Сначала трёхнулся, потом трахнулся, и стало мне счастье

4. Меня разбудил звук хлопнувшей двери. Я сел на кровати. Мда уж, спал не раздевшись, и не припомню даже, когда такое было последний раз. Но это точно было в пьяном виде, притом, в невменяемом пьяном виде, потому что ничто другое, меня никогда не смогло бы сподвигнуть на столь неудобный стиль сна. Из этого следует, что Антон действует на меня как убойная доза спиртного. И я с этим согласен, он меня пьянит. Ко мне заглянул брат, обозрел натюрморт, сказал:"С добрым утром", и ушёл, а я пошел умываться. Пока завтракал, братец принимал душ после пробежки. А я мучился думой о том, в каком виде он выйдет из душа, и молил бога, пожалеть меня грешного, мне ведь ещё машину вести и целый день работать. Бог меня услышал! Когда я вышел из кухни Антон уже оделся. На мой громкий вздох облегчения он обернулся и улыбнулся. Эта его улыбка была не менее возбуждающа, чем его вечерние представления после душа. Мы распрощались, и я отбыл в суд. Рабочий день прошёл в суете, я был на двух судебных заседаниях, а после них с чистой совестью отправился домой. Заходя в квартиру, услышал конец телефонного разговора Антона, да так и застыл у открытой двери: - Меня не волнует, как это получилось! Пока ты этого не исправишь, на глаза мне не появляйся. Я в растерянности постоял секунд десять и захлопнул дверь. В коридор выглянул брат и спросил: - Кушать будешь? Я курицу приготовил. - Буду. Я сегодня не обедал. Был весь день в суде. - Вот и ладненько. Переодевайся, мой руки и за стол. Вдвоём мы умяли всю курицу. Я объелся. Отвалившись на спинку стула, со счастливой улыбкой, довольно вздохнув, зажмурился и облизался. - Спасибо. Было очень вкусно. Я так растолстею. Меня никто любить не будет. И я буду грустный-грустный. - Не растолстеешь. У тебя тело не возмёт лишнего, фактура не та. Так что кушай на здоровье. И чем сегодня займемся? Я просмотрел оставшиеся газеты. Там ничего нет. С утра съездил по двум адресам, и, думаю, нашел себе работу. В охранном агентстве открылась вакансия. У них там кто-то погиб при исполнении, и они сказали, что рассмотрят мою кандидатуру. - Что? Нет, Антон, не надо торопиться! Завтра мне ответят из салона. Зачем так рисковать, если есть другая возможность зарабатывать деньги. Прошу тебя, подожди. - Хорошо, завтра всё решим, а сегодня может сходим куда-нибудь? - А пошли! Сначала в кино, а вечером в клуб. Ты как насчет - расслабиться? - Я только за. Мы посмотрели какой-то фантастический боевик с пришельцами альфами-омегами. Вернулись домой и переодевшись поехали в мой любимый клуб. Мне давно нужно было расслабиться. И войдя в "Жару", меня сразу же накрыло странное чувство. Ожидание чего-то хорошего. И я поддался радости и восторгу музыкального ликования. Мы с Антоном выпили у барной стойки и пошли танцевать. Радовался я недолго. И чего я ждал спрашивается?! Идиот! Кретин! Болван! Как я мог забыть, что братик то у меня красавчик писаный! Этого недоумка Максима в десять секунд оттеснили, а секси Антошу облепили. Даже с его ростом в два метра, я его за всеми этими телами не вижу. Наверное под тяжестью разогнуться во весь рост не может, столько на нём повисло этих долбаных тёлок. Я плюнул с горя и пошел к бару залить грусть-тоску. Не помню (не считал) сколько я выпил, но мне стало начхать на всё с любого этажа. Брата я больше не видел, а и хер на него, мне и так хорошо. А когда ко мне подсел симпатичный мужчина, и мы с ним выпили еще, то и вовсе стало зашибись. Его рука оглаживала мою коленку, дыхание щекотало ухо, чего он мне там шептал я не слышал, музыка грохотала так , что взорвись тут что, никто и не услышит. Я предложил потанцевать и сосед согласился. Он начал стаскивать меня со стула, я положил руки ему на плечи и, чуть не завалил нас обоих, ноги не держали. Мне стало смешно, вот это я надрался, от души так, с конкретным настроем на ПОЛЗЕЦ, потому что идти не смогу, только ползти. А мужик молодец, поймал моё тельце, даже не поморщился, а то что облапал, так ловил же, и я его смачно чмокнул в щеку, типа поблагодарил. Ха! Он прям расцвёл. Сцапал меня покрепче и развернулся к выходу. - Эээ! Мы куда? Вроде же танцевать собирались. Меня никто не услышал. Тогда я схватил его за воротник и дернул к себе поближе. Затрещало. - Я хочу танцевать! Понял? Мужик улетел. Ооооо! У меня в руке остался воротник его рубашки. - Не понял! Тоже мне перелётная птица. Птиц. Ааааа! А ну поставь меня туда, где взял! Я танцевать хочу! Ай! Мне прилетело по заднице. Я почему-то висел вниз головой. В живот упиралось твёрдое плечо. Меня несли к выходу, а мужик лежал и смотрел мне в след. Я помахал ему его же воротником, как платочком. Когда меня опустили на землю возле машины, я увидел Антона. - Ооо! Привет! Натанцевался? Везёт. А мне не дали, суки такие. Эх! Пошли выпьем? - Хватит уже, ты свою норму выпил. Домой поехали. Меня посадили в машину и повезли домой. По дороге, мы с радио на пару, пели песни . Махали, с воротником, всем соседним машинкам. Приставали к брату с вопросами, как ему танцевалось. Приставал. Я один приставал, воротник молчал. Пока ехали я наполовину протрезвел. В квартиру ввалились, почти вошли. Дома. Антон разулся сам и меня придержал, когда я разувался. Заботливый. Мне так захотелось его поцеловать. Я потянулся к нему... Что? Это что такое? На его шее темнел засос. - Сука!!!