Запретный плод стеснителен

Холодно, всё ещё холодно. Я потирала руки, добираясь до дома. Пустота. Я вспоминала того парня, которого любила года два назад. Влюбилась с первого взгляда, как сумасшедшая. Отдавала ему всё, искала повод, чтобы увидеться с ним. Он не любил меня и каждый раз говорил мне, что надежды нет, но мы стали друзьями и то, что я могла его видеть, видеть его улыбку, вызывало во мне бурю эмоций. В один миг на дне рождения нашего общего знакомого он подошёл ко мне, взял за руку и увёл за собой. Мы оказались вдвоём в тесной комнате и он поцеловал меня. Я готова была разрыдаться от счастья. Он говорил мне, что влюблён, что без ума от меня и хочет начать встречаться, на что я быстро закивала головой. Как я была слепа... Через несколько дней наших встреч он бросил меня по телефону, посмеявшись надо мной. Рассказал, что он поспорил с другом и всё это было только ради одной бутылки дорогого виски. Терпеть не могу виски. Тогда меня заполняла пустота. Для людей я стоила одну бутылку вискаря. Об этом узнала вся школа, я была замкнутой. Меня дразнили, унижали, обливали спиртным. Я помню, как в последний раз несколько мальчиков затолкали меня в туалет и облили тем же самым вискарём. Больше я не выдержала. Когда они оставили бутылку на полу, я крепко схватила её, разбила дно об батарею и грозилась порезать всем горло, если кто-нибудь ещё раз попробует со мной так поступить. Схватив одного жирного пацана за ворот, я помотала разбитой бутылкой у него перед носом. Готова поспорить, что он тогда обделался, так как глаза у меня были просто безумные и я в любой момент могла его прирезать. Вместо этого, я просто хорошенько двинула ему кулаком по носу. Больше меня никто не обливал, а я каждый раз отлавливала парней и кому-нибудь начищала морду. Это был самый переломный момент в моей жизни. Теперь я снова почувствовала, что стою бутылку виски. Слепо отдалась ему полностью, отдала всю себя. Ре оказалось ничего не нужно. Я зашла домой. Маленькая сестрёнка крепко обняла меня за ноги. Она всегда чувствовала, что со мной не так и сейчас она не собиралась от меня отходить. -Пожалуйста, уйди в свою комнату... - Я схватилась за голову. -Но сестрёнка! - маленькая девочка цепко держалась за меня. Вскоре Мичи поняла, что мне действительно нехорошо и разомкнула ручки. Я поднялась наверх. Серая комната для серой меня. Сев на кресло, мои веки сомкнулись. В груди чувствовалась большая черная дымящаяся дыра. Словно меня прострелили базукой. Во мне сидит отчаяние, потому что я больше не знала, что я могу сделать, чтобы Сакурай был моим. И это сводило с ума. В голове какая-то угнетающая музыка. Нет, похоже на гудение и рычание, слышен треск. Не хочу переживать такие же чувства, как и тогда, два года назад. Что самое удивительное... я не обижаюсь на Ре. Я простила. Но себя простить не могу за то, что моих сил оказалось недостаточно, чтобы влюбить его в себя. Я взглянула мельком на телефон. Пропущенные звонки от Аомине... Наверно, переживает. Я перезваниваю. -Где ты? -Всё в порядке. Я дома. - Мой голос был тих и сдержан. -Что с тобой, Кавасаки? Мне приехать? - Дайки сразу же занервничал. -Да. Приезжай. -Жди! Аомине повесил трубку. Я невольно улыбнулась: человек, который в любую минуту готов оказаться рядом со мной не смотря ни на что, просто ждёт моего звонка. Спасибо тебе, Дайки. Закрыв глаза, передо мной будто снова появилось заснеженное поле, мутный свет фонарей и большой снегопад. Дайки прижимает меня к себе, чтобы я не обветрила своё лицо. "Ещё увидимся" - послышался его голос. Через несколько минут последовал звонок в дверь. Мама открыла, я не спешила спускаться. Он сам знал, что он должен подняться. Я услышала быстрые громкие шаги по лестнице. Подойдя к моей комнате, он постучал. -Заходи. Дайки осторожно приоткрыл дверь и, зайдя ко мне, закрыл её на замок. Аомине положил руки мне на плечо. -Говори, что мне сделать? Взяв его ладонь, я встала с кресла и крепко прижалась к его груди. Слёзы полились рекой. Крепкие руки парня обняли меня. -Как он тебя обидел? Скажи, я всё сделаю. - Дайки был невозмутим и спокоен. А я рыдала, уткнувшись ему в грудь, и была не в силах что либо рассказать. Через несколько секунд, успокоившись, я подняла глаза. Он молча ждал. -Я его... не устраиваю... ни в каком плане. - Всхлипывая, объясняла я. -Что мне сделать? - Он нахмурил брови. -Побудь рядом, выслушай меня... Мы сели вдвоём на кровать. Он не отпускал мои руки, а уверенно перебирал мои пальцы, чтобы хоть как-то согреть их и внимательно смотрел мне в глаза. Я рассказала ему ту историю, которая произошла со мной тогда, рассказала, что произошло сейчас и Аомине резко изменился в лице. По моим щекам неконтролируемо текли холодные слёзы всё это время. -Ты переспала с... Ре? - Он вытянул шею. На лицо опустилась тень. Я кивнула. Дайки остановился и застыл, опустив глаза. Над нами висела угнетающая тишина. Резко вскочив, парень ударил по стене и на ней чуть ли не появилась трещина. Я молчала, смотря на него, словно меня парализовало. Он повернулся ко мне с яростным лицом. -Да что же ты делаешь со мной? Зачем? Я как собака для тебя! Прицеп! Я не вынесу больше. Дайки снова ударил по стене, злясь на меня. -Не надо... - Прошептала я. -А как надо? - Кричал он. - Как надо? -Не нужно бить по стене. Аомине треснул по двери, чуть не выломав её и вышел из дома, я побежала за ним. -Вернись, Аомине! Он прошёл несколько шагов по слякоти и упал на колени. Из его горла вырвался истошный стон, он царапал свою грудь, словно пытаясь вырвать что-то. Я подбежала к нему, кричащему, пропитанному болью и ненавистью ко мне, и обняла. Он не успокаивался. Крик был ужасен, словно в него вселился бес. Я понимаю его... -Я же люблю тебя... люблю... - Говорил он, успокаиваясь и переводя дыхание, когда я перебирала его волосы.