Плохой парень Пак Чанёль

На следующий день Чанёль всё же соизволил показаться в стенах университета. Привычно окружённый многочисленными друзьями и подружками, он прошагал по коридору мимо оживившейся Наби и не удостоил её даже коротким взглядом. — Придурок Пак Чанёль! — прошипела ему вслед девушка, направившись, как и планировала ранее, в библиотеку. Вооружившись двумя внушительными учебниками по механике, она с трудом впихнула их в пакет и потащила эту непосильную ношу в аудиторию, где проходила пара. Уже на лестнице к ней привязался Чунмён и с боем вырвал пакет, что-то болтая о том, что она девушка и ей нельзя таскать тяжести. — Ох, Ким, вот ты такой положительный парень и до сих пор один! — не подумав ляпнула Наби, устало плетясь за старостой. — Не хочешь исправить это досадное недоразумение? — развернулся на пятках Чунмён. — Нет, ты меня не так понял! — поспешно замахала руками девушка. — Зачем тогда разговор завела? — помрачнел он, продолжив непростой путь по забитому студентами коридору. — К слову, моё сердце уже давно несвободно. Но я умею ждать и добиваться своего! От этих слов у Наби внутри похолодело, и она слегка отстала от старосты, чтобы не слушать продолжения романтического монолога. На протяжении всех пар Чанёль умело игнорировал Наби. Стоило той направиться к его парте, как Пака из аудитории будто ветром сдувало. На переменах тоже где-то тихарился. Но девчонка быстро догадалась, где его искать — стоило только взглянуть на задний двор с высоты третьего этажа. Боясь упустить добычу, она сбежала по лестнице вниз и, миновав раздевалку, вылетела на улицу в одной толстовке. Поскальзываясь на накатанной тропинке, забежала за угол здания и остановилась, чтобы перевести дух. Чанёль стоял в компании Сехуна и того самого парня, с которым О беседовал вчера после пар. На Паке, несмотря на холод, была надета тонкая кожаная курточка, и стоял он к Наби вполоборота. Пока парень её не заметил, она наблюдала за ним исподтишка и тихо млела, когда длинные пальцы, удерживающие тлеющие сигарету, подносили её к пухлым губам. Пак делал глубокую затяжку, а потом струйки дыма вырывались через аккуратные ноздри и таяли в воздухе без следа, оставляя за собой лишь тонкий шлейф табака. — Тебе чего? — незнакомец первым спалил Наби и теперь мило улыбался, сверкая чёрными глазищами. Остальные двое также посмотрели в сторону девчонки — Сехун с удивлением, Чанёль с трагизмом. Всю решительность как рукой сняло и чтобы не сбежать позорно обратно в универ, Наби мелкими шажочками направилась к парням. — Я… это… покурить не найдётся? — спросила она первое, что пришло в голову. — Ты куришь?! — воскликнул Сехун, прижав руку к сердцу. — Иногда, — уклончиво ответила девушка. Чанёль неопределённо хмыкнул, всё так же глядя вдаль, где за высоким забором находилась оживлённая дорога, по которой туда-сюда носились автомобили. — Меня Чонин зовут, — представился незнакомец, учтиво протягивая пачку. — А меня Наби, — выдохнула девушка, вытаскивая сигарету трясущимися руками. — Бабочка? — прищурился красавчик-брюнет, пуская в ход все чары по обольщению. — Типа того, — согласилась девчонка, зажав сигарету между губ. Чонин подался вперёд и щёлкнул зажигалкой, поджигая кончик никотиновой палочки, и тут же отстранился на безопасное расстояние. Наби поспешно убрала сигарету от губ, чтобы с позором не закашляться, и покосилась на Пака. Тот как раз сделал последнюю затяжку и, выбросив в снег окурок, ушёл, поманив за собой Сехуна. Оставаться наедине с Чонином, пышущим тестостероном, совершенно не входило в планы Наби, но, к счастью или сожалению, им не суждено было сбыться. — Наби! Я сейчас же отшлёпаю тебя ремнём! — голос старосты был слышен даже из-за угла. Снося всех на своём пути, поскальзываясь и тут же поднимаясь, Чунмён забежал на задний двор и хищно сузил глаза. Оттолкнув впавших в прострацию Чанёля и Сехуна, староста подбежал к Наби, выхватил из её рук сигарету и отвесил неслабый подзатыльник. — Совсем сдурела? Травить себя вздумала? Без куртки ходишь?! Хорошо, что я в окно выглянул! Теперь будешь под моим присмотром! — сердито бурчал он, буксируя девушку по направлению к главному входу. Она жалобно посмотрела на изумлённого Чанёля, гадко хихикающего Сехуна и разочарованного Чонина — ни один не встал на её защиту. Ну что за мужики пошли! *** Староста своё слово сдержал — весь день не спускал с Наби глаз, сопровождал до столовой и туалета, даже домой вызвался проводить. Хорошо, что в квартиру не зашёл — остудила фраза про то, что папа дома. Видимо, к столь ответственной встрече Чунмён ещё был не готов, поэтому поспешил откланяться, не забыв напомнить, что завтра утром будет ждать её во дворе и проводит на занятия. — За что мне это! — трагически ныла Наби, пока лифт доставлял её на нужный этаж. С облегчением сгрузив учебники на полу своей комнаты, девчонка обошла весь дом и убедилась, что никого ещё нет. Что ж, есть время сходить в душ и пообедать. Когда Наби, после всех домашних дел, развалилась на диване в гостиной, невесёлые мысли вновь захватили её с головой. Время медленно, но неумолимо тикало, а проект и ныне там — в смысле, нигде. Нет его! Но Наби также понимала и другое — этот проект не просто очередной мозговыносящий сюрприз от профессора Чхве. Нет — это возможность завоевать сердце ледышки Пака и сделать его своим парнем. Мысленно представив Чанёля, который нежно держит её за руку и представляет друзьям, как свою девушку, Наби залилась краской и с грохотом свалилась на пол. — Что же делать?! — хищно прищурилась она. Решение пришло не сразу, но поразило своей простотой и правильностью. Напевая под нос весёлую песенку, Наби достала из тумбочки бумажный пакет и принялась складывать в него многочисленные контейнеры и баночки. — Ты не устоишь, Пак Чанёль! — торжественно пообещала она своему отражению, прежде чем покинула квартиру, от души хлопнув дверью. *** В этот раз найти автомастерскую не составило труда. Благоразумно обойдя участок тропинки, на котором она вчера навернулась, Наби подошла к двери пятого ремонтного бокса и коротко выдохнула. Была не была! Тяжёлая дверь с трудом поддалась и отъехала в сторону, являя взору уже привычное яркое освещение и ряд покорёженных машин. Дядюшки Донгона в этот раз не было видно, зато на звук подтянулся Чанёль, тут же скорчивший сердитую гримасу. — Ты что тут забыла? А ну брысь отсюда! — замахнувшись ключом, пригрозил он. — А я не к тебе! — фыркнула Наби, гордо перешагнув порог бокса. Закрыв за собой дверь, она направилась прямиком к заваленному барахлом столу, Чанёль засеменил следом. — Ты что себе позволяешь, а? Малявка! Ходишь, как к себе домой! Кто тебя сюда пустил! — не переставая бубнил он, на ходу подтягивая лямки рабочего комбинезона. — А где дядюшка Донгон? — обернувшись, спросила Наби. — Покурить вышел, — нахмурился Чанёль. — Чего тебе от него надо? Он женат и у него двое детей! — Знаешь, для человека, который категорически не замечал меня в универе, ты слишком много говоришь! — мило взмахнув ресничками, девушка отвернулась и обратила свой взгляд на стол. — Мда, вот же у вас антисанитария! Вручив Чанёлю бумажный пакет, она стянула с себя куртку с шапкой и бросила их на стул. Закатав рукава толстовки, принялась собирать многочисленный мусор и сортировать его — что-то сразу перекочёвывало в мусорное ведро, что-то расставлялось по полкам. Гайки? Шурупы? Плевать! Закинуть в один ящик, пусть сами потом разбираются. А что это за грязная тряпица, пропахшая соляркой и бензином? В урну! И какой дебил тушит окурки в кружке? В мойку! А это и есть знаменитый полузасохший батон? Да уж, Чанёль явно приукрасил действительность — такую зелёную плесень даже мыши постыдятся есть! — Хён! — стоило двери открыться, как Пак помчался на встречу к дядюшке. — О-о-о, Наби, здравствуй! — проигнорировав помощника, улыбнулся Донгон. — Здравствуйте! — девушка вежливо поклонилась и обвела взглядом плоды своих трудов. — Я тут немножко прибралась у вас. Вы не против? — Да что уж теперь говорить, раз дело сделано! — с улыбкой, махнул рукой дядюшка. — А вы, случаем, не голодны? — Наби подскочила к Чанёлю и выдрала прижатый к груди пакет. — А то я покушать вам принесла. Пак презрительно фыркнул и направился к помятой Хонде, а Донгон оживлённо поспешил следом за девушкой. Разложив на столе контейнеры и приборы, она поставила греться чайник и робко примостилась на табурете. — М-м, как вкусно! — нахваливал Донгон, уплетая за обе щеки рис. — Сама готовила? — Нет, мама. Но я тоже умею, — смущённо призналась Наби, сложив ладошки на коленях. — Приходи к нам почаще, — довольно чавкая, попросил дядюшка. Подцепив салат и аккуратно отправив его в рот, он тщательно прожевал и проследил за беспокойным взглядом Наби, блуждающим вслед то за появляющейся, то пропадающей из виду спиной Пака. — Ты ведь не мне эти кушанья принесла, да? — промокнув губы салфеткой, усмехнулся мужчина. — Нет, что вы! — Да ладно! Чанёль просто гордый, хочет, чтобы ты его лично позвала. Донгон подмигнул Наби и поднялся со стула. — Эх, пойду поработаю, а потом и чайку можно будет испить! Мужчина уже минут пять ковырялся под капотом Мерседеса, прежде чем девушка набралась смелости и зашагала к Чанёлю. Тот, будто почувствовав её приближение, напрягся, и Наби, нервно сглотнув, впилась взглядом в мускулы, перекатывающиеся под смуглой кожей. Растянутая майка почти не скрывала чужого, перемазанного в мазуте тела, и девушка почувствовала, как её щёки предательски залились краской. — Чего тебе? — не оборачиваясь, буркнул Чанёль. — Будешь кушать? — опустив взгляд, робко пролепетала она. — Я уже обедал, — отрезал Пак, протирая тряпицей какую-то железяку. — В двенадцать, в столовой? Думаю, что от твоего обеда уже ничего не осталось! — искренне возмутилась Наби. — Ты за мной следила? — прищурился парень. — Просто сидела за соседним столиком! — Я не хочу есть! Наби раздражённо топнула ногой и осмелилась подойти ещё ближе. — Почему ты такой упёртый? — То же самое могу спросить у тебя! — огрызнулся Чанёль. — Что ты сюда ходишь? Сказал же, что писать проект не буду! И не надо меня задабривать своими плюшками! — Дело не в плюшках и не в проекте! Твердолобый придурок! — Наби шмыгнула носом и поспешно вернулась к столу. Не глядя ни на кого, она натянула курточку, водрузила на голову шапку и, фальшиво улыбнувшись, помахала рукой Донгону. — Уже уходишь? — удивился дядюшка. — Да, у меня есть дела! Проигнорировав пристальный взгляд Чанёля, Наби выскочила на улицу и огляделась. Как там говорил этот индюк? Сначала в гору, а потом налево. Или направо? Да какая разница! — Кретин! Ублюдок! Придурок! Дурак! — потопав ногами, зашипела Наби и пулей помчалась прочь от бокса, будто Чанёль мог её услышать.