Запретный плод стеснителен

Перед прочтением включить Ludovico Einaudi – The Crane Dance В ушах зазвенело. Он всерьёз? -Я тоже люблю тебя, Дайки. Ты очень хороший друг. - Мой голос был спокоен. Я крепко обняла его. -Я люблю тебя, люблю... понимаешь? - Кричал он. -Как ты меня любишь? - Я провела по его волосам, прижимаясь щекой к щеке. Он отстранился и схватил моё тело за плечи, смотря мне в глаза ровно и пытаясь сделать лицо как можно строже, но я видела его грусть. Солнце зашло за большую тучу, на нас упала длинная тень. Аомине сжал зубы. -Я люблю тебя, Рей. Люблю так, что дыхания в лёгких нет. Люблю так, что, засыпая, вижу твои глаза. Я ценю каждый вздох рядом с тобой. Я начал ценить то, что я дышу рядом с кем-то одним воздухом. Я опустила глаза и заплакала. Он прислонил мою голову к своему плечу. -Ну зачем? Зачем? - Плакала я. Как же быстро билось его сердце. Как же он дрожал рядом со мной. Аомине напрягся, прижимая меня к себе ещё крепче. Мы с ним похожи. Думаю, даже наша боль одинакова. -Я ничего не прошу. Я не смею просить. Мои руки крепко сжимались за его спиной. Не знаю, сколько времени мы ещё так просидели, но мне не было холодно. Всё вокруг... пустое. У меня внутри пустота, у него тоже. Вместо сердец две открытых раны. И это угнетает. Мы зашли обратно в дом, в мою комнату. Аомине молчал, не пытался что-либо мне сказать. Мы просто сидели друг перед другом опустошённые, мрачные, серые... И держались за руки, даже не смотря в глаза друг другу. У него свои мысли, у меня - свои. В моей голове крутились моменты с Сакураем, как я пыталась добиться его любви. И всё в никуда. Я в самой пропасти. На самой глубине океана. Я падаю ниже и ниже... Кто я? Где я? Зачем я живу? Зачем я вообще здесь? Я умираю. Умираю медленно, но зато с какой болью, с каким лицом. У меня больше не осталось сомнений: взаимной любви нет. Все эти страдания, бессонные ночи, боль в груди - всё это зависимость. И она съедает, поглощает тебя, не оставляя ничего. Вырываешь душу, чтобы отдать её тому человеку, но в итоге оказываешься отвергнутым и...пустым. Его пальцы стали холодными. Я подняла глаза на лицо Аомине. Парень смотрел вниз, губы что-то шептали, но я ничего не слышала, брови, как обычно, сдвинуты. -О чём думаешь? - Я стала перебирать его пальцы. -О том, что я слишком глуп. Комната заполнилась тишиной. А ещё запахло дождём. Я посмотрела в окно: будет ливень. -Я не смог сдержаться. Что во мне заговорило? Теперь просто огромное отверстие здесь. - Он показал на грудь. - Мне трудно осознать то, что ты была с Ре. Я же, чёрт возьми... -Меня любишь. - Перебила я. - А как на счёт меня? Аомине посмотрел исподлобья. -Я тебя не принуждаю ни к чему. Я не виноват, что ты у меня засела. Не могу я ничего с этим поделать. -Даже девушки не спасают? Дайки помотал головой. -Я ни с кем не встречался после того, как мы с тобой...это...ты понимаешь. Врал значит. Не удивительно. -Рей, ты во мне. Я больше не могу терпеть. - Дайки поднёс мою ладонь к своим губам. Ничего не чувствую от его касаний. Но и бросить я его тоже не могу. Я должна быть с ним. И пускай... мы вряд ли сможем вернуться в статус "друзья". Я не убирала своих рук, не сопротивлялась. Я верила Аомине и пусть лучше я буду с ним, чем с кем-то другим. Если я не могу быть с Сакураем, то могу быть с Дайки. По крайней мере отдать любовь человеку, который ждёт её лучше, чем отдавать сердце тому, кому это ненужно. Я придвинулась ближе. Мои губы поцеловали горячий рот Аомине. Дайки схватился за этот поцелуй так, словно он был последним, что может спасти его жизнь. Немыслимо. -Кавасаки... - Шепнул он, отрываясь от моих губ. - Не исчезай из моей жизни. -Не буду. -Не уходи. -Не уйду. -Будь со мной... -Я с тобой, Аомине. Холодные пальцы провели по его щеке, я знаю, что он чувствовал: пульс в голове, вибрация в груди, дыхание пропало. Ему не нужно было ничего, кроме меня. А мне ничего не было нужно, кроме Сакурая. Как бы прискорбно это не звучало, но я бы даже нашу дружбу предала, будь у меня шанс быть рядом с Сакураем. Зависимость... гадкое чувство. Аомине и я целовали друг друга. Быть может, я смогу когда-нибудь отдать ему свою любовь, но не сейчас. Сейчас... слишком рано. На публике мы вели себя как друзья. Правда я больше не искала взглядов парней, я знала, что Аомине будет всегда смотреть на меня. Он обнимал меня, смеясь рядом с друзьями. По вечерам, когда мы оставались у меня или у него, Дайки целовал меня, не решаясь на что-то большее. Он наслаждался разговорами со мной. Он был счастлив. Но не я. Меня угнетал свет солнца, шум ветра и листьев. Меня угнетало всё вокруг. Я не хотела жить так... с таким. Я приношу себя в жертву. Могу ли я добиться того, чтобы Сакурай меня полюбил? Нет. И я закрыла глаза, чтобы не видеть света. Заткнула уши, чтобы ничего не слышать. Я словно умерла. И я смогла сделать настоящий вдох только тогда, когда увидела Коске на перемене, который быстро надвигался к нашей компании. -Аомине! Сколько можно повторять?! Мне надоело печься о твоей заднице. Завтра игра. -Я приду, Вакамацу... - Дайки зевнул. -Не думай только о себе! У нас встреча с "Сейрин". -"Сейрин"... - Проговорил тихо Аомине, сжав кулаки. Видимо, у него с теми ребятами уже были какие-то связи. В моей голове мелькала мысль о Сакурае. Когда Вакамацу ушёл, Дайки повернулся ко мне. Выражение его лица не означало ничего хорошего. -Хочешь прийти? -Да. -Чтобы его увидеть? -Нет. - Соврала я. -Я буду следить за тобой. -Следи. -Я не хочу ругаться, Рей. Ты сильно ранишь меня, если я замечу, что ты смотришь на него. -Параноик. - Я фыркнула. Я слышала каждый удар своего сердца. Ведь завтра... я увижу его. Возможно, это будет мой шанс. Но как же Аомине? Что я за тварь...