Сгоревшие дотла

POV Стейси Многих людей пугают многолюдные места, толпы людей, которые сливаются в один поток и имеют одну цель, как считают многие, — сбить тебя с пути. В данную минуту меня не сможет остановить даже танк, если, конечно, я его не продырявлю насквозь. Я ждала эту встречу слишком долго, грела мечту об этом дне, представляла внешность моего милого. Осознание того, что скоро мои мечты воплотятся в жизнь, приводит меня в восторг, однако, страх берет свое. Мы никогда в письмах не описывали внешность, нам не требовалось смотреть на друг друга, мы учились смотреть в душу, поэтому я содрогалась от мысли, что я не оправдаю его ожидания. Окажусь ли я достаточно хороша для него? А вдруг он меня не узнает? Или не придет? А если я не туда приеду? Место встречи всего в двух остановках от меня. Через несколько минут стану самым счастливым человеком на этой планете. Несколько сотен ударов сердца до момента, когда оно остановится и уйдет во властвование Ричарда. Автобус будто бы нарочно ехал медленнее, чем обычно, или так мне казалось. Мне не терпелось уже увидеть знакомую табличку, под которой бы стоял Ричард. Я уже видела свою остановку из окна, едва ли дверь открылась, я выскочила из автобуса и побежала. Одна улица, вторая, лестница вниз, вокзал, табличка… Никогда не знала, что на вокзалах столько много людей. Настолько много, что если запнешься, то поток унесет тебя за собой. Но все-таки фортуна не отвернулась от меня: среди сотен взглядов, я увидела один единственный… С другой стороны от таблички стоял мой милый Ричард с большой красной лилией. Он смотрел на меня сквозь толпу, будто бы мы одни на вокзале и во всем мире. За считанные секунды мы преодолели расстояние между друг другом и, спрятавшись за каменной колонной, встретились. — Привет, — Ричард протянул мне красную, словно закат, лилию. — Я рад, что ты пришла. Я не забыл свое обещание — Привет, — я смущенно улыбнулась и закрыла руками лицо — по щекам полились слезы. Мне не характерно плакать, даже от счастья, но я попросту не могла что-либо сделать с собой, эмоции зашкаливали, а с ними трудно совладать, когда рядом Ричард. — Эй, я расстроил тебя? Я не хотел этого. — Ты не виноват в этом, ничуть. Просто я так ждала нашей встречи, что… — я ещё больше залилась слезами и не могла себя успокоить, а мне и не пришлось. Ричард взял мое лицо в ладони и посмотрел в мои заплаканные глаза, а затем поцеловал. — Ранее я мог прикоснуться к тебе только во снах и мечтах, а сейчас… ты стоишь рядом со мной, живая, настоящая. И такая красивая, словно ангелы одарили тебя. Мне безумно досадно, что я осмелился встретиться с тобой только сейчас, и потерял столько времени лишь на письма. На мгновение я перестала дышать, когда он замолчал и восхищенно смотреть на меня. Один его взгляд на меня равен бочке самого крепкого шотландского виски, иначе как объяснить то воздействие его на меня? Я пьянела от его манящего голоса, от особенного взгляда, от одного присутствия я трепетала. Ещё никогда я не чувствовала себя так… даже не знаю, как объяснить это чувство. Мы смотрели друг на друга и не верили своему счастью. Когда взгляда стало недостаточно, мы погрузились в объятия и не желали больше ничего. — Стейси, — Ричард шептал, будто бы боялся, что его слова услышит кто-то, кроме меня, — я люблю тебя. — Я тоже тебя люблю, Ричард, если бы ты только знал, как же я тебя люблю. Мой милый поцеловал меня в щеку и сильнее меня обнял. Я смогла бы стоять так в его объятиях всю свою жизнь. *** День пролетел слишком быстро и нам с Ричардом нужно было возвращаться по домам, иначе… собственно, меня уже мало волнует, что будет, если я вернусь далеко за полночь. — Я чувствую себя с тобой так спокойно, безопасно, я никогда себя так не чувствовала. — Моя бы воля, ты всегда была бы рядом со мной, и это чувство не покидало бы тебя, — Ричард, обнимая меня, гладил пальцами мою щеку. Ночью похолодало, поэтому мы сидели под дубом, укутавшись в плед. Нам было хорошо вместе. Нравилось касаться, целовать друг друга, греться в объятиях, говорить и слушать. Письма не передавали тех ощущений. Когда-то давно я протестовала свадебному контракту между нашими семьями, а сейчас я благодарю судьбу, что подарила мне Ричарда. Мы не один год общались через сову, и не один год вкладывали в письма свои чувства. Никто не знает об нашем общении — это наша тайна, которая никого больше не касается. — Тогда не уходи, останься со мной, — я уткнулась лицом в его грудь, осознав, что это пока невозможно. — Побудь со мной ещё немного. Я так боюсь, что если ты сейчас уйдешь, то… — Хей, не думай об этом. Я всегда буду рядом с тобой, поэтому я и подарил тебе это амулет, — он провел пальцем по амулету-ворону, который он подарил на мой день рождения. — Чтобы мы всегда были связаны, где бы не находились. Я узнал тебя по этому ворону. У меня такой же, — он потянул из-под футболки цепочку из белого золота, на котором висел ворон, более крупнее, чем у меня, и его ворон имел два красных глаза. — Ты когда-нибудь влюблялся? — сказала я после недолгого молчания. Ричард открыл глаза и, нахмурившись, посмотрел на меня. — Я никогда не встречалась с парнями, даже за ручку не держалась, не говоря о чем-либо ещё. Я вцепилась ногтями в край одеяла и отвела взгляд в сторону города. — Нет, не отвечай. Не сегодня. Ричард улыбнулся от моих слов, сказав, что не смел нарушить брачный контракт между семьями и не пожалел об этом. Мне стало спокойней на душе от этого факта. — Почему ты так на меня смотришь? — Ричард широко улыбнулся и его глаза стали узкими, как щелочки. У него была красивая улыбка, будто само солнышко улыбается в этом хмуром мире. — Наслаждаюсь своим кареглазым счастьем, — я провела пальцами по его волосам и шее. — Все ещё не могу поверить, что это не сон, что мы взаправду встретились. Ричард поцеловал меня, медленно гладя рукой мою спину. — Теперь веришь, что я достаточно реален? — я смущенно улыбнулась и поцеловала его. — У тебя цвет волос изменился, теперь нет рыжули моей, — Ричи хмыкнул и запустил пальцы в длинные светло-розовые волосы. — Мне нравится эта особенность, ты выглядишь очень ярко с такими волосами. — Спасибо, у моей подруги Иви, я тебе говорила о ней, тоже одно время волосы меняли цвет из-за лакричной палочки, изобретение её парня Джорджа. То ещё чудачество, но выглядит весьма интересно. От мысли об Иви на душе снова воцарило беспокойство, будто что-то успело приключиться с ней за время моего отсутствия, что вполне возможно, зная Иви и близнецов. — Ричард, у меня плохое предчувствие. Пожалуй, пора возвращаться, иначе я не смогу спокойно себя чувствовать. Моя интуиция никогда меня не подводит. Да и родители ругаться будут, что я вернусь почти под утро. Ричард провел меня до Косого переулка, а там нам пришлось разойтись по разным дорогам. Увидав нас кто-то из знакомых наших семей, то родители узнаю об наших отношениях раньше, чем мы откроем дверь дома. — Люблю тебя, рыжуля, — Ричард потерся кончиком носа об мой нос и чмокнул в лоб. Он перешел на шепот, наклонившись к моему уху. — Твои волосы снова стали рыжими. Оставайся всегда моей рыжулей. И мне нравится, когда ты краснеешь, ты выглядишь очень мило. Засмущав меня, заставив покраснеть, он отпустил меня домой, взяв обещание, что это не последняя наша встреча. Я шла по переулку и не замечала никого вокруг, хотя людей в такое позднее время почти не было; я словно шла в розовых очках, которые сделали мир прекрасней, а меня счастливой. И будто бы я ожидала, что эти розовые очки продержатся долго, ничуть — я увидела недалеко от магазина Уизли рыжую голову, которая то и дело, что бежала по улице и испуганно выискивала кого-то среди людей. — Уизли, мандрагору тебе в шею, ты чего такой дерганный? Один из близнецов обернулся ко мне с счастливой улыбкой, но, увидев меня, вернулся в состояния нервозного. — Иви! Иви с тобой? — он в два шага преодолел расстояние между нами. — Она на минуту раньше нас вышла из квартиры и… пропала! Я ищу её уже несколько часов. — Образина гипогрифова, ты что не уследил за ней?! Джордж, ты же за неё нес ответственность, головой же ответишь. Из-за угла появился Фред и тут же остолбенел от моего крика: — А вот и вторая образина гипогрифова! Вторая голова сойдет с плеч, когда ваша мама узнает об Иви, она… — я запнулась, вспомнив об маме Иви. — И миссис Уильям тоже! — Да мы на минуту разминулись, — Фред понурил голову, шаркая. — Кто ж думал, что она пойдет к тебе так быстро. — Ага, так и не дойдет до тебя, — Джордж кинул на меня острый взгляд. — Если бы не твое письмо, то… — Не поняла, я при чем тут? Я что ли её из дома выманила? — судя по взгляду Джорджа, я где-то ошибалась. — Что она делала на улице и куда шла ночью? Близнецы обменялись взглядами. — Ты присылала письмо совой? — У меня белая ворона. И нет, не присылала. Я была занята другим, мне не было дела до писем. В голове возник образ улыбающегося Ричарда, когда мы изрядно измазали друг друга мороженным. Я бы все отдала за то, чтобы день с Ричардом никогда не оканчивался. Джордж протянул мне лист, в котором я якобы назначала Иви встречу и просила как можно скорее прибыть ко мне. Почерк был едва ли похож на мой, да и Иви прекрасно знает, как я пишу. Даже на лекциях Снейпа мой почерк красивее, чем-то, что было в письме. — Я, конечно, извиняюсь, но вас не смутило то, что там ошибки в словах? Почерк кривой и едва ли похож на мой. Да и откуда я знала, где была Иви? Я только сейчас узнала, что она была с вами. Зачем мне было назначать встречу ночью? Да и как вы вообще отпустили её хоть на метр от себя, повторяюсь, ночью?! Я была готова выбить из рыжих голов всех их тараканов, что я, собственно, и сделала, когда заехала рукой в лобешники этим балбесам! Как же они меня разозлили. Уследить за одним человеком не так трудно, особенно за Иви. Мое чувство счастья и радости испарилось, будто и не было, вместо этого в душе поселилась тревога и страх за Иви. — Уизли, у вас такой умный отец и замечательная мать, так в кого вы пошли своей бестолковостью? — я тихо рыкнула и бросила искрометный взгляд в их сторону. — Где вы видели её в последний раз? — У магазина, — Джордж кивнул за спину, — я пошел за Фредом, пока мы закрыли всё, пошли за ней, а Иви след простыл. — На том месте, где должна была быть ты, было пусто. Мы подумали, что ты её увела куда-то, — Фред развел руками. — Но она обещала дождаться нас. — Мы нашли там… — … свежую кровь, — Джордж закончил за брата предложение и помотал головой, чтобы прийти в себя. — Ладно, Джордж, не вини себя. Понятно же, что это было спланировано. Вас и убить могли. По крайней мере, мы можем надеяться, что она жива, а только ранена. Судя по взгляду Фреда, я своими словами только усугубила ситуацию и посеяла семя сомнения. Черт. Надо было просто сказать, что уверена в её невредимости, Иви же живучая и не глупая, она сможет продлить статус «живучей» до тех пор, пока Орден не найдет её. Именно поэтому мы с близнецами отправились домой, стараясь больше ни в какие проблемы не встревать. На пороге нас встретила миссис Уизли. Она выглядела уставшей и сонной. Молли, как любящая мать, не могла спокойно заснуть, когда дети не приходят вовремя, а материнское сердце подсказывает о беде. Мы без слов зашли в дом под суровым взглядом миссис Уизли, она закрыла дверь кухни и тихо сказала: — Я жду ваших объяснений, — и села рядом со мной. По окончанию повествования о пропажи Иви, у всех нас сон сняло как рукой. Миссис Уизли ушла наверх и вернулась с миссис Уильям, мистером Уизли и моими родителями. Суровый, осуждающий взгляд отца предвещал, что на сегодня планируются много лекций и поучений, однако, когда моя мама положила руку ему на плечо, он немного успокоился. — Повторите всё то, что вы только что сказали мне, — сказала Молли Уизли, но только мы открыли рот, чтобы снова повторить всё сказанное ранее, она, вскинув руки вверх, воскликнула: — Они потеряли Иви и её украли! Джордж и Фред принялись объяснять случившееся и они имели полное право утверждать, что они вовсе не виновны в похищении Иви. Сторона родителей слушала их, хмурилась, останавливала на некоторых моментах, которые вызывали подозрения, и в конечно итоге пришли к общему выводу, что всё было спланировано так, чтобы все подозрения пали на меня. — Уж я точно не собиралась её воровать! — я аж почувствовала, как мои волосы резко изменили длину, коснувшись бедер, и окрасились в пепельно-белый. — Мы не обвиняем тебя, солнышко, — миссис Уизли по-матерински погладила по моим волосам и добавила: — Вы с мальчиками не виновны. Джулия выступила вперед, задев моего отца плечом. На мое удивление, она выглядела несильно обеспокоенной пропажей дочери, от чего внутри что-то екнуло. Возможно, все дело в том, что она была на грани истерики и слез. — Не виновны? Виновны. Виновны! — Джулия привлекла внимание не сколько резким заявлением, а сколько высокомерным тоном. — Если бы Джордж внимательней смотрел за моей дочерью, то она бы сейчас не находилась в черт знает каких местах. Я даже боюсь представить, что с ней могло произойти! Ты обещал вернуть её к вечеру. Кто-нибудь видит мою дочь? И я не вижу. И возможно никогда не увижу. Никогда… — она всхлипнула, но продолжила гневно плеваться ядом. — Она доверяла тебе, говорила о тебе такие хорошие вещи, наплевав на запрет её отца Брайана! Ты подвел её, Джордж. На одно мгновение на лице моей матери появился оскал, но он исчез так же быстро, как и появился. Я смотрела на Джорджа: он побледнел и поник, будто это он отдал Иви похитителю, уверена, что в мыслях он винит себя и каждое последующие слово Джулии лишь утрамбовывает эту мысль. Мама Иви, как соковыжималка, высасывала из Джорджа все соки и теперь просто молотила лезвием. Она неприятно поразила всех, кто находился в комнате. Я заметила у входа Люпина, который тяжело прислонился плечом к двери и смотрел в пол. Не зная Римуса, можно подумать, что ему нет дела до происходящего и он просто проходил мимо, но он думал, обдумывал ситуацию и варианты её решения, и в тоже время он слушай миссис Уильям. На его лбу появилась морщинка — он нахмурился, значит у него ест догадки и они не самые лучшие, что могли быть. — Ты не достоин моей дочери, раз не смог элементарно приглядеть за ней, даже отпустил беззащитную хрупкую девочку одну идти на встречу к её убийце! Джулия залилась слезами, глядя на Джорджа. А на самого Джорджа смотреть без слез уж точно невозможно. Он сидел неподвижно, затаив дыхание и внимательно слушал. Я потянулась к его плечу, чтобы немного его расшевелить, привести в чувство. Фред сделал тоже самое — положил руку на его плечо и немного потряс. Реакции ноль. — Мы не знаем, мертва ли она или жива, — сказал Артур. — Нужно надеяться, что жива. — Джулия… — миссис Уизли была поражена словами Джулии, она оскорбленно и униженно смотрела на неё, не веря, что такое могла сказать она, а не, например, её муж. — Не стоит тебе говорить такое о моем сыне, мы все волнуемся за Иви. Она часть семьи. Я понимаю тебя, как мать, но я не пойму тебя, как мать Джорджа. — Брайан был прав. Нужно было отдать её замуж за того француза, а не разрешать ей водиться с тобой, — более презрительного тона эта комната ещё не слышала. Она сумела трижды убить Джорджа за один злостный монолог. — Джулия! — воскликнула Ксенита, выступив вперед и взяв Молли за плечи. — Прикусите язык, ради всего святого. Не вам решать кто достойная партия вашей дочери, а кто нет, когда Иви уже сделала выбор. И уверена, что она не ошиблась в своем выборе. — Брайан не отец Иви, она никогда не примет его. Её отец — Сириус Блэк. Она по крови Иви Блэк. И ты ничего с этим не сделаешь, Джулия, — спокойно сказал Люпин. Он не останавливался взглядом ни на ком из присутствующих, пока не дошел до Джорджа. — Она Джоанна! — мать Иви не желала признавать вышесказанного факта и упрямо повторила, вздернув голову: — Джоанна Уильям! Мой отец покачал головой и в своей манере служителя Министерства сказал: — Исчезновение Иви Блэк никак не лежит на плечах Фреда, Джорджа или Стейси. Пока мы тут слушаем твою истерику, в мире сгущается тьма, с которой нам предстоит бороться. Мы найдем твою дочь, но ты не должна вести себя как… — он поджал губы, вероятно, ему не хотелось говорить «истеричка», поэтому он завершил иначе: — Неподобающе вести себя. — А сейчас, моя дорогая, — Ксенита уверенно прошла к Джулии и взяла её под руку, — тебе стоит взять себя в руки и успокоится. Ложными обвинениями ты только усугубишь ситуацию. — Кто бы говорил, Энн! Твоей дочери не было и 10, как ты выдала её за сынишку Лоуэнов. Побеспокоилась, чтобы дочь жила в достатке и не чернила кровь. Кажется, ты её не спрашивала хочет она этого или нет. Верно, Энн?  — Я пока не слышала никаких возражений с её стороны, возможно, ей по душе такое решение, — мама повернулась ко мне, улыбаясь краями губ, и подмигнула. Я затаила дыхание и прокрутила в голове варианты, как я могла спалиться, что мы с Ричардом давно переписываемся и встретились сегодня. С моей стороны чисто, наверное. Просто невозможно, чтобы мама знала об этом. Не то, чтобы держать в секрете было так мегаважно, но ни мне, ни моему милому не хотелось бы обнародовать наши с ним отношения до свадьбы. Личная жизнь должна быть личной. Точка. — Всё, Джулия, иди, ты устала, переволновалась, да и успокоительного перепила. Тебе стоит отдохнуть, а потом поговорим, — Артур Уизли повел себя благородно с ней и не уронил свою честь. Моя мама увела Джулию на верх, она всячески успокаивала её и не давала больше произнести ни слова. Когда на главы семейства Уизли устремился взгляд жены, он сказал: — Молли, ей нужна помощь, мы единственные, кто сможет ей помочь. Всё, что она сказала, были слова убитой горем матери, ты же слышала. Уверен, что, когда она придет в себя, ей будет стыдно за сказанное. Несколько дней в доме царила тишина. Никто не знал, что делать и сохранять ли надежду. Джулия старалась не показываться на глаза домочадцам, сидела в комнате и почти ничего не ела. По ночам весь дом слышал её плач, поэтому на утро всем было ещё хуже, чем днем ранее. Джинни и Гермиона приносили ей еду и пытались как-нибудь привести в чувства. Под конец третьего дня она немного отошла от шока, даже стала ходить по комнате и открывать окно. Мы с мамой отобрали у Молли обязанности по дому и кухне, чтобы она смогла отдохнуть и выспаться. Сильная женщина Молли Уизли, она заслуживает безграничного уважения. Артур, Люпин и мой отец так и не вышли на след похитителя Иви, даже не смогли ни за что зацепиться. Мы с Роном присматривали за Джорджем и ни на секунду не выпускали его из виду, хотя я бы присмотрела ещё за Фредом. Они оба были встревожены случившимся. Одним вечером я столкнулась с ними на крыльце. Под треск волшебного костра, созданный палочкой Фреда, они о чем-то говорили, но замолчали, когда я приоткрыла дверь. — Как вы? Я переживаю за вас, — я села между ними. — Нормально, — отрезал Джордж и одним движением палочки потушил огонь. — Ну, если не брать во внимание то, что я виновен в пропаже колючки. — Не слушай Джулию. Она сама не знает, что говорит. Ты же знаешь, что она наговорила это из-за истерики. Вейла, — я пожала плечами, — что с неё возьмешь. Наверху захлопнулось окно, уверена, что это была Джулия. — Она не со зла, — я вздохнула, — поверь мне. — Она права. Я недостоин Иви. Зачем ей я? У неё есть Теодер, его её родители примут с распростертыми объятиями. Или Генри, например. Тот ещё чудила, но… — я прервала этот поток самоунижения: — Мерлин! У тебя, что, вместо головы тыквы? — я фыркнула и легко стукнула Джорджа по лбу. — Чего ты такая злая, Мисс оптимизм? — Фред повел бровями, когда от его слов мои волосы впервые с дня похищения Иви изменили цвет с пепельного-белого в лазурный. — Да бесите вы! Чего нос повесили? Ещё слово про то, что ты её недостоин, или же ты скажешь Иви про слова её матери, то я ударю тебя так, что аж Фред почувствует! — я повернулась к Фреду. — Прости, Фредди. Слушай меня сюда, Джордж: заруби себе на носу, что не смей обижать Иви. Она знает его хочет, хотя и не всегда понимает этого. И поверь мне, она больше всего в мире хочет быть с тобой. И только ей решать достоин ты её или нет. Не Джулии. И даже не тебе. Хочешь в своих глазах быть её достойным? Пожалуйста, всё в твоих руках. Но mon meilleur ami* не смей обижать, иначе тебе точно не поздоровится. Я так тебе врежу, что… — Аж я почувствую! — Фред наигранно схватился руками за голову и покачал из стороны в сторону, так же наигранно хныкая. Я стукнула его по руке. — Прекрати, балбес. Бесишь ты меня. На секунду мы все рассмеялись, что отчасти привело всех нас в чувство. Повисла долгая тишина, в которой было слышно характерный топот человека, быстро приближающийся к Норе. Мы увидели, что к нам приближается Томас Уильям. Он был встревожен и сказал, что нужно срочно поговорить с Орденом, и каждая минута будет оплачена его кровью. Римус уже спускался по лестнице, при виде незваного гостя выставил палочку и кивнул на руку. — Покажи. Томас кинул взгляд в сторону, где стояла я, Рон и Джинни, возможно, он искал в нас поддержку. Он нервно задрал рукав рубашки, поджав губы и закрыв глаза. Римус отреагировал мгновенно: он прижал гостя к стенке, ткнув палочкой в шею. — Он брат Иви! Томас Уильям, — одновременно сказали близнецы. — Он Пожиратель в первую очередь, а затем брат, сын, друг. Римус непоколебим, даже факт, что Томас является ещё мальчишкой, не заставит его убрать палочку. Когда Томас понял, что вырваться не получится, он засунул руку в правый карман, на что Рон съязвил: — Не советую палочку доставать, лишишься её не самым приятным способом, — и хохотнул. Но вместо палочки из кармана показался кулон Иви, подаренный Теодером, она никогда не снимала его и тем более не давала никому в руки. — Откуда у тебя это? — я в один шаг преодолела расстояние между нами и выхватила из его руки почти прозрачный осколок лунного камня на цепочке. — Это кулон Иви, где ты его взял? — Иви дала, чтобы вы мне поверили. Мне, собственно, все равно, что случится с ней, но все же… — Томас посмотрел на Люпина и его глаза нервно забегали по комнате. — Оставь его, Римус, — сказала миссис Уизли, спускаясь по лестнице вместе с мамой Иви. Она аккуратно взяла кулон и передала его Джулии. — Он знает что-то про Иви, а значит нам придется выслушать его. Римус убрал палочку и отступил назад. — Иви стоит научиться думать головой, иначе в следующий раз я и пальцем не пошевелю. Ей действительно стоит думать, что говорить и делать. Я кинула на него предупреждающий взгляд: мне нельзя колдовать, но никто не запрещал воткнуть палочку в глаз или стукнуть его по печени. Я ж дама импульсивная, эмоциональная, чего нарываться? — Как я уже говорил, мне все равно, что будет с моей сестрицей в поместье Малфоев. Иви выкрали по приказу моего отца, возможно, она была бы целее, если бы не стала вырываться и кусаться. Её выдадут замуж за какого-то барона… или графа… не припомню его имя, но скажу одно: он копия Брайана Уильяма, поэтому они так быстро и договорились. Всего пару часов потребуется на то, чтобы заключить официальный брак и увезти её раз и навсегда, — заметив гневный взгляд Джорджа, Томас вытянул руки перед собой и добавил: — Не я её выдаю замуж. Успокойся, жеребец. Твою дамочку искал целый табун, нашли же как-то. Мы оба знаем, что у стен вашей квартирки и магазинчика есть не только уши, но и глаза, верно? — Томас подмигнул и тут же пожалел об этом. Джордж сделал шаг вперед и сказал: — Среди Пожирателей нет глухонемых, но ты станешь первым, если обронишь ещё хоть одно неосторожное слово. — Возьми себя в руки, Джордж, — Томас боялся его, но виду не дал. — Да я тут головой рискую, рассказывая о вашей Иви. Если кто-то узнает, что я был здесь, то меня повесят на моей же мантии. А все ради чего? Чтобы ваша дорогая Иви не попала в ещё одну неприятность или того хуже, не получила заклинанием по ребрам. Уж больше уважения к тому, кто вам помогает, рискуя своей шкурой. Я могу вообще ничего вам не говорить и уйти, а могу остаться. Решайте. Томас проследовал на кухню в сопровождении моих родителей, Люпина и мистера и миссис Уизли. Джулия присоединилась через несколько минут после того, как перед моим носом и носами других ребят захлопнули дверь. — Ещё что удумали! Дети не решают проблемы взрослых! — сказала моя мама и в привычной ей манере закрыла дверь. — Несправедливо, — Гермиона хмыкнула, скрестив руки на груди. — И то правда, — сказал Рон, направляясь следом за ней. Мы с Джорджем остались одни у двери. Он будто ждал, что дверь откроется, или же пытался услышать о чем они говорят. В любом случае я не узнала почему он стоял — Джордж ушел к себе в комнату через пару минут, вскоре я последовала его примеру.