Safeword

***

Чанмин лежал на спине, руки были заведены под кушетку и связаны, а ноги были сомкнуты и за щиколотки вытянуты вверх за ремни, что были там. Его поза чем-то напоминала английскую букву «L». А в заднице у него торчал толстый и длинный фалоиммитатор, он не только вибрировал, но и бил его нутро током. Разряд был слабый, но для внутренностей, а тем более, для анального прохода сильно ощутимо. К тому же хозяин нанес на эту искусственную дубину ментоловую смазку. Дырка ныла и зудела, а когда Су насильственно пихал в него и резко выдергивал, все в прямо смысле слова холодело до корней волос. Напряжение в теле росло запредельно, словно внутри него поймали и закрыли, не оставив и лазейки для выхода, цунами, которое бушевало. Гениталии Нэко так же, словно законсервировали, надев и на мошонку и на ствол обруч, уретру заткнули зондом. Он готов был выть от такого садизма над ним, даже слезы появились, пот валил градом. Мина словно втиснули в плотный резиновый костюм без застежек, облегающий тело, из-за которого и вздохнуть было трудно. А снять вообще не вариант, все внутренние органы от безысходности сжимались. Но даже такое маленькое, незначительно желание придать своим мучениям голос, не давали. Во рту у него был пенис господина, тот с раздвинутыми ногами находился над его головой, согнувшись раком. Джунсу кончиком языка игрался с вялым отросточком питомца, и не забывал двигать своей шикарной попой, трахая его. И кончил ему на лицо, а потом терся промежностью, размазывая сперму. Это продолжалось бог знает сколько... Господин отлучался, оставляя Чанмина в таком положении. А, возвращаясь, поначалу грубо брал, анус уже сильно раздолбил, но с остервенелостью и наслаждением лизал его. Кормил как беспомощного и беззубого котенка, чаше давал еду только со своего рта. И так же, как и всегда приятно, воздушно и мягко целовал. После всей этой «прелюдии» дальше продолжал глумиться над ним. Даже процедура очистки прямой кишки не проходила спокойно. Он делал это три раза. И на третий, хотя уже на втором из него выходила чистая, прозрачная вода, вставлял в него шланг, и пока жидкость лилась, Джунсу пихал свой пенис ему в зад. И когда убирал все, не переставал этого делать. Для питомца это было невыносимо, пытаться сдержать в себе воду, когда дрючат. Из попы постоянно текло, часть попадало на кушетку, и он лежал на этой мокроте. Чувствовал себя шлюхой, отъёбли, поиздевались и выбросили связанную в ближайшую лужу. Хотя такое состояние не впервой, хозяин все делал, чтобы он именно так о себе думал. Смог бы он такое каждый день терпеть? Неизвестно. Потому что неделя закончилась. И он переместился на свое место - в спальню к господину. Видимо, в знак поощрения за прекрасно проведенные семь дней в клетке, Су позволил питомцу несколько раз спать у него в ногах, на его кровати. Конечно, не просто так, а Нэко занимался лизанием и сосанием его пальчиков. Это делать ему безумно нравилось, возможно, из-за того, что в те моменты ему позволяли на ночь оставаться в постели. Хозяин всегда находил повод, чтобы наказывать саба. К нему еще приходили «гости», и тогда Шиму приходилось лежать неподвижно в своей амуниции «кошки» в углу холла, как восковая фигура. До того момента, пока все не покинут дом. И для чего все это? Не понять. У тигра было больше привилегий, чем у него, но сравнивать себя с Виджаем глупо.

***

Джунсу поплавал в бассейне. Накинув обычный банный халат, снял мокрые трусы и бросил в сторону, лег на шезлонг. Подозвав к себе Мина, приказал пососать ему, тот устроился у него между ног и старательно заработал ртом. Хозяин, наслаждаясь минетом, закрыв глаза, глубоко задышав, чуть погодя поставив ноги на лежанку, раздвинул их. Тот слишком увлекся, его язык, облизывающий ему яйца, скользнул ниже к анусу. И за это получил ногой прямо по лицу, свалился на кафельный пол. - Ах ты, сука, - выдавил сердито из себя мужчина. – Кто тебе разрешал это делать? – и поднялся, подойдя к валявшемуся питомцу, грубо пихнул его ногой в грудь, тот шлепнулся в воду. Прежде чем уйти, он кликнул свою охрану, подошли двое. – Выловите это дерьмо, - махнув в сторону бултыхавшего в бассейне Нэко, - и в клетку бросьте. Сам виноват, что так нахально повел себя с ним, он не смог совладать с собой. Так хотелось полизать попу господина, присосаться к складочкам ануса, что переборол в себе страх наказания. А расплата будет мучительная, и ежу понятно, что он по полной пиздюлей отхватит. Как бьет хозяин, и говорить не надо. Возможно, стеганет два-три раза, но зато это будет просто ужасающе. Как молния, рассекающая небо, его пронзят запредельные ощущения. Под кожаным плетеным хвостом кнута, который соприкоснется с его спиной или бедрами, будет жечь, словно раскаленной бритвой полоснули, разрезая на живую. Ему в те моменты казалось, что он умирает, но Су его потом целует, мягкое, нежное касание губ как будто вырывает Мина из лап смерти. А боль тела… ему нравится её терпеть. Зайдя в клетку, господин Ким сразу направился к питомцу. Тот покорно стоял на коленях, а в зубах держал кнут. Выдернув его оттуда, он размахнулся и со всей мочи хлестанул по левому боку, проходясь по ребрам, задевая предплечье. Нэко отшатнулся, как будто на пружине, и вскрикнул, не смог сдержаться. - Тебе моё очко стало интересно? – пальцами обхватил челюсти питомца. – Запомни, ты - моя вещь! Я подтираюсь, издеваюсь и насилую тебя, ты только для этого предназначен. Трахать и лапать мой зад такой тряпке по статусу не положено, - унижал словами, впиваясь яростным взглядом ему в лицо, тот опустил веки. – Смотри на меня, - крикнул, но оттолкнул его. - Развлекаешься или уже закончил? – послышался голос; в комнату зашел мужчина, прошагав в клетку. – Охх, - увидев Чанмина, который был в шрамах, присутствовала свежая ярко-красная полоса, мокрый, а вид, как у забитой собаки. – Сильно ты его, - он присел на корточки, разглядывая Нэко. Протянув к нему руку, хотел дотронуться до алой раны. - Не трогай, - рыкнул Джунсу, резко схватив лапу, что норовила коснуться его собственности, за запястье. - Ой, да ладно, ты же знаешь, такие личности меня не интересуют, а твои садисткие игры, тем более, - поднялся и приобнял его. – Просто было любопытно, - потянулся к нему, чтобы поцеловать, но тот отвернулся. - Юнхо, не здесь, давай выйдем, - и пошел к выходу. Человек, с которым он занимается сексом в роли пассива приперся прямо как по заказу. В подходящий момент, но пока еще непонятно, для кого подходящий, а для кого нет. - Странно, - удивился, догнал уходящего Су, когда тот вышел из клетки. – Когда это ты, нахальный садист номер один в стране, стал таким стеснительным? – не дал ему дальше браво маршировать, прижал к решетке. – Или я чего-то не понимаю? Раньше тебе было наплевать, присутствует твоя живность, когда мы придаемся ласкам, или нет, - заметил изменения в поведении любовника. - Мне и сейчас глубоко до одного места, - утвердительно заявил. - Тогда давай здесь и начнем, - улыбнулся, наблюдая за его реакцией, попутно развязал пояс его халата. И что он сейчас будет делать? - Ну, раз ты этого желаешь, - хмыкнул в ответ Джунсу, скинув с себя банный балахон, оставшись голым. – Я не против… Нэко, - позвал питомца, - в тумбе возьми смазку и подойди сюда. - Ты хочешь, чтобы он к нам присоединился? – малек оторопел Юнхо. – Меня его отверстие не интересует, сам забавляйся со своими зверушками, - отказывался от такого поворота событий, позволяя мужчине расстегивать пуговицы своей рубашки. - Да, но ничего такого не будет, я бы этого не позволил, - ответил, но того насторожил тон сказанного, словно в слова вложили налет злобы. – Подготовь мой зад, сунешь туда свой язык - оторву, - обратился к питомцу, повернув голову вбок, услышав, как он подполз. Их разделяла стена из металлических прутьев в виде больших квадратиков. - Я могу и сам это сделать, - предложил мужчина. - Нет, он справится, - помогал Юно избавиться от брюк. - Он что, в тебя уже вставлял? – вопросил. - Еще чего не хватало, нет, конечно, - какие глупости тут болтают, чтобы питомец имел его? Да ни за что в жизни. Тяжело выдохнув в губы Чону, Су начал его целовать; теплый, длинный и скользкий палец Чанмина проник в него. А потом и два, и три; вынимал, опять загонял и вращал их из стороны в сторону, на все это тот сладко застонал. Но не прекращал лобызание, делая перерывы, глубоко вдыхал и задерживал, как будто нырял под воду, набирая кислорода в легкие. Глаза закатывались, немного потерялся в происходящем. - Мннххх, Нэко… ааахх, - прошептал со стонами. Любовник не придал значения, что прозвучало не его имя. Взял его член, сжав в руке, и даже не успел дрочнуть ему, как тот излился. - Я еще не сунул тебе, а ты уже испачкал меня в своей сперме, - указал на нестандартность их «постельной» сцены. Джунсу не держали ноги, и он оседал на пол, совсем некстати и неожиданно для самого себя так быстро кончил. Он даже не допер, что произнес кличку своего питомца, целуясь с другим мужчиной. И не признается себе в этом. Ему уже разработали дырку, кажется, слишком хорошо это сделали. - Не смогу стоять, - помотал головой, сейчас слишком сильная слабость, игнорируя высказывание по поводу скоротечного семяизвержения. Сам в шоке. - Неважно, - сообщил об этом Юнхо. Он встал на колени, повернул Су к клетке лицом и пристроился сзади него. Направил свой член ему в анальное отверстие и надавил; стенки заднего прохода раскрывались, хоть и плотно обволакивая ствол, не противились проникновению. А грудью прижался к его спине и руками уцепился за прутья для удобства. Начал рывками толкаться, двигая только бедрами и с шумным дыханием, целуя ему шею, покусывал мочку уха. А тот, схватив за волосы своего питомца, притянул к своему паху, без слов показывал, что ему надо делать. Чанмин, открыв рот, полностью вобрал в себя пенис господина, мышцы рефлекторно сократились, и он языком прижал ствол к мягкому нёбу, этим выталкивая его наружу. Повторял это с каким-то отчаянием, исходя слюной, но дополнял сосательными движениями. Да, ему не положено, но он испытал ревность - никогда не ведомое ему чувство, пробирающее до слёз. Со слов хозяина было понятно, что, сколько не придавался своим садистским играми, меняя объекты издевательств, Юнхо всегда оставался с ним. Хоть и роли у них разные, а питомца даже главная, но зато постоянства в партнерах нет, поэтому есть большая вероятность быть выкинутым. - Подставь, - протяженно промычал, - подставь свою попу, Нэко, - приказал вперемешку со всхлипыванием. Вот это больше всего бесило Су, что когда его трахают, он становится слизняком, еле мямлящей и скулящей бабой. И проявлять свой темперамент в половом акте, когда он пассив, не хотелось вообще. Грубо говоря, становился безвольной куклой с одной мыслью, чтобы подольше не вынимали из дырки член. Потому что промежутки между такой ёблей очень большие. Он садист, но с полным набором сексуальных предпочтений. Стоя на коленях, выгибаясь в пояснице, выпячивал зад, двинувшись ближе к господскому паху. Шим ладонями развел ягодицы, а скользкими от смазки пальцами старался развести в сторону и так уже открытое очко. Пустовать ему долго не пришлось, толстая головка хозяина быстро заскочила туда. Питомец словно получил свою порцию «обеда» после долгого голодания, как будто с жадностью задвигал тазом. Тоже, как и Юнхо, ухватился руками за прутья клетки, но они были отведены назад. Джунсу снова кончил. Эти два тела… Одно, которое тыкается ему в щель своим фаллосом. А другое, как заведенное нанизывается на его плоть. Оба двигались в одном такте. Они словно высасывают из него действительность, сознание. Как бегущая со склона речка; утекали силы, мысли, способность нормально дышать... он плавно уходил в нирвану. - Давай поменяем позу, - дернул на себя любовника; Юнхо не волновало, что такими действиями лишает саба наслаждаться трахом. - Обойди клетку, - последовали слова, но адресованные Нэко. Несмотря на то, что находился в блаженном состоянии, садистская натура до конца не оставляла его. Передвигаясь на четвереньках, Шим подполз к ним, Су сел ему на спину, ставя ноги на плечи Юно, давая ему возможность продолжить трахать его. Одной рукой взялся за металлические прутья, а другой за зад питомца, засунув пальцы ему в обконченную дырку. Как будто крючком цепляясь за нутро. Рассматривать эту позу и комментировать Чон не собирался, хоть немного офигел с неё. Бережно обхватил партнера за талию и продолжил буравить перевозбужденным органом его щелку. Добавив агрессии в толчки, чтобы достигнуть финального апогея, который уже был на подходе. В таком положении тела Су глубоко принимал в себя ствол. Волны удовольствия накатывали, на доли секунды отступали и по новой сотрясали плоть изнутри. Сильным эхом било по нервам. Когда Юнхо наполнял своим семенем попу любовника, тепло его спермы породило мощную волну экстаза. Шумно делая глотки воздуха, подрагивая выдохом, изливался. - Это было прекрасно, - заговорил, когда ощутил способность вести речь, потянулся к нему, поцеловав. – Продолжим в твоей спальне? - предложил, поднял валявшийся халат и накинул на него, помог партнеру подняться. Зачем останавливаться? Он пришел, чтобы получить секс, пока будет в состоянии двигаться, но в более удобном для этого месте. - С удовольствием, - улыбнулся, отвечая ему на касание губ и языка. Но потом Джунсу, поддев пальцем за ошейник Нэко, потянул на себя. Поднял ногу, поставив её на клетку. – Что делать, ты сам знаешь, - и отпустил его. Продолжил целоваться с Юно. А Мин как заменитель салфеток для Джунсу: чистил языком его живот, пах от спермы. Питомец, опустившись лицом до пола, собрался слизать дорожку, вытекшую из попы хозяина, а потом и там все отполировать. - Стоять, - вдруг рявкнул он и наступил на него, прижав голой пяткой его голову к полу. – Ты, тряпка блядская, не смей своим поганым ртом прикасаться к сперме, которая не моя. Воспринимай чужую слизь, как яд, или я напою тебя этой отравой, если так стремишься без разбору вылизывать все подряд, - отпустил и присел на корточки, потрудился пригнуться и поцеловать питомца в своей манере. – Можешь потрахать себя, что и где лежит ты знаешь. Останешься в клетке, пока я не закончу и не разрешу вернуться в спальню, - проявил милосердие по поводу неудовлетворенности и удалился. - У меня складывается ощущение, что твой Нэко для тебя много значит. Ты ведешь себя с ним… слишком жестоко, и в тебе явно играет ревность. То, что он твоя собственность - это да, но все же… - анализировал Юнхо то, что увидел с того момента, как заявился к нему. - Почему пришел без предупреждения? Надо было хотя бы позвонить, - упрекнул его Су, не желая отвечать или что-то объяснять ему по поводу своего поведения. - Да тут такое дело, - удобно устроил свою руку на его плечах. – Может, потом поговорим? Не хочется портить тебе настрой перед сексом. - Я тебе что, девка, раз собрался порвать, так и говори, ныть уж точно не собираюсь, и тем более убиваться по этому поводу, - хмыкнул. - Айщ, ты знал, да, а чего тогда спрашиваешь? – приподнял край губы в улыбке. – Стоило предвидеть это, - мысленно еще раз улыбнулся. - Стоило, - открыл дверь своей опочивальни и зашел туда, снова скинув банный халат, и плюхнулся в кровать. – Два дня ты мой, а потом вали, куда хочешь, с кем хочешь, мне без разницы, - равнодушно изрек. Так и было всегда, чисто «спортивный» интерес... Догадался, видимо, Чон в тот раз плохо скрывал эмоции, когда поведал ему о новом знакомом, ну и немного, скорее всего, господину Киму собрали информации. С кем, когда и что делал, ему такое собрать – раз плюнуть. Ну да, этот человек бдителен с приближенными к себе со времен вылета из универа. Так, на всякий случай, мало ли что. С Джунсу они давно вместе, если это так можно назвать. Трахаются и все, Юнхо изначально, как ему показалось, был влюблен в него, потому и, видимо, согласился на такие отношения. Но, возможно, то было каким-то мимолетным чувством. Он не был повернут на сексе, да и работа в вечном движении, поездки, выступления, популярность… здесь не до него. И все же остался с ним, изредка, когда выдавалось свободное время, зависал у него. Привык. Он не возникал и ничего не требовал, не осуждал своего любовника, что тот занимается извращениями. Но и сторонился всего этого, был наблюдателем только легкой формы садизма, а видеть, как Су насилует и издевается над людьми, не горел желанием. Оставляя его в истинном обличье наедине со своими жертвами. Он воспринимал его как любовника и никогда не пытался им командовать. Вот недавно познакомился с парнем, пока они просто друзья, но Юно метит повысить свой статус до избранника. Как бы он не сторонился серьезных отношений, они ему нужны, а с таким, как этот зверь, родившийся человеком, это невозможно. И он уже ничего такого, что привязывало его к нему, не чувствует. И прежде чем начать завоевывать сердце нового приятеля, надо порвать с тем, с кем спит. Не стал тянуть.

***

После дней, проведенных с Юнхо, Су, отдохнув телом, занялся насущным, а то и так из-за питомца немного сбился с обычного графика работы. Да и слова по поводу жестокости и ревности теперь уже бывшего любовника неутешительно сверлили его. Надо с этим заканчивать… - Снимай всё, - дернул за ремешок сбруи на теле нижнего, потом потянул за хвост, пробка выскочила из его дырки. – Я жду, - и отошел в сторону. Пристально глядя на него, поднес ко рту затычку из шариков и кончиком языка провел по всей длине. Он всегда смазывал попу Мина гелем, который был съедобен, никакого вреда не нес, если попадет в желудок. Так что смело можно лизать. Его не послушали, тот стоял у кровати на четвереньках, ничего не делая. - Не пойму, ты что, оглох? – озадачился таким непослушанием. - Хозяин, я вам уже надоел? – обеспокоено спросил и, опустив голову, чуть ли не лбом касаясь пола, подполз к Джунсу. – Не… не бросайте меня, - дрожащим голосом умоляюще щебетал, – пожалуйста, прошу вас. В ответ последовало молчание, верхний перешагнув через питомца, вышел из комнаты. Шим испытывал раздирающую боль, не ту, которую он может терпеть и получать удовольствие, эта - совсем другая. Бьющая так сильно, что хотелось умереть. Он и так исстрадался до скулежа от дефицита внимания господина. А тут такое… Неожиданно распахнулась дверь, и в спальню зашел Су, Нэко, не поднимаясь из «молящей» позы, посмотрел в его сторону. В руке у того блеснуло стальное лезвие. Непонимающе и испуганно вылупил глаза, пятясь назад, что он хочет делать? - Не дергайся, себе же хуже сделаешь, - грозно рявкнул хозяин. Схватил за волосы Мина, откинув его голову назад, и просунул нож между ошейником и его шеей. Вкладывал все свои силы, чтобы разрезать плотный и толстый кусок ремешка, закончив с ним, последовал срез сбруи. Задел кожу на груди и бедрах, были небольшие порезы. Дважды он не повторяет, один раз говорил, этого достаточно, и тем более приказы, а объяснять их подавно. Закончив со всем, отбросил нож и лизнул порез у себя на пальце, сам пострадал, пока орудовал кухонным холодным оружием. Теперь питомец почувствовал себя как никогда голым без всего этого хлама из ремней. Дрожавшими руками собрал в кучу все и, взяв в охапку, прижал к груди. Чем вызвал ехидные смешки Джунсу, наблюдавшего, как тот прикипел к своей «одежке». Нэко поднял на него свой взгляд. Большие красивые глаза, смотревшие на него снизу вверх, покраснели и наполнились влагой, во взоре застыла мольба не бросать его…