Аиша

      Туристы орали как резаные от восторга, когда прямо возле борта яхты показалась, постепенно выныривая боком, гигантская туша синего кита. Особенно храбрый молодой пацан в крутой, расшитой клепками кожаной куртке на меху, даже свесился за заграждение и попытался дотянуться рукой до поросшего какими-то желтовато-бурыми наростами серого тела подводной громады. Над водой медленно показался хвост, размером с саму яхту, когда цепкая рука ухватила парня за шкирку и оттащила назад. - Слез, морда тупая! - грозно рявкнула коротко стриженая женщина, казалось, готовая убить «золотого мальчика» на месте. Девчонки рядом захихикали. - Папенькины деньги не помогут, если в воду свалишься! Тебе тут Канары, что ли? Ты в Гренландии, тупица! Три минуты и покойник! - Оборзела, стерва?! Да я тебя...       Начал заводиться парень, но его мигом оттащил второй работник яхты, рослый моряк. Утянув орущего подростка в кубрик, мужчина басом что-то с невероятным спокойствием ему втирал, как малому дитю. Женщина хмыкнула и гордо удалилась ближе к носу, контролируя оставшуюся тусовку «блатных» подростков. И надо же было такое удумать — лететь с Галифакса в Гренландию, чтобы посмотреть миграцию китов! Поистине, нет предела дури богатых. - Запер его внутри, чтобы не буянил. А там капитан сам с ним проведет воспитательную беседу. Ты как, Аиша? - Хочу домой и перекусить. Холодно, - устало ответила женщина, запустив руку под капюшон спортивного пуховика и взъерошивая коротко стриженые волосы. - Устала я уже от рыбной ловли в этом сезоне. Мне тридцать шесть, пойми, а ни мужа ни детей нет. Зато есть перхоть, седина и соль, въевшаяся под ногти. Завидная невеста, ничего не скажешь! - Тьфу ты, вот дура-то... - хмыкнул собеседник в густую бороду. - На кой черт в Гренландию тогда улетела? Жила бы в своих Эмиратах, жена шейха бы была и в ус не дула! - А вот спросил... - философски хмыкнула Аиша, уже давно перестав наивно отвечать: «Хотела свободы!». Встрепенувшись, женщина снова гаркнула, заметив оживление подростков. - Отошли от борта!       Через два часа яхта причалила в крохотном порту на три судна, и все быстро распрощались друг с другом. Богатенького сыночка капитан едва не выпнул ногой на берег, едва удерживаясь от ругани. Аиша только помахала рукой, обнялась с другом и поспешила к стоянке. Отвязав велосипед, женщина поехала в город, неспешно вращая педали. В лицо дул холодный ветер, а по левую руку открывался вид на полное белоснежных и голубых льдин темно-синее море. Раздался приглушенный, но пробирающий до глубины души хруст. Аиша затормозила, упершись ногой в припорошенную снегом дорогу, восхищенно смотря на медленно соскальзывающий в воду кусок материка. Гигантская льдина отламывалась от ледяного панциря, покрывающего всю землю этого забытого Богом уголка мира. А ведь эти громады формировались с тех времен, когда человек еще даже не ходил по Земле... Женщина улыбнулась и полулегла на руль, с улыбкой смотря это чарующий величием процесс. На ее родине, в Арабских Эмиратах, такого никто не смог бы даже представить...       Резкий гудок автомобиля раздался, как гром среди ясного неба. Аиша дернулась, замечая выруливающий из-за поворота на скорости грузовик. Тусклые, темные глаза женщины расширились от ужаса, и она попыталась отойти на обочину. Край штанины зацепился за педаль, от спешки Аиша упала на асфальт, придавленная велосипедом. Гудки врывались в мозг, она задергалась, пытаясь отползти...

***

- Ну-с, что тут случилось?       Сиделка прошла к капельницам, подвешивая новый пакетик с витаминным раствором. Мужчина рядом зашелестел бумагами и поправил очки на лице. Недолго царило молчание, но, наконец, он ответил: - Сломано пять ребер, порвана селезенка, легкое проколото в трех местах...Сделали операцию, но состояние все еще нестабильное. - Ее что, грузовик сбил? - с удивлением спросила медсестра, оборачиваясь к врачу. - Да, на подъезде к городу. И откуда только взялся! - Ну, сегодня большего уже сделать не получится, доктор. Вы и так оперировали несколько часов кряду. Идемте, внизу вас ожидает кофе с тортиком.       Медики удалились, и в палате снова остались лишь звуки пищащей приборной панели и шум аппарата искусственного дыхания. На тумбочке не было ни цветов, ни пожеланий скорейшего выздоровления. Только лежала на застиранных простынях загорелая, темная женщина с изможденным, усеянном преждевременными морщинами лицом. Широкий нос и маленький рот были скрыты полупрозрачной маской с трубкой, уходящей глубоко в горло.       Тени в углу комнаты колыхнулись, как если бы отбрасывались свечой. Постепенно из темноты отделилась рослая фигура, замешкалась, сделала шаг вперед. Худая рука провела над телом женщины, и словно бы искристое серебро пробежало поверх тонкого одеяльца.       Внезапно, Аиша выпрямилась на постели, распахивая глаза и сразу замечая молчаливую фигуру. - О, Господи!.. - прошептала женщина, ужаснувшись, и осторожно отползла, но тут же вскрикнула, заметив на постели свое прикрепленное к датчикам тело. - Что это?! - Ты мертва.       Шелестящий голос отвлек Аишу от разглядывания самой себя. Она вновь подняла взгляд на фигуру и сглотнула. - Но это же аппарат жизнеобеспечения! Если ты Смерть, то пришел слишком рано, я не собираюсь сдаваться, ясно? - В этом мире тебе не жить, - от собеседника повеяло самым ледяным ветром Гренландии, заставив Аишу внутренне сжаться. Фигура отступила к двери и взялась за ручку. - Ты идешь или остаешься здесь?       Женщина соскочила с высокой больничной постели. Кинув еще один взгляд на свое болезненное тело, она пробормотала: - Знала бы, помыла бы голову... Я иду, куда бы это ни было.       Ручка двери щелкнула, и фигура скользнула вперед, окруженная тенями. Аиша без колебаний последовала следом, делая шаг за порог. Ее ослепили два ряда больших пиал с горящим в них огнем. Тело женщины пронзила острая боль, и она упала на четвереньки, тяжело дыша. Фигура застыла по правую сторону от нее, и Аиша разглядела перед собой короткую лестницу и стоящих внизу... людей? - Отныне проклятие в руках этого омеги, - зашелестела фигура, источая от себя черные тени. - И судьба мира...       Аиша все же смогла приподнять голову, поднимая взгляд на силуэт, и встретилась с ранее не замеченными грустными серыми глазами. Фигура произнесла уже тише, так, чтобы услышала лишь женщина: - Покой... наконец-то...       Фигура растворилась, как тень в лучах рассвета, угасая и истончаясь. Почему-то стало нестерпимо грустно. Только вот рядом быстро появились уже замеченные ею личности в длинных белых хитонах, каждый норовил прикоснуться, пока, наконец, Аишу не взяли под локоть и не подняли на ноги.       Ее повели вперед вниз с лестницы, и с каждым шагом женщина ощущала, что что-то в ней нестерпимо изменилось. По плечам вниз соскользнули длинные черные пряди волос, приведя Аишу в шок. Скосив взгляд вниз, женщина потрясенно осознала, что более... не женщина. Сглотнув, Аиша попыталась взять себя в руки. Так же, как взяла, когда, будучи обычной арабской девушкой, на родительские «копейки» сбежала на край света в ледяную Гренландию. «Я ведь умерла. Быть может, теперь я заняла чье-то место в другом мире? Да, это похоже на правду... Но всяко лучше, чем быть сбитой грузовиком. Эй, давай, не вешай нос, ты еще жива, да еще и, кажется, вполне молода... Прощай, седина и морщины!» - с мрачной иронией и невеселым оптимизмом подумала Аиша, наконец, окончательно придя в себя и резко тормозя волокущую ее куда-то процессию попыткой выдрать руки из захвата. «Мне кажется, или я и бабой была сильнее?..» - А ну, хватит меня волочить, я вам что, животина безмозглая?! - привычно рявкнула Аиша, гордо выпрямляясь, несмотря на наготу. Подумаешь, тоже ведь. В море вообще было плевать, при каких свидетелях переодеваться. - Ох ты ж, ну и морда...       И ведь было чему удивляться. Перед ней вырос еще один не-человек в белом хитоне, только вот серая кожа, покрытая какими-то похожими на прыщи бугорками изрядно напрягала. Впрочем, это бы Аиша еще пережила, если бы не смотрящая на нее физиономия. Рот, очевидно, не закрывался в принципе, обнажая мелкие иголки-зубки. Нос в виде двух узких щелок от скулы до хряща посреди лица выглядел жутко, а особенно полное отсутствие волос. Вместо них свисали кожистые тонкие «сопли», как их окрестила про себя Аиша. Вот жуть-то... Женщина отшатнулась назад, но лишь наткнулась спиной на сородичей сего создания. Премерзкий голос стоящего впереди заставил ее поморщиться. - Прости нашу спешку, Предсказанный. Однако дело не терпит отлагательств. Верховный жрец ожидает тебя, дабы разрушить проклятье чародея Цанит, что терзает нас уже как два поколения. - Ну что же, раз ожидает... - поведя плечом, ответила Аиша и гордо задрала нос. - Ведите и без рук!       Процессия тронулась вновь, только теперь Аиша, приноровившись к изменившемуся обличью, ступа... л гораздо смелее. В голове были сотни мыслей, а еще сожаление... Ведь эта самая мысль терзала всю жизнь: если бы повезло родиться арабским мужчиной, а не женщиной, вся судьба была бы совсем другой... Смириться с подобным изменением стойкая, непробиваемая никакими невзгодами психика, смогла без труда.       Резные каменные створки дверей приоткрылись, и Аишу вдруг втолкнули совершенно одного в холодное просторное помещение. Все те же пиалы с горящим огнем и полумрак. Хотелось сбежать отсюда, таким необъяснимо отталкивающим показалось это место. Аиша сжал кулак, заметив сидящего на возвышении и заинтересованно наклонившегося вперед крупного мужчину все той же преотвратной наружности. - Быть может, мне все же дадут одежду или хоть какую-то тряпку? - с недовольством процедил Аиша, скрещивая руки на груди. - А еще хотелось бы узнать, что происходит. - Вот ты какой, Предсказанный... - мужчина поднялся, стремительно приближаясь и заставляя еще сильнее желать бегства. - Происходит то, чего мы ждали две сотни лет! Наконец-то мятежный дух проклятого Цанита оставил наш мир. Теперь ты, точнее, я, должен совершить с тобой обряд, дабы разрушить проклятие.       Мир Аиши перевернулся. Этот... Морда! Был ко всему прочему не одет! Нехорошие подозрения начали закрадываться в голову, с каждым шагом Морды по направлению к нему. Нет, так дело не пойдет. Аиша рывком метнулся вперед, благодаря своего старика-капитана за умение обращаться даже с самыми наглыми или пьяными мужиками.       С разбегу сделав подсечку и опрокинув мигом разразившегося бранью Морду на пол, Аиша, не задумываясь, рванул в сторону видневшейся дверцы в дальней стороне зала. Если повезет... Да, покои! Еще и с засовом изнутри. Омега запер дверь и с воодушевлением огляделся. Ага, вот и закуток с внушающим уважение гардеробом. Хм... - Тряпки, тряпки, тряпки... - бормотал Аиша, роясь в вещах вопившего и ломившегося в дверь существа. - Мало я, что ли, паранджу носила... Ну, ничего, переживем!       Белое одеяние скрыло наконец-то изрядно озябшее худое юношеское тело и заодно прикрыло голову. Найденный на ближайшей тумбе ножик для странного вида пищи был тут же пущен в ход — длинные темные волосы Аиша немилосердно отрезал, криво и косо, зато ощущения комфорта прибавилось. Теперь можно было и бежать, благо дверь начинала опасно шататься и поскрипывать, а голосов за нею прибавилось.       Ругаясь на чем свет, омега выглянул в обнаружившееся за тяжелой белой драпировкой окно. И что за мания к белому цвету? Таких страшилищ только в чадру рядить! Из окна открывался вид на крутой склон и виднеющийся впереди лес. Темно-синий лес. В смысле, листва была насыщенного иссиня-черного цвета. Аиша устал удивляться и смирился, что, раз уж по неловкости пришлось умереть в своем мире, где жизнь и так была погребена под льдами Гренландии, то придется привыкать к этому, такому неправильному и незнакомому. - Открой дверь, Предсказанный, иначе нам придется действовать силой! - раздался угрожающий окрик из-за скрипящей преграды. Аиша бойко крикнул в ответ: - Выкуси, извращенец! Ох, Алла-а-ах...       То ли восхищенный, то ли напуганный визг, и омега выбрался из окна, свешиваясь на руках вниз и цепляясь ногами за трещины в камне. Ну, не сложнее чем во время качки на палубе стоять. Эх! Пришлось шустро сползать вниз с высоты, пожалуй, не меньше трех метров. Едва ноги коснулись сухой серовато-голубой травы, наверху раздался взрыв, и мигнула белоснежная вспышка. Поглубже натянув на голову замотанный на манер платка кусок ткани, Аиша припустил по склону холма к спасительной сени леса. Под вопли сзади снова полыхнуло, заставляя юношу упасть на траву. Однако, быстро соориентировавшись, омега снова поднялся и все же нырнул в густую тень леса. Изумленные возгласы сзади удалось благополучно игнорировать.       Аиша бежал так долго и быстро, как только мог. Попасться снова в лапы жутких созданий не хотелось, только вот ветки цепляли, и вообще, омега изрядно поотвык от какой-либо растительности вокруг. Да о чем тут говорить — пятнадцать лет в Гренландии, где одни лишь льды, снег и мхи, сделали свое дело. Аиша быстро понял, что окончательно потерялся. Проклятье...       Над головой, не пропуская света, сомкнулся покров темно-синей листвы. Омега присел в корнях одного из исполинов, поджимая ноющие и трясущиеся от усталости ноги к груди. Хотелось есть... просто невероятно, как хотелось сочный кусочек мяса. Внезапно на небольшую поляну впереди из кустов выбежала небольшая зверушка с прелестной золотистой шкуркой. Аиша восхищенно ахнул и замер, разглядывая чудо. Острый маленький носик поводил по воздуху и создание, заинтересованно шевельнув длинными, будто плюшевыми ушками с кисточками, подошло ближе, осторожно переступая коротенькими лапками.       Со свистом стрела рассекла воздух, вонзаясь точно над макушкой вскрикнувшего омеги. Зверушка, запищав, вновь скрылась в кустах, очевидно, убежав куда подальше. Кусты снова затрещали, и перед Аишей оказалась крупная морда странного трехногого зверя. Красные глазки моргнули, но почему-то злобы в них не ощущалось. Омега поднял глаза выше и замер, во все глаза уставившись на мужчину, который ловко соскочил со зверя. Тугая коса русых волос была коротким жестом перекинута через плечо... широкое, мускулистое плечо... У Аиши вдруг мелькнула мысль, что было бы интересно потрогать такое рельефное предплечье. Низкий голос вызвал табун мурашек во всем теле. - Кто ты такой, мальчик? Ты ведь послушник из храма, верно? - Н-нет... - заикнувшись, что случалось редко, ответил Аиша, после чего все же поднялся, охнув от боли в напряженных ногах. В серых глазах напротив мелькнуло беспокойство. - Я сбежал... Сбежал, да, - явно не стоило пытаться объяснять, что ты иномирец другого пола. Возможно, мужчин здесь тоже больше уважают, как и на родине? - Из этого храма. Там какие-то жуткие ненормальные твари... И, кажется, меня чуть не... Ну, того.       Очевидно, двиганье бровями в многозначительном жесте мужчина понял правильно, потому что чуть улыбнулся и, переступив с ноги на ногу, растерянно почесал себя за... рогом? Да, точно! Аиша был удивлен, заметив небольшие, не длиннее ладони, парные рога на макушке собеседника. И этот не человек... Ну, хоть лицо приятное, несмотря на густую бородку. Даже как-то мужественно. - Насмотрелся? - насмешливо спросил мужчина и вдруг поклонился, к изумлению омеги. - Тогда представлюсь — Имя мое Хаддин, альфа из рода Маавр. А тебя как звать, мальчик? - А... Ну... - слова обычно бойкого Аиши просто таинственным образом куда-то пропали, утонув в ямочках на щеках улыбающегося мужчины. - Я Аиша... - Никогда не слышал такого имени, - приподнял бровь альфа и, схватившись за луку седла, ловко вспрыгнул обратно на своего зверя. Уже сверху, с интересом поглядывая, уточнил. - Тебя подвезти до опушки леса?       Омега закивал, уже представив, как ковылял бы сам, с погоней тех жутких морд сзади. Лучше не говорить об этом Хаддину, а то мало ли, передумает. Пока же мужчина, схватив пискнувшего Аишу за руку, усадил его в седло перед собой, удобно обхватив рукой за талию.       В нос ударил терпкий запах пота, чуть сладковатый, но не раздражающий. Мускулистая светлая грудь была лишь крест-накрест прикрыта кожаными ремнями, на которых держался колчан и что-то похожее и на лук и на арбалет одновременно. Омегу это интересовало гораздо меньше, чем перекаты жил под горячей кожей. «Где ты был в мои семнадцать, - грустно подумал Аиша. - Вот жизнь-то...»       Мерное укачивание убаюкивало, а наличие живой и сильной печки рядом и вовсе создавало ощущение фантастического комфорта. Омега сам не заметил, как начал клевать носом, погружаясь в дрему.

***

      Где-то через несколько часов пути, Хаддин, потрепав спутника за плечо, объявил привал, аргументировав тем, что его зверь устал и скоро стемнеет. Пришлось согласиться и, кряхтя, поплестись собирать ветки для костра. На удивление, огонь в этом мире имел странный зеленоватый оттенок, но Аише это показалось даже забавным. Только вот, стоило возле него рассесться, как мужчина, заинтересованно разглядывая, задал явно давно интересующий его вопрос: - И все же, ты случайно не Предсказанный? Впервые вижу, чтобы кто-то от белых чародеев сбегал, да еще и уродцами звал. - А ты меня обратно не отдашь? - нахохлившись, спросил омега, косясь на спутника. - Так-то, да... Но я правда не знаю, что происходит, и что нужно было от меня тому уроду-нудисту. - Кому-кому? - расхохотавшись, спросил мужчина. - Ох, и угораздило же на попутчика... - Хадь, ты не юли, - фыркнул и неодобрительно глянул юноша, после чего подсел поближе и упрямо взглянул в глаза альфе. - Рассказывай лучше, что у вас здесь творится.       Мужчина вздохнул и, подкинув палок в костер, покачал головой. Казалось, он немного раздражен, но скрывает это, чтобы не обижать спутника. Блики огня создавали некую атмосферу уюта и даже комфорта. - Ладно, не хочешь, не говори. Доберусь до ближайшего города, а там разберусь... - Только не вздумай никому говорить, кто ты, - неожиданно буркнул альфа. - Я не сторонник принуждения, а большинство и думать не станут — изнасилуют на месте, лишь бы проклятие пало.       Стало неприятно от таких слов. Аиша передернул плечами и вздохнул. Куда же угораздило попасть... Мужчина повернулся набок, спиной к костру, и омега понял, что ему лаконично дали команду ложиться спать. Тихо фыркнув, юноша устроился настолько удобно, насколько было возможно, и попытался уснуть.       Только вот наутро, вместо потухших углей костра, едва разлепив веки, Аиша увидел перед собой мощную грудь, на которой так бесцеремонно покоилась его голова. Нет, было, конечно, весьма тепло и уютно, да и Аиша ни разу не чувствовал поблизости мужчины, да еще и вполне пристойного... Но, ради Аллаха и пророка его Мухаммеда, какого черта?!       Омега осторожно отполз от источника тепла, поежившись от утренней сырости. Альфа тут же шевельнулся, открывая заспанные глаза и потягиваясь... потягиваясь...       Захотелось умереть тут же, на месте. Позер бессовестный! Юноша вскочил на ноги и, отряхнувшись от листвы и травы, быстро отчеканил удивленному мужчине: - Я видел тут ручей неподалеку, отойду помыться!       Быстро ретировавшись с места столь интересной пробудки, Аиша через кусты продрался к глубокой, но узкой бурной речонке. Наконец-то скинув надоевшие белые тряпки, омега вошел в воду, но тут же взвизгнул от холода. И все же, сцепив зубы и утешая себя мыслями, что воды у берегов Гренландии куда холоднее, Аиша продолжил омовение, шустро полоскаясь, как маленький енот. - Твою же святую Рась!       Раздалось сзади, заставляя подпрыгнуть и обернуться. Хаддин тоже вошел в воду до середины бедра и медленно заходил глубже. Мужчина покрылся «гусиной кожей» от мороза и морщился. - Как ты вообще можешь тут мыться? В Картаре и то теплее! - Нырни и будет нормально, ненадолго, - сочувствующе посоветовал Аиша.       Альфа внезапно кивнул и рыбкой нырнул под воду. Спустя секунду мужчина вынырнул прямо напротив омежки, заставив последнего густо покраснеть. - Может, прикроешься, Хадь? - Хм, зачем бы. Или ты стесняешься? - приподнял одну бровь альфа, и Аиша пошел пятнами от смущения. - Ты же без одежды, Тарзан несчастный! - С утра я еще был Хаддин, ты, случайно, не заболел? - поинтересовался мужчина, потрогав лоб юноши.       Спустя секунду Аиша, взвизгнув и дрыгнув ногами, обнаружил себя на руках альфы. Тот, коротко хмыкнув, потащил брыкающегося омегу из воды, но навернулся и свалился вместе с ним обратно под тучу брызг, получив локтем в нос.       Отфыркивась и отплевываясь, оба сидели на мелководье, обмениваясь короткими любезностями о том, кто же все-таки виноват, один неотесанный мужлан или бестолковый мальчишка.       Выяснить, кто был не прав и получит по уху им не дали, поскольку по другую сторону ручья выехали пятеро всадников в белых одеждах на похожих зверюгах, что и у Хаддина. Признав в появившихся существах тех самых «морд», Аиша сжал резко руку альфы и умоляюще глянул, надеясь, что тот все же исполнит его просьбу и не сдаст на руки враждебным созданиям. - Назовись, кто ты, радирт! - потребовали всадники, очевидно, обращаясь к мужчине. Тот гордо ответил, не дрогнув и секунды. - Хаддин из рода Маавр со спутником. Ступайте своей дорогой, - всадники пришли в замешательство, а альфа спокойно встал из воды и вышел на берег, одевая одежду прямо на мокрое тело. Омега быстро шмыгнул за спину мужчины, опасаясь, что всадники его узнают. - Не ты ли глава рода, Хаддин? - озадаченно спросил один из «морд». - Именно так. А потому советую вам оставить меня и моего спутника в покое и уехать туда, откуда явились.       Холодный тон заставил Аишу поежиться и осторожно прикоснуться к руке мужчины. На удивление, тот мягко обхватил его ладонь своей и несильно сжал, подбадривая. «Они же сейчас растерзают тебя, храбрый дурак...»       Только вот к изумлению омеги всадники, разразившись непонятной бранью, развернули своих зверей и, кинув ненавидящие взгляды на альфу, скрылись в лесной чаще. Теперь уже юноша заинтересованно взглянул на мужчину, собираясь завалить вопросами. - Объяснишь, что это только что было и каким образом ты их отвадил? - М-м... - невнятно отозвался Хаддин и потянул прочь от берега. - Если прикроешься, попробую взять себя в руки и все объяснить.       Проследив красноречивый взгляд, направленный на свою тушку, Аиша снова запунцовел от смущения. Пожалуй, не стоило действительно причинять неудобства альфе, так что юноша шустро накинул на себя белую хламиду и засеменил следом за мужчиной обратно к их привалу. Там, снова разводя огонь и настороженно косясь на устроившегося рядом омегу, Хаддин заговорил снова. - Если тебе не рассказывали, поясню. Две сотни лет назад на наш мир наложил проклятие темный чародей Цанит, тоже омега. Его дух бродил по свету и убивал каждого младенца, который чудом появлялся на свет, но обычно, едва понеся, омеги просто чахли от неизлечимой болезни. - Погоди-ка, Хадь, что значит, «понеся»? В смысле, как это возможно? - с недоумением спросил Аиша. - Хм, не понимаю тебя... Есть альфы, как я, дающие жизнь, и есть омеги, как ты, рождающие ее. - Вот оно как... - пробормотал юноша, покачав головой, но, спохватившись, торопливо сказал. - Так что там дальше, с проклятьем? - Было пророчество, что однажды Цанит даст нам шанс остановить вымирание. Тогда он приведет омегу из другого мира, который сможет возобновить круг жизни. Поэтому те, кого ты так не любишь, узнали место, куда явится Предсказанный, и обосновались там, дав обет дождаться и позаботиться о том, чтобы все прошло гладко. - Очень мило с их стороны, - зашипел омега, обхватывая колени руками и утыкаясь в них носом. - Просто взять и подстелить по-быстрому, под кого надо! - Омеги умирают, - со вздохом отозвался мужчина, потерев лоб. - Каждый день кто-то гибнет из-за проклятия, пойми. Мой брат так умер... Спешка простительна.       Аиша почувствовал, что виноват перед всем этим миром. Ему ли было судить, что «морды» желают зла и плохи только потому, что так неприятны на вид? Захотелось вернуться обратно в палату и умереть в своем прежнем теле... Таком кажущемся неродным и далеким теле. Подняв голову и устало взглянув на альфу, юноша произнес: - Я не знал, что все так обстоит. Верни меня обратно, я просто позволю им меня обрюхатить, и будь что будет. - Аиша...       Мягкий тон низкого голоса заставил омежку поднять удивленный взгляд на Хаддина. Тот приблизился, ласково проводя ладонью по неровно остриженным темным волосам, и произнес: - Не спеши, дурной. У тебя есть свобода, пользуйся ей и начни новую эру с добра, а не принуждения.       Юноша кротко улыбнулся, прикрыв глаза и ловя такую теплую ладонь, прижимаясь к ней щекой и тихо шепча: - Только если с тобой... Ты единственный, кто был добр ко мне в этом мире. И я знаю, что судьба не просто так привела меня под твою защиту. Не отталкивай... Хадь...       Ресницы омеги дрогнули, когда мужчина наклонился ниже, касаясь его губ. Жаркое дыхание согревало до самой глубины замерзшего во льдах сердца. Осторожно, альфа чуть обхватил губу юноши своими, улыбаясь, отпустил и обнял за худую талию горячей рукой, притягивая ближе. Новое касание пришлось на скулу, губы скользнули ниже к щеке, так нежно и тепло, словно ничего больше и не надо.       Сильные руки огладили бока омеги, заставляя трепетать и пылать, словно уголек. Аиша шумно выдохнул, когда желанные губы спустились на его шею, трепетно целуя; и так непривычно было ощущать, как задевает, царапаясь, колкая бородка. Мужчина... Горячий, благородный мужчина.       Хаддин бережно приподнял юношу, укладывая на спину и оказываясь сверху. В серых глазах было искреннее восхищение и бесконечная доброта, такая, о какой уже нельзя было и мечтать в том, оставшемся в прошлом мире. Аиша погладил колючие, щетинистые щеки альфы, и улыбнулся, желая запомнить этого мужчину в такой миг, пусть даже после Хаддин уйдет. Сейчас юноша не сомневался в своем к нему желании. - Хадь... - хотелось сказать что-то глупое и наивное, но белая ткань уже была отброшена в сторону, а осмелевшие горячие губы вырвали тихий стон, припав к загорелой груди юноши. - Не бойся, мой свет... - чуть охрипшим голосом отозвался альфа, оглаживая ладонями юное, распаленное тело.       Широкая ладонь провела по низу живота, заставляя омегу выгнуться и задышать чаще. Новые ощущения сводили с ума, как это было не похоже на все прежнее, оставшееся за порогом смерти... Аиша изумленно ахнул, когда альфа отстранился и переместился ниже, жарко целуя ствол юноши. От такого вида омега шумно дышал и стонал даже больше, чем от действий альфы, поглядывавшего на раскрасневшееся лицо юноши своими поблескивающими серебристо-серыми глазами.       Не вытерпев, Аиша потянул мужчину за крепкие плечи обратно к себе, уже более смело сам касаясь его губ и колючих щек, прося новых поцелуев. Улыбаясь, Хаддин приник к приоткрытому рту неспешным, но чувственным поцелуем.       От охватившего тело пожара хотелось кричать, но омега только закинул ногу на крепкие бедра своего мужчины, позволяя то, о чем раньше было постыдно думать. Альфа отстранился, смотря затуманенными глазами и тяжело дыша. - Аиша... Уверен, что хочешь?.. - Хочу! - упрямо заверил омега, прогибаясь в талии и тише шепча. - Только ты...       Хаддин шумно выдохнул и без труда прижал худое тело к себе, лихорадочно целуя вспотевшее лицо юноши, мягкие, темные волосы и цыплячью шейку. Пробормотав извинения, мужчина сильнее развел ноги омеги и осторожно, но уверенно толкнулся вперед, вырывая у юноши хриплый вскрик боли.       Альфа вновь замер, успокаивающе оглаживая Аишу, шепча на ушко непонятные ласкательные. Едва омега успокоился и перестал подрагивать от боли, как движения возобновились, а руки мужчины продолжили еще жарче ласкать и гладить, то замирая у трогательных ямочек повыше ягодиц, то с нажимом проводя по гладкой коже подтянутого живота. В этих руках хотелось умереть и воскреснуть снова... Аиша устал сдерживать короткие стоны и только цеплялся за широкие сильные плечи, желая сгореть от невыносимого жара их тел и прекратить эту восхитительную пытку, эти размеренные, сильные движения. Но чем дольше юноша желал конца, тем больше накалялась каждая секунда мучительного удовольствия, наполненного стонами, хрипом дыхания, звуками прикосновений и жадных, мимолетных поцелуев.       Наконец, выгнувшись в беззвучном крике, омега почувствовал накрывающую, лишающую всякого рассудка волну, приносящую усталость и легкость. Горячее дыхание мужчины все еще опаляло ухо, когда тот недолго продолжал толкаться в его тело. Снова жар, но уже разлившийся где-то внутри. Аиша обнял альфу за шею, едва тот опустился рядом, прикрыв глаза. Приятная утомленность растекалась по всему телу, но юноша все же произнес, водя пальцами по растрепавшимся из косы волосам мужчины. - Хаддин из рода Маавр... Давай разрушим проклятье вместе?