ворон.

Утро встретило принца грозовыми тучами. Казалось, тучи висели не только в небе, но и над головой юноши. Он совершенно не выспался, а ещё его всё так же преследовало предчувствие чего-то нехорошего, что очень удручало парня. На завтрак он спустился последним. За столом его уже ждали родители, Лиам и няня. Поцеловав сестрёнку в тёмную макушку, принц поспешил на своё место. - Мой принц, с вами всё в порядке? – спросила седовласая женщина, обеспокоенно вглядываясь в глаза Кёнсу с чёрными кругами под ними. - Да, я просто не выспался, - ответил тот, намазывая на тост джем. - В последнее время вы плохо спите. Может позвать лекаря? – предложила она, но принц отрицательно замотал головой. - Нет, не нужно, со мной всё хорошо, - заверил её Кёнсу. – Просто вечерами зачитываюсь и забываю о времени. На это няня больше ничего не сказала и продолжила трапезу. Юноша замечал, что время от времени отец посматривал на него, но так ничего и не говорил. Только когда принц уже собирался встать из-за стола, звучный голос короля заставил его сесть на место. - Кёнсу, - проговорил отец, - задержись на минутку. У нас важная новость и я хочу, чтобы вы все услышали её… Через месяц к нам в замок приезжает особая гостья. - Гостья? – повторил принц. - Да, гостья, - кивнул король. – Твоя невеста, Кёнсу. Няня охнула, маленькая принцесса радостно захлопала в ладоши, а мать принца легко улыбнулась. Один Кёнсу впал в ступор и непонимающе смотрел на отца. Его невеста? - Как ты знаешь, - продолжил глава государства, - недавно я ездил в соседнее королевство. У тамошнего короля есть дочь, она всего на пару лет младше тебя. Мы с её отцом решили женить вас. За столом начался небольшой галдёж. Возбуждённая новостью принцесса начала щебетать, расспрашивая у матери и отца о невесте и самой свадьбе, а няня пыталась её унять. Принц сидел молча и смотрел в сторону короля, но куда-то мимо него. Наконец, спустя минуту, Кёнсу встал из-за стола, громко заскрипев ножками тяжелого стула, и поспешил вон из обеденного зала. Он постарался побыстрее найти себе укромное место, потому что боялся преследования няни. Через пару минут принц уже сидел меж стеллажами книг в, казалось, бесконечном лабиринте библиотеки. Шок от новости, которую так неожиданно преподнёс король, проходил, вместо него в голове начали роиться мысли. Кёнсу не мог жениться, он вообще не любил женщин, зато он любил Чонина. Почему-то до этого момента парень не задумывался о будущем, ему казалось, что время стоит на месте, и он целую вечность ещё сможет видеться с Чонином. Теперь принц понимал, что нужно что-то менять. И единственным решением он видел побег. Три дня до следующего визита Чонина всегда казались Кёнсу вечностью, но здесь эту вечность умножили на ещё одну. Парень избегал всю свою семью, в частности и няню. Король, видимо, решил пока не трогать сына и дать ему время, что было очень кстати для принца. За это время он успел всё обдумать, а в последний вечер собрать небольшую сумку. Когда Чонин забросил в окно принца камушек, тот уже стоял у окна полностью одетый с верёвкой в руках. Когда же младший влез в комнату, Кёнсу резко притянул его к себе и поцеловал. - Что ты… - начал Чонин, не понимая, что происходит. - Я сбегаю, - выпалил принц, улыбаясь. – Вместе с тобой, к отверженным. Старший ожидал, что Ворон обрадуется, но тот только нахмурился. - Почему? Объясни в чём дело. - Отец хочет женить меня, - сказал Кёнсу, но радость в его голосе от предстоящего побега куда-то пропала. Ему не нравилось поведение Чонина, который тяжело вздохнул и сел на подоконник, высвобождаясь из объятий старшего. – Я ведь… люблю тебя. Я не хочу жениться, я… - парень умолк, уставившись большими глазами на Ворона. Происходило что-то неправильное. - Я знал, что этот день настанет, - проговорил Чонин, поднимая тяжелый взгляд на Кёнсу. – Ты ведь принц, Кёнсу. Ты не можешь сбежать со мной. У старшего перехватило дыхание. - Хочешь сказать, что я должен остаться здесь, жениться на принцессе и довольствоваться редкими встречами с тобой? – спросил он. Чонин виновато отвёл взгляд и Кёнсу всё понял. – Ты не собираешься больше приходить, - выдохнул он. – Ты решил порвать наши связи из-за того, что я принц и у меня есть обязанности перед страной и родными, я прав? – спросил парень и, не дождавшись ответа, издал звук, похожий на фырканье. Прозвучало раздражительно и насмешливо. - Мне пора, - выдавил из себя Чонин, выпрямляясь и перекидывая ногу через подоконник. - Ты ведь несерьёзно? – с мольбой в голосе проговорил Кёнсу, хватая Ворона за плечо. Младший поднял всё тот же тяжёлый взгляд, припечатывая принца к полу. Он сбросил руку и полностью выбрался наружу. Кёнсу не пытался остановить Чонина, он просто стоял у окна, а слёзы градом лились из его глаз. Он мог бы последовать за младшим, но злость и гордыня подавляли это чувство. На столицу опустилась долгая ночь. - Мой принц, я могу войти? – послышался голос няни из-за двери. Прошла уже неделя с тех пор как Кёнсу видел Чонина. Все в замке были обеспокоены состоянием принца, который вдруг замкнулся в себе и ни с кем не желал говорить. Все сочли, что это из-за предстоящей свадьбы, но только няне казалось, что дело в другом. Она знала принца лучше чем кто либо, даже лучше родителей, он напоминал ей её ребёнка, которого женщина когда-то потеряла, и желала ему счастья. Не дождавшись ответа, няня вошла в покои принца. Пошарив взглядом по комнате, она нашла парня в постели, обложенного книгами. Женщина подошла ближе и опустилась на край кровати. - Почему во всех книгах присутствует любовная линия? – вдруг заговорил принц. – Даже в приключенческих. - Вам стоит читать научную литературу, вот уж где нет любовных линий, - проговорила няня и Кёнсу слабо улыбнулся. – Я рада, что вы заговорили со мной. - Вы ведь моя няня, вас я не могу игнорировать, - сказал парень, смотря на седовласую женщину. Среди её морщинок на лбу появились ещё несколько – няня хмурилась. Кёнсу вздохнул. – Почему вы хмуритесь? Вы беспокоитесь за меня? - Я беспокоюсь, но хмурюсь не из-за этого, - ответила женщина. – Я хочу вам кое-что рассказать, но не уверенна, имею ли право. Взгляд принца стал более заинтересованным, он даже сел на кровати. - Это пророчество, - тихо сказала няня. – Оно было сделано через год после вашего рождения. - Что за пророчество? – нахмурился принц. А что если это что-то плохое? - Я знаю его наизусть, - женщина начала цитировать: - «Вырастет принц умным и красивым, но как минут двадцать лет его жизни, так и пропадёт он из замка. Искать будет тщетно, уйдёт принц к Ворону да не вернётся.» На несколько длинных секунд упала тишина. Но вот на лице принца появляется лёгкая улыбка, которую он пытается скрыть. - Вы ведь хотите уйти, верно? – спросила няня. – У вас есть план, я знаю. Не знаю, кто этот Ворон, но он важен для вас. Возможно, вы любите его… - последние слова женщина произнесла очень тихо. Принц обеспокоенно уставился на неё. - Вы… Вы выдадите меня? – спросил Кёнсу. У него правда был план, но до этого момента парень совсем не был уверен в нём. - Нет, - женщина замотала головой. – У меня был сын, но ещё до вашего рождения я потеряла его. Вы очень похожи на него, мой принц, поэтому я желаю вам счастья, - няня улыбнулась, и Кёнсу ответил тем же. Он обнял её и вскочил с кровати. Как заведённый, принц метался по комнате, одеваясь и собирая вещи. Через пятнадцать минут он был полностью готов, но идти куда-то не спешил. Парень застыл посредине комнаты, смотря в окно, за которым уже было темно, и думал о чём-то. Он сомневался, правильно ли поступает. Чонин отверг его, и сердце до сих пор болело, но, в конце концов, Ворон совсем молод и отнюдь не умнее юного принца. Мысли младшего были слишком благородными для эгоистичного Кёнсу. - Не хочешь написать послание родителям? – предложила няня. Кёнсу подумал немного и кивнул. Несмотря на то, что он не был слишком близок с отцом и матерью, принц любил их. Поэтому, сев за стол, он начал писать. Спустя полчаса раздумий и нескольких смятых листов парень отдал няне письмо. «Простите меня, мама, папа. Мы не были близки, не знаю, кто в этом виноват – вы или я, но всё же я любил вас, а вы меня. Правду принять тяжело, но вам стоит знать её. Я – отверженный. А попросить прощение я хочу за то, что втайне от вас встречался с человеком, которого люблю всем сердцем. Моё поведение слишком эгоистично для принца, на плечах которого лежит ответственность за всё королевство, но я всегда был эгоистичным. Но у государства есть Лиам. Когда она станет королевой попросите у неё прощение от моего лица за то, что сгрузил правление на неё. Уверен, из неё королева выйдет лучше, чем из меня король. Я знаю, что правда о том, что я – позор для королевской семьи. Поэтому прошу не говорить её народу, скажите, что меня ранил вепрь на охоте и я умер. Так будет лучше. Спасибо вам за всё. С любовью, ваш сын Кёнсу.» - Спасибо вам, няня, - обратился принц к женщине. – Спасибо за то, что были мне как мать, - он обнял её. – Поцелуйте за меня малышку Лиам. Кёнсу выбросил за окно верёвку, по которой обычно поднимался Чонин и которая всё ещё была привязана к ножке кровати. Бесстрашно спустившись по ней вниз, парень поспешил к спрятанным дверям и открыл их отмычкой, как учил младший. Принц без проблем растворился в толпе. Только в лесу принц понял, что не подумал об одной вещи – он совсем не помнил путь к лагерю отверженных. Страх накатывал всё сильнее с каждым шагом. За спиной снова чудились голодные волки, но если в прошлый раз рядом был Чонин, то теперь одинокий Кёнсу практически сходил с ума. Ещё полчаса блуждания по тёмному лесу превратили принца в параноика. Ему так часто мерещились шорохи, что, когда послышались настоящие, парень не придал им особого значения, потому что впереди в кустах мерещился волк. Естественно волка в кустах не было, зато двое всадников позади были абсолютно реальными. - Стой, кто здесь? – послышался за спиной принца голос из-за которого парень чуть не лишился рассудка. Когда Кёнсу повернулся, то едва разглядел в свете полной луны двоих молодых парней на лошадях. Принц молил Бога, чтобы они не оказались разбойниками. Но кому ещё разгуливать ночью посреди леса? Разве что сбежавшим принцам. - Я… я… - заикаясь начал Кёнсу, думая, что сказать. Вспомнив слова Чонина о том, что разбойники огибают отверженных стороной, парень выпалил: - Я отверженный. - Да? – усмехнулся второй. – Мы тоже. Только что-то мы не знаем тебя. - Чен, ну что ты. Вдруг это кто-то новый, мы ведь уезжали надолго, - сказал первый, а в голове у принца промелькнули знакомые имена. - Чен? – переспросил он. – Чен и Сюмин? - Ты нас знаешь? – удивился Чен. - Чонин и Сухо говорили о вас, когда я был последний раз в вашем лагере, - протараторил Кёнсу. Он был ужасно рад, что наткнулся на друзей Ворона. - Так ты всё-таки наш! – воскликнул Чен. – Что же ты делаешь здесь? - Я сбежал из дома и вот заблудился, - неловко промямлил Кёнсу. - Что ж, забирайся ко мне на лошадь и расскажешь нам по дороге, почему же ты сбегаешь один, - улыбнулся Сюмин и подал руку младшему. Ехали по ночному лесу они не быстро, поэтому Кёнсу вкратце успел рассказать всё. Парни говорили мало, только удивились тому, что он принц, а Чен даже отпустил пару шуточек по этому поводу. Кёнсу эти ребята понравились, они были очень спокойными и абсолютно беззаботными и передавали свой настрой принцу. Но беззаботность сразу же пропала, как только лошади остановились у большого дерева, где горел свет, и пришли нервы вперемешку со страхом. Кажется, парней ждали, потому что большое дерево было набито отверженными, которые в такой поздний час должны были уже спать. Парни приветствовали друг друга, совсем не замечая принца, а тот высматривал Чонина, но не находил. Наконец-то Кёнсу заметили. - Принц? – первым сказал Чанёль и все вокруг умолкли. - А где Чонин? – спросил Кёнсу, смущённый тишиной. На него смотрели как на привидение. - Он у себя, - отмер первым Бэкхён. – Лестница опущена, я недавно носил ему еду, - и старший улыбнулся. - Спасибо, - кивнул Кёнсу и устремился к дереву Ворона, дорогу к которому он очень хорошо помнил. Уходя, он слышал, как за спиной нарастали возбуждённые голоса. Верёвочная лестница и правда была спущена, поэтому принц без проблем забрался наверх. В домике было темно, но дверь оказалась приоткрыта. Оглушённый собственным сердцебиением, парень не спеша вошёл внутрь. - Я не спущусь, - услышал Кёнсу сонное бормотание Чонина. – Я уже сплю, завтра увижу парней, переживут. Пока без слов принц приблизился к матрасу, на котором сейчас лежал младший, и сел рядом. Он осторожно положил ладонь на плечо Ворона и тот дёрнулся. - Я ведь сказал, Бэкхён… - раздражённо начал Чонин, резко поворачиваясь к Кёнсу, и враз застывая. Парень совсем не выглядел сонным, но был явно изнеможённым. - Привет, - тихо проговорил Кёнсу. - Привет, - хрипло отозвался Чонин. Он опасливо поднял руку и коснулся пальцами щеки старшего. – Ха, это ты, - усмехнулся парень. - Я, - кивнул принц, жадно всматриваясь в едва различимые черты лица, по которому он так соскучился. – Не прогонишь ведь, глупый мальчишка? - Я глупый? – переспросил Чонин. - А как же, - улыбнулся Кёнсу, наклоняясь к лицу Ворона. – Решил перечить принцу. Я никого не слушаю и делаю, как хочу. - Ох, простите, Ваше Высочество, я больше не буду, - решил пошутить Чонин, но голос у него был слишком тихим и интимным для шутки. - Я надеюсь, - и старший поцеловал его. – А теперь двигайся, я хочу спать, - как ни в чём ни бывало проговорил он. Чонин отодвинулся к стене, освобождая место для парня, и тот лёг лицом к лицу младшего. Ворон обнял его и уткнулся носом в макушку. Счастье переполняло тело и глупую голову Чонина, отчего тот быстро пьянел и проваливался в сон, убаюканный теплом Кёнсу. А Кёнсу лежал и думал о том, что больше никогда младший не будет мозгом в их отношениях. Лес встретил утро тишиной и холодной росой на траве. Лагерь отверженных спал мёртвым сном из-за ночных событий. Благородный Ворон и эгоистичный Принц спали в обнимку, видя одни и те же сны. А пророчества в который раз доказали, что они никогда не ошибаются.