Прерванный поцелуй. Улыбка бога

- Кто я?.. – простонал приоткрывший глаза парень-мутант. - Мой брат, Рафаэль, – Лео осторожно коснулся ранее выбитого при падении, но теперь успешно вправленного гением плеча. - Где я? – мастер сай нервно завозился, избавляясь от так надоевшего ему одеяла. - В нашем убежище; ты дома, брат. - А сам-то ты кто? - Леонардо, – печально вздохнул лидер, похоже, с темпераментом дела обстояли намного хуже, чем казалось поначалу. - Слава черепашьему богу! Воскликнувший это обладатель красной повязки уселся на кровати и потер расшибленный лоб: - А то я уже начал сомневаться в реальности происходящего. Как-то перестал верить в то, что ты – Лео, а я – Раф! Тогда в схватке... Обрадованный собственным открытием парень хотел рассказать привидевшийся ему кошмар о том, как лидер черепашек-героев защищал в бою их главного противника, но, заметив что-то подозрительное во взгляде мастера катан, замолчал. Похоже, это правда... И ужасно нелицеприятная... - Нет! Нет! Лео, не говори, не произноси это вслух! Я не хочу это слышать... Понимающе покачавший головой лидер не произнес ни единого слова – брат и так знал все, зачем ему иные доказательства? "Будет Рокси твоей! – мутант крепко сжал ладонь лидера, размышляя о своем, – будет! А если не твоей, то хоть не Шредера! Его-то ждет другая участь, вот только твое, брат, врожденное благородство очень сильно мешает в вопросах восстановления справедливости". Прошло несколько дней, и черепашка уже вполне окреп для того, чтобы нанести визит одной старой знакомой. И Лео вовсе не следовало знать, куда направлялся Раф. *** Глаза слипались, но спать хотелось еще недостаточно сильно, чтобы, расставшись с Интернетом (сначала был интересный фильм, потом изучение обновлений в соцсетях, теперь же он-лайн объявились несколько интересных собеседников), выключить ноутбук и лечь в постель для ночного отдыха. Спору нет, завтра такой же учебный день, как и все, но ведь он последний перед выходными, а значит, можно позволить себе немного расслабиться. Заранее. Ну да, подростку предстоит подремать на скучных уроках, но, если уж она окончательно провалится в сон, Ева же ее растолкает, не так ли? И, разумеется, позже объяснит пропущенные темы – только Рокси сомневалась, что будет в завтрашней учебе что-нибудь захватывающее. Так стоит ли расстраиваться по таким мелочам? После уроков девушка прискочит домой и до возвращения с работы родни хорошенько отоспится – специально поставит себе будильник, дабы никто не узнал, как она провела время, а вечером или в субботу утром направится в гости к Шредеру. Мама с папой вряд ли отпустят подростка на все выходные, хотя бы на один, но и на оба есть планы (да-да, в гости к Караи – это причина для отсутствия дома в субботу, а воскресенье она проведет с "новыми друзьями", какая разница, с какими - с новыми, и все). Вообще-то родители обычно следили за дочерью, дабы она не засиживалась перед экраном, особенно по ночам, но сейчас они, верно, давно в царстве Морфея, вот пусть там и будут, но девушке интереснее в сети, а не в постели! - Не спится? Испуганная Рокси резко крутанулась на кресле и развернулась. Прямо посреди комнаты спиной к приоткрытому окну стоял сам Шредер. Ботинки на толстой подошве, черные хлопчатобумажные штаны и такого же цвета застегнутая куртка. - Ты! – почти взвизгнула обрадовавшаяся ночному гостю девушка, но вовремя спохватилась и, отпихнув кресло, бросилась к Саки: - Как ты тут оказался? - Проезжал мимо и решил тебя проведать. Мастер приподнял ее голову за подбородок и целомудренно коснулся губами прикрытого челкой лба любимицы. А желавшая чего-то большего Рокси уже тянулась губами к его губам, но японец быстро осадил страстный пыл своей возлюбленной: - Родители дома. Она не понимала, почему мужчина не может ее всего лишь поцеловать. Мама с папой ничего и не узнают. Только один поцелуй, но с другой стороны – Шредер прав. Родня, и правда, может заявиться в любой момент, завелась же после прошлого лета у них скверная привычка проверять сон дочери! А тут ведь они могут стать свидетелями такого, отчего у них волосы дыбом встанут… Дочь буквально у них под носом целуется с незнакомым взрослым и неизвестно каким образом попавшим в квартиру мужчиной. - Саки, вдруг они придут сюда?.. Что тогда будет?.. – голос, хоть и сдерживаемый, опять прозвучал слишком звонко для ночной поры. - Если ты будешь так орать, то перебудишь полгорода, – резонно и строго заметил японец, чей и без того низкий голос не требовалось заглушать. Рокси совсем незачем знать о том, что мрачный Саки, сильно скучавший без своей любимицы, специально отправился к ней в гости: велел подать машину и, одевшись максимально удобно для нестандартного проникновения в квартиру, расположенную на тринадцатом этаже, понесся через весь город к девушке. А тут его как будто ждали. Приоткрытое для проветривания окно избавило Шредера от дополнительных проблем, и вот он уже держал в объятиях теплое тельце своего малыша. Прохладные ладони лишь коснулись бедер, даже не погладив, что вызывало не только обиду подростка, но и полнейшее непонимание того, что любой звук в тишине, на который днем никто бы не обратил внимания, ночью подобен взрыву. Все эти мелочи были прекрасно известны мастеру, а потому он следил и за своими действиями, и за поведением девушки. Шредер приподнял Рокси за талию, и воспользовавшаяся удобным положением девушка тут же ласково обвила руками его шею, прижимаясь щекой к плечу, к чуть влажной от ночной росы мягкой ткани куртки. Вот только удовольствие от объятий длилось недолго. Японец усадил подростка в компьютерное кресло, а сам захлопнул крышку ноутбука и подошел к кровати. Поджав колени к подбородку и обняв их руками, удивленная девушка следила за тем, как Саки скинул с постели одеяло, помял сжатыми кулаками матрас, а потом еще и пошатал кровать. А то ведь от родителей подростка следовало ожидать любой подлости по отношению к собственной дочери – ее ложе могло скрипеть, как заржавевшая, давно не смазанная дверь в заброшенном доме. Никому не доверявший (а уж тем более родителям Рокси, к которым в иные моменты его отношение было сопоставимо только с мнением о черепашках-мутантах) мастер проверял все лично. Первый осмотр показал, что кровать неплоха, но все же японец немного отодвинул ее от стен, насколько позволила ему крохотная комната подростка и стоявший с одной стороны стол. До спальни родителей далеко: это помещение не граничило с владениями девушки, да и Рокси, привыкшая чувствовать себя наедине с любимым в его особняке привольно и вольготно, даже не подозревала, несмотря на характерные приготовления, что бесстрашный мастер решится и на такое. Ведь папа и мама могут проснуться! Наверное, тогда лучше не надо?.. Девушка волновалась, но в то же время с интересом, смешанным с ужасом констатировала удивительный факт: ей нравилась грозившая им двоим опасность, впечатляла мощь и дерзость любимого, который шел против всех и делал то, что ему было надо. Да, японец принимал необходимые меры, но ведь в мире столько неприятных случайностей! Вот только Саки ничто это не волновало! Сердце подростка колотилось с бешеной силой, гоня по телу молодую горячую кровь, еще более кипевшую от близости любимого и страха возможного обнаружения. Вспышки адреналина по реакции напоминали взрывы, так же сильно скучавшая по мастеру девушка сходила с ума, наблюдая за спиной мужчины, все еще обтянутой курткой. Наконец, завершив осмотр места грядущего тщательно спланированного "преступления", Шредер обернулся и подхватил подростка на руки. Он усадил девушку на матрас. От движений короткая ночная рубашка Рокси задралась еще выше, теперь даже не прикрывая бедра, но Саки было этого недостаточно. Опустившись перед любимицей на колени, он задрал одежду еще выше, открывая плоский живот, к коже которого жадно припал губами; оставляя влажную дорожку следов от поцелуев, мужчина опускался все ниже и ниже. Голова кружилась – Рокси прогнулась назад, а ее живот приблизился к японцу. Утонувшая в собственных эмоциях девушка не видела помутневшие от страсти глаза Саки. И первый стон уже был готов сорваться с губ подростка, но Шредер уловил ее спонтанное желание и, прижавшись щекой к животу, крепко стиснув в объятиях любимицу: - Не надо стонать. Она не слышала его, не воспринимала, скорее, почувствовала и с трудом сдержалась, думать о том, что дальше будет намного сложнее, Рокси не могла. Слишком объемная мысль, слишком масштабная, чтобы удерживать ее в голове, когда рядом любимый мужчина. Но вот Шредер поднялся на ноги и сунул подростку в руки подушку. А сам направился к двери, и смуглые пальцы легли на кнопку выключателя. Притихнув на матрасе, тиская в руках подушку, девушка влюбленно смотрела на мастера и ждала его назад. - Лицом к стене, – отдал первый приказ командным тоном Саки, все еще не выключая свет. Его любимица приняла указанную позу и сразу же обернулась через плечо, ожидая продолжения, да и ей просто хотелось любоваться мастером! Господин Рокси продолжил в той же властной манере: - Нос в подушку. И это девушка выполнила. Как только она зарылась в упрятанный под наволочкой пух, погас свет. Практически мгновение, которое показалось подростку вечностью, потребовалось Саки, чтобы раздеться и тихо без лишних звуков сложить одежду на кресло. Логично рассудив, что самому удержаться на краю узкой кровати будет намного проще, чем постоянно ловить падавшую Рокси, Шредер устроился за спиной подростка. Подушка приглушит стоны и займет руки девушки. Опершийся на локоть мужчина осторожно, придерживая, прижал подушку к лицу подростка, на нее он не особо надеялся, а второй приподнял ногу любимицы и, легонько касаясь, погладил внутреннюю часть бедра. Тело отозвалось мгновенно, дрожь и жар, в который сразу же бросило Рокси, дали мастеру полную власть над податливой девушкой. Японец медленно подался вперед, так медленно, как никогда еще не делал. Чуткий слух мужчины уловил легкий сдержанный подушкой писк – его малышка не то всхлипывала, не то постанывала. Это сейчас неважно, только бы случайно не прижать подушку сильнее, а то спланированная близость превратиться в заранее незапланированное убийство – пришедшая в голову мысль развеселила расслабившегося Саки, чьи плавные движения вели обоих к пику удовольствия. Шарканье ног, обутых в тапки, шелест накинутых на пижаму и ночную рубашку халатов. Они идут. Привлеченные и раздраженные шумом, доносившимся из комнаты дочери. Мгновенно распахнутая дверь. Угол стола. Влажная простыня, чей выбившийся из-под матраса край теребила рука перепуганного подростка. Мужская смуглая обнаженная спина, прикрывавшая сжавшееся от ужаса тело девушки, в панике прижимавшейся к возлюбленному. - Малыш, малыш... – в попытке вернуть ее в реальность совсем тихо позвал любимицу мастер. Уж слишком подозрительно Рокси обмякла в его объятиях, но ее мышцы мгновенно стали упругими. Нет, девушка не уснула, и не подступающий экстаз затуманил ее мозг, что-то иное. Наверняка этот нелепый страх перед родителями! На губах остановившегося Саки заиграла нехорошая ухмылка: разбудить их, пусть приходят, пусть видят, кому принадлежит Рокси! А если сегодня ночью в этой комнате и случится пара сердечных приступов, так и не стоит огорчаться по таким пустякам. Квартиру продать, если, конечно, девушка не захочет оставить ее на память, а саму наследницу бывших хозяев забрать к себе. Мастеру что-то не занравилось... Его любимица постаралась, высвободившись из подушки, обернуться и взглянуть на Саки, но Шредер, без сомнения, сообразив, что неприятно удивил, даже, возможно, и напугал подростка, а потому, склонившись к ее уху, приглушенно зарычал, давая любимице понять, что все хорошо. Потом мужчина вновь удобно привлек девушку к себе. Наслаждение несло в себе все: и их потаенная сегодняшняя запретная близость, и тихое поскуливание подростка, доносившееся из недр подушки... Тяжело дыша, японец рухнул навзничь, сверху плюхнулась девушка, раскинувшись на теле любимого. А под ними уже опасно прогнулся матрас, да и кровать чуть скрипнула (в рамках допустимой для недалеких родителей нормы), но не подарила мастеру и его подруге неприятного сюрприза. Уж если бы пара оказалась на полу, то после такого грохота точно бы не избежать прихода (точнее, прилета) родни со всеми вытекающими последствиями. Хотя... интересный и соблазнительный вариант для привлечения в комнату этих сонных довесков к его любимице. Оберегая Рокси, Саки поднял левую руку, наткнувшуюся на подушку, которую отпихнул с живота подростка, и нежно обнял девушку. А правой рукой, опущенной с кровати, мастер нашарил в темноте одну ножку и сжал в пальцах. Сломать ее для японца ничего не стоит. Матрас, разумеется, смягчит падение, и ушибы, в особенности подростку, точно не грозят, но шуму будет предостаточно, что и требуется. Недовольно заурчавшая Рокси, уже в достаточной мере пришедшая в себя, чтобы мешать планам Шредера, сочла объятия одной рукой неполноценными, а потому, коснувшись плеча любимого, повела пальцами по влажной коже вниз. Ей так хотелось ухватить его хотя бы за запястье! Но Саки крепко удерживал за талию разворачивавшуюся девушку, тянувшуюся к его руке, а то бы кто-то, соскользнув с кровати, разбил бы нос о пол, а коврик не настолько мягкий, чтобы помешать неприятности. Вот и пришлось мастеру обнять своего капризного малыша уже двумя руками, оставив в покое затею с вызовом родителей в комнату дочери. Ах, если бы не Рокси – но на этот раз ее родне просто повезло. - Побудь со мной до утра... пожалуйста... – губы касались мочки уха, и шепот превращался в ласковые поцелуи. - Ты же сама пожалеешь об этом, – опущенные веки, погасившие желтоватый блеск глаз, показывали, что Шредер испытывал удовольствие от происходящего. Его любимица даже в моменты близости оказывалась удивительно подкупающе наивна, но японец пресекал любые нелепые выдумки – его глупенькая девочка может травмировать сама себя необдуманными поступками, и мастер обязан ограждать ее от всего неприятного. - Саки... Ты мой, ты... Уж безразличный к мерам безопасности мужчина впился своими губами в ее. Что-то девушка распереживалась, в голосе, произнесшим трогательные слова, подрагивали всхлипы. - Что такое? – несколько взволнованный поведением подростка Шредер приподнялся и уселся, отчего Рокси сползла к нему на колени. - Мне страшно. Ты мой, но... они же захотят нас разлучить... Японец хотел напомнить любимице, что для тех, кто решит на такое пойти, ничем хорошим это не обернется, но передумал. Рокси сейчас необходимо успокоить чем-то более мягким, а не железными аргументами в собственной силе и непобедимости. Успокоить ничего не значащими словами? Можно попробовать. - Никто не обидит моего малыша, никто даже и не посмеет. Осторожно высвободившийся Шредер пересадил подростка на матрас и положил в изголовье подушку. - Ты уходишь? Не уходи, Саки… - Кого боится мой храбрый малыш? – с легкой полуулыбкой, подбадривая Рокси, поинтересовался японец, уже одеваясь. Девушка опускала взгляд, краснела, мяла подушку, но молчала. Застегивая куртку, мужчина приблизился к подростку и, поцеловав ее на прощание в шею, шепнул: - Спокойной ночи. - Не уходи, я боюсь. На мгновение спрятавший руку за пазуху Саки извлек пистолет и, стараясь не греметь, положил оружие на стопку из учебников и тетрадок: - Так тебе будет спокойнее. - Нет, – испуганно, явно отвергая предложенный вариант, любимица японца отодвинулась к стене, – останься лучше сам. Хотя бы полежи немного рядом со мной. Но мастер лишь отрицательно покачал головой, вот, правда, пистолет забрал, не оставляя подростку опасных игрушек. - Давай, малыш, – (сегодня Шредер был очень ласков, раз нежное обращение к любимице звучало так часто) мужчина набросил на девушку одеяло, принуждая лечь, склонил ее к постели и повторил, – спокойной ночи. - Саки, милый, приятных тебе снов… Ловкий мастер выбрался из окна и, стоя на подоконнике, притворил за собой окно; японец спрыгнул на козырек крыши и уже хотел отойти к стене, с которой можно было удобно спуститься прямо к стоявшей около дома машине. Но его остановил жалобный голосок подростка: - Саки! Как ранее Шредеру, Рокси удалось выбраться из окна, и теперь, усевшись на подоконнике, она медленно, спустив ноги, сползала на козырек – к мужчине. Сидевший в укрытии Раф, в меру равнодушно (ибо не кинулся на противника сразу) проводивший взглядом покинувшего квартиру ниндзя, теперь не на шутку занервничал – ведь абсолютно не подготовленная для таких подвигов Рокси могла свалиться в любой момент! Но в груди темперамента клокотало возмущение: "Так вот значит как! Наведывается к ней домой, значит! И уж наверняка не уроки помогает делать! И даже не объятиями ограничивается! Вот ведь... Не романтика девушкам нужна! А Лео надо было так же, никакой лишней подготовки, решительно и быстро! Нет! Не так же! Это забавы для Шредера и Рокси, которая оказалась просто испорченной девчонкой, и не нужна она такая моему благородному брату! Не подходит!" Пронзительный взгляд Саки был направлен на хрупкую фигурку, неуклюже пытавшуюся вылезти из окна. Схватить ее в объятия... Укрыть снятой с себя курткой... Унести в машину... Мастер ниндзюцу запросто сможет достигнуть асфальта и со своей нетренированной ношей. Без проблем. Рокси ничего не грозит. Она не пострадает. Мужчина украдет любимицу, никто ничего не сможет доказать – не он последним видел девушку, кто угодно, но только не он... Ни полиция, ни спецслужбы не смогут обнаружить никаких улик. Вот только... Как бы он ни хотел, японец не сможет забрать подростка из дома, ведь расстройству его любимицы тогда не будет предела. А потому... - Что это еще такое?! – раздраженно зашипел мастер, не только легко впрыгивая на подоконник, но еще и одновременно подхватывая подростка на руки, – что за прогулки при луне?! Любимый злился, и виновна во всем сама Рокси, преданно смотревшая в полыхавшие праведным гневом глаза мужчины. Вернувшись в комнату, Саки ногой задвинул кровать на надлежавшее место и сунул подростка под одеяло, а сам мигом, чтобы за ним не успел опять потянуться любящий хвостик, покинул квартиру традиционно избранным способом. Уже в машине мастер примирительно отправил смс наверняка еще не уснувшей Рокси: "Спи, малыш", в ответ получив: "Да, мой господин".