Вместе

      Канаме улегся на диван, поставив на столик бокал вина. Давно ему не было так спокойно и хорошо. Мысли лениво неслись в голове, и только одна так и будоражила. Точнее одно воспоминание. Он слегка улыбнулся, удобнее устраиваясь на диване. Все же память штука классная. Особенно когда есть что вспомнить. Голова просто кружилась, от знания того, что никто не знает. Каким милым может быть зверюга по имени Кирию Зеро. Одна эта мысль просто будоражила. И это чувство появилось давно. Он же просто магнит. Яркий, притягательный, умный, и до жути обаятельный, хоть и вечно ворчливый. Но это само собой в нем сочеталось как раз так, как нужно. И его комната удачно находилась напротив комнаты владыки ночного общежития. Придаваясь неге, Канаме прокручивал в голове тот момент в комнате Зеро. Не зря тогда он сам пошел за неугомонным охотником. Кто бы мог подумать, что простая детская потасовка выльется в такую жаркую и возбуждающую картину. Канаме громко сглотнул, нервно поерзал на диване и потянулся к бокалу, с наслаждением делая глоток. Картинки краснеющего, задыхающегося в объятиях Зеро мельтешили в голове, радуя довольного донельзя хозяина комнаты. Дверь со скрипом открылась на пороге материзовался Итидзе, как всегда улыбаясь, но увидев, в каком состояние его друг чуть удивился. Канаме никогда себе не позволял эмоциям взять вверх, а сейчас лежал расслабленно на диване, при этом хищно чему-то ухмылялся. Такуми было скучно, и он решил сыграть в шахматы с лучшим другом, но сейчас очень робел вообще к нему подходить. Он единственный кто не боялся президента лунного общежития. Постучав по двери, Итидзе привлекает внимание хозяина комнаты. Тот лениво поворачивается и смотрит на гостя как-то совершенно не дружелюбно. - Что-то случилось? – Нехотя говорит Канаме, желая снова предаться воспоминаниями, а не глупым разговорам. - Канаме? С тобой точно все хорошо? – Задает вопрос с придыханием Такума. - А почему должно быть мне плохо? – Язвительно отвечает Канаме и сам удивляется. Он садится на диван, уставившись на гостя. Сразу становиться не по себе. Он же не должен показывать свои истинные чувства. Слишком расслабился. А может даже влюбился не первая мысль, которая посетила его. Такуми аккуратно садится рядом и робко спрашивает: - Может поделишься? - Все хорошо, не волнуйся, я сам разберусь! – Это только его воспоминания, и только его Зеро. - Ладно, но ты знаешь, я всегда помогу, Канаме, мне ты можешь доверят. – И Итидзе ушел, прикрыв за собой дверь. Доверие. Он доверяет только себе, своим чувствам и ощущениям и именно сейчас так хочется просто открыть дверь и… Опять же спешить нельзя. После этого случая доволен только один, а другой ходить как призрак, и так бледен, а тут просто сливается со стенами. Как же все сложно. С Юкки было все проще. И тут Канаме резко встает с дивана. Юкки. Он совсем о ней забыл. Он её не видел, наверное, больше месяца. Постояв в неком подобие шока, Канаме лег обратно на диван. Это точно неспроста. Он никогда не забывал про свою сестру. Никогда. Видимо, настало время, и он влюбился в другого. Эта мысль вертелась как детская Юла. Снова схватить со стола бокал вина, он жадно делает глотки. Вдруг резко не хватает воздуха, Куран встает с дивана и открывает окно. Запах из сада, где росли восхитительные розы, чуть стал убаюкивать Канаме. Внимательно оглядев всю территорию, он замечает свое наваждение. Зеро склонился над розой, и глубоко вдохнул запах цветка. Всего лишь парень, а сколько эмоций вызывает в нем, и это пугало. Сиреневые глаза посмотрели вверх, увидев того, кого избегал, быстро развернулся и дал деру. Надо было спокойно закрыть окно и лечь спать, но Канаме не удержался и засмеялся, громко, с чувством. Что-то в нем ломал Зеро. Очень точно ломал и сам об этом не знал. Отсмеявшись, Канаме лег спать, прокручивая как фотопленку образ любимого, все его образы. Наслаждался тем, что обязательно будет его. Только его.