Тьма его сердца

— Отлично, этап закончен! Участники, а также их наставники, для вас подготовлен маршрут от башни до выхода с полигона. Этот путь охраняется нашими джонинами и чунинами, поэтому не беспокойтесь о безопасности, — сказал Третий, тепло улыбаясь всем вокруг. Прошедшие и не прошедшие в третий этап экзамена генины двинулись в сторону выхода вместе со своими сенсеями. Наруто с друзьями и Какаши уже хотел было продвигаться к выходу, как тут же был остановлен: — Узумаки Наруто, останься, — приказным тоном бросила ему Митараши Анко, появившаяся рядом с Третьим Хокаге. — Тогда мы тоже остаёмся, — хмыкнул Шикамару, а Саске согласно кивнул. Оба подростка, впрочем, как и джонин, обеспокоенно взирали на сына Четвёртого. — Какаши, сопроводи своих учеников на выход, немедленно, — сурово приказал Хирузен, старческая улыбка мгновенно поблекла. Хатаке поёжился и, прихватив ребят за плечи, выполнил волю правителя. Наруто остался наедине с Сарутоби и Митараши. — Что случилось, старик? Ты разве не рад, что я прошёл? — улыбнулся Узумаки, пытаясь выяснить, что происходит. «Ой дурак, Проклятая Печать же…» — горестно вздохнул Курама, приложив все хвосты к морде. Сын Хокаге его не понял, поэтому не обратил внимания на слова друга. — Что ты, я рад, ты действительно молодец! — добродушно улыбнулся в ответ Третий. — Но мне хотелось бы поговорить о вот этой печати, что покрывает всё твоё тело. — Хирузенова улыбка тут же исчезла. Тогда-то до джинчурики дошёл смысл слов биджу — он действительно идиот, нет, полнейший кретин, ведь на кураже забыл про «подарочек» Орочимару. «Дерьмо!» — в мыслях воскликнул мальчик, чувствуя нарастающую панику, но продолжая улыбаться в лицо старику. Начавшийся мандраж на корню выбил из головы блондина какие-либо идеи, поэтому он решил продолжить косить под ничего непонимающего дурачка. Сейчас это был самый простой способ избавиться от излишнего внимания, хотя бы на пару дней, потом, правда, придётся бежать из деревни. — А что здесь такого, подумаешь, ну нарисовал себе языки пламени на лице. Что так серьёзно-то, дедуль! — нервозность смешалась в коктейле с отчаянием, и всё это гигантским цунами навалилось на Наруто, годы тренировок и пряток от АНБУ, сбор информации в арихиве, всё летит к Шинигами просто из-за каких-то эмоций. Блондин решил попробовать перевести всё в шутку, однако даже младенец понял бы насколько подобное глупо в сложившейся ситуации. — Заткнись, мальчишка! Мы знаем, что Орочимару «наградил» тебя этой печатью — ты, парнишка, должен пойти с нами! — воскликнула Анко. Её тон, источающий превосходство, высокомерное поведение и взгляд, полный презрения, пробудили внутри голубоглазого что-то злобное, что-то, что он хотел спустить с поводка, и это был отнюдь не Курама. Незаметно для самого генина языки пламени стали медленно двигаться по лицу, придавая ему более тёмные очертания. — Закрой свой рот, — с холодной яростью проговорил джинчурики, а затем его прорвало гейзером: — Лучше, вместо того, чтоб до меня докапываться, ты привела бы сюда джонина команды генинов из Звука. Я думаю, что он — тот, кто вам нужен. Бывайте! — джинчурики, почувствовав в ногах предательскую дрожь, молниеносно развернулся на каблуках, чтобы скорее ретироваться из зала, но фиолетовые змеи, возникшие сзади, не дали ему этого сделать, единым движением полностью связав его тело. — Ох, не думал, Анко, что ты увлекаешься шибари… — Что ты вякнул! — гневно воскликнула девушка, тем не менее стыдливо покраснев, змеи крепче стиснули подростка в своём захвате. — Ладно-ладно, — сын Четвёртого с огромным трудом примирительно поднял ладони на уровень груди, медленно повернувшись обратно к собеседникам, языки пламени так и не исчезли с его лица. — И что вы предлагаете? — Метод Запечатывания Зла, — лаконично ответил старик. Он понимал, что это может быть опасно для джинчурики, учитывая довольно нестабильную и опасную печать Минато, завязанную на сделке с Шинигами, но другого выхода правитель деревни не видел. Хирузен готов был пойти на что угодно ради защиты своей Конохи. — Она поможет подавить Проклятие, но будет зависеть только от твоей воли. Будешь бороться с влиянием печати, и со временем она ослабнет, а то и вовсе исчезнет, — Сарутоби позволил себе небольшую улыбку. — Знаешь, как неприятный подростковый прыщик, — Узумаки недовольно скривился, грубо выругавшись себе под нос — терять дополнительный источник силы не хотелось, а с фуиндзюцу Третьего использовать Проклятую Печать станет затруднительно. Голубые глаза непроизвольно подарили Хокаге ледяной взгляд, полный злобы. Смена поведения с улыбчивого и светлого мальчишки, коим Хирузен всегда видел Наруто, на хладнокровного и грозного парня, который воспринимает его чуть ли не врагом, не оказалась для Сарутоби чем-то внезапным, особенно после рассказа Какаши об их первой боевой миссии. — А не боитесь, что кое-кто большой и рыжий может выйти из-под контроля? — решил пойти ва-банк сын Четвёртого, понимая, что других решений кроме привлечения к делу биджу у него больше нет. «Наруто! Заткнись, что ты делаешь?» — воскликнул сам демон, понимая, что такими темпами его носитель навлечёт на себя гнев правления Конохи, но подросток проигнорировал его, решив идти до конца. — Мы подготовим для этого специальные печати, они помогут избежать подобного, — ответил Сарутоби, вспомнив о печатях Данзо, что ставились его людям в Корне. Лучшие достижения фуиндзюцу Конохи, полученные после обработки нескольких уцелевших свитков Узумаки времён Эпохи Клановых Воин. Они подавляли волю и чакру — против хвостатого будет самым подходящим, к тому же, как бы Третий не потакал сыну Минато, но Узумаки всё же надо держать в узде. Одно дело помогать ему с какими-то знаниями или иногда прикрывать его от людей Корня, но другое дело взгляд, который старик сейчас увидел… Так недалеко и до бунта со стороны джинчурики, немного контроля всё же не помешает. Тем временем Наруто под крики Курамы наконец-то включил голову, осознав всю ситуацию, в которой сейчас оказался, а также решение Третьего насчёт него, однако разговор про печати подавления… Коктейль эмоций внутри подростка дошёл до точки кипения. «Вот же сволочи, печати подавления они решили использовать, хотят взять меня под контроль!» — зло усмехаясь, подумал про себя генин, голос разума в лице Лиса был просто проигнорирован.

ВШАХ

Тело джинчурики исчезло из змеиного плена. Мальчик появился сзади Анко, к шее которой тянулась его рука с зажатым в ней кунаем. Голубые глаза засветились красным — вот теперь-то Сарутоби точно напрягся. Разговор повернул совершенно в другую сторону, уж точно не ту, которую хотел глава Конохи. — Я на такое не согласен! Решили промыть мне мозги? Ну, конечно, вы ведь хотите послушное оружие получить для своей деревеньки! Ну уж нет, просто отпустите меня, и всё будет нормально! — громко выкрикнул голубоглазый, не имея никакого желания слушать Хирузена. — Но как же Проклятая Печать! — воскликнул в ответ Третий, готовясь к вероятному сражению, старческие мышцы заныли от напряжения. — Эту вещь подавить довольно легко, старик Третий, — с этими словами Наруто, не убирая куная от девичьей шеи, на мгновение закрыл глаза и сконцентрировался на своих ощущениях. Проклятие стало быстро стягиваться обратно к шее. К удивлению подростка вся поднявшаяся в нём ярость молниеносно растаяла, словно внезапный снег весной, как будто бы её и не было вовсе. — Хорошо-хорошо, — печально вздохнул Хокаге, как-то неожиданно печально опустив голову вниз, на какую-то секунду джинчурики почувствовал укол совести, но не придал этому особого значения. — Пока что мы сделаем вид, что здесь ничего не произошло, — произнёс Сарутоби, вернув себе лицо, а затем отдал твёрдый приказ: — Немедленно отпусти Митараши и исчезни с глаз моих, мы позже обсудим с тобой сегодняшнее происшествие, — сын Хокаге убрал кунай от чужой шеи, отстранился от джонина и, насвистывая лёгкий весёлый мотивчик, быстрым шагом ушёл с арены. — Вот же ублюдок! Хокаге-сама, разве мы ничего не сделаем?! — гневно спросила экзаменатор второго этапа, когда проблемный генин скрылся из виду. — Пока нет… — задумчиво проговорил глава клана Сарутоби. — Сейчас придётся отложить вопрос Узумаки Наруто, — Хирузен вспомнил о бывшем друге, а также своём советнике, Шимуре Данзо. За последние пару месяцев действия его негласного политического соперника стали слишком активными, словно старый лис затевает что-то, готовится к чему-то, — В верхах сейчас и так неспокойно, не хватало ещё, чтобы кланы и советники узнали о бунтарских наклонностях нашего джинчурики, к тому же мальчишка прав… Лучше на данный момент уделить внимание Орочимару, именно он — угроза номер один, тем не менее можешь быть спокойна, всё, что сегодня произошло, я не оставлю просто так, — голос старика был наполнен металлом, потом мужчина вздохнул. — Анко, не слова о произошедшем, никому, — девушка согласно кивнула, однако её всё же гложило произошедшее. — Я не понимаю вас, почему нельзя поступить более радикально в отношении этого сына пьяниц… — брюнетка осеклась под острым взором правителя деревни и молча исчезла. «Знала бы она правду…» — грустно подумалось Хокаге, когда он покидал башню в сопровождении незримой охраны. Чем старше мужчина становился, тем больше начинал чувствовать вину за то, какую жизнь подарил Наруто, сыну своего приемника и в какой-то степени ученика, Минато. Однако, не стоит забывать, что Намикадзе сам по собственному желанию сделал мальчика оружием Листа. А Третий, как и любой настоящий каге, пойдёт на всё ради своей деревни, так что жизнь одного человека не стоит ничего, когда на кону сотни тысяч жителей Конохи. Именно этому его учил Второй Хокаге, Сенджу Тобирама, его учитель. Тем не менее, сегодня Сарутоби позволит джинчурики ещё одно небольшое послабление, но когда вся катавасия с Орочимару закончится, Хирузен лично займётся Узумаки. Оружие должно подчиняться своему хозяину.

***

«Вот же повезло, что изначально печать не подавил, иначе я не смог угрожать этой Анко, — иронично подумал Наруто, как можно быстрее отдаляясь от башни. — Хотя если бы и не использовал её сначала, ничего бы вообще не произошло, чёртов дурак», — раздосадованно хмыкнул мальчик, понимая, насколько сегодня он облажался. Несмотря на то, что ноги его слегка тряслись после устроенного им представления, подросток буквально летел по предоставленному пути, а ему же ещё надо было найти свою команду. «Придурок, ты не просто облажался, ты только что полностью раскрыл себя, все свои черты характера, которые умудрялся скрывать годами под маской идиота! Правда, похоже, что твой образ уже приклеился к тебе полностью, иначе сегодняшнего провала не произошло!» — злобное, но в какой-то степени правдивое восклицание Курамы, как удар по лицу. Биджу в который раз поразился, каким глупым иногда бывает его подопечный. «Да ладно тебе…» — вздохнул подросток, хотя и сам понимал, как ужасно он запорол по сути все свои труды. «Ты так просто подставился… — продолжил распаляться демон. — Они теперь знают, что ты не совсем прост, что знаешь про меня, что как-то контактируешь со мной, да ещё и не такой уж и послушный патриот своей деревни, раз готов угрожать её существованию! Теперь из дурачка, ты потихоньку становишься угрозой Конохе, а не мне тебе рассказывать, что происходит с угрозами для Листа, у тебя целый пример проклятого Саске и его долбанного клана перед глазами. Пусть сейчас тебя трогать, скорее всего, не станут из-за змеиной проблемы, но спустя какое-то время… Тебе следует подготовиться к этому!» — Кьюби прочёл очередную лекцию своему легкомысленному джинчурики, в надежде, что тот больше так не сглупит. «Хорошо-хорошо, ты прав, успокойся уже…» — Узумаки не успел закончить фразу, как их мысленный диалог прервался.

БУМ

Неожиданный взрыв откинул блондина на несколько метров от тропы, в сторону леса. Когда мальчик, отряхивая себя, поднялся с земли, то высокие каменные стены полностью окружили его. На одной из них стоял человек в чёрном плаще и с капюшоном на голове, что скрывал его лицо. — Кто ты такой?! Что тебе нужно?! — со жгучим любопытством обратился к нему генин, но нападавший молчал. Слева от подростка появился ещё один неизвестный шиноби, голубые глаза едва успели его разглядеть, как чужие руки уже закончили складывать печати. — Стихия огня: Великий Огненный Шар! — низким голосом проговорил второй ниндзя, и в джинчурики отправился огненный снаряд колоссального размера. В последний момент мальчик метнул сюрикен с чакрой ветра, благодаря чему снаряд прошёл сквозь технику. Хороший контроль чакры и небольшая помощь Курамы позволили генину замениться на брошенное оружие, и таким образом сын Четвёртого появился перед человеком, атаковавшего его огненной стихией. Быстрое движение к заднему подсумку, и джинчурики с силой вогнал в противника кунай, попав прямо в чужую ключицу. Однако противник, к глубокому удивлению Узумаки, на подобное никак не отреагировал, и как ни в чём не бывало бросился на мальчика.

БАМ

Воспользовавшись замешательством Наруто, незнакомец мощным ударом ноги отбросил его на траву, а сам зверем вновь кинулся на подростка. В руке неизвестного блеснул клинок танто. «Курама!» — воскликнул Узумаки, в последний миг уходя от выпада короткого меча перекатом влево. «Готово!» — послышалось от демона, а тело приятно забурлило привычной энергий биджу. Голубоглазый мгновенно покрылся кроваво красной чакрой, глаза привычно окрасились в алым, а клыки, как и ногти, удлинились. Со злобным рыком миниатюрный лисёнок бросился на врага, буквально за пару секунд разрывая неизвестного перед ним на куски. — Стихия молнии: Линия Тока! — сзади внезапно прилетела леска покрытая молнией, которая лианой обвилась вокруг джинчурики, затем произошёл мощный разряд электричества по всему телу подростка, но техника не причинила блондину никакого вреда, ведь его покров был для него самой настоящей бронёй. Увидев ещё одного незнакомца, Наруто криво ухмыльнулся и быстро сложил огромную цепочку печатей: — Стихия огня: Великий Феникс! — огонь принял форму мифической птицы из сказок и, взмахнув крыльями, полетел во врагов. Один из двойки попытался обезвредить огненную стихию техникой воды, но кунай, попавший в плечо после появления пламенного существа, не дал ему этого сделать, прервав его формировавшееся дзюцу. Второй ниндзя, спокойно бросил своего напарника, скрывшись среди деревьев.

БАХ

Послышался болезненный выкрик, а в воздухе почувствовался запах горелого человеческого мяса. Блондин же лишь довольно оскалился, пока по нему не ударил тот самый, первый шиноби, который, судя по всему, являлся главарём нападавших. Он каким-то образом оказался рядом с джинчурики и ударил его в живот, используя какую-то странную технику, что представляла из себя шар спирально закрученной чакры.

БАХ

Неизвестное атакующее дзюцу причинило джинчурики весомый вред, пробив демонический покров и оставив в районе мальчишеского торса огромный шрам, который тут же начал медленно заживать. — Р-р-рарх, ты порвал мне куртку, тебе конец! — опьянённый яростью, Узумаки постепенно начал терять контроль над собой и, встав на четвереньки, просто-напросто бросился на лидера нападавших, однако его чакрокогти разрезали лишь стаю жуков. — Ого, так ты из клана Абураме! А ну покажись! — яростно потребовал генин, пытаясь найти своего противника по запаху с помощью демонического чутья, что не очень помогало. Резко из земли, прямо позади блондина, выпрыгнул враг, замахиваясь танто, который Узумаки легко перехватил, разделив врага на две половины, окропляя себя кровью. Неожиданно покров исчез… «Наруто, кто-то блокирует нашу печать…» — связь с Кьюби мгновенно оборвалась, и в эту же секунду Наруто заметил прикреплённую к его плечу печать подавления чакры и почувствовал чьё-то присутствие за спиной. Из последних сил он ударил неизвестного ногой с разворота, удачно попав по его голове. Капюшон слетел, показывая знакомую лисёнку маску. — АНБУ Листа? Каког… — договорить подростку не дал удар короткого меча, который мальчик с трудом, но всё же успел заблокировать своим кунаем, как всегда, выхваченным в последний момент. Напитав маленькое лезвие чакрой ветра, джинчурики разрезал клинок чужого танто, а затем, метательное оружие прошло через голову, как нож сквозь масло. Лицо подростка ещё больше окропилось кровью… — Кха-кха-кха! — раздался тяжёлый булькающий кашель утомившегося подростка. — Это всё, что вы можете?! Ха-ха-ха! — ликование мальчика прервала полная и неожиданная парализация тела. К мгновенно упавшему на землю джинчурики подошёл ещё один АНБУшник, прислонивший руку к уху. Видимо у него была портативная рация, по которой шиноби решил с кем-то связаться. — Данзо-сама, цель у нас… — молчание. — Да, мы поймали его на выходе из башни… — послышалось радиошипение. — Так точно! — АНБУ, говоривший с кем-то по рации, склонился к телу блондина, который уже приготовился к худшему, но…

БУМ

Произошёл ещё один мощный взрыв, который отнёс сына Хокаге куда-то далеко в лес. Из-за звона в голове он не слышал чьих-то яростных криков, а спустя мгновение и вовсе потерял сознание от перенапряжения.

***

— Он в порядке… — первое, что Узумаки услышал, медленно приходя в сознание, так это обрывки чужого разговора, причём голоса казались ему смутно знакомыми. — Я не знаю… Кто это мог сделать… — приказной тон говорившего также показался мальчику узнаваемым. — Не молчите… Предположения… — блондин медленно разлепил веки, тут же слегка зажмурившись от яркого света, перед ним предстал белый потолок, и спустя мгновение до лисёнка дошло, что он находится в больнице. Наруто резко поднялся на кровати, намереваясь сбежать, но чья-то морщинистая рука не дала ему даже встать с постели. — Наруто, успокойся, всё хорошо, ты в Госпитале Конохи, — успокаивающе произнёс Третий, мягко удерживая подростка за плечо. — Что произошло? — хрипло спросил Узумаки, конечно, память уже услужливо подкинула ему картины сражения с АНБУ, но сына Четвёртого интересовало мнение Сарутоби по поводу случившегося. Голубые глаза готовы были уличить любую ложь на лице старика. — На тебя было совершено нападение. Ты смог сам остановить его, уничтожив почти всех нападавших, тем не менее, нам, к сожалению, не удалось установить личности тех, кто это сделал, от них почти ничего не осталось… После твоих действий, — ответил Хирузен, убирая от джинчурики свою конечность, и отошёл от постели подростка, заметив, что сын Минато успокоился. Оказалось, что ненадолго… — Это были твои АНБУ, старик, не ври мне! — недовольно воскликнул голубоглазый, уверенность в обмане со стороны собеседника была для него неопровержима. АНБУ — личная гвардия Хокаге, он не мог не приложить руку к атаке на него, тем более после того разговора в башне. Мальчишеские кулаки сжались сами по себе, ногти впились в плоть. — Наруто, как ты можешь разговаривать так с господином Третьим… — грозно начал было Хатаке, также находившийся сейчас в палате подопечного, но одного холодного взгляда со стороны ученика хватило, чтобы остановить элитного джонина от продолжения воспитательной речи. — Этого просто не может быть! — с неподдельным шоком произнёс Сарутоби и тут же замолк, впадая в задумчивое состояние, заставив Узумаки сбавить обороты со своими подозрениями. — Я видел маску у лидера нападавших — это была маска АНБУ, а ещё они пользовались стандартными танто, которые были похожи на те, которыми вооружены твои элитные войны, — всё ещё чувствуя недоверие к Хирузену, сын Хокаге всё же привёл свои доводы, при этом глазами выискивая какой-нибудь выход из палаты. Мало ли, вдруг Хирузен попробует сделать с ним что-нибудь, нужно быть готовым ко всему — Честно, я не знаю даже, что сказать на это, — удивительно, но фигура старика даже как-то поблекла после сказанного. — Возможно, мне стоит посоветоваться с советниками, в частности, с Данзо, сейчас он отвечает за разведку деревни, — Наруто встрепенулся, услышав кое-что знакомое, мозг услужливо подкинул образ забинтованного мужчины, которого вся их команда встречала лишь один раз, в кабинете Хокаге. — Что ты сейчас сказал? — Что? — не совсем понял Сарутоби. — Ты назвал имя, лидер нападавших также называл его: «Данзо-сама», — хмуро произнёс блондин, окончательно запутавшись в своих предположениях. Разве простой советник может командовать АНБУ — гвардией самого Хокаге? Поиски выхода отошли на задний план, уступив любопытству. — Что?! Данзо, вместе с АНБУ?! Ками-сама, будь проклят этот его Корень! И как я сразу не догадался, ведь это было очевидно, ещё после событий в Стране Волн и того совещания… — Что такое Корень? — удивлённо спросил голубоглазый, подобное названия он ни разу не слышал и не встречал его упоминаний, даже в архиве. После странных гляделок с Какаши Хирузен всё же соизволил ответить на вопрос мальчика, с трудом, но решив раскрыть один из важных секретов Конохи: — Это специальное подразделение АНБУ, которое выполняет масштабные операции в Стране Огня и за её пределами, — Хатаке вздохнул, а Сарутоби раздражённо хмыкнул, — но они подчиняются лично своему главе — Шимуре Данзо, и это несмотря на то, что Хокаге — я. Скорее всего, он хотел тебя забрать и использовать, как собственное оружие против меня. Понимаешь, — на секунду старик замялся, — политическая верхушка сейчас в Конохе — это то ещё грязное болото. — Значит, я попал в ещё одни закулисные интриги уважаемой верхушки Скрытого Листа, — старик непроизвольно скривился, джинчурики, к его явному неудовольствию, зрил в корень. — Ладно-ладно, можно я отдохну, всё же та битва сильно вымотала меня. — Да, мы сейчас же уходим. Какаши, за мной, — Хокаге и джонин скрылись за дверью, а блондин, прикрыв глаза, лёг, пытаясь заснуть. — Х-р-р, ты полностью облажался, а я предупреждал, что это случится! — Девятихвостый Лис лежал на полу своей клетки, поджав под себя лапы, а его сожитель расположился прямо у него на носу. Многие бы назвали блондина психом за подобный опасный манёвр, но для Наруто, Курама был словно старший брат, к тому же на мнение окружающих ему было вообще давно плевать. Парень делает, что хочет. — Курама, успокойся. Всё-таки нужно отметить, что это не Третий Хокаге наслал своих АНБУ на нас. — Ты так в этом уверен. Неужели доверяешь старику? — Я доверяю тебе, а ты не сказал, что он врёт, — блондин нежно погладил нос биджу и улыбнулся, в то время как Лис тихо вздохнул. — Правда есть правда, однако новая информация ещё хуже, Третьего ты хотя бы немного, но знаешь, а этот Данзо — чистый лист для нас, тебе ничего о нём неизвестно. — У нас есть архив на этот случай. — Я не думаю, что там может что-то быть, особенно, если ты даже не наткнулся на упоминание Корня АНБУ… И, кстати говоря, что если эта библиотека и принадлежит Данзо? Сам посуди: тайный, никому неизвестный архив с огромным количеством засекреченной информации, спрятанный под заброшенным полигоном, куда никто не ходит. Это звучит довольно подозрительно. Что если теперь тебя там будут поджидать? — Я об этом уже думал, хотя мне казалось, что этот архив, скорее всего, может принадлежать Третьему, — голубоглазый нервно почесал голову. — Мы же не ожидали, что в верхушке Листа происходят такие теневые игры, не дай Ками так и до переворота недалеко. Тем не менее, мне кажется, что про мои походы туда кому-то кроме Нары и Учихи больше неизвестно. — Не ври, тебе просто хочется верить в собственные слова, — усмехнулся Курама, а потом нахмурился. — Мне всё равно это не нравится. — Мне тоже, но сейчас, для меня главное тренировки и знания. Не закулисные игры Конохи, а именно тренировки. — Ладно, но я серьёзно — будь начеку! Мне плевать на других, но если ты пострадаешь, то я уничтожу этот грёбаный мир. — О, Курама, это так мило! — действительно умилился Узумаки, в то время как биджу внезапно смутился. — Р-р-рах, заткнись и спи, обалдуй! — Наруто прикрыл свои глаза, пустив руку в мягкую рыжую шерсть. Вскоре подросток отдался во власть Морфея. — С ним всё будет хорошо? — кричал чей-то голос. — Молодой человек, успокойтесь! — Наруто вновь медленно разлепил глаза, но в этот раз вместо Третьего и Какаши мальчик увидел перед собой Учиху. Тот с какого-то перепугу приставал ко вроде как его лечащему врачу из-за чего-то, а та в свою очередь выглядела довольно взбешённой. Кажется, у Саске могут быть проблемы, но то, что он пришёл его навестить было неожиданно приятно. Эта мысль заставила голубоглазого невольно улыбнуться на мгновение. — Привет, Наруто, — Шикамару, который тоже пришёл навестить блондина, незаметно появился с левой стороны мальчишеской постели. Саске, услышав Нару, мгновенно отстал от доктора и кинулся к кровати джинчурики. Женщина, увидев что с её пациентом всё в порядке, недовольно хмыкнула и вышла из палаты. — Ты как, Наруто?! — не на шутку встревоженно спросил мститель, напряжённо осматривая лицо Узумаки, выискивая на нём новые шрамы, синяки или отметины. Парень переминался с ноги на ногу, не находя себе места от беспокойства. — Спокойно-спокйно, ишь как разогнался, — бросил сын Четвёртого, скрывая за усмешкой удивление. — Со мной всё в порядке, не стоит так переживать, — нет ему, что естественно, было приятно увидеть такую заботу, но то, кто проявлял эту самую заботу к нему, всё же немного напрягало Наруто. — Что там случилось с тобой? — лениво спросил Нара, хотя в голосе его сквозил непрекрытый интерес. — На меня напали неизвестные, но я смог отбить атаку, утрамбовав всех плохих ребят по пакетикам, — Узумаки позволил себе шутливо усмехнуться, но затем, внезапно для товарищей, стал несколько серьёзным: — Саске, мне очень приятно, что ты пришёл, спасибо за это, но не мог бы ты нас с Шикамару оставить на пару минут? — Что?! — шаринганистый встрепенулся, словно получив пощёчину, он не ожидал, что после всего произошедшего между ними, голубоглазый всё ещё ему не доверял. Нехотя, но всё же Саске признался себе, что это его злило, и злило очень сильно. — Мне нужно поговорить с Шикой, — произнёс сын Хокаге, делая вид, что не замечает, как в чёрных глазах напротив его голубых озёр заплясали искры. — А как же я? — удивительно по-ребячески спросил черноволосый, надеясь, что ему всё же позволят остаться при разговоре. В этот момент Учиха был похож на ребёнка, который хотел остаться с отцом и послушать парочку взрослых разговоров. — Прости, но это немного личное, — ответил блондин, едва не стушевавшись под взором товарища. — Да пошёл ты! — Учиха, что не удивительно, оскорбился на такое отношение к своей персоне, и вышел из палаты, выразив всё своё недовольство громко хлопнувшей дверью. — Чёрт, вышло немного грубо, — вздохнул голубоглазый, почувствовав лёгкий укол совести, однако он тут же повернулся к ленивому гению. — Не важно… Слушай, Шика, тебе что-нибудь известно о Корне АНБУ? — Звучит немного знакомо, возможно, папа что-то знает об этом, — Нара задумался на пару мгновений, углубившись в свой разум. — Именно эти сволочи напали на меня, — блондин сжал кулаки. — А знаешь, кто ими руководит, один из старейшин — человек по имени Шимура Данзо! Тот самый советник, которого мы встретили в кабинете Третьего после Страны Волн. Он точит зуб на меня и на Хокаге. — А-а-а, вспомнил, Шимура Данзо — герой Второй Войны Шиноби, ученик Второго Хокаге и старейшина Конохи, возглавляет разведку и исследовательский корпус деревни, а также обладает секретным подразделением бойцов, ответвлением от АНБУ под названием Корень. О нём знают только высокопоставленные шиноби и главы кланов, — Шика выложил всё, что смог вспомнить. В своё время отец рассказывал ему об этом человеке, как о примере хорошего стратега и тактика. Оказывается, хорошо быть сыном главы клана, иногда можно узнать действительно стоящую информацию. — Ну, это хоть что-то, — хмыкнул сын Хокаге. — Поговори с Шикаку-саном об этом советнике, и предупреди, что у него есть серьёзные тёрки с Третьим, не удивлюсь, если вскоре Шимура попытается свергнуть Хокаге. Пусть главы кланов будут готовы ко всему, — Нара задумчиво кивнул, принимая для себя какое-то решение. — Ладно, — ананасоголовый решил сменить тему, — что насчёт твоего будущего соперника, Хьюги? — вопрос заставил джинчурики вспомнить о противостоянии двух членов Хьюга на отборочных боях второго этапа экзамена. Память подкинула образ истекающей кровью девочки, которая не сдавалась под натиском своего кузена. «Она может что-то знать про моего противника, всё же он её двоюродный брат», — подумал Наруто и обратился к Наре: — Слушай, а что сейчас с Хьюгой Хинатой? — М-м-м, — промычал гений, что-то вспоминая, — она вроде в палате под тобой, говорят, что пришла в себя, а зачем тебе? — одна бровь ленивца поднялась в лёгком удивлении. — Попробую узнать от неё что-нибудь про Неджи, — в раздумьях произнёс голубоглазый. — Спасибо Шика. — Ну ладно, — хмыкнул брюнет, ответ друга полностью его устроил. Окинув палату взглядом, Нара кивнул голубоглазому. — Я тогда пошёл, давай, покеда. — Пока-пока, и не забудь готовиться к третьему этапу! — напомнил джинчурики, но Шикамару просто улыбнулся и покинул палату. Когда наступил вечер и солнце скрылось за горизонтом, Наруто поднялся с кровати и начал аккуратно разминать местами затёкшие конечности. «Курама, как там наше тело поживает?» — спросил мальчик у биджу, доставая одежду из единственного шкафа в палате. Куртки не было, из-за чего подросток досадливо цыкнул, похоже она всё же не уцелела в том бою. «Всё отлично, ты здоров, как бык», — последовал ответ, когда Узумаки уже оделся. Хмыкнув в ответ, подросток залез на подоконник и распахнул окно. Напитав ноги чакрой, блондин по стене направился к палате Хинаты. Окно в её комнату было открыто, поэтому джинчурики не составило труда залезть в палату девушки. — Н-наруто-кун? Что т-ты здесь делаешь? — с удивлением воскликнула принцесса Хьюга, сидящая в белой больничной одежде на своей кровати. Блондин, используя свои актёрские навыки на максимум, тепло улыбнулся ей, отчего брюнетка мигом покраснела, а потом, используя самый заботливый тон в своём арсенале, начал тихо говорить: — Тебя решил проведать, Хината, да и поговорить я с тобой хотел. — О ч-чём? — фиалковые глаза нервно забегали из стороны в сторону, когда любовный объект Хинаты присел рядом с ней. — О Неджи… — Узумаки позволил себе печально опустить глаза вниз. — Из-за чего он так с тобой поступил? Что послужило причиной той жестокости? Ты не ведь заслуживала такого отношения к себе! — Это, — девушка замялась, но потом доверительно посмотрела на Наруто, — из-за происшествия, что случилось в детстве. Когда мне было три, к нам в деревню приехала делегация из Скрытого Облака. День был прекрасным, но ночью меня похитил неизвестный, и мой отец остановил его, убил если точнее, однако похититель оказался одним из послов Облака. Старейшины и Хокаге, чтобы избежать военного скандала, всё выставили так, будто член клана Хьюга напал на посла. Они обещали провести свой суд над преступником, но Скрытому Облако нужно было тело убийцы, на этом настаивал сам Райкаге. Глава клана не мог убить себя, поэтому отец Неджи — Хизаши-сан, являясь близнецом моего отца, собственоручно прервал свою жизнь, чтобы таким образом защитить брата. Его тело отправили в Облако, предварительно уничтожив Бьякуган, именно с тех пор Неджи ненавидит как меня с моим отцом, так и весь наш клан, — Хината рассказала свою историю без запинки и смущения, чем немного удивила сына Хокаге, тем не менее ненадолго. Всё же такую драматическую историю не будешь рассказывать, краснея и теряя сознание, даже если находишься перед своим объектом воздыхания. — Спасибо за то, что открылась мне, — Узумаки нежно взял Хьюгу за руку, а затем, едва не сорвав маску, под которой сейчас скрывался, как можно мягче спросил: — Ты знаешь, что-нибудь о его способностях? — Нет, могу сказать только то, что он очень силён в ближнем бою, — Хината, слава Ками, не обратила внимание на несовсем уместный в сложившейся ситуации вопрос блондина. — Уверена, что он уже знает основные техники нашего клана. «Так, хоть какую-то информацию я добыл, теперь примерно можно предположить на что давить, про силы его она мне больше ничего не скажет. Сейчас надо толкнуть какую-нибудь героическую речь, чтобы она не додумалась, что я её просто использовал», — подумалось Наруто, поэтому, следуя своему годами выстроенному образу, он чересчур недовольно произнёс: — Правление Листа и твоего клана прогнило насквозь, раз позволило такому свершиться, — девушка затаила дыхание, восторженно глядя на блондина. — Как только я стану Хокаге, я искореню такую чушь из этой деревни, или я — не Узумаки Наруто! «Надо валить…» — промелькнуло в голове мальчика в тоже самое время. Блондин хотел тактично уйти, но Хината неожиданно схватила его за руку, когда парень уже подошёл ко окну. — Н-наруто-кун… Я х-хотела тебе сказать… — она начала снова мямлить, щёки её покраснели. Джинчурики заподозрил неладное. — Что такое? — чуть громче, чем надо спросил сын Хокаге, едва не выплеснув на девочку всё своё недовольство сложившейся ситуацией, ему не нравилось куда вела разговор Хьюга. Та же ещё помялась немного, но потом решительно посмотрела подростку в глаза и выдала: — Наруто-кун, я тебя люблю! — это было произнесено так громко, что Узумаки показалось, будто вся больница услышала девичье признание, а не только он. «Писец подкрался незаметно…» — поражённо прокомментировал Курама, и Наруто был с ним полностью солидарен. «И что мне ей сказать?» — спросил голубоглазый у биджу, действительно не имея понятия как отвертеться от такого. При этом обидеть девушку мальчик не хотел, всё же стать последней мразью и просто грубо послать её восвояси у него не было желания. Это было слишком… Некрасиво и жестоко. «Не, брат, тут ты сам разбирайся», — насмешливо ответил Кьюби и мигом отключился, уж кто-кто, а демон точно не знал как безболезненно отвергнуть влюблённую девочку. «Блохастый ковёр…» — недовольно подумал Узумаки, однако вслух он сказал то, что пришло ему в голову: — Хината, — подросток тяжело вздохнул. — Мне очень, очень приятно это слышать, но сейчас я не ищу любви, я ищу силу, чтобы потом использовать её во благо и защитить тех, кто мне дорог. Я не могу дать тебе того, что ты хочешь, по крайней мере на данный момент, может, через пару лет, но не сейчас уж точно. Прошу пойми, я не могу подпускать к себе кого-то, пока не получу возможность его защитить, поэтому просто подожди, обещаю, когда-нибудь мы вернёмся к этому вопросу, — девушка опечалено опустила голову, а затем, подняв свои бледные фиалковые глаза, в которых уже стояли слёзы, всё же нашла в себе силы ответить: — Я всё понимаю, Наруто-кун… Спасибо, за честность! Я буду ждать! — голубоглазый незаметно для Хьюги выдохнул. — Мне пора. Увидимся, Хината, — блондин подарил девушке грустную улыбку и, подойдя к окну, выпрыгнул во двор, оставляя наследницу клана Хьюга наедине с её мыслями.

***

После разговора с Хьюгой Наруто больше ничего не держало на территории больницы, и он мог спокойно покинуть Госпиталь Конохи. Сейчас мальчик, скрываясь от ненужного внимания в проулках, осторожно двигался в направлении своего дома, однако когда до заветной комнаты в общежитии осталось рукой подать, знакомый голос остановил его на пороге: — А я тебя как раз ищу, мне надо с тобой поговорить, — Какаши, скрывающийся в тени лестницы, ведущей на верхнии этажи, медленно подошёл к блондину. — Что же вам нужно? — напряжённо спросил генин, не ожидая встречи с кем-то в столь поздний час. — Я хотел бы тренировать и готовить тебя к третьему этапу, — это было неожиданно для Узумаки, причём настолько, что он даже не сразу нашёлся с ответом. — А, а к-кто будет заниматься с Саске? — Ну, я же всё-таки ваш общий сенсей… — беловолосый нервно почесал затылок. — То есть, мы будем тренироваться вместе?! Но так ведь нельзя! — Я что-нибудь придумаю, — Хатаке уже привычно улыбнулся одним лишь глазом. — Знаете, — глядя на переминающегося с ноги на ногу наставника Узумаки внезапно вспомнил учителей Академии — все они, кроме Ируки и Мизуки, открыто презирали его и издевались при каждом удобном случае. Хатаке, конечно, не такой, но всё же… От неприятных образов перед глазами на джинчурики неожиданно напал приступ лёгкой хандры. — После всего, что было в моей жизни, у меня мало доверия к сенсеям, — на лицо Какаши опустилась тень, он не думал, что сын Минато-сенсея настолько не верит ему. — Я уже привык осваивать всё сам, — небольшая улыбка осветила мальчишеское лицо, — но так и быть дам вам шанс. На каком полигоне будут проходить наши занятия? — Эм-м… — копирующий удивлённо замялся, — на одиннадцатом. — Каждый день, в десять утра, я буду присылать на одиннадцатый полигон триста теневых клонов, а вы, если не против подобного, будете их учить. Дальше посмотрим, как сложатся мои тренировки с вами. — Хорошо, спасибо за оказанное доверие, Наруто, спокойной ночи, — Хатаке коротко кивнул и мгновенно исчез в облачке дыма. Узумаки же открыл дверь в свою квартирку, а спустя три минуты уже лежал в своей кровати, готовясь ко сну. На следующий день, первым, что сделал джинчурики после пробуждения, это создал три сотни теневых копий, которых отправил их на указанный полигон. Потом блондин направился в ванну, и, проделав все водные процедуры, разогрел себе старой-доброй заварной лапши и неторопливо начал завтракать. «Что-то ты сегодня такой ленивый», — насмешливо подметил Курама. Голубоглазый не ответил, его взор ненароком зацепился за календарь. Тут же в блондинистой голове начался математический подсчёт: «Сегодня второе число Месяца Травы, позавчера на меня напали, один день я провалялся в больнице, третий этап начнётся тридцатого числа, а значит на подготовку у меня, учитывая сегодня, осталось двадцать девять дней». «Это всё, конечно, понятно… — саркастично хмыкнул демон. — Но к чему ты клонишь?» «Знаешь, я тут подумал и решил, что у меня сейчас много свободного времени и надо провести хотя бы один день отдыха, поэтому сегодня я пойду на горячие источники!» — поделился своими мыслями сын Четвёртого. После завтрака, взяв свой кошелёк, Наруто вышел из дома, направляясь в сторону общественных бань. Спустя какое-то время, блондин уже нежился в горячей водичке, начиная постепенно расслабляться, но его внимание внезапно привлекли странные звуки. Мальчик повернул голову влево и увидел мужика с длинными белыми волосами, которые были в творческом беспорядке, сам же индивид был одет в светло-зелёное кимоно, поверх которой была накинута красная жилетка, и штаны такого же цвета, на ногах у него красовались красные, деревянные сандалии — гэта. На руках имелись длинные щитки, которые крепились прямо к кистям, а на спине у него висел большой свиток. Он держал подзорную трубу и смотрел через неё в маленькую дырочку, прорезанную в перегородке, разделяющей женский и мужской сектора купальни, затем отвернулся, как-то странно хихикнул, а потом снова вернулся к своему делу. Наруто, осознав, что же мужчина делал, внезапно вскипел, ведь то, что творил сейчас этот извращенец, было… Некрасиво, грязно, аморально! «Ты вчера обдурил малышку Хьюгу, воспользовавшись её отношением к тебе, а сейчас переживаешь из-за такого?» — удивлённо воскликнул Кьюби, не чувствуя никакой солидарности со своим другом. «Курама, это разные вещи! Я был хотя бы мягок с ней, а этот… — демон тяжело вздохнул, приложив лапу к лицу. — Забудь, что я говорил про отдых, отдохну на том свете. Сейчас же, надо действовать!» — с этими мыслями Узумаки резко выскочил из источника, подняв кучу брызг, и, напитав свои лёгкие демонической чакрой, выплюнул вакуумные пули в несчастного, исключительно по мнению хвостатого, извращенца. Тот же, заметив манипуляции подростка, внезапно увеличил свои волосы и сделал из них защитный кокон, который спас мужчину от больно бьющих сгустков воздуха. Джинчурики, ни капли не сдаваясь, наполнил ноги чакрой и с невероятной скоростью кинулся к противнику, когда у того волосы приняли нормальную форму. Едва оказавшись рядом с неизвестным, Узумаки, не сдерживаясь, замахнулся кулаком, целясь в чужой живот, но мальчишеская рука была молниеносно перехвачена, а самого подростка, с легкостью крутанув вокруг собственной оси, грубо метнули обратно в горячую воду, подняв целый фонтан воды. Всплывший генин как можно быстрее выбрался из источника, тут же выполнив технику теневого клонирования. Клоны заполонили весь мужской отсек бани и с боевым кличем бросились на мужика. — Игольный Ад! — раздался басистый голос, когда извращенец присел на четвереньки. Его волосы, став иглами, полетели в армию копий, и спустя пару мгновений все было кончено, клоны довольно быстро испарились, а лицо Наруто обзавелось несколькими царапинами. Как только дым от развеявшейся техники исчез блондин наконец-то взглянул в лицо своего противника и тут же удивился, встретив знакомого персонажа. Смуглый цвет кожи, хитрая улыбка и металлическая пластина с кандзи «Масло» вместо протектора. Перед мальчиком был никто иной, как знаменитый жабий саннин Джирайя. — Ну, привет что ли, крёстный, — весь боевой настрой саннина и подростка спал в одночасье, ведь мужчина также удивлённо посмотрел на Наруто, видимо как и подросток, ощутив внезапное узнавание. — Наруто, что ты здесь делаешь? — с изумлением спросил беловолосый, оглядывая мальчика с головы до ног. — Хм, да вроде живу тут, а ты какого чёрта здесь делаешь? — Я пришёл, чтобы помочь тебе с тренировками… — Джирайя замолк, обратив внимание на то, как парень его назвал. — Стоп! Откуда ты знаешь, что я твой крёстный? — Это секретная информация, — хмыкнул Узумаки, не ощущая пока никакого доверия к стоящему перед ним мужчине. — Мне тут интересно кое-что, а где это ты шлялся двенадцать лет? — Я защищал тебя… — начал саннин, но блондин его мигом перебил: — Да, да, да… Мои родители — супер крутые, ты должен был скрыть информацию про их ребёнка, или меня бы похитили и убили. Отличная отмазка, я просто похлопаю! — Но откуда ты и это знаешь? — стушевался беловолосый, не ожидая подобной реакции от крестника. — Спасибо библиотеке Конохи и моей гениальности! — решил не раскрывать своих карт сын Четвёртого. — Однако я надеюсь, что ты всё же будешь молчать об этом, — блондин на мгновение холодно глянул на саннина, а после они быстро направились в сторону мужской раздевалке. «Слушай, а ты не слишком доверчиво себя ведёшь, рассказывая о своих знаниях? Разве ему можно доверять?» — спросил Кьюби, раздумывая над поведением своего джинчурики. «Он по гроб жизни обязан мне и моим родителям, за то, что бросил меня здесь. Это будет такой рискованной, но всё же проверкой на доверие для него, — ответил мальчик. — Кстати, Курама, что за хрень? Почему нас ещё не повязали АНБУ, тут столько всплесков чакры было, а их всё ещё нет», — спросил Наруто, быстро одеваясь и на всех порах готовясь покинуть горячие источники. «Просто один извращенец, любящий подглядывать, балуется слабыми барьерами клана Узумаки», — последовал ответ, когда они уже вышли из общественных купален. Сын Хокаге заинтересованно глянул на саннина, ему ведь как раз не помешал бы учитель фуиндзюцу, а то сам он может только делать взрывные печати, да вещи запечатывать в свитки, не более того. С более сложной ступенью искусства печатей Курама ему не поможет. Конечно, при битве с Орочимару Узумаки научился снимать Печать Пяти Стихий, но после манипуляций Курамы его голова так ужасно болела ещё пару дней, что джинчурики решил оставить этот метод обучения на самый, самый крайний случай. — Мне нужно кое-куда заглянуть. Не хочешь со мной? — спросил генин у мужчины, собираясь проверить как дела у Какаши с клонами. — Конечно! — лучезарно улыбнулся саннин.

***

Находясь в нескольких сотнях метров от одиннадцатого полигона, подросток и мужчина услышали взрывы. Выйдя на полигон через пару минут, они увидели теневые копии Узумаки, которые рассредоточились по всей территории, пытаясь собрать в руках, судя по искрам, чакру молнии. Видимо, Какаши обучал их чему-то серьёзному.

БУМ

Один из клонов, стоящий в середине, не удержал свою молнию и взорвался, прихватив с собой ещё несколько копий. Тем временем Какаши, поприветствовав рукой подошедших к нему шиноби, воодушевлённо произнёс: — Наруто, а ты ещё талантливее, чем я предпологал. У тебя уже сейчас несколько стихий, а что же будет, когда ты вырастишь… — Поживём — увидим, Какаши-сенсей, позвольте представить вам Джирайю. Джирайя, это Хатаке Какаши — он мой сенсей и подготавливает меня к третьему этапу экзамена на чунина, — мужчины обменялись крепкими рукопожатиями, но в их глазах можно было заметить искру узнавание, поэтому джинчурики сразу уточнил: — Вы, похоже, знаете друг друга? Хотя, глупый вопрос — кто же не знает жабьего саннина Джирайю и копирующего ниндзя Какаши. — Наруто, я сейчас посмотрел на эту вашу тренировку и придумал, чему я тебя буду учить! — воодушевлённо произнёс ученик Третьего. — И чему же? — спросил немного озадаченно сын Хокаге, почесав подбородок. — Твоему наследию! — улыбка мужчины была способна осветить весь мир, но только не для Узумаки, тот всего-навсего хмыкнул: — Понятно. И когда начнём? — Какаши, как скоро ты закончишь с ним? — обратился саннин к джонину, прежде чем ответить на вопрос крестника. — Судя по скорости его обучения, думаю, что через неделю или две, — Хатаке передёрнул плечами, видимо, такая быстрая обучаемость его не только восхищала, но и всё же напрягала. — У тебя неделя, договоритесь между собой об изучаемых техниках, а потом, Наруто, когда вы закончите, я тебя сам найду, просто жди, — с этими словами Джирайя исчез без каких-либо спецэффектов. — Какаши-сенсей, я так понимаю, что вы обучите меня нескольким техникам молнии, — начал говорить Узумаки спустя пару минут, как жабий саннин покинул их общество. — Да, а ты хотел что-то ещё? — полюбопытствовал джонин, окинув ученика задумчивым взглядом. — Как насчёт Шуншина? — Хатаке удивленно округлил глаза, точнее свой видимый глаз. — Зачем он тебе? Генины редко используют это дзюцу в бою. Не тот уровень контроля чакры. — Ну, мне придётся сражаться с Шаринганом Саске, а мою скорость он с трудом, но уже научился различать, у меня не будет эффекта неожиданности против него. Конечно, есть ещё знаменитый Хирайшин Четвёртого Хокаге, — при этих словах джонин на миг вздрогнул, — но мой уровень фуиндзюцу да и чакроконтроля не достигают требуемых минимумов для этой техники, поэтому Шуншин — самый лучший вариант сейчас, — объяснил своё выбор Узумаки. — Что ж, твои доводы понятны, я начну тебя обучать ему завтра, после небольшого теста. А сейчас не мог бы ты объяснить, почему технику отрабатывают теневые клоны, а не ты? — Из-за способности копий передавать информацию хозяину, если кратко, то они учат технику — я её выполняю. — Откуда ты это знаешь? — прищурившись, с интересом спросил копирующий, ведь факт, который сейчас озвучил его подопечный, является не самым распространённым, просто так в книге этого не найти. — Эм, я просто много читаю… Да, много читаю. Кстати, Какаши-сенсей, а что вообще за дзюцу отрабатывают мои клоны? — выкрутился Наруто, переведя разговор на другую тему с помощью вопроса. Однако, перед тем как ответить, Хатаке одарил подростка настолько подозрительным взглядом, что блондин аж сглотнул. — Это Чидори или Щебет Тысяча Птиц, как удобнее, — всё же произнёс мужчина, а потом добавил: — Я создал эту технику, когда был ещё в твоём возрасте. — Ух ты! А можете рассказать о ней поподробнее? — почти по-детски попросил джинчурики, в голубых глазах зажёгся огонь интереса. — Хорошо, это дзюцу проводит большое количество чакры стихии молнии в руку пользователя. Энергии выходит настолько много, что она становится видимой, несмотря на то, что в своём обычном состоянии чакру невозможно заметить невооружённым взглядом. Высокая концентрация преобразованного электричества производит звук, напоминающий щебетание тысячи птиц. Когда создание техники завершено, использующий её шиноби начинает быстро двигаться вперёд, набирая большую скорость и совершает резкий выпад рукой, пронзая тело врага насквозь. Это наносит серьёзные повреждения и приводит к фатальному исходу, особенно при попадании по внутренним органам. Мою разработку относят к техникам для тихого убийства из-за скорости, на которой она выполняется, даже несмотря на громкий звук при использовании, — полностью рассказал всё о своём дзюцу джонин. — Ничего себе! Спасибо, Какаши-сенсей. Ну что же, это будет долгий месяц, а мне нужно больше тренироваться, так что… — после своих слов блондин встал в ряд клонов и начал повторять за ними. Благодаря своим ранее исчезнувшим копиям, он уже знал, что ему нужно делать.

***

— Данзо-сама, уровень нашей готовности составляет восемьдесят процентов, — отчитался шиноби в маске АНБУ, стоя на коленях перед замотанным в бинты стариком. Тот сидел в мягком зелёном кресле, что располагалось на тёмной стороне помещения подземного бункера. Давняя привычка мужчины — затаиться в тени, играла свою роль в расположении единственного предмета мебели в комнате. — Молодец, Ястреб. Статус по Песку и Звуку? — в комнате раздался хриплый старческий голос, казалось, что его обладатель сейчас начнёт кашлять кровью, словно туберкулёзник, но ничего такого не происходило. Этот мужчина никогда не курил, чтобы так кашлять, просто старость постепенно забирает своё. — Как и предсказывали аналитики, они объединились и собираются напасть на Лист. В соответствии с вашим приказом, несколько наших отрядов под видом группы мятежных АНБУ сообщили им о том, что помогут ослабить оборону деревни и помогут с нападением на Коноху. — И они поверили? — без интереса в голосе спросил глава Корня, но внутри него росло чувство воодушевления. — Так точно, Данзо-сама, — согласно кивнул член Корня. — Глупцы, как можно было поверить в такую сказку… Аналитический отдел переоценил умственные способности их лидеров. Надеюсь, ты помнишь приказ, Ястреб: мы не снимаем наших АНБУ с постов, но они не должны вмешиваться в бои, когда начнётся атака на Лист. Действуем, как только из-под контроля выйдет джинчурики Ичиби. Не забудь направить группу на его захват, тоже самое сделать и с джинчурики Кьюби, также приставьте человека с меткой Хирайшина к охране Третьего, чтобы к нему можно было телепортироваться и мгновенно нейтрализовать. После поимки Ичиби, любой, кто не из Конохи или будет оказывать сопротивление — враг, уничтожайте всех без разбирательств. Когда всё начнётся, ты возьмёшь командование нашими людьми на себя. — Так точно, Данзо-сама, — АНБУ Корня тихо исчез. — Эта деревня будет моей, и ты, Хирузен, меня не остановишь, уж точно не в этот раз… — Шимура прикоснулся к своим бинтам, которые скрывали его главный козырь. Скоро, очень скоро всё должно измениться.