Make Yourself Amazing

Она поднималась все выше и выше, к своей квартире, но ей так хотелось выбежать на улицу, сказать, что у них нет связи… С каждой ступенькой она понимала, что это мало возможно. Скорее всего, парень уже ушел, да и её что-то останавливало. Но как же они тогда встретятся, как назначат встречу друг другу? Элизабет зашла в квартиру, закрыла дверь, поняла, что никого нет и закрыла лицо руками. Она не плакала, она просто сидела с закрытыми глазами, думая о своем. Когда дверь начали открывать с той стороны, девушка поняла, что до сих пор сидит не раздетая в коридоре. Она встала, начала снимать обувь и тут зашла Эмбер.  — Привет, — поздоровалась она.  — Здравствуй. Я вот тоже только пришла.  — Ой, а я тебя не видела. Как дела? Что за Луи? — было видно, что Эмбер давно ждала, чтобы задать этот вопрос.  — Вполне неплохо. А вот про Луи тебе не стоило знать, — виновато улыбнулась Лиз.  — Это еще почему? — девочка повесила свою куртку на вешалку. — Мы уже с ним знакомы, считай. Осталось только его увидеть. «Ах, ты его уже видела» — пронеслось в голове у Лиз.  — Я имею ввиду, что я не хотела про него говорить, так как пока непонятно, что у нас за отношения. Да и не знаю…все слишком стремительно. На самом деле, я не привыкла делиться таким личным с кем-то, даже с подругами. Хотя ты, официально, моя дочь…мне надо к этому привыкнуть, — с этими словами она прошла в кухню. Эмбер последовала за ней, на ходу забирая пакеты, что принесла Лиз. Она начала доставать все продукты на стол и складывать в холодильник.  — Ты не против, если я выпью? — с этими словами Лиз достала бокал из полки и вчерашнее вино.  — Да нет, пей. Что случилось? — пожала плечами Эмбер, на секунду засмотревшись на девушку. — Все хорошо?  — Ох, я не знаю. С утра я бы сказала, что все хорошо. Но потом, после твоего звонка мне стало не по себе. Потом еще Луи. Он уехал на пару дней, а я только дома вспомнила, что мы даже телефонами не обменялись.  — Оу, хреново. Вы даже в инстаграме не подписались друг на друга?  — Инстаграм? Я не думала об этом даже. Понимаешь, слишком много всего навалилось, — она сделала глоток вина. — Я не понимаю, как ты меня терпишь.  — Все нормально, Лиз. Я вот смотрю на тебя, когда ты всегда в хорошем настроении, пытаешься помочь мне, другим. Ты такой человек, к которому всегда можно обратиться за помощью. Но мне кажется, ты никогда не можешь принять эту помощь от других. И это так грустно, ведь тебе можно довериться, но, а ты…боишься. И это правильно, возможно. Но ведь на свете много людей, и ты можешь рассказать кому-то про то, что ты чувствуешь. Хотя бы мне…тебе будет легче.  — Эмбер, вот скажи, — девушка поставила бокал на стол. — Откуда в тебе такие мудрые мысли? — она погладила девочку по плечу и сразу убрала руку.  — Я не могу сказать, что мне страшно, — продолжала Лиз, — я просто привыкла никому не доверять. Да, знаешь, с одной стороны, это неплохо: тебя никто не подведет, потому что против тебя ничего нет.  — Но это ведь тяжело, не так ли? Ведь бывают периоды, когда хочется рассказать что-то, поделиться со всем миром, разве не так?  — Бывают, не спорю. Но я давно решила для себя не делиться чем-то слишком сокровенным. Но могу сказать одно: я переживаю сейчас. За тебя, за то, что будет потом…  — И за Луи, ведь так? — окончила за девушку Эмбер.  — Возможно… — выдохнула Лиз, — Все слишком сложно. Если бы ты только знала…  — Так скажи мне! — почти что выкрикнула Эмбер. В этот момент в другой комнате зазвонил стационарный телефон.  — Я подниму, — как бы спасаясь от разговора, быстро сказала Лиз, и скрылась за дверью кухни.  — Но как придешь, мы продолжим, — выдохнула Эмбер, подтягивая к себе бокал и нюхая содержимое, но так и не делая глотка. В этот момент в кухню входит Лиз, слишком серьезная, молча слушает, так что понять, кто звонит, пока не удается.  — Я приеду. Пожалуйста, сделайте что-нибудь, — резче, чем полагалось говорит Лиз и кладет трубку. Она вся напряжена, глаза почти на мокром месте.  — Что-то случилось? — спрашивает девочка.  — Дейв звонил. Мой брат. Отцу плохо. Он боится, что больше не увидит меня. Мне надо ехать, надо успеть, — на этих словах она начинает дрожать.  — Стой, не паникуй, — подбегает Эмбер к Лиз и обнимает её. — Еще ничего не случилось. Мы поедем вместе. Куда ехать?  — Это относительно далеко. В Филадельфии. Я даже не знаю, как добраться. Уже ночь, черт! — она садится на стул, но тут же подскакивает. — Я посмотрю, во сколько отправляется поезд. Мне надо немедленно выехать.  — Я поеду с тобой! — только и может сказать Эмбер, когда Лиз срывается из кухни и бежит к ноутбуку. Пока Элизабет звонит на вокзал, чтобы заказать билеты, Эмбер пытается собрать сумку. Скорее всего, они пробудут там несколько дней. Она кладет вещи и для Лиз, понимая, что ей сейчас вообще не до этого. Эмбер чувствует, что никак не может помочь девушке, ведь она даже не понимает это чувство — она видела своих родителей так давно, что как будто неправда. И то, что творится сейчас на душе у Лиз остается пока чужим для нее. Но она точно знает одно — нельзя медлить, ведь самое страшное может произойти в любой момент. Она видела смерть, и не раз. К сожалению, в приюте были и слабые дети. В их общем доме никогда никто не отказывался помочь даже тем, кого трудно было спасти. Приют был последней остановкой как для мальчиков, так и для девочек. У некоторых были врожденные болезни, кто-то заболевал сразу после рождения. Но дети проводили последние дни, чувствуя, что нужны кому-то. И это были лучшие дни. Поэтому, Эмбер понимала, что, если папе Лиз плохо, то лучше ехать как можно быстрее. Через 30 минут девушки подъезжали на такси к центральному вокзалу, откуда должен был вскоре отправиться поезд. По дороге на вокзал Лиз размышляла о том, что как только все стало более-менее хорошо, обязательно должно было что-то произойти. Но она не думала о том, что вот это плохое будет настолько плохим. Это даже не черная полоса, это какой-то ужасный период, который хоть и длится всего пару часов, уже настолько успел измотать девушку. И если недавно ей казалось, что единственной большой проблемой является отсутствие номера Луи, то сейчас она вовсе не думала о нем. Сейчас им надо было просто успеть. С этого момента уже ничего не зависело от людей. Оставалось дело за случаем. Элизабет постоянно звонила брату, узнавала, как состояние отца. И когда он отвечал, что он пока держится, ей становилось не лучше, но хотя бы была надежда, что они встретятся. Естественно, каждый понимает, что человек сам по себе не вечен. Но намного проще говорить о своей смерти, чем о смерти дорогих и любимых тебе людей. Этот эгоизм, что мы останемся одни после чьего-то ухода из этого мира, именно он движет нами. Когда люди скорбят по кому-то, они прежде всего думают о том, как это они останутся без этого человека. Лиз прекрасно это понимала. Но она не готова была попрощаться. Что же, никто никогда не готов к этому, будем честными. Она на миг отвлеклась от своих мрачных мыслей, посмотрела на Эмбер, что сидела рядом. Девочка смотрела на город через стекло, по лицу трудно было прочитать эмоции. Но ей тоже досталось. Она может и не понимала, почему они сейчас куда-то спешат, но она так помогала Лиз. Почти через три часа девушки были в Филадельфии. Дорога прошла трудно. Лиз практически считала каждую минуту, пока они ехали. Она не могла сомкнуть глаза, поэтому не спала. Было почти пять утра, а она и не ложилась. Эмбер немного поспала в поезде, но выглядела тоже разбитой. Они вышли на станции, заказали такси, которое подъехало почти сразу. Людей было немного, мало кто захочет приезжать в город в пять утра. Водитель довез их до больницы очень быстро. Девушки выскочили из салона, и быстрым шагом пошли к главному входу больницы. Они быстро нашли палату, где лежал отец Лиз. В самом помещении стояла одна койка, где и лежал папа девушки, около него на диване сидя спали мама и брат девушки.  — Ох, папа… — только и смогла произнести Лиз, заходя в палату.  — Элизабет! — воскликнула мама девушки, которая открыла глаза так быстро, как будто и не спала вовсе. Она вскочила с дивана и обняла Лиз.  — Дочка? — тихо спросил мужчина, к которому были подключены несколько аппаратов.  — Да, это я, папа, — обнявшись с мамой и кивнув Дейву, девушка подошла ближе к отцу. — Как ты себя чувствуешь?  — Неважно, сама видишь. Болезнь не отступила и мне кажется, что я устал бороться с ней.  — Но ты должен, — тихо сказала девушка.  — Я знаю, но я устал. Дорогая, я так рад тебя видеть. А это кто? — казалось, что никто, кроме главы семейства и не замечал девочку, неловко стоявшую в дверном проходе.  — Познакомься, это моя дочка. Эмбер, зайди, — она вытерла слезы с лица и развернулась к девочке. Эмбер неловко прошла в комнату, поздоровалась со всеми, и предпочла остаться незаметной в дальнем углу палаты.  — Ох, Лиз, мама рассказывала, что ты собираешься удочерить ребенка. Эта девочка очень милая. Я рад, что ты сделала это, — мужчина взял за руку Лиз и тихо произнес эти слова.  — Папа, спасибо, — она в ответ погладила его руку своей. — Я так рада тебя видеть.  — Я тоже. Остаток утра они провели разговаривая. Точнее, разговаривали Элизабет и Дейв, иногда в разговор вмешивалась мама, а отец все время молчал, изредка улыбаясь историям своих детей. Эмбер же молчала, все еще смущенная всей этой ситуацией, она понимала, что совершенно чужая тут. Но Лиз познакомила всех с девочкой, понимая, что это не самый лучший повод для знакомства с новым членом этой семьи. Не лучший, но какой был. Примерно в 9 утра Элизабет вышла в коридор, чтобы набрать в офис и сообщить, что она сегодня не приедет на работу. Казалось, главный менеджер действительно сопереживает ей, ведь он разрешил не приходить на работу до тех пор, пока ситуация не станет лучше. Он пожелал ей удачи, и они отключились друг от друга. Далее она решила выпить кофе и перекусить, ведь она ничего не ела, хоть и была на ногах всю ночь. Через 40 минут она зашла обратно в палату. Мама тихо плакала, сжимая руку своего мужа, который, казалось, спал. Его глаза были закрыты, а аппарат около койки уже не воспроизводил звуки. Дейв, стоявший рядом, успокаивал маму, но в глазах стояли слезы. Эмбер не было в комнате.  — Что случилось? — нервно сказала Лиз, боясь услышать самое страшное. Ответа не было. Только тихие всхлипы мамы прерывали эту неприятную тишину.  — Нет, — только и успела произнести девушка, в один шаг преодолевая расстояние между входом и кроватью. — Я не верю в это! Она обняла своего отца, мирно лежавшего на кровати.  — Нет, ну как же так. Мы даже не попрощались, — скорее себе, чем кому-либо другому говорила эти слова Лиз. Она практически не плакала. Слишком много нервов ушло еще в дороге, потом при первом разговоре. В палату вернулась Эмбер с доктором, который только и смог, что констатировать смерть. Видимо, девочка бегала за доктором. Но сейчас это все казалось зря. Остальные события прошли как в тумане для всех. Лиз просто сидела на диване, постоянно нажимая на кнопку разблокировки и блокировки экрана. Дейв никак не мог отойти от матери, боясь, что ту нельзя оставлять одну. Эмбер вышла из палаты примерно в тот момент, когда мужчину вывезли на носилках за пределы комнаты. Спустя примерно еще час бессмысленного проведения в больнице, Лиз решила, что пора ехать домой. Предстояло еще заняться похоронами. Это звучало ужасно, ведь они только-только разговаривали с папой. Она встала с дивана, начала одеваться, надо было еще найти Эмбер. Дейв и мама уехали в семейный дом 30 минут назад. А Лиз оставалась, чтобы дождаться каких-то документов, как ей сказал доктор. Но на самом деле, ей казалось, что она просто ждет, пока папу опять привезут в палату. Будто его возили всего лишь на процедуру и немного задержались. И вот пару минут назад доктор все же принес папку, тем самым напоминая, что девушку здесь больше ничего не держит.  — Спасибо, — еле-еле улыбнулась девушка доктору. Как только мужчина вышел в коридор, оттуда раздался его голос:  — Молодой человек, будьте аккуратнее. Вы не на стадионе. В этот же момент в палату вбегает парень, весь немного нервный и чем-то обеспокоенный.  — Привет!  — Луи? — только и может сказать ошарашенная девушка.  — Да, как твой отец, ты как?  — Ты как здесь оказался? — девушка, казалось, не слышала вопросы Луи.  — Я приехал, как только узнал, что ты с папой в больнице. Я подумал, что тебе понадобится помощь.  — Помощь? — поморщилась девушка. — Она мне уже не нужна, — девушка говорила практически отчужденно.  — Что случилось? — хмуро спросил Луи.  — Понимаешь… Папы больше нет. Луи просто посмотрел на Лиз и понял, что девушка чувствует. Она выглядела измотанной, несчастной, даже потерявшейся.  — Пойдем куда-нибудь, — сказал Луи, осторожно подходя к Элизабет и трогая за плечо. Девушка спокойно вышла вслед за парнем, и они направились в больничный кафетерий.  — Знаешь, — заговорил Луи, как только они сели за стол и принялись пить кофе, что принес Луи. — К сожалению, я тебя понимаю.  — Что ты имеешь ввиду?  — Я лишился матери три года назад.  — Твоя мама? — хмуро посмотрела Лиз на парня, надеясь, что услышала предложение неправильно.  — Да, она умерла. Болела. Поэтому, я знаю, что ты сейчас чувствуешь. Не стоит уходить в себя, прошу.  — Я не собиралась, — сказала девушка, беря в руки бумажный стакан с горячим напитком.  — Тебе так кажется. Но пройдет еще немного времени и тебя будет раздражать все и вся. И вот как раз на этом моменте надо вернуться обратно и жить так же, как и раньше.  — Это как? — все еще не смотрела девушка на Луи, устремляя взгляд куда-то в пустоту.  — Не так, как сейчас, — Луи встал с места и подсел к девушке рядом. Тут она посмотрела на него.  — Луи, я очень сочувствую тебе, правда. Но…я вообще не понимаю, как ты здесь очутился, зачем приехал. Я просто…  — Просто ты не понимаешь, что все закончилось. Да, я знаю. Я тоже не верил, не понимал первое время. Элизабет только кивнула.  — Я знаю, что выгляжу так, словно ушла в себя, перестану общаться с внешним миром и вообще пойду повешусь. Но поверь, мне не так плохо, как кажется. Конечно, я переживаю смерть отца. Это произошло, мать вашу, пару часов назад! Но я столько раз прокрутила этот момент в голове, пока ехала сюда, что…это событие не стало сюрпризом. Это было ожидаемо еще с того момента, когда мой брат позвонил вчера и сказал, что папа хочет видеть меня в последний раз. И я все еще не понимаю, какого черта ты тут делаешь.  — Эй, Лиз, не ругайся. Я тебе расскажу. Вчера, как только мы расстались, я понял, что не знаю твой номер, на самом деле ничего про тебя не знаю. Я позвонил своим друзьям, попросить помощи найти тебя. Они согласились и мне оставалось только ждать. Утром, когда я был в аэропорту, они позвонили и сообщили место, где ты работаешь. Я набрал туда и попросил тебя к телефону. А там мне сказали, что ты у своего отца в больнице в Филадельфии, и он в критическом состоянии. Я сразу поехал к тебе, почему-то мне в тот момент показалось, что тебе очень нужна моя помощь. Возможно, теперь я понимаю, что принял решение очень быстро и зря приехал, но тогда…  — Луи, поверь, я очень ценю это. Спасибо, — она положила свою руку на его. — Ты не представляешь, но, когда мы разошлись, я подумала о том же — что у нас нет связи с тобой. Дома я даже немного расстроилась из-за этого. А потом позвонил Дейв…и я уже не думала ни о чем, кроме как об отце. А сегодня его уже нет… — девушка резко убрала свою руку и провела по шее, показывая, что волнуется, говоря эти слова.  — Понимаю, прими мои соболезнования. Мне так жаль, что я приехал не вовремя.  — Ах, к такому нельзя правильно подобрать время. После такой болезни надо быть готовой к худшему. А ты приехал, и это главное. Ты приехал, чтобы поддержать. В этот момент в кафе зашла Эмбер, обвела взглядом помещение и направилась к столу, где как раз сидела девушку, которую она искала.  — Лиз, все хорошо? — спросила она, трогая по плечу девушку.  — Эмбер? — Элизабет испуганно посмотрела на девочку, никак не ожидая ее сейчас тут увидеть.  — Да, а что тут происходит? — только сейчас она заметила рядом сидящего парня и глаза ее округлились.  — Эм, я…я хотела тебя давно познакомить, точнее сказать, в общем, да. Ты…сама в принципе все видишь, — Лиз начала практически заикаться, пытаясь объяснить эту ситуацию.  — Что именно я вижу? То, что ты сидишь за столом с Луи Томлинсоном? Луи в это время молчал, он тоже был в каком-то удивлении или смущении.  — Эмбер, сядь, пожалуйста. Надо поговорить.  — Ох, Лиз, я тоже так считаю. Я тебя искала 20 минут, думала, что ты уже на себя руки наложила, ведь ты так себя плохо чувствовала. А ты сидишь спокойно в столовой и пьешь кофе с моим кумиром. Да, нам определенно стоит поговорить, — девочка нервно села на стул напротив Лиз, быстро взглянув на Луи.  — Эмбер, прости. Я просто сама не знаю, как так получилось. Луи приехал сюда, как только узнал, что папе плохо, я сама не знала, что он тут.  — Откуда Луи знает твоего папу? — девушки разговаривали так, словно Луи вообще не было тут.  — Ну… — начала было Лиз.  — Постой, — перебила ее девочка. — Так вот это к какому Луи ты ходила на встречи! Это я с ним разговаривала? Боже мой, даже я разговаривала с Луи! — закрыла лицо руками Эмбер. В этот момент Лиз встретилась взглядом с Луи.  — Боже мой, ты встречаешься с Луи! — воскликнула в этот момент девочка.  — Мы не встречаемся, — как бы, между прочим, заметила Лиз.  — Ох, это неважно, — Эмбер посмотрела наконец на Луи. — Это вообще реально, что ты сейчас тут сидишь? — эти слова были уже направлены к Луи, который только и смог, что пожать плечами.  — Эмбер, прости, — только и сказала Лиз. — Я хотела сказать с самого начала, но не знала, как. Все знакомство получилось слишком странным и быстрым. А потом не было повода сказать это. И мне очень жаль, что вы познакомились при таких обстоятельствах.  — Ох, Лиз. Я пока не понимаю, что вообще происходит. Ты сидишь тут, твоя мама и Дейв уехали, я бегаю, ищу тебя. А нахожу…я даже не знаю, что мне надо сделать сейчас? Сфотографироваться или попросить автограф? — практически с истерической улыбкой отвечает она.  — Ну…  — Так, Лиз, можно я объясню? — говорит Луи, смотря в глаза Лиз. Девушка только кивает.  — Эмбер… — начинает Луи.  — Да ты и имя мое знаешь! — не то удивляется, не то спрашивает девочка.  — Я много про тебя знаю. Но сейчас не об этом. Понимаешь, если честно, то рассказать о том, что мы с Лиз знакомы, действительно оказалось сложным. И мы действительно виделись всего пару раз. Не было повода, или смелости рассказать все, как есть. И как сказала Лиз, мне тоже очень жаль, что именно при таких обстоятельствах мы с тобой познакомились. По рассказам ты очень умная девочка, так что пойми нас и прими такими.  — О боже, Луи Томплинсон, я вас любым приму, — практически воскликнула девочка. — Просто это все действительно, как во сне.  — Я понимаю, — кивнул Луи.  — Так, ребята, вот вы и познакомились. Но мне кажется, мы должны ехать домой. Надо еще заняться…похоронами, — Лиз начала достаточно бодро, но к концу фразы опять почувствовала грусть и комок в горле.  — Поехали, — только и сказал Эмбер.  — Я с вами. Буду рад помочь. Даже в таком деле, — было видно, что Луи чувствует себя очень неловко, когда речь касается этой темы.  — Спасибо.