Два Мастера - одна судьба

Сакура не могла поверить, что Какаши прибегает к таким страшным силам. Это ненормально — человек не должен обладать такими способностями. Это нечеловеческая сила. Сакура смотрела на девушку-тень в странной маске в форме черепа, и не могла поверить, что ее будущий муж способен призывать такое существо. В голове не укладывалось, как такое возможно. Сакура почувствовала, как внутри все дрожит — не только от голодания, слабости и пережитого стресса, но и от отвращения, а так же страха к этому существу (или духу?). — Зачем ты это делаешь, Какаши? Зачем используешь такие способности? Ты не должен призывать Тень Смерти, — умоляюще проговорила Харуно. — Чем больше ты станешь применять такие способности, тем меньше в тебе останется человеческого, — тихо и печально сказала Сакура. Она не смотрела на Какаши — боялась посмотреть. — Я боюсь, — чуть слышно произнесла девушка, — боюсь твоих способностей. Какаши не верил своим ушам. То есть не захотел верить. Именно этого он и опасался — ее страха перед ним и его даром. Хатакэ беспомощно смотрел на нее, не зная, что сказать или сделать, чтобы успокоить ее. Сказать, что она не права, что это часть его дара, его силы, а отказываться от своих способностей тоже самое, что и от себя? Его сила — часть его самого, и она должна принять это сейчас, иначе со временем станет еще тяжелее понять это. Какаши не чувствовал в себе никаких изменений, ему казалось, что он такой же, как и прежде. Так как амбал был уже в наручниках, Какаши решил, что Тень больше не нужна и подавил свою силу. Кажется, все вздохнули с облегчением. Как и сам Какаши. Хатакэ и Харуно на втором этаже, а комиссар и прибывшие специалисты находились внизу. Из сада, что был разбит позади дома, раздался крик и выстрелы полицейских. — Комиссар, комиссар! Какаши с Сакурой подбежали к окну и увидели, как двое полицейских стреляют в человека, которому, казалось, пули почти не причиняли видимого вреда. Человек выглядел довольно молодо, если не считать седых висков. Но когда Какаши взглянул ему в глаза, то понял, что ошибся. Глаза принадлежали старому человеку, который смертельно устал от жизни. Возле его ног лежали два тела полицейских. — Не ходи, Какаши, я сама справлюсь, — сказала Сакура. — Что?! Ты в своем уме?! — Он ничего не может мне сделать своей силой, а оружия я у него не заметила. Там достаточно деревьев, они мне и помогут с ним справиться. Я чувствую силу, чувствую, что не так и ослабла, пока меня опаивали какой-то дрянью, — почти спокойно проговорила Сакура. — Ты меня знаешь — я не стану сидеть сложа руки и бездействовать, — быстро проговорил Какаши, пока они спускались в сад. — Хорошо, я его отвлеку, — она схватила Какаши за руку, — а ты жди удобного момента, чтобы покончить с ним. Не подходи к нему близко и не используй Тень — я боюсь. Я чувствую его силу — он не очень силен. Пообещай, что не будешь использовать Тень. Только в крайних случаях. Не губи себя. Какаши кивнул, хотя и не знал, как может прикончить того Мастера, не используя дара. Но Сакура права — нельзя подходить близко, пока она не отвлечет противника. Какаши посмотрел на свою трость. Учитывая его рост, она была довольно длинной. Может быть ее и использовать? Они вышли в сад, где полицейские все так же продолжали стрелять. — Плохо дело, у нас нет запасных патронов (кто же знал, что здесь так опасно, и что здесь окажется такой Мастер), а подходить к нему слишком опасно. Никогда бы не поверил, что человек может жить с пулей в голове. Но сами видите, — проговорил комиссар. — И не нужно, комиссар. Прикажите людям прекратить огонь и отойти в дом! Мы сами справимся. И еще, мне придется убить его, скорее всего, — проговорил Какаши, — но я не хочу проблем с правосудием. Комиссар и констебли переглянулись. Эдгар ответил: — Думаю, с этим не будет проблем. Не знаю, что вы собираетесь сделать, но я вас очень прошу — будьте предельно осторожны. Я не хочу, чтобы на моей совести и репутации оказалось два трупа гражданских. Сакура смотрела на человека, который стоял неподалеку от нее — он опирался рукой о дерево и спокойно улыбался ей. Он не пытался бежать так, как раны еще не затянулись до конца. Сакура удивилась, как на таком молодом лице могут быть такие старые глаза, которые ничего не выражали. — Антипод, значит? — спросил Мастер. — И что ты можешь — продлить мне жизнь? Если твоя сила в жизни, то твои попытки остановить меня, выглядят глупо. Да ты и не можешь мне навредить — мы противоположны по силе. — Да, ты прав, я не могу причинить тебе вреда, но деревья могут помочь мне в этом. Сакура стояла прижавшись к огромному дереву, и ее сила сливалась с его жизненной силой. Сейчас Мастер чувствовала все дерево — от корней до самой верхушки. Сакура понимала, что этого человека нужно как можно быстрее обезвредить, иначе он сможет нейтрализовать ее силу и дерево не сможет удержать его. Человек нахмурился, глядя на Харуно. Он тоже почувствовал, как земля под ногами зашевелилась. Мастер Смерти не мог знать, что происходит под землей, иначе не стоял бы на месте, а постарался удалиться как можно дальше от девушки. Сакура не понимала, почему этот человек так спокоен? Он что, действительно собирался убить всех, кто здесь находится? Так надеялся на свой дар? Мастер Смерти двинулся к девушке, и тут же за его спиной разошлась земля, откуда появились корни дерева и быстро обвились вокруг ног и туловища Мастера. Он упал лицом вниз. Сакура не знала, что делать дальше. Конечно, она могла попросить дерево задушить этого человека, но она понимала, что не сможет убить. Это не для нее. Как она сможет жить с этим? На секунду она замешкалась и заозиралась по сторонам, как будто ища ответа. — Никогда не убивала? — догадался Мастер Смерти и улыбнулся. Он только собирался нейтрализовать силу этой девушки, как в шейные позвонки врезалось лезвие и провернулось несколько раз, ломая кости и разрывая плоть. Шея человека неестественно искривилась. Какаши для надежности еще раз с силой вогнал лезвие в шею Мастера. Хатакэ больше не чувствовал этого убийцу, значит, он мертв. Сакура оцепенела от понимания того, что она только что помогла убить человека. Конечно, трудно назвать человеком того, кто ради выгоды или удовольствия убивает людей. И все-таки… Ей стало нехорошо. Она видела, как кровь выходит из раны вместе с жизнью этого человека. Под лицом Мастера растекалась кровавая лужица, и Сакура почувствовала сильную тошноту. Она хотела убежать отсюда, но ноги стали ватными, как будто онемели. Сакура закрыла глаза. — Как ты так можешь, Какаши? Как можешь так легко убивать? Я не понимаю, — заплетающимся языком проговорила девушка. Какаши видел, как его невеста тяжело переживает смерть этого подонка, и сказал правду: — Потому что я знаю, кто он и что он делал. Он убивал ради выгоды невинных девушек, невинных людей, не задумываясь! Да, я тоже убиваю, но только конченых людей, которые приносят только страдания и боль другим людям, Сакура. И мне ни капли не жаль их! Я ЧУВСТВУЮ всю грязь и мерзость их поступков. Их души настолько прогнили, что их уже не спасти! И я убиваю только потому, что не могу сдерживать свою силу, иначе она просто прикончит меня. Какаши прижал девушку к себе. — Я хочу домой, — жалобно произнесла она, — и хочу есть. — Не хотел бы я связываться с такими, как вы, — произнес голос комиссара. Он внимательно посмотрел на Хатакэ. — Жаль, что вы живете в Империи, а не в Султанате, а то бы я с удовольствием пристроил вас в наше отделение. Меньше мороки было бы с преступниками. Какаши понял, что Эдгар слышал их разговор. Он устало вздохнул. — Я знаю, что это против закона, но не могли бы вы нас не впутывать в это расследование? Мы просто путешествовали, но так получилось, что… — Я понял вас, Хатакэ. В общем, не так уж и трудно это устроить. Якобы мы сами раскрыли эту преступную группу. Хм, это, несомненно, улучшит график раскрываемости, да и премия тоже не лишняя. Мы давно разыскиваем этих торговцев. Ренеди сосредоточенно думал, как лучше поступить и списать все на заслуги полиции. Давно у его людей не было столь удачного раскрытия крупной преступной группировки. Не удались последние месяцы. Была еще одна причина отпустить этих двоих с миром — Ренеди немного струхнул, когда понял, что перед ним незаурядный Мастер Смерти — Какаши Хатакэ. Лучше такого не волновать — себе дороже. — Я думаю, мы с вами в расчете. Среди моих спецов есть Лекарь, покажите Сакуру ему, он поправит ее состояние. Он как раз сейчас уезжает отсюда, и вас подкинет, если поторопитесь. И надеюсь, вы как можно скорее покинете Астафи. Не советую вам плыть морем (куда бы вы не направились) — приближается циклон, насколько я знаю. По крайней мере, так говорят Воздушники и Мастера Воды. Ренеди стремительно развернулся, давая понять, что разговор окончен и им пора уходить… Два дня спустя Какаши и Сакура прибыли в маленький городок под названием Ханабад. Дорога оказалась не слишком хорошей, не говоря уже о духоте, которая изматывала. Сакура так устала за последние дни, что без сил упала на кровать и тотчас заснула. Какаши зашел в комнату невесты, но та уже спала крепким сном. Он не стал ее будить, хотя время было только два часа дня. Он сел рядом с ней на кровать и всмотрелся в ее осунувшееся лицо. Два последних дня были не самыми лучшими в их отношениях. Она сторонилась его, почти не разговаривала. Хатакэ страдал из-за этого, как и Сакура. Какаши дал ей слово, что не станет использовать Тень, если только обстоятельства не припрут к стенке. Сам он был уверен, что его способности не делают его более жестоким — он и так далеко не небесный житель. Но и не плохой человек. Хатакэ чувствовал, что это путешествие и его вымотало. Как в физическом плане, так и в душевном. Он повалился на кровать рядом с невестой и закрыл глаза. Девушка лежала и слушала спокойное дыхание своего жениха. Сакура проснулась около часа назад и слышала, как на улице становится все более шумно: голоса людей, проезжающие повозки. Ей надоело лежать и она решила немного прогуляться. В последние дни Сакуру тяготило общество Какаши. Она взглянула на него и с удивлением отметила, что сейчас он очень хорош. Спокойный и красивый. Почему она раньше не замечала, что Какаши так хорош? Мастер провела пальчиками по его щеке и губам. Сакура наклонилась и прикоснулась губами к его шраму. Сердце забилось чуть чаще от близости к нему. Девушка быстро переоделась и написала Какаши записку, так как Зов не срабатывал уже несколько дней. Сакура не могла понять, отчего так происходит, почему их связь оборвалась? Неужели это все из-за того, что они отдалились друг от друга в духовном плане? Девушка положила записку на свою подушку и вышла. Какаши проснулся от звука закрывающейся двери и резко сел. Подушка Сакуры была пуста, если не считать маленькой записки. Какаши прочитал и выругался. Он прошел в свою комнату, надел чистые брюки, ботинки и рубаху, и быстро двинулся к выходу из гостиницы. Сакура неторопливо выходила из гостиничных дверей. Какаши облегченно вздохнул и подумал, что не будет выдавать свое присутствие, а последит за ней. Он не хотел трястись по поводу ее безопасности. Гадать — не попадет ли она вновь в какую-нибудь историю? Гостиница находилась на возвышенности, и отсюда отлично просматривался весь городок и прилегающие к нему дороги. Ханабад стоял на перекрестке трех путей. Сакура посмотрела вниз и удивленно ахнула. Какаши, что стоял неподалеку от нее, за кипарисом, проследил за ее взглядом и понял, что ее так удивило. К городу подходил караван верблюдов, что несли на себе тюки с товарами. Хатакэ догадался, что Сакура никогда не видела таких животных, и не сомневался, что она захочет посмотреть на них поближе. А это значит, что она пойдет на рынок и он упустит ее из виду в толпе торговцев и покупателей. Сакура не могла наглядеться на этих невиданных животных. Конечно, с такой высоты плохо видно, и лучше бы посмотреть вблизи. Она быстро двинулась вниз по склону — к городскому рынку. По дороге ей попадались лотки уличных торговцев, и Сакура накупила разнообразных сувениров и плетеную сумку для них — не в руках же все таскать? Она проходила мимо лавки с готовой одежды, когда увидела в витрине невероятно понравившийся ей наряд. Минут пять она размышляла, стоя перед витриной. Тяжело вздыхала. Сакура никак не могла решиться войти и купить такого рода одежду. Для восточных людей такая одежда была естественной, но для девушки из совершенно другого государства, она казалось чуточку развратной. — Эх, — Сакура махнула рукой на порядочность, которую не так уж и ценила. Вошла и попросила хозяйку лавки позволить ей примерить тот наряд, который так приглянулся ей. Сакура вертелась перед зеркалом и не могла налюбоваться на свое отражение. И безрукавая кофточка, и штанишки с юбкой сидели на ней как влитые. — Вам очень идет, госпожа. Как раз под цвет ваших зеленых глаз. Вы словно розовый цветок, — торговка поклонилась ей в знак уважения. Сакура и сама так думала — зеленый с золотом наряд чрезвычайно ей подходил. Только вот обнаженный живот видно и талию, и ноги закрыты только чуть ниже колен. Штанишки и юбка одевались на бедра, а не на талию, поэтому женщины выглядели в таких нарядах слишком откровенно, думала Сакура. — Для нашей страны нет ничего непристойного в такой одежде, вы зря волнуетесь и стесняетесь, — хозяйка лавки правильно растолковала ее неуверенность. — Я понимаю, но меня больше беспокоит мой жених. Он, как бы это сказать, — неуверенно проговорила Сакура, — немного ревнивый. Женщина отчего-то засмеялась. — Уверена, что он не сможет отвезти от вас взгляд, вы невероятно хороши в этом костюме. Скажите, что купили это для него, хотели ему понравиться. Какаши уже минут десять стоял на противоположной стороне улицы и ждал, когда же его невеста соизволит выйти из лавки. Она что, всю лавку решила скупить? Когда Сакура, наконец, появилась из лавки, Какаши чуть не проглотил язык от изумления. Во что она вырядилась?! Вот ведьма! Как она посмела в такое вырядиться? Все напоказ. Какаши захотелось придушить ее, а заодно и того мужика, проходящего мимо, который уставился на нее, словно она была чудесным видением. Хатакэ сжал кулаки. Какаши шел следом за девушкой, которая вышагивала метрах в восьми впереди него. Он диву давался, видя, как она покачивает бедрами и явно наслаждается вниманием мужчин, которые проходили мимо. Некоторые даже глядели ей вслед. Какаши тихо бесился, но как он их понимааал — тонкая талия, полные бедра и красивые ножки не могли не привлекать мужчин. Сакура чувствовала себя очень неловко под пристальными взглядами мужчин, но ее гордый нрав не позволял ей подавать вида. Она старалась идти спокойно и размеренно. Сакура остановилась у очередного торговца, который продавал украшения из поделочных камней разных цветов. Сакура так увлеклась примеркой разнообразных изделий, что не сразу заметила знакомое ощущение — она чувствовала силу Какаши. Ага, значит, он за ней следит! Скорее всего, просто боится, что она вновь потеряется или влипнет в историю. Она даже обрадовалась, что он шел за ней следом. Так ей тоже будет спокойнее. — Даже не знаю, какое купить, — на ладонях Сакуры лежало несколько колечек, что ей понравилось. — Пф, так покупай все, чего гадать? — предложил торговец, показывая в улыбке все свои зубы. Сакура так и сделала — чего мелочиться? Она положила покупку в сумку и быстро направилась в сторону рынка. Какаши, несомненно, шел следом, но она не стала оборачиваться. Пусть думает, что она его не замечает. Тааак, интересно, насколько быстро глиста может бегать с его хромотой? Девушка остановилась в начале аллеи и подождала, пока из-за поворота появится ее жених. Когда Мастер Смерти вышел из-за поворота, он резко остановился, заметив насмешливый взгляд Сакуры, направленный на него. Девушка сделала реверанс… и дала дёру вдоль аллеи. Какаши выругался, но отставать от нее не собирался. Сакура оглянулась и чуть не покатилась со смеху от удивления. Вот так хромой! Он мог дать фору любому. Он явно ее нагонял. Сакура завизжала. — Ты спятила? Чего вытворяешь? Мне нелегко бегать за тобой, — прокричал Какаши сзади. — Не знаю о чем вы, господииин. Вы меня явно с кем-то спутали, — закричала Сакура в ответ. Она немного запыхалась и остановилась в конце аллеи, держась за левый бок. Сакура смотрела на жениха, который чуть прихрамывая, приближался к ней. — Ты решила поиграться в салки? — весело спросил Какаши. — Тебе не стыдно? — О чем вы? — непонимающе спросила девушка, смотря на него сквозь пальцы. — Обо всем, а в особенности о твоем наряде. Во что ты вырядилась? — недовольно-довольно спросил он. Сакура посмотрела ему в лицо и не смогла понять — злится он из-за ее наряда или наслаждается им? — Я надеялась, что тебе понравится, — кокетливо проговорила она. Сакура подняла руки над головой и сделала изящный пируэт. — Ты не представляешь, как мне нравится, — прошептал он ей в ухо. — Жаль, что кругом люди, иначе я взял бы тебя прямо здесь. — К-куда взял? — не сразу сообразила Сакура. Какаши посмотрел на ее непонимающее лицо и рассмеялся. Когда до нее дошло, она размахнулась и хотела врезать ему сумкой, но Какаши вовремя пригнулся, и она промахнулась. Он вновь засмеялся. — Столько всего видно, — сказал Хатакэ, нагло ее осматривая с ног до головы. — Но самое сокровенное, к сожалению, скрыто от глаз. Он провел по ее руке сверху вниз. Казалось бы, такое простое прикосновение, но девушке вдруг стало тяжело дышать. Сакура отвернулась от Какаши, чтобы он не увидел ее красного лица. В ее голове откуда-то взялись очень бесстыжие мысли, которых раньше не было. Она глупо улыбнулась им.