Отец всея Эшелона

- Дядя! – я вылетела из здания аэропорта, бросив на ходу сумку, и с громким визгом повисла у Шеннона на шее. – Я так соскучилась, здоровяк! Он громогласно рассмеялся мне в ухо, и, ухнув, приподнял: - Мелкая, ты так выросла! Тебя прям не узнать! Невеста уже. - Идиот, мы не виделись всего две недели! – фыркнула я. – Почему ты слинял раньше времени и бросил меня одну? - У нас с Антуаном был сет, - довольно, словно сытый котяра, жмурится Шеннон. – Вот это мы оторвались. - А меня даже не позвал, - я картинно надула губы. – Может, племянница тоже хотела набухаться и задницей потрясти? - Боже упаси, видел я, как ты задницей трясешь. То ещё зрелище! Чтобы меня позлить, Шеннон повернулся ко мне спиной, и отклянчив пятую точку, которая безвозвратно потерялась в бездне широких штанов, начал дрыгаться, усиленно изображая диву танцпола, то есть, меня, что-то напевая под нос и мелко перебирая тощими ножками. Я согнулась пополам от смеха, отступила назад, и, запнувшись о бордюр, рухнула аккурат на филейную часть, которая ещё не отошла от квадратного состояния после длительного перелета. - Это ещё что такое? – перед нами предстал Джаред, укутанный по самые уши, не смотря на жару, в пятнистое пончо, в неизменных очках и шляпе. - Ничего, - Шеннон мгновенно вернулся в адекватное положение, облокотившись на свой огромный Range Rover, лишь я продолжала биться в истерике, вспоминая его дикую пляску. – Просто Джесси упала, а я поржал. Всё как всегда. - Не помню, говорила ли я, что меня бесит имя Джесси? – сварливо поинтересовалась я, кое-как поднявшись на ноги. Никто из Лето даже не предпринял попыток мне помочь. - Нет, не говорила, так что учтем, - ответил Джаред, уже открыв багажник машины, и аккуратно загружая свои синие чемоданы. Вот зачем ему два чемодана? Я даже представить не могу, что у него там? Носки в ромбик разных цветов? Лично я обошлась только дорожной сумкой, которую втюхивала Шеннону: - Шеннон, блять! Тебе сложно что ли убрать? Она же тяжелая, я надорвусь! - Не сложно, - он ухмыльнулся. – Просто наблюдать, как ты корячишься намного веселее и интересней. - Садист гребаный! – проорала я во все горло. - Эй, аккуратней с выражениями, - сделал мне замечание Джаред, поправив очки. - Ой, извиняйте, но у меня это семейное – раскидываться факами в разные стороны, и посылать всех на хер! - я продемонстрировала ржущему Шеннону средний палец. Заметив мой жест, он мгновенно умолк, и схватив меня за палец, вывернул его в обратную сторону. Не больно, но для приличия я заверещала. - Всё, в машину, оба! – рявкнул Джаред. – Я устал, и хочу спать. - Ничего себе заявочка, - возмутилась я. – Да ты продрых весь перелет, пока я от нечего делать бусинки на твоих браслетах считала. - Не любишь летать? – поинтересовался Шеннон, садясь за руль. - На дух не переношу эти самолеты! – я картинно содрогнулась. – Ни спать не могу, ни музыку слушать. Конечно, если выпить – отрубаюсь моментально, но Джаред мне запретил даже винцом побаловаться, а сам в пончо завернулся, и давай сурка давить. Где справедливость? - Можешь забыть это слово, - улыбнулся Джаред. – В этом семействе я тиран, который пресекает на корню любые зачатки демократии. Шеннон украдкой мне подмигнул, и провел ребром ладони по горлу – типа, всё, мне конец, я попала в авторитарный режим. Забравшись на заднее сиденье, я растянулась почти в полный рост, постанывая от удовольствия. - Прости, Джесс, детское кресло купить не успел, - нагло заявил Шеннон, вдавив педаль газа почти до упора. Автомобиль рванул вперед, и я скатилась на самый край. - Себе купи, а то тебя из-за руля не видно, коротышка, - парировала я, ерзая, пытаясь устроиться удобней. - Но-но, на больное давить не надо, - он бросил на меня возмущенный взгляд в зеркало заднего вида. Я показала язык в ответ. Рассматривать ночной Лос-Анджелес не было ни сил, ни желания. Я тупо смотрела на проносившиеся огни города Ангелов, решив для себя, что времени осмотреть местные красоты, у меня будет предостаточно. Как-никак, я жить сюда переехала. Шеннон включил радио, и глубокий томный голос Ланы Дель Рей замурлыкал что-то о рожденных, чтобы умереть. Я закрыла тяжелые глаза. - Выключи эту тягомотину, - раздраженно бросил Джаред. – Слышать её уже не могу, во всех щелях затычка. - Нет, оставьте, - сонно запротестовала я. – Я люблю Ланку, она классная. - Вот видишь, даже мелкая меня поддерживает, а ведь она та ещё стерва, - Шеннон указал в мою сторону большим пальцем. - Ооо, а ты мутишь с ней, что ли? – оживилась я, приподнявшись на локте. - Нет, мы просто друзья. - Ага, друзья, - издевательски фыркнул Джаред. – После ваших «дружеских посиделок», - он изобразил в воздухе кавычки. – Мы с Томо на спор собираем по всему твоему дому накладные ресницы. Или это твои? Шеннон насупился, и презрительно буркнув «мелкие», внимательно уставился на дорогу. Я снова заскучала: - Дядя, а дядя? Дай порулить? - Нет, - сказал, как отрезал. - Ну даааай, - заканючила я, выпятив нижнюю губу, как это любит делать мой любимый папашка, который уже клацкал по клавиатуре телефона. Наверное, пишет очередной твит: «Привет, ЛА!». - Джесс, сказал нет, значит нет. Я свою малышку никому не доверяю. - А я думала, что барабанная установка твоя малышка, - ехидно сказала я. Шеннон тепло улыбнулся, словно вспомнил о чем-то приятном: - Она моя вечная спутница и любимая супруга, а машина, - он любовно провел ладонью по рулю. – Машина – это моя малышка, моя девочка. -Ничего, что твоя малышка размером с одноэтажный дом? – вырвалось у меня. – Охренеть, тебя хотят тысячи баб, а ты на вещи позарился. Ты не предметофил ли часом? Уж лучше, Лану трахай дальше, изменщик! Джаред поперхнулся: - Джессика! – пытается сказать мое имя укоризненным тоном, но по голосу слышно, что он улыбается. -Поняла, молчу, - я изобразила, что запираю рот на невидимый замок, а ключ отдаю Джареду. – Разбудите, как приедем. Только не забудьте, а то проснусь в гараже, вообще нормально будет.