Глава 2. След дементора в душе
2 августа 2014 г., 20:07
1 сентября 1991 год
Первый раз Иви предстояло надолго покинуть родной дом. Судьба подарила ей возможность начать новую жизнь: злой отец и безразличная мать далеко, можно забыть до каникул о фальшивой улыбке и прямой спине. Переминаясь с ноги на ногу, Иви крепко сжимала ручку тележки с помеченными гербом семьи чемоданами. Тихо ухала в клетке охристо-рыжая сипуха Франческа с пепельно-серыми крыльями — подарок в честь поступления. Рядом с дочерью стояла Оливия, одетая в строгое синее платье и парадную шелковую мантию. Изящными тонкими пальцами она погладила девочку по плечу, стряхивая невидимые пылинки. Перрон был похож на гигантский аквариум, где звуки тонули в гуле голосов и свистков, а на дне хранились крепкие объятья, слезы и важные слова. Здесь рождается дружба и разбиваются сердца от разлуки. — Постарайся сохранить прическу до распределения, — миссис Уильямс внимательно оглядела аккуратно собранные волосы дочери, заколотые серебряной заколкой с мелкой изумрудной россыпью. В хриплом голосе с сильным акцентом слышался цинизм. Женщина вздернула подбородок и уголок губ медленно пополз вверх: — Своим присутствием ты украсишь Слизерин, отец будет гордиться. — Да, мама, — тихо отвечала Иви, украдкой поглядывая на счастливые семьи. Неподалеку от них громко смеялись родители с девочкой в ярко-розовой мантии. Иви нахмурилась, одарив их недовольным взглядом. Шум и чужая радость раздражали. — Обязательно заводи новые знакомства, но будь осторожна: не все волшебники заслуживают твоего внимания, — Оливия выпрямилась, оглядела эту семью таким взглядом, словно хотела их заморозить. Аккуратно обхватив бледное личико дочери руками, она заглянула в ее глаза и четко проговорила: — Не забывай, что ты — Уильямс, дочь уважаемого волшебника. Веди себя достойно.***
1 сентября 1993 год
Поезд резко затормозил, рассеивая облако воспоминаний. Иви тряхнула головой, отгоняя остатки наваждения. Сон был настолько явным, что в нем ощущалось прикосновение ледяных рук матери на щеках. В купе мрачно. Солнечный свет не проникал сквозь черные тучи, а дождь стеной скрыл лес вдалеке. — Почему мы остановились? — Иви зевнула, оглядев приятелей, среди них не было Драко. — Сейчас узнаю, — Блейз исчез в темном коридоре. Из приоткрытой двери доносились голоса. Остальные ученики засуетились, пытаясь понять, что случилось. Ветер с ожесточением бил по окну, будто пытался ворваться внутрь. И тут — раскат грома. Резкий, оглушительный, заставивший всех невольно вздрогнуть. — Холодно! — пискляво протянула сидящая напротив Пенси. Голос ее дрогнул, выдавая не только озноб, но и растущую тревогу. Она подтянула колени к груди и обхватила их руками, пытаясь согреться. Взгляд метнулся к чернеющей щели приоткрытой двери: — Скорее бы Драко вернулся! — прошептала она с жаром. Иви неохотно отодвинулась от окна. Стекло по краям покрывалось морозными узорами. В вагоне стало тихо. Тишина казалась неестественной, нарушаемой лишь порывистым ветром и каплями дождя. Вскоре вернулся Блейз и бодро доложил, что никакой поломки нет, и поезд скоро тронется. Его слова должны были успокоить, однако с каждой минутой становилось все темнее. Обжигающий холод кусал ноги, пробирался под кожу. Иви, еще не отойдя от сна, растерянно оглядывалась, пытаясь понять, отчего стало так темно и холодно в начале сентября. Воздух пропитан тревогой, дождь за окном стучал все яростнее, будто злился на что-то. Из ниоткуда в дверном проеме застыло нечто в черной мантии. Оно парило в воздухе и хрипело. Звук был низкий, скрежещущий. Воздух мгновенно сгустился, стал тяжелым. — Мерлин! — от испуга голос Пенси сорвался на тонкий, отчаянный писк. Девушка крепко вцепилась в руку Блейза. Он судорожно шарил в складках мантии, пытаясь нащупать палочку, губ беззвучно шевелились, готовясь произнесли заклинание. Иви больше не ощущала холод. Все вокруг замерло. Каждая секунда ощущалась вечностью. Мир сузился до темной фигуры в проеме. Отвести взгляд от существа, тянущего когтистую руку, было невозможно. Теодор задрожал всем телом, его пальцы на мгновение коснулись рукава подруги и тут же отпрянули. Он хотел что-то сказать, но слова застряли в горле. Страх парализовал его, заставил замереть на место. Парень сидел, вжавшись в сидение, едва дыша. Несколько долгих, мучительных минут дементор вглядывался в напуганное лицо девочки. Иви чувствовала, как что-то холодное проникает в сознание, копается в воспоминаниях, выдергивает оттуда самые теплые моменты. Но вдруг хватка ослабла. Дементор понял: это не то, что ему нужно. Потеряв интерес, он бесшумно, словно дым, выплыл из купе, оставив после себя леденящий душу холод и полное опустошение. Блейз резко поднялся и захлопнул дверь, прижавшись к ней спиной. Грудь его вздымалась от частого дыхания, на виске пульсировала вена. Он с ужасом посмотрел на Иви: — Почему он подошел к тебе? — крикнул парень, нахмурившись. Пальцы с силой сжимали палочку. — Я… н-не знаю… — заикаясь, прошептала Иви. Ее била крупная дрожь, зубы стучали, а слезы, горячие и горькие, катились по щекам, оставляя мокрые дорожки. Она все еще смотрела в то место, где только что было чудовище. — Что это такое было? — воскликнула Пенси. Её голос дрожал, выдавая испуг. — Это дементор, — бросил Блейз, раздраженно сжимая пальцами переносицу. — Читали новости? — он посмотрел на друзей: — Сириус Блэк — один из самых опасных преступников, сбежал из Азкабана. Его ищут везде. Отсюда и дементоры. — Но что ему нужно от нас? — громкий голос Паркинсон давил на виски. — Если быть точнее, от Иви, — Забини враждебно оглядел в темноте силуэт дрожащей девушки. Теодор наконец нашел в себе силы пошевелиться. Он медленно, пытаясь не спугнуть, подсел к Иви поближе и осторожно положил руку ей на плечо. От легкого прикосновения девушка очнулась от шока и зарыдала в голос, спрятав лицо в ладонях. — Тише, — прошептал он хрипло, завлекая Иви в объятья: — все позади. Он ушел. — сам он не верил своим словам. Тошнота подступила к горлу, а внутри все сжималось от стыда от собственной трусости. Теодор должен был защитить, заслонить собой, а вместо этого сидел и смотрел, как страдает дорогая сердцу девушка. Он скрыл лицо в ее волосах, боясь взглянуть на друзей. Все четверо сидели поникшие, сгорбившиеся, будто на плечи легло что-то тяжелое. Страх сидел внутри, пульсировал под ребрами, не давая расслабиться. Постепенно в вагоне загорелся свет. Поезд дрогнул и медленно сдвинулся с места. Мерно застучали колеса, возвращая мир к привычному ритму. Ветер больше не казался враждебным, морозные узоры на стеклах растаяли, заставив окно зарыдать. В купе нагло ворвался Драко со свитой. До случившегося он покинул их, чтобы повстречаться с заклятым врагом — Гарри Поттером. Он уселся между Пенси и Блейзом, закинув ногу на ногу, и ухмыльнулся: — Что, перепугались? — он хмыкнул. — Видели бы вы Поттера. Сознание потерял от страха, как девчонка! Крэбб и Гойл противно похихикали, маяча в дверном проёме. — Уильямс, повторяешь за дружком? — бросил Малфой, одарив кузину презрительным взглядом. С первого года обучения он относился к ней с откровенность неприязнью, почти с ненавистью. И на то имелись причины. Девочке суждено было оказаться в Слизерине, как и её брату Томасу, но судьба распорядилась иначе, отправив её в Гриффиндор. Теперь юноша с явной неприязнью взирал на тихие рыдания. — Дементор подошел к ней слишком близко, — ответил Блейз. — И вы втроем не дали ему отпор? — Драко презрительно покачал головой. — Трусы! Попадись он мне — я бы с ним справился в два счета! Крэбб и Гойл одобрительно закивали, пока Малфой бросал на них гневные взгляды. Блейз вышел из вагона и вскоре вернулся с двумя кружками горячего чая для девочек. Теодор молча укутал Иви пледом. Та все еще дрожала. Перед глазами промелькнула вся жизнь: наказания отца, насмешки однокурсников, шутки близнецов Уизли. Вспомнив парней, ставших за два года друзьями, она встревожилась: не коснулось ли их это чудовище? До прибытия в Хогвартс оставалось всего десять минут. В купе заглянул мужчина в потрепанной мантии. Позже Драко пояснил, что это новый профессор. — У вас все в порядке? — спросил незнакомец, слегка отодвинув Крэбба. — Дементор не тронул вас? — взгляд задержался на Малфое, одарившем его надменным взором. — Все хорошо, сэр, — впервые за вечер подал голос Теодор. — Все обошлось, но… — Дементор напугал до смерти нашу подругу, — перебил Блейз. Ситуация явно не давала ему покоя. Драко громко хмыкнул, скрестив руки на груди, и тихо бросил: — Тоже мне, подруга. — Как тебя зовут? — профессор проигнорировал выпад, внимательно разглядывая среди студентов заплаканную девочку. — Иви, — отозвалась она тихо, поднимая затуманенный взгляд, — Иви Уильямс. — Уильямс… — протянул мужчина, и уголок губ чуть приподнялся. На миг он погрузился в собственные мысли. Дети вопросительно смотрели на него. Драко покашлял, привлекая внимание. Незнакомец моргнул, взгляд снова стал осознанным. — Что ж, хорошо, что вы целы и все обошлось. У вас есть сладкое? — студенты отрицательно покачали головами. Профессор достал из мантии маленький кусочек шоколада в фольге и протянул его Иви. — Съешь, это поможет быстрее прийти в себя. — Простите, — голос девушки прозвучал высоко и неестественно, — почему дементор интересовался мной? — Не знаю, мисс. — мужчина пожал плечами и покинул купе. Никто ему не поверил.***
В Большом зале гуде возбужденный рой студентов. Все обсуждали нападение дементора на «Хогвартс-экспресс». Драко не упустил шанса рассказать всем о том, что Гарри Поттер потерял сознание от страха, смакуя каждую деталь. Иви сидела в стороне от друзей, подперев подбородок рукой и безучастно разглядывая узоры на темной поверхности стола. Мысли крутились вокруг встречи с дементором, шум вокруг казался далеким. — Эй, Колючка! — в бок ткнули локтем. Она медленно повернула голову и не удивилась, увидев перед собой улыбающиеся лица Фреда и Джорджа Уизли. Именно они придумали это прозвище, ведь Иви нередко раздражалась и колола обидными фразами, оттого и «Колючка» прилипло намертво. — Она совсем не рада нас видеть, Фред! — заметил Джордж, уловив удрученное состояние. Брови его слегка нахмурились. — Что случилось, Иви? Снова Малфой обидел? — Надо было идти в купе к нам, а не к этим… — Фред поморщился и махнул рукой, подбирая слова помягче, но на языке вертелось только нецензурное, — … к этой сомнительной компании. — он приблизился и уже тише спросил: — И все-таки, что с тобой? Ответить Иви не успела. Двери Большого зала распахнулись, МакГонагалл повела за собой толпу первокурсников. Дети, выстроившиеся у кафедры, выглядели одновременно испуганными и восхищенными. Иви слегка улыбнулась близнецам и жестом показала, что расскажет все позже. Сейчас внимание целиком захватила церемония распределения. Девушка всегда с восхищением наблюдала за тем, куда попадают новые студенты. Распределяющая Шляпа, древняя и мудрая, будто видела насквозь каждого ребенка и безошибочно определяла его путь. Иви следила за каждым, ловила их эмоции, и на миг тревожные мысли покинули ее, уступив место предвкушению нового учебного года. Иви вспомнила свое распределение. Жизнь разделилась на «до» и «после», когда Шляпа отправила в Гриффиндор. Будучи наивной, она надеялась встретить там друзей, но все уже ненавидели ее из-за старшего брата, который был старостой на факультете Слизерин. Друзья детства также отвернулись, даже Блейз, которому она нравилась, сторонился ее. Лишь Теодор остался рядом, как и обещал. — Приветствую всех! — раздался резвый голос Дамблдора. Он сияющими глазами оглядел всех учеников: — Поздравляю с началом нового учебного года! Мне нужно многое вам сказать. И начнем с самого важного и неприятного, — директор покашлял и продолжил: — Вам уже хорошо известно, что в нашу школу прислали несколько стражей Азкабана. Они находятся здесь по поручению Министерства Магии. Сегодня вечером они проводили обыск в «Хогвартс-Экспрессе». Иви опустила голову, невольно вспоминая пережитый ужас. — Папа сказал, что Дамблдор был против этой идеи, но Фадж настоял, — прошептал Фред однокурснице, сидящей напротив него. — Они будут стоять у всех выходов с территории школы, — директор продолжил речь: — И пока они здесь, запомните хорошо: никто не должен покидать Хогвартс без разрешения. Дементоров не проведешь, поэтому не давайте им повода причинить вам вред! Иви совсем поникла, напугалась. Ей казалось, директор смотрит на нее неодобрительным взглядом. А вдруг дементоры разглядели в ней нечто ужасное и теперь ее исключат? Что будет, если отец узнает об этом? — Закончу на более приятной ноте, — Дамблдор улыбнулся, выдержав небольшую паузу. — Представляю двух новых преподавателей. Профессор Люпин, — изо стола привстал тот самый незнакомец со шрамом на лице и легко улыбнулся. Раздались редкие хлопки. Иви получше разглядела нового учителя. Еще один вопрос не давал ей покоя: почему он так странно отреагировал на ее фамилию? — Что касается второго назначения, — директор продолжил сразу, как стихли аплодисменты, — с большим удовольствием сообщаю, что новым преподавателем по уходу за магическими существами будет Рубеус Хагрид. За столом Гриффиндора раздались громкие аплодисменты, больше всех радовались Рон, Гарри и Гермиона. Сам великан раскраснелся и широко улыбался. После долгой речи директора на столах появилась еда. Зал оживился: звон ножей и вилок, смех, обрывки разговоров — все сливалось в знакомый, уютный шум. Иви отпила из кубка тыквенный сок, впервые ароматная еда не вызывала аппетита. Она рассеяно провела пальцем по краю тарелки, взгляд блуждал где-то далеко. — Она точно заболела, Джордж! — протянул Фред с наигранной тревогой. — Ты прав, Фред, — подхватил близнец, бросив взгляд на пустую тарелку: — Колючка, смотри, твоя любимая курочка! Будешь? — он ловко переложил в ее тарелку куриную ножку с золотистой аппетитной корочкой. — Я что-то не голодная, — голос дрожал, выдавая внутреннее смятение. Эмоции переполняли, давили на грудь. Хотелось поскорее укрыться под тяжелым прохладным одеялом и выплакаться вволю. — Не может такого быть! — хором воскликнули парни, переглянувшись с неподдельным беспокойством. После речи о дементорах желание делиться пережитым кошмаром исчезло без следа. Иви вдруг ощутила себя преступницей, будто она не имела права находиться здесь, ведь дементор коснулся только ее… Или нет? Она бросила взгляд на Гарри, который с аппетитом поедал картофельное пюре. В груди шевельнулась решимость: завтра она обязательно с ним поговорит. Ведь должен же быть кто-то, кто поймет. Близнецы активно рассказывали друзьям о поездке в Египет. Хоть они и не обращались к Иви, их голоса, звонкие и полные энтузиазма, отвлекли от навязчивых мыслей. Она даже заставила себя немного поесть и поняла, насколько была голодна все это время. Позже, в спальне, Лаванда и Парвати никак не могли наговориться. Даже после строгого замечания Гермионы они продолжили шептаться, приглушенно хихикая в подушки. Иви плотно укуталась в одеяло, словно в кокон, недоверчиво поглядывая в окно. За стеклом сиял яркий полумесяц, но в его свете чудилась уродливая фигура дементора. Тревога все еще не отпустила, но усталость взяла свое. Иви закрыла глаза, и сон, хрупкий и беспокойный, наконец окутал ее.
