Одержимый

      Музыка, доносившаяся с первого этажа, упорно не хотела становиться тише, даже наоборот — Люси уже казалось, что противные звуки пробрались в её голову и успешно поселились там, размазывая остатки мозгов по черепной коробке. Чаша терпения наполнилась до краёв и теперь её содержимое щедро лилось наружу, так и норовя затопить всё вокруг и стереть с лица земли в приступе ярости. Стиснув зубы так, что во рту остался привкус песка, она со злостью отбросила на кровать очередной учебник и, прихрамывая, направилась вниз.       «Ну, погодите только у меня, два идиота», — мысленно и не только проклинала блондинка парней, опираясь о поручень и медленно преодолевая ступеньку за ступенькой. Дверь, ведущую в гостиную, она едва не вышибла больной ногой, но вовремя опомнилась. В лицо сразу же пахнул резкий, приторный запах крепкого алкоголя и сигарет, из-за чего девушка брезгливо поморщилась.       — Эй, вы! Не могли бы вести себя потише? Я, между прочим, учусь! — силясь перекричать музыку, завопила Люси, но тут же замолкла, и даже не раздирающая боль в горле была тому виной. Роуг и Стинг сидели на полу посреди гостиной и дурачились; парни не сразу поняли, что в комнате ещё кто-то есть, кроме них, поэтому не обратили на её крики никакого внимания. Люси сердито фыркнула и поковыляла к ним.       — Я со стенами, что ли, разговариваю?! — окончательно сорванным голосом прокричала она, хватая со стола пульт от колонок и выключая звук. Ребята резко обернулись к ней, одаривая полными недоумения взглядами, а блондинка застыла на месте, словно громом поражённая от увиденной картины. На какое-то время она даже забыла, зачем сюда пожаловала, поэтому на предложение брата присоединиться к ним ответила лишь едва заметным кивком.       — Но т-ты ведь не пьёшь, — растерянно пробормотала Люси, присаживаясь рядом с Роугом, который был явно навеселе, о чём свидетельствовала заразительная и в какой-то степени идиотская улыбка на его губах. Тот лишь пожал плечами и скривил при этом такую рожицу, что всего за минуту Хартфилия увидела от него эмоций больше, чем до этого за две недели знакомства.       — Раз уж малышка Люси теперь с нами в деле, то это надо отметить, — коварно улыбаясь, отметил Стинг, насильно вручая девушке стакан с виски.       — Я не буду ничего пить, — кажется, внезапно утраченная память начала возвращаться к блондинке, так как она успела сто раз пожалеть, что ответила согласием на предложение брата. Теперь её правый глаз нервно подёргивался, а пальцы держали стакан с такой силой, будто хотели раскрошить его на кусочки. — Я пришла сюда потому, что вы мешаете мне учить домашнее задание.       — Роуг, моя сестра — последняя глупышка, не иначе. Доктор выдал ей справку о том, что она на неделю освобождена от занятий, но она всё усердно продолжает учиться, — полностью игнорируя Люси, засмеялся Стинг, толкая локтем покрасневшего Роуга.       — Какая старательная девочка, — пробормотал Чени, то ли издеваясь, то ли одобряя её поведение, но Хартфилия услышала его, из-за чего сначала покрылась румянцем, а после разозлилась ещё больше, хотя и сама не отдавала себя отчёт, на что именно.       — Вы издеваетесь надо мной, да?! — отставляя стакан в сторону и слишком резко подрываясь с места, взревела девушка, о чём сразу же пожалела: травмированная нога сразу же начала безбожно ныть, напоминая о себе.       — Нет, что ты, Люси. Просто ты перенервничала, а теперь тебе следует успокоиться, — неожиданно ласково прошептал Роуг, бережно поглаживая её запястье, и потянул вниз. С шумом упав на груду подушек, девушка сердито засопела, но, осознав, что сегодня ей точно не дадут спокойно позаниматься, схватила позабытый ей же ранее стакан и залпом осушила его содержимое. Горло сначала предательски обожгло, а потом словно сдавило в тисках, одновременно выбивая воздух из лёгких будто резким ударом под дых. На глазах выступили слёзы, из-за чего Хартфилия начала усиленно махать руками в надежде, что это принесёт хоть какое-то облегчение. Парни сидели молча и лишь дружно улыбались.       — А ты знаешь, Люси, что настоящие мужчины не закусывают? — словно прочитав потаенные мысли сестры, как бы между делом произнёс Эвклиф, чем сразу же заставил блондинку едва ли не взвыть от безысходности. Мало того, что неприятное саднящее чувство в горле не проходило, так теперь и голова пошла кругом, будто кто-то со всей силы ударил по ней. К её счастью, Роуг оказался не таким жестоким, как его лучший друг.       — Но зато у нас есть для тебя кое-что не столь крепкое, — незаметно подмигнув девушке, подхватил он, начиная искать что-то на диване. В следующее мгновение в ладонь Люси легла прохладная, покрытая конденсатом бутылка пива.       — Вы всё-таки решили меня споить? — скептично уточнила Люси, хотя ответ ей и так был очевиден.       — Всё же это лучше, чем сорокоградусный виски, — поддержал брюнета Эвклиф, но тут же расстроено добавил. — Вот только открыть её нечем.       — А вот тут ты ошибаешься, брат, — коварно улыбаясь, прервал его Роуг, и Люси почувствовала, как её нижняя челюсть едва не познакомилась с полом: это был совсем не тот Чени, которого она знала. И дело было даже не в том, был он пьян или нет. Что-то ей подсказывало, что для близких людей он на самом деле такой и есть — мягкий, добрый, всегда готовый прийти на помощь и в глубине души совсем немного едкий.       «Но значит ли это, что он считает меня близким для себя человеком? Раньше я чувствовала, что он не может до конца раскрыться, находясь рядом со мной, а теперь я не чувствую этих преград. Нет же, дура, просто надо больше думать и меньше пить», — размышляла Люси, тайком наблюдая за лучшим другом брата.       — А теперь внимание! Секретная техника! Держи, Хартфилия.       Роуг открыл бутылку одним ловким движением челюсти, но от одного вида подобного Люси болезненно передёрнулась. Она, конечно, слышала раньше о том, что многие открывают бутылки зубами, но видеть лично подобного ей не приходилось — всё-таки, она выросла не в той семье.       — С-спасибо, Роуг, — с трудом выдавливая из себя слабую улыбку, прохрипела девушка, прижимаясь горячим лбом к холодному, гладкому стеклу. На мгновение ей показалось, что содержимое её черепной коробки попросту вскипело и сейчас вырвется наружу. «И всё же, мне не следовало слушать их и пить вместе с ними. Но меня так тянет к нему… Стоп, причем здесь это?»       Девушку от собственных мыслей отвлёк неожиданно всполошившийся Стинг, который резко подорвался с пола и начал истерично трясти друга за плечи.       — Вот зачем ты сделал это, Роуг? И что же теперь делать, и что же делать?       — Успокойся, Стинг, сядь и перестань маячить. Ты просто пьян, ничего смертельного не случилось, — лицо брюнета немного помрачнело. Люси, так до конца и не осознавшая, что произошло, испуганно прижалась к Роугу, выглядывая из-за его плеча и внимательно рассматривая парней. И ей в глаза бросилась та самая деталь: брюнет старался незаметно вытереть выступающую на уголках его губ кровь. «Так он порезался», — наконец-то осенило Хартфилию, нервно ёрзавшую на месте.       — Я принесу тебе лёд, — с видом, не терпящим возражений, заявил Стинг и, пошатываясь, вышел из комнаты. Люси моментально бросило в жар.       «Раньше мы никогда не были так рядом, к тому же, наедине. Близко, слишком близко».       «Тебя разве в детстве не учили, что чтобы ранки не болели, их надо поцеловать?»       «Нет!»       Шумно выдохнув и про себя проклиная весь мир, Люси положила руку ему на плечо, немного разворачивая к себе, и подалась вперёд, прикасаясь хмельными губами к его губам. Краем глаза девушка заметила, как в алых глазах брюнета промелькнуло удивление и… что-то ещё? Сердце провалилось куда-то вниз, так и норовя пробить рёбра, а секунды тянулись невыносимо долго, пока она не почувствовала, как на её талию легла мужская рука, прижимая к себе всё крепче, а он ответил на поцелуй. В лёгких спёрло воздух, и Люси, отрываясь всего на мгновение от солоноватых губ, жадно припала к ним вновь, будто в них было её единственное спасение. Дрожащими от сладостного томления пальцами перебирая смоляные пряди волос, девушка вздрагивала всем телом от малейшего звука.       — Ребят, помогите открыть дверь, у меня руки заняты! — орал благим матом где-то неподалёку Стинг, и блондинка, почувствовав, как болезненно заныло в груди сердце, лишь сильнее прижалась к Роугу, словно ища у него спасения.       — Стинг меня убьёт, — отстраняясь от девушки, едва слышно прошептал Чени, поглядывая на дверь. Люси нервно сглотнула. — И, знаешь, ты совсем не такая пушистая, какой кажешься на первый взгляд. Или ты на самом деле столь непосредственна, или же просто отлично маскируешься.       Девушка решила сделать вид, что не расслышала последней фразы, и просто продолжила свою негласную игру: пытаться разгадать, что же скрыто за этим загадочным взглядом алых глаз, столь зловеще поблёскивающих в темноте.       — Но ты ведь его друг. К тому же, он ничего не узнает, — растерянно разглядывая лицо, на котором столь сложно прочесть какие-либо эмоции, перебила его Люси, и последняя её фраза прозвучала скорее как мольба.       — А ты его сестра. Ему будет очень больно, потому что он любит тебя.       — Зачем т-ты говоришь мне это? — отодвигаясь от парня, пролепетала Хартфилия, пытаясь сглотнуть стоящий поперёк горла ком.       — Только не говори мне, что ты не догадывалась раньше, — Роуг был готов убить себя на месте, ведь понимал, что если всё на самом деле так, то он, скорее всего, сослужил не самую хорошую службу своему другу.       — Ты ведь пошутил, правда, Роуг? — стремительно отползая назад, сквозь нервный смех поинтересовалась девушка. — Пожалуйста, скажи, что это не так, умоляю.       В карих глазах отчётливо были видны не пролитые слёзы, из-за чего Чени, растерявшись, хотел приблизиться к ней и предпринять попытку успокоить её, но та лишь ещё больше испугалась, закричав так, как будто её резали заживо:       — Не смей приближаться ко мне! Просто ответь. Мне нужно знать это, прошу.       Он отвёл взгляд в сторону, не находя в себе больше сил смотреть ей в глаза. Стинг начал барабанить в дверь и, кажется, что-то кричать, но ни Люси, ни Роуг не слышали его.       — Это правда.       Люси, не обращая внимания на жгучую боль в лодыжке, пулей вылетела из комнаты, едва не сбив при этом с ног Стинга. Тот лишь проводил сестру недоуменным взглядом и хотел было последовать за ней, как приглушённый голос остановил его.       — Ей сейчас лучше побыть одной. Именно сегодня многое решится для тебя, — болезненно морщась и откидываясь на спину, сказал Роуг, доставая из кармана пачку сигарет.       — Что ты сказал ей? Я слышал, как вы там шушукались, — ядовито процедил Стинг, с нескрываемой злостью бросая в друга пакет со льдом. Тот никак не отреагировал и продолжал немигающим взглядом изучать потолок.       — Ничего такого, о чём она не должна была знать.