Плохой парень Пак Чанёль

— Да, мам, — устало прислонившись к стене, Наби ответила на звонок родительницы. — Дочка, сегодня после учёбы не задерживайся! — Чего это? — мигом нахмурилась девушка, уже разработавшая в голове очередной план набега на мастерскую. — У нас в ванной кран течёт, я вызвала сантехника. Буду поздно, так что сама его встретишь и проследишь за работой. Не дав Наби и слова вставить, родительница отключилась, даже не осознавая, что только что лишила дочь возможности добиться своей любви. — Вот же! — простонала девчонка, с тоской оглядывая универский коридор. Неожиданно выцепив взглядом знакомую каштановую макушку, гордо возвышающуюся над толпой студентов, она нервно попятилась и, сама не зная почему, почесала в противоположную сторону. — Эй, Ли! — раздался ей в спину раскатистый бас. — Мамочки! — пискнула Наби, сорвавшись на бег. Уже на повороте к лестнице, она обернулась и увидела бежавшего за ней Чанёля, из ноздрей которого разве что дым не валил. — Да что я такого сделала?! — в ужасе воскликнула девчонка, перепрыгивая через две ступеньки и грозясь разбить себе нос. — Стой! — размахивая ручищами, орал Пак. — Я ничего не делала! Отвали! — истерично кричала Наби через плечо, расталкивая всё ещё сонных студентов. — Стой, а то хуже будет! — пригрозил наполовину выдохшийся Чанёль. Ли уже хотела крикнуть, что курить и бухать надо меньше, больше времени уделяя спорту, но слова так и застыли на кончике языка. — Чан, я ловлю её! — перед Наби, будто из-под земли, вырос вчерашний знакомый Чонин, широко раскинувший руки. — Иди сюда, рыбка! Не успев затормозить, девчонка влетела прямиком в объятия брюнета и, тяжело дыша, так и повисла на его руках. — Ты что, блять, спринтерша? — прижав ладонь к колющему боку, прохрипел Чанёль. — Я не блять! — сверкнув глазами, прошипела Наби. Оттолкнув от себя Чонина, она доползла до окна и с трудом забралась на подоконник. От длительного бега на висках выступили капли пота, в горле саднило, а ноги будто онемели. Хорошо хоть по помятому внешнему виду Пака было видно, что ему не лучше. — Ким, оставь нас на минутку, — шепнул Чанёль на ухо Чонину, и тот понятливо кивнул, вернувшись к своей группе, ожидающей прихода преподавателя у закрытой аудитории. Покосившись на приблизившегося Пака, Наби нервно передёрнула плечами и постаралась принять наиболее невозмутимый вид. — Ты тут что за цирковое представление устроила? — предусмотрительно схватив девчонку за шиворот, будто нашкодившего котёнка, скрипнул зубами Чанёль. — Какого хрена я должен бегать за тобой по всему универу, сбивая плечами косяки, а?! — Меньше пить надо было, тогда бы и в глазах не двоилось! — сверкнула глазами Наби. Пак аж задохнулся от возмущения. Сдавленно матюгнувшись, он сунул в руки девчонки небольшой бумажный пакет и, не сказав ни слова, мрачно отправился восвояси. Наби пришла в себя лишь тогда, когда высокая фигура скрылась за поворотом. Растерянно заглянула в пакет и увидела чисто вымытые контейнеры, которые оставила вчера в мастерской. На самом дне пакета лежал небольшой клочок бумаги, на котором кривым почерком было написано: «Спасибо, было очень вкусно! Приходи к нам ещё! Донгон». *** На истории отечественной и зарубежной журналистики, Наби, проигнорировав хмурый взгляд Чанёля, села аккурат через проход от него. Уже минут через пятнадцать после начала пары, убаюканные бубнежом профессора, студенты стали заниматься каждый своим делом — кто-то сидел в телефоне, кто-то болтал с соседом по парте, другие и вовсе сладко дремали, забавно причмокивая губами. С тоской посмотрев на лежащий в рюкзаке планшет и решив, что посмотрит матч вечером, пока сантехник будет возиться с краном, Наби решительно вырвала из тетради лист в клеточку и нацарапала неровным торопливым почерком: «Ты будешь писать со мной механику?» Выждав момент, когда профессор отвернётся к доске, Ли швырнула скомканный листок на соседнюю парту и сделала каменное выражение лица, будто она здесь ни при чём. Чанёль, до этого момента лениво откинувшийся на стуле и созерцающий потолок, изумлённо выгнул бровь и покосился на записку. Чуть помедлив, схватил её кончиками пальцев и развернул. Прочитал несколько раз, хмыкнул и что-то коротко черкнул в ответ. «Меткости в нём хоть отбавляй», — подумала Наби, когда бумажка прилетела точно ей в голову. Пришлось лезть под парту, чтобы отыскать укатившуюся записку, и всё ради того, чтобы прочитать короткое слово: «Нет!» «Что мне сделать, чтобы ты согласился?» — Наби решила не отчаиваться раньше времени. На этот раз она проявила чудеса ловкости и поймала записку в капкан ладошек. «Убейся об стену». Кажется, у неё изо рта вырвались языки пламени, а в воздухе запахло серой и дымом. Скрипнув зубами, девчонка покосилась на насмешливого Чанёля, сделавшего приглашающий жест и мотнувшего головой на ближайшую стену. «Хорошо, я напишу работу сама. И даже скажу профессору Чхве, что мы делали её вдвоём. А ты, как настоящий мужик, отсидись в стороне». Для полного драматизма нужно было капнуть на потрёпанную бумагу слезами, но в Наби сейчас было гораздо больше злости, чем печали, поэтому она решила, что и так неплохо. На удивление ответ прилетел. К сожалению, не такой, как Наби ожидала. «Бла-бла-бла». — Клоун! — надувшись, отвернулась к доске девчонка. Все оставшиеся пары она демонстративно избегала Чанёля, с расспросами к нему не лезла, напротив — совершила ещё один набег на библиотеку, вооружившись недостающей литературой, и во время занятий внимательно изучала параграфы, пытаясь найти среди незнакомых символов хоть что-то, отдалённо подходившее к её теме. Пака она встретила уже на улице — парень нагло курил на крыльце универа, провожая равнодушным взглядом шествующих мимо студентов. Поудобнее перехватив в руках пакеты, Наби решила гордо продефилировать прямо перед носом Чанёля, чтобы его совесть потом лет пять мучила, но не рассчитала силы и поскользнулась на нижней ступеньке, позорно распластавшись на глазах у всех. Мало того, что она явно отшибла себе позвоночник и неслабо приложилась затылком, так ещё и пакеты разорвались, усыпав лёд книгами и контейнерами. Кто-то из толпы рассмеялся, кто-то презрительно отвернулся, но ни один не помог. Чувствуя на себе насмешливые взгляды, Наби принялась торопливо собирать вещи, лихорадочно размышляя, куда бы их засунуть, когда сильная рука схватила её за капюшон куртки и поставила на ноги. — Не видишь, что ли, что лёд? — презрительно скривился Чанёль. — Не вижу! — Ли вновь села на корточки, чтобы собрать укатившиеся баночки. Ей было невыносимо стыдно и больно — нет, дело не в отшибленной пояснице, а в людском равнодушии. Людям проще посмеяться, бросить обидную шутку и пройти мимо, чем помочь в трудную минуту. И она тут, как клоунесса, устроила для них бесплатный цирк, чтобы они сейчас смеялись за её спиной и отпускали едкие шуточки. Когда же сам Пак Чанёль, тяжело вздохнув, начал ей помогать, Наби так и замерла с открытым ртом, не веря своим глазам. Не поднимая взгляд, парень собрал учебники и прижал к груди. Проигнорировав выкрики из толпы и смешки знакомых, он дождался, когда девчонка впихнёт в рюкзак контейнеры, и направился к остановке. — Эй, ты куда? — бросилась за ним Наби. — Так и быть, провожу тебя до дома, — равнодушно отрезал он, легко удерживая книги. — Ты на каком автобусе ездишь? — Не стоит мне помогать! Я сама донесу книги, — воспротивилась было Наби. Пак резко остановился и посмотрел на девчонку таким взглядом, что она от стыда едва под землю не провалилась. — Ты посмела усомниться в моей мужественности? — чётко проговаривая каждое слово, припечатал Чанёль. — Нет, я… — Не думай, что взяла меня на «слабо»! Хён попросил меня присматривать за тобой, а ему в просьбе я отказать не могу! — Но я ничего не скажу дядюшке… — Дело не в этом! Я мужчина и я дал ему слово! Хотя ты мне нахер не сдалась! Просто моё уважение к этому человеку безгранично! А, впрочем… Чанёль мотнул головой и отвернулся, а Наби почему-то почувствовала себя дико виноватой. А ещё ей показалось, что Чанёля и дядюшку Донгона связывает гораздо больше, чем отношения мастера и помощника. К счастью, автобус был полупустой, поэтому Наби впихнулась на своё любимое место в конце салона у окна, а Чанёль, чуть помедлив, приземлился на соседнее сиденье. По дороге она искоса поглядывала на нахмуренного Пака и едва сдерживалась от желания положить свою голову ему на плечо и счастливо выдохнуть. Чтобы не нарываться лишний раз, она реализовывала свои тайные желания в мечтах, где они с Чанёлем уже успели пожениться и нарожать троих детишек. — Ещё долго? — недовольно спросил Пак после двадцати минут тряски в транспорте. — Уже скоро, — пролепетала Наби. — А ты куда-то торопишься? — Я не обязан тебе докладывать! Девчонка огорчённо вздохнула и опустила голову. Вскоре автобус притормозил на нужной остановке, а оттуда ещё пять минут до дома. На протяжении всего пути Чанёль молчал, лишь сверкал глазами в сгущающихся сумерках. Притормозив на границе подъезда, он замялся, будто не знал, оставить книги здесь, на снегу, или всё же подняться на нужный этаж. — Я могу тебя угостить чаем в знак благодарности? — решила морально подтолкнуть его Наби. — И накормить могу, если ты проголодался! Пак недовольно закатил глаза и оттопырил нижнюю губу, будто пребывал в глубочайших сомнениях относительно чистоты намерений Ли. — И механикой грузить не будешь? — решил уточнить он. Наби картинно зашила себе рот и яростно закивала. — Ладно, только недолго, — нехотя согласился парень, ныряя в темноту подъезда. Родителей, как и ожидалось, дома не было. Наби же, порхая на крыльях счастья, поспешно стянула с себя ботинки и верхнюю одежду и, отобрав учебники у Пака, умчалась в свою комнату. На бегу поправив одеяло на кровати и закинув в шкаф валявшуюся на кресле одежду, девчонка выпорхнула в коридор и мило улыбнулась гостю. — Ты проходи, руки помой! А я пока обед разогрею, — шаркнув ножкой, пролепетала она. Уже ставя в микроволновку тарелку с рисом, Наби вспомнила, что повесила сушиться на батарею свои труселя. Покрывшись холодным потом, она бросилась в ванную, ещё не зная, что будет делать, и дёрнула на себя ручку незапертой двери. Чанёль, до этого мирно намыливавший руки, изумлённо повернулся в сторону Ли и растерянно моргнул — трусы висели прямо у него перед носом, розовые такие, с кружевами, труселя! — Вот же позор, мамочки! — сдавленно пробормотала Наби. — Чанёль, ты бы лучше в кухне руки помыл, а то здесь кран протекает! — Да? — удивился Пак, опустив взгляд на раковину. — Пойдём, нечего здесь смотреть, — подскочив к парню, Ли вцепилась в его рукав и потянула на себя. И в этот момент случилось непредвиденное. Несчастье. Нелепость. — БЛЯТЬ!!! — отскочив к ванной, заорал Чанёль. Брызнувшая из трубы струя ударила в потолок, заодно облив кипятком и столпившихся у раковины людей. — Чёрт! — Что делать?! — А я откуда знаю? — Ты парень! — Но не сантехник! — Закрути кран! — Это не поможет! — Поможет! — Крути сама! Там кипяток! — Я позвоню в аварийную службу! — Лучше, блять, дай мне тапочки! Я стою в луже из кипятка! Не сразу, но всё же додумавшись перекрыть воду, Наби принялась торопливо убирать набежавшую лужу, пока соседи снизу не прибежали и не стали выламывать кулаками дверь, посыпая проклятиями и без того многострадальную голову. — Кто это там? — успевший стянуть с себя мокрую толстовку, насторожился Чанёль. — Соседи! — пискнула Наби. Отшвырнув тряпку, она на цыпочках добралась до двери и выглянула в глазок — на площадке стоял незнакомый мужчина и лениво зевал, почёсывая лысоватый затылок. — Вы сантехник?! — торопливо щёлкнув замком, воскликнула девчонка. — Да, вызывали? — меланхолично отозвался гость. Наби тут же потащила его к ванной, на ходу рассказывая о прорыве, но проходя мимо гостиной, заглянула внутрь и ужаснулась — Чанёль успел уже и футболку снять, а сейчас расстёгивал ремень. Сантехник тоже успел это заметить, поэтому Наби торопливо затолкнула его в ванную, а сама подлетела к невозмутимому Паку. — Ты что здесь за стриптиз устроил?! — прошипела она, стараясь не акцентировать внимание на подкачанном худощавом теле. — Вся моя одежда сырая! Посмотри только, я весь в ожогах! — Чанёль ткнул пальцем на грудь, где краснели пятна от горячей воды, и Наби в сотый раз за сегодня почувствовала себя виноватой. — Давай я тебе что-нибудь из папиной одежды принесу, а эту повесим сушиться, — вздохнула она. Когда мама пришла с работы, то застала весьма любопытную картину — её дочка сидела на кухне в компании незнакомого молодого человека, одетого в вещи её мужа, и с упоением наблюдала, как тот с аппетитом жуёт ужин. — Ой, мам, ты пришла? — ничуть не смутившись, улыбнулась Наби. — Пришла, — растерянно повторила родительница. — А это, собственно говоря, кто? — А это сантехник! — отмахнулась девчонка, проигнорировав сдавленный кашель парня. — У нас, мам, трубу с горячей водой прорвало, его всего с ног до головы окатило, и я решила за причинённые неудобства накормить человека обедом! — Ой, я сожалею! — тут же смутилась женщина, заинтересованно поглядывая на учтиво поздоровавшегося с ней незнакомца. — Спасибо за ужин, я уже ухожу! — торопливо раскланялся тот, наклонившись к Наби. — Где моя одежда? — Сушится в ванной, — натянуто улыбнулась девчонка, в тайне радуясь, что в пылу суматохи успела припрятать куда подальше розовые труселя.