек. Ал же, тем временем, переводит взгляд на охотника. Вновь эта глупая улыбочка касается его губ, а глаза сощуриваются. Два холодных, совершенно отрешённых от реальности, взгляда сталкиваются в немом противостоянии. У него – тьма. Затягивающая, вязкая. Пугающая и завлекающая одновременно. Если ты чужак – не жди радушного приёма. Она отторгнет тебя как инородный предмет. Не жди жалости – она не имеет чувств. Не проси пощады – этого слова она не знает. И все твои представления померкнут, как только ты коснёшься этой тьмы. Он – не просто демон. Не просто пешка бездны, направленная на истребление человечества. Только присмотрись. Присмотрись и ты поймёшь, как ограниченно твоё знание о них. О созданиях чужих, враждебных миров. Почувствуй. Почувствуй то же, что чувствуют они. Ты не поймёшь, я знаю. Знаю, потому, как сам не понимал этого, пока моя жизнь не перевернулась с ног на голову. Всё что мы знаем о них – лишь капля в море. У него – свет. Яркий, притягивающий. Согревающий и заставляющий поёжиться. Настолько сильный, что подавляет всё, что пытается противостоять ему. Там нет сомнений. Нет страха. Нет жалости к тем, кто загрязняет этот мир. Есть только твёрдая уверенность, забота и тепло. Тепло чувств, вихрем опутывающих близких ему людей. Он – не просто охотник. Не просто выбранный наугад человек, судьбой которого является защита ему подобных. Он – особенный. Выбранный из тысячи. Но не всё так радужно. Когда-то ему придётся убить того, кто сделал его таким. Того, кто одарил этими глазами. Кто оставил частичку себя в этой сильной душе. Попытайся на секунду стать им. Ты не сможешь. Не выдержишь того, с чем тебе придётся столкнуться. Мужчина поднялся со скамьи и двинулся в сторону демона. Сейчас всё должно закончиться. Остановившись у плетёного произведения искусства, охотник садиться и окидывает взглядом мальчика, сидящего рядом с парнем. И он. Он тоже демон. А это лишь иллюзия, созданная для приманки. Даже глядя на тебя своими тёмными угольками, выражающими страх, он лжёт. Эти твари не бояться. Не умеют. - Пришли за своим собратом? – незнакомец чуть поворачивает голову в сторону парня. В поле его зрения вновь попадается демонёнок, отчаянно пытающийся спрятаться за спиной хозяина. Странная они парочка, пролетает мысль в его голове, но внимание перехватывает ответ демона. -А ты хочешь покаяться в его смерти? – платина глаз холодно обжигает лицо охотника. Демон открыто бросает вызов своему палачу. Что ж, жди ответа. -Просить покаяния в том, чего не совершал, - мелодичный приглушённый ответ доноситься до ушей парня. – Странная у вас логика. -У нас? – одними глазами усмехается Ал, не забывая прибавить к этому свою чертовски обаятельную улыбку. – Признаюсь, мне приятно, что охотник имеет чувство такта. Мне тоже звать вас на «Вы»? – тонкие пальцы обхватывают сильное запястье, стремительно направленное в бок юноши. В крепкой хватке охотника блестит металл, отражающий лучи вечернего солнца. – Какой грубый ход, - одаривая незнакомца неизменной улыбкой, парень с нажимом выделяет слово «грубый». – Это же глупо. Как минимум, если вы сейчас убьёте меня, я приму свой истинный облик. Как максимум – куча зевак и крах вашей конспирации. Раскрытие личности в планы охотника не входило. Да и эта тварь оказалась куда интересней, чем показалась на первый взгляд. Ведь, как правило, он не разговаривает с нечистью. Общение сводится к минимуму. Остаётся только грубая сила и, впоследствии, смерть демона. Так же незаметно спрятав оружие, незнакомец повернулся лицом к своему извечному врагу. Странная, однако, внешность для приманки. Даже у крысёныша, что с ним, и то удачнее получится. Такой невинный легко втрётся в доверие. -Не смотри так на моего мальчика, - парень прижимает ребёнка поближе к себе. – Ты его пугаешь. Охотник незамедлительно отводит взгляд, горя внутри отвращением. Нет для них никаких правил и запретов. -Вернёмся к нашему разговору. Это же вы его убили? – перехватив на себе холодный взгляд, Ал усмехается. – Да бросьте, я же не взываю к мукам вашей совести. -Нет, - коротко отрезал незнакомец, продолжая буравить демона взглядом. Странный, странный этот тип. -И что же тогда там делал охотник? Бобину сажал? – усмехнулся Аэлнесс, похлопав помощника по плечу. Так он его порой успокаивал, когда возможности контактировать напрямую не было. Продолжать этот бессмысленный разговор незнакомец не намеривался. К тому же, с какой такой радости он должен оправдываться и рассказывать обо всём этому порождению бездны? Может ещё в гости пригласить? Статная фигура охотника выпрямилась на фоне заходящих лучей солнца. Ничего не говоря, мужчина развернулся и двинулся к выходу из парка. Оправдываться? Перед этим что ли? Вот уж бред сивой кавалли. Что он хочет этим сказать? Разве это не разборки между демонами? Светлые брови мужчины сдвинулись у переносицы, заставляя напряжение отразиться на лице. Путь от парка до дороги к дому перерезала полоска асфальта, по которой безостановочно гнали машины. Конечно, они останавливались. Раз в пару минут. И видимо охотник попал именно в этот временной промежуток. Ничего страшного. Будет время поразмыслить. Грубоватые от времени пальцы скользнули на переносицу. Как же порой голова трещит от всех этих мыслей. Лёгкие массирующие движения в несколько мгновений вернули мужчине покой. Его глаза, выглянувшие из-под тяжёлых век, всматривались куда-то вдаль. Сквозь людей, столпившихся у перехода, сквозь поток, слившихся в одно пятно, машин, сквозь постройки. Туда, за убегающей от него здравой мыслью. Беззвучный выдох и тихая усмешка со стороны. Даже не поворачивая головы на источник усмешки, охотник прекрасно знал, кто там стоит. Краем глаза, захватив в поле зрения демона, мужчина продолжил думать о своём. -Бежать, это всегда было в крови у Вас? – парень глянул туда, куда неотрывно смотрел его противник, и вновь переключил своё внимание на незнакомца. Позлить, довести, заставить лопнуть оковы здравого смысла. Почему бы и нет? На счастье охотника, хотя он и без этого прекрасно совладал с собой, поток машин остановился. Время перехода пришло. Серая масса обычных трудяг двинулась на противоположную сторону. И он не стал исключением. Сливаясь с толпой, мужчина ловко выскользнул на нужный переулок. Позади – лишь шум, оживившегося на ночь, города.

***

У переулков и перелесков же здесь совсем другая жизнь. Незнающему лучше и не соваться сюда. Критский лабиринт по сравнению с ними – детский лепет. Каменная кладка стен и дорожек. Они сливаются в одно единое пространство. Затягивают и душат одновременно. Паника – верный путь к смерти. Не удивляйтесь, я не преувеличиваю. Было немало случаев, когда люди заблудившись, сходили с ума. Или того хуже – так и не возвращались обратно. Правда, последнее обычно списывали на демонов, но, уверяю вас, это не так. Из освещения – тусклое солнце или же яркая луна. Иногда и не яркая, а совсем даже наоборот. Тогда переулки выглядят куда более зловеще, чем есть на самом деле. И даже прошмыгнувшая где-нибудь впереди мусио заставит вас прирасти к земле. Тонкие, грязные от пыли и земли, ручейки, просачивающиеся сквозь трещины в камнях. Нет, это не подземные воды. Просто вода здесь испаряется медленнее, чем на открытом пространстве. Улочки узенькие – столкнувшимся в одном переулке людям будет нереально разойтись. Одному всё же придётся уступить. Это и хорошо и плохо одновременно. К примеру, преследует охотник какую-нибудь тварь, а она шмыг в сторону и тупик. Другое дело, когда убегает человек, преследуемый ангелом или демоном. Шаг влево, шаг вправо – и всё. Смерть. Поэтому-то и не стоит лезть сюда, если точно не знаешь дороги. Неспешной поступью мужчина добрался до выкрашенной в померкнувший бардовый цвет двери. Невысокая, ничем непримечательная. Она почти сливалась с тёмными отсыревшими стенами. Для достоверности, что за ним нет хвоста, охотник окинул взором местность позади себя и, склонив голову на бок, вопросительно вскинул бровь. Посреди узкой улочки с неизменной глуповатой улыбкой и мальчиком, всё ещё прятавшимся за спиной хозяина, стоял тот самый парень. Без признаков ран и царапин. Чуть ли не пышущий благоговением, он стоял целёхонький. Это удивляло охотника ещё больше. Дело в том, что в этот переулок вообще мало кто мог забрести. Даже случайно. Во-первых, потому что шёл он из тупикового ответвления. Стена там была снабжена скрытым механизмом, который, при правильной комбинации, открывался и буквально тут же закрывался. А дальше – проход по помещению с низкими потолками и тучей ловушек для таких вот выскочек, как тот, что сейчас стоит напротив охотника. Во-вторых, выйти бесшумно, незнающему, во всяком случае, было бы нереально. К дверце была примотана незаметная обычному глазу ито, которая в случае сильного натяжения рвалась и издавала звук, больше напоминавший сирену. Звук поступал в это самое помещение, которое сейчас перекрывала бардовая дверь. А уж там-то точно знали, что предпринять в подобной ситуации. Инеевый взгляд продолжал прожигать странное порождение бездны, с особым интересом отмечая, что что-то в этой твари не так. Неужто щит? -Так вы ответите на мой вопрос? – не отрываясь, юноша вглядывался в холодные глаза охотника. Любой демон с пелёнок, если можно так выразиться, знает – будь бесстрашен и безжалостен. Но при встрече с охотником один на один лучше уходи подобру-поздорову. А этот же, напротив, специально искал встречи со своим извечным врагом. Его, конечно, могло не пугать и то, что он не один. Однако даже двоим демонам, порой сложно справится с охотником. Зависит от степени мастерства последнего. -Я ответил, - всё так же коротко, как и в первый раз, отозвался мужчина. Он не паниковал и не искал помощи у товарищей за дверью. А это значило, что ранг у него весьма высокий. – Что ещё ты хочешь услышать? -Мы плавно перешли на «ты», - усмехается демон, прищуривая глаза. Взгляд у него завораживающий, этого трудно не заметить. Признаюсь, я сам был очарован им при первой нашей встрече. – Что делал охотник на площади, где убили, как ты выразился, нашего собрата? -Убили? – мужчина впервые хмыкнул, слегка показав белоснежную улыбку. Которая, впрочем, тут же исчезла. – Даже если это и был я, кому, как ни тебе знать что это моя работа. -Это не ты, - глуповатость на лице парня сменилась холодной отрешённостью. Платина его глаз сверкала, как у зверя, ярившегося перед своей жертвой. Нападать на охотника – бессмысленно. Делать это у их логова – вдвойне глупо. – Ты, конечно, сильная личность, но ты всего лишь человек. -Считаешь, тот сброд мне не по силам? – не дав договорить, мужчина перебивает собеседника. Горделивые же порой эти люди. -Прикуси язык, - взгляд исподлобья впился в силуэт охотника. Да, конечно, демоны не дорожат дружбой. Боюсь, и понятия-то такого у них нет. Однако не будем забывать, что всегда есть исключения. И Арминус был этим исключением. Да он из низших. Ни выдающихся способностей, ни колоссальной силы за плечами. Но у него был характер, способный выдержать эту омерзительную жизнь твари, ненавидимой всеми. Он был одним из тех, кому бы можно было доверить свою жизнь. И даже сейчас, когда его нет, невозможно себе представить, что испытал он, перед тем как умереть. Наверное, будь убийцей охотник, Ал бы смирился. Всё-таки это положенная закономерность. Но это не они. Они люди и не способны забирать оружие демонов. А здесь. Здесь поработал кто-то другой. Кто-то, пытающийся спрятаться за чужой личиной. – За этот сброд есть кому отомстить. -Хочешь сделать это сейчас? – мужчина демонстративно откинул полы своего плаща, разводя руки в стороны, тем самым показывая свою безоружность. Взгляд охотника, как калейдоскоп, вихрем сменял в себе море эмоций. И сейчас он усмехался глядя на демона. Однако в голове его до сих пор сидела мысль о предполагаемом щите. -Столь дерзок только из-за подмоги в тылу, - вновь приняв свой прежний облик, парень улыбнулся. Тупая ярость успокоилась под гнётом холодного рассудка. Эти издёвки сработают на ком-нибудь другом, только не на нём. – Ты сам не знаешь, кто убил его. С тебя нечего взять, - он развернулся и уже хотел уйти, как остановился. Этот палач вновь привлёк его внимание. -Прекрасный контроль, - мужчина условно постучался в двери обители охотников. Оба они стояли спиной друг к другу и поэтому, никто из них не заметил усмешки на губах извечного противника.

«Странная тварь».

«Странный человечишка».