Иллюзия мелодии

Ричард нетерпеливо нахмурился. На сцене начинался третий акт, а Призрак и не думал появляться в ложе. Рик смотрел на сцену только краем глаза, но слышал отлично. Вот вступила Кэрри Энн, пела что-то о любви и мыслях, но журналист не мог позволить себе сосредоточиться на представлении. Возможно, Призрак появится сейчас, когда у Кэрри больше всего арий, и нужно быть настороже. Перс в противоположном углу, за шторой, никак не показывал своих нервов. Скорее всего, такая засада была для него не в новинку. Но когда он флегматичным жестом вытащил из-под куртки пистолет с глушителем, Ричард не выдержал и шёпотом спросил: - Какого хрена?! Это что, пушка? - А разве это похоже на розу, мистер Шейн? – иронично изогнул брови Перс, - как вы себе представляете поимку Эрика без оружия? Думаете, сам он настолько беспечен, что ходит с голыми руками? - Но вы ведь не станете применять оружие? - А что, вы предпочитаете подождать, пока он кого-то из нас убьёт? Или, может, вашу невесту? - Он не тронет Кэрри, - возразил Ричард, бросив взгляд на сцену. Там как раз показался Дон Жуан, уже в плаще и маске. Это болезненно напомнило Рику о сопернике. Дон Жуан запел, и Кэрри Энн встала ему навстречу; Ричард невольно увлёкся представлением, хотя даже не знал сюжета. Кэрри выглядела потрясающе, словно настоящая цыганка с волнистыми рыжими волосами. А когда она запела, Рик на секунду поражённо замер, забыв о засаде и вообще обо всём. Такой страсти в её голосе он никогда до этого не слышал, хотя был почти на каждом представлении последние два с половиной года. Кэрри Энн была, похоже, настоящей актрисой, раз могла изобразить такие сильные чувства к этому актёру – Ричард постоянно забывал его имя. А ведь девушка не раз упоминала, что он ей нисколько не нравится, а на репетициях не вызывает ничего, кроме скуки. Но тут всё изменилось – Дон Жуан стремительно приблизился одним гладким и плавным движением и прижал Кэрри к себе спиной. Рика кольнула ревность, хотя он тут же её отогнал. Они просто партнёры на сцене, а это всё – отличная игра, не более того. Музыка стала жёстче, острее, и вместе с ней движения Дон Жуана и Кэрри Энн тоже приобрели страсть и резкость. Голос Кэрри возвышался над залом, звенел и шептал одновременно. Это был её день, её момент, самое лучшее её выступление. Но и Дон Жуан не отставал. Ричард помнил, что в двух первых актах его голос был немного другим. Такой же тембр, в целом, очень похоже, но раньше он был просто актёром, играющим Дон Жуана. А сейчас, там, с Кэрри Энн был настоящий Дон Жуан. Вот они поднялись по лестнице на небольшой мостик, и мужчина отбросил плащ в сторону. Неожиданно Перс подался вперёд, жадно вглядываясь в происходящее на сцене, и Ричард удивлённо покосился на него. - Это не актёр, - хрипло пробормотал Перс, - это Эрик. Рик метнулся к краю ложи, забыв об осторожности, и отдёрнув штору. Когда Дон Жуан сбросил плащ, открылось его лицо в маске и тёмные волосы. Но у актёра они были светлыми. Перс негромко выругался на незнакомом языке и достал пистолет. - Он слишком близко к мисс Монтрей, - пробормотал мужчина, - если бы она чуть-чуть отодвинулась… - Вы не станете стрелять! – воскликнул Ричард, - вы с ума сошли? Вы попадёте в Кэрри! А если даже и нет, то нас обоих за это посадят! - Я отлично стреляю, мистер Шейн, - спокойно возразил Перс, - а этому человеку в моей стране вынесено несколько смертных приговоров. - Но мы не в вашей стране! И вы собираетесь стрелять в человека на сцене, в зале, полном народа! В человека, который стоит рядом с Кэрри! - Мистер Шейн, зачем, по-вашему, он сейчас там стоит? Если он заберёт вашу невесту к себе в логово, вы её больше никогда не увидите. Ричард нахмурился, глядя на сцену. Призрак прижимал Кэрри спиной к своей груди; внизу танцевали балерины, одетые в красное и чёрное, играла музыка. Никто больше не замечал, что на сцене не тот человек. Но вот он запел снова, и, кажется, это было не по сценарию. Кэрри Энн отшатнулась, и Перс вскинул пистолет. Ричард открыл было рот, чтобы его остановить, но понял, что изо рта не вырвалось ни звука. Раздался сухой щелчок, и Призрак, дёрнувшись, взглянул прямо на них. Последнее, что увидел Ричард, был взгляд Кэрри Энн. Призрак хлопнул в ладоши, и зал погрузился во мрак. Смолкла музыка, среди зрителей начались перешёптывания. Перс чертыхнулся, а Рик всё продолжал вглядываться в сцену, пытаясь увидеть Кэрри, но видел только темноту. Свет снова вспыхнул. Мостик над сценой был пуст. - Быстро, бежим! – Перс кинулся к выходу из ложи, на ходу пряча пистолет, и Рик бросился следом. Они сбежали вниз по центральной лестнице, и Перс решительно выбрал одну из дверей, ведущую к сцене. За кулисами царила неразбериха; все уже сообразили, что главных героев на сцене нет, и пытались их найти. Ричард огляделся и увидел мисс Грейсон; она выделялась на фоне всеобщей суматохи тем, что просто стояла, прислонившись к стене. Такого выражения на её лице Рик раньше не видел. Недовольство и раздражение – да, но никак не растерянность. - Мисс Грейсон! – Ричард и Перс пробились к ней, и женщина вздрогнула, очнувшись от своих мыслей. - Где Кэрри? Он её похитил?! – воскликнул Рик, пытаясь перекричать шум и голоса артистов. - Вы обещали, что с ней ничего не случится, - обвиняюще бросила мисс Грейсон, обращаясь к Персу. - Вы знаете, как добраться до его убежища? – вместо ответа спросил он. Мисс Грейсон помолчала, кусая губы, видимо, борясь с какими-то своими мыслями. Ричард же, в свою очередь, боролся с желанием на неё накричать. Если она знает, где живёт этот урод, то почему мешкает и не хочет говорить?! - Я могу отвести вас, но не до конца, - наконец сказала она, - дальше пойдёте сами. - Да, да, хорошо! – быстро воскликнул Ричард, - только быстрее, пожалуйста, мисс Грейсон! Балетмейстер огляделась и поманила их за собой в один из боковых коридорчиков. Вскоре Рик понял, что они идут по направлению к гримёрке Кэрри Энн. Открыв дверь, мисс Гресон велела им отодвинуть столик от зеркала, а потом присела на корточки и ощупала резную раму у самого пола. Спустя минуту, к изумлению Ричарда, зеркало плавно скользнуло в сторону, открыв тёмный тоннель. - Вам туда, - указала женщина на вполне очевидную теперь вещь, - но предупреждаю, в этом лабиринте очень легко заблудиться и остаться навсегда. Последние слова прозвучали зловеще, особенно вкупе с её спокойным лицом. Перс кивнул в знак благодарности и бесстрашно шагнул в проход. Ричард дёрнулся следом, но мисс Грейсон остановила его, положив руку на плечо, и шепнула: - Опасайтесь его, мистер Шейн. - Призрака? – удивлённо переспросил Рик. - Нет, не Призрака, - балетмейстер покачала головой и, отпустив его плечо, быстро вышла из гримёрной. *** Кэрри выбралась из лодки сама, спрыгнув в воду. Юбки мгновенно намокли до колен, как и лёгкие туфельки. В пещере ничего не изменилось с тех пор, как Кэрри Энн была тут в прошлый раз. Мягкий свет сотни свечей, везде книги, ноты, рисунки. Призрак молча взял её за локоть и повёл в соседнее помещение, туда, где стояла кровать. На покрывале лежало белоснежное свадебное платье; увидев его, Кэрри на секунду замерла и подняла на Эрика глаза. - Надевай, - бросил он. - Ни за что! – воскликнула Кэрри. Призрак неожиданно улыбнулся. - Ты такая красивая, когда злишься, - чуть мечтательно заметил он и взял в пальцы кудрявую рыжую прядь, выбившуюся из причёски. Кэрри вздохнула. Перепады его настроения, от меланхолии к ярости, а оттуда – к флегматичному пофигизму, немного пугали и безмерно раздражали. Эрик отпустил её волосы и взял правое запястье, прижав к своим губам. Девушка вздрогнула – и руки, и губы его были просто ледяными. Призрак аккуратно стянул с безымянного пальца простенькое колечко и не глядя швырнул куда-то в сторону. - Сколько ещё раз мне придётся так делать? – чуть насмешливо поинтересовался Эрик. - Эрик… - поморщившись, начала Кэрри Энн и устало вздохнула, - почему бы тебе просто не принять тот факт, что я сама хочу принимать все решения в жизни? Призрак молчал. То ли удивился, то ли просто не знал, что сказать. - И какое решение ты приняла? Убить меня? Поверь, Кэрри, сговориться с Персом – не самая удачная мысль, - в этот раз он даже не пытался скрыть насмешку в голосе. - Я ведь пыталась тебе сказать! – вспыхнула Кэрри, - я была на крыше! Говорила тебе не ходить в пятую ложу! - Я и не пошёл, как видишь, - пожал плечами Эрик, - я тебе поверил. Но меня чуть не убили на сцене, если ты не заметила. - Я не знала, что они с оружием придут! – рассерженно выкрикнула Кэрри, и слово «придут» отразилось от стен пещеры многократным эхом. - Они? Значит, многоуважаемый господин журналист тоже здесь? – ехидно подытожил Призрак, и Кэрри Энн прикусила язык. - Надевай платье, мой ангел, - уже более мягко сказал он спустя минуту, - или ты хочешь, чтобы я уважал твоё решение простудиться и потерять голос? На это Кэрри ответить было нечего. Она хмуро передёрнула плечами и потянулась к платью. Спустя минут десять она наконец разобралась со всеми молниями и крючками и поискала глазами зеркало, но ничего похожего не нашла. - Тебе идёт, - с нежностью сказал Эрик, и Кэрри обернулась. Призрак протянул ей вязаную шаль. - Это принадлежало моей матери, - Эрик сам набросил шаль ей на плечи и приобнял, прижимая к себе спиной. Кэрри почувствовала, что в горле встал ком. Такой нежности и мягкости, с какой он говорил о матери, в голосе Призрака она раньше не слышала. Её с головой накрыло чувство дежа вю, и девушка откинулась головой на его плечо. - Её звали Клэр, - сказал Эрик, - Клэр Дестлер. Благодаря ей, я не чувствовал себя уродом до десяти лет. - А… потом? – тихонько спросила Кэрри, запрокинув голову так, чтобы видеть его лицо, пусть и перевёрнутое. - А потом её не стало, - просто ответил Призрак, - её убили из-за отца. Он связался с бандитами и не смог отдать им деньги… но они всё-таки получили то, что заслужили. Кэрри сглотнула, понимая, что получили они явно не свои деньги. Но это её не ужасало; ужасало другое. - Но ты сказал, тебе было десять. - Да, сказал, - просто ответил Эрик, но ничего к этому не добавил. Кэрри закуталась в шаль и обернулась. - Там, на сцене, что ты собирался тогда сказать? – спросила она. - А что бы ты хотела услышать? – в своей любимой манере Эрик ответил вопросом на вопрос. Кэрри Энн опустила глаза и покачала головой. - Я не знаю. Призрак протянул руку и коснулся пальцами её лица. Он уже снова был в своей обычной одежде и белоснежной маске, покрытой странными узорами. - Я люблю тебя, Кэрол Энн, - спокойно сказал он, - это именно то, что я хотел сказать.