Когда за тебя говорит сердце

То, что случилось однажды, может случиться и дважды. Теперь Кайто это не просто понимал, а испытывал на практике. Сигаретный дым вился в воздухе. Перед глазами сквозь окна от пола до потолка представал полуночный город с мириадами огней, словно гигантская рождественская елка – вечно живой, вечно суетливый. - О чем задумался? – образовавшейся на лбу легкой морщинки коснулся указательный палец лежащего рядом Рику. - Ни о чем, - вздохнул Кайто и снова затянулся сигаретой. Как он снова оказался в этой постели? Почему снова позволил себе отдаваться сексуальному экстазу совершенно не с тем, кто был в его сердце? Может, потому что Рику устроил этот сюрприз: ужин в лучших традициях французской романтики. Разве перед таким кто-нибудь устоит? Кажется, Рику всерьез взялся за его завоевание. Если бы нужен был одноразовый секс, то вчерашним разом все бы и закончилось. Но, видимо, Кайто действительно привлекал его, и Рику решил сделать его своим любовником. Хотя все эти размышления по большому счету не особо волновали. «Интересно, Хикару вернулся? И зачем он вообще пошел к Шину, пытаясь заменить парню брата?» Эта мысль не давала покоя с трех часов дня, когда он услышал разговор Митцу и Хикару в стенах университета. Именно тогда он и сорвался, позвонил Рику, спрашивая, когда они смогут увидеться. Да, ему хотелось забыться с ним. И, признаться, это получалось довольно неплохо. По крайней мере, полчаса назад, когда Кайто перевернул Рику на живот и вталкивался в него до основания, он вообще не думал о Хикару. - Останешься до утра? – Рику положил ладонь на грудь молодого человека и провел вниз до живота. - Нет, мне нужно домой. Сложно будет объяснить отцу, где я провел ночь, - Кайто откинул одеяло, ища на полу свое белье. – Спасибо за ужин. - Тебе понравилось? - Это было красиво, даже слегка гедонистически, - Кайто улыбнулся. – Но мне понравилось. Он натянул белье и уже собрался было надеть брюки, но сзади его обхватили руки, и пара поцелуев застыла на спине. - Спасибо тебе за этот вечер. За то, что разделил его со мной. - Не думал, что ты такой романтик. Но, в любом случае, не стоит благодарностей, ведь это взаимовыгодное сотрудничество. Думаю, на твоей работе этот термин подходит к нам как нельзя лучше. - Что ты имеешь в виду? – голос Рику за спиной прозвучал настороженно. - Секс. Я имею в виду секс. Ты получаешь удовольствие, я получаю удовольствие – в итоге, взаимная выгода без особых обязательств. - Кайто, я не говорил только о сексе. - А о чем? – Кайто отошел от кровати и поднял с пола свои брюки. Ему совершенно не хотелось развивать эту тему, будто она могла привести к необратимым последствиям. - Я уже говорил тебе, ты мне нравился. А теперь я уверен в том, что люблю тебя. Слова заставили Кайто замереть. Но за долю секунды растерянность переросла в злость и раздражение. Он быстро натянул на себя брюки и обернулся: - Да как ты можешь говорить о любви?! Ты понятия не имеешь о том, что это такое! Что значит любить кого-то, не надеясь, что тебе когда-либо ответят взаимностью! Что значит проводить каждый день с любимым человеком, зная, что на тебя смотрят только как на друга. Что значит представлять и понимать, что это не о тебе думают, а о ком-то другом. Ты знаешь меня всего несколько дней, а уже говоришь, что любишь?! Не кидайся словами, Рику! Не кидайся словами, о серьезности которых даже не подразумеваешь! Схватив свой джемпер и сумку, Кайто вылетел из квартиры, хлопнув дверью. Он не мог вспомнить, когда в последний раз позволял себе такие бурные эмоции. Да он вообще не был склонен к такой горячности, как, например, Йори. «Успокойся, успокойся. Это всего лишь пароксизм. Все пройдет, - уговаривал он себя. - Это все из-за того, что тебе кажется, что Хикару стал уделять чрезмерное внимание Шину. Хотя как друг, не должен ли я радоваться за него?» Самоубеждение помогало плохо. Кайто прекрасно знал, что если бы Хикару выбрал какую-то девчонку и влюбился в нее, то это не стало бы причиной особой ревности, потому что девчонки в принципе казались Кайто неким подобием недоразумения – по крайней мере, те девчонки, которые всегда окружали Хикару. Но если его друг влюбится в парня, это ведь совсем другое дело. И пусть Кайто симпатизировал Шину, просто чисто по-человечески, он не представлял, как сможет видеть их вместе рядом. Слишком больно. - Абсурд, - Кайто прикрыл ладонью лоб. – Может, я уже окончательно схожу из-за него с ума, раз даже кажется, что между ним и Шином что-то есть. Хотя… почему бы не задать этот вопрос самому Хикару? Обычно он всегда делился своими переживаниями с лучшими друзьями. Оттягивать свое решение Кайто не стал. Только дождался утра. Он плохо выспался, потому что полночи просто проворочался в постели: в голову по очереди лезли мысли то о Хикару, то о Рику, но он был уверен, что о последнем теперь никогда не услышит. Вряд ли Рику простит ему такое поведение, не говоря уже об уважении к старшим. Странно, от этой мысли тоже становилось обидно. Кайто стоял с сигаретой в руках, не сводя взгляда с ворот. Когда, наконец, на аллее показались Митцу и Хикару, он выпрямился и прокашлялся, словно готовясь к их разговору. Хикару, увидев его еще издалека, помахал рукой. - Привет, звездный мальчик, - усмехнулся Кайто, бросив взгляд на синюю кофту друга, на которой были изображены белые звезды, когда тот подошел ближе. - И тебе привет. Давно ждешь? - Не так уж и давно. Курить будешь? - Пожалуй. - Ладно, я тогда наверх, а то мне еще нужно заскочить к ректору, - сказал после приветствия Митцу. - Зачем это? – удивился Хикару. - Позже расскажу. Увидимся в аудитории. Кайто проводил Митцу взглядом, потом снова повернулся к другу, наблюдая, как тот прикуривает сигарету. - Интересно, зачем Митцу вдруг понадобился ректор. - Может, что-то спросить хочет? – пожал плечами Хикару. - Как ты вчера навестил Шина? - Хорошо. Кажется, привел его в себя. - Что с ним было? - Дурное настроение, не более. Думаю, это характерно для его возраста. - И как ты его развеселил? - Отвез в парк развлечений. Мне это, например, помогает. - Разница, наверно, только в том, что в твоем случае не находится друга старшего брата, чтобы тебя туда отвезти. - Что? – Хикару недоуменно на него посмотрел. – Ты это к чему клонишь? - В последнее время ты уделяешь Шину чрезмерно много внимания. Это бросается в глаза. В воздухе повисла тишина. Хикару внимательно изучал его, забыв про сигарету. - Кайто, я не думал, что мое общение с людьми должно носить какой-то ограниченный характер. - Я вовсе тебя не ограничиваю. Просто я слишком хорошо тебя знаю, чтобы различать дружеские отношения и… - И что? – нетерпеливо переспросил Хикару, явно злясь. – Что за чушь ты несешь? - Не реагируй так… - Как хочу, так и реагирую! – бросил молодой человек. – И вообще, даже если бы я с ним и общался так, как говорят твои прозрачные намеки, то это мое личное дело! Кайто вздохнул: кажется, эмоции кипели не только в нем. Словно Хикару тоже наступили на больное, как и самому Кайто вчера вечером. - Не кричи. Я всего лишь беспокоюсь о тебе. - Обо мне? Разве? И в чем же тут беспокойство? - Митцу никогда этого не позволит, он слишком опекает своего брата. Не хочу, чтобы ты любил без взаимности и, вдобавок, терял близких друзей. - Кайто, твоя фантазия безгранична. Тебе нужно писать романы. - Хочешь сказать, что я ошибаюсь? - Именно, - Хикару посмотрел на окурок в своих пальцах, потом отбросил его в стоящую рядом урну. – Не вижу ничего плохого и уж тем более интимного в моем общении с мелким. - Мелким? – добродушно усмехнулся Кайто. – Ладно, коль так, то я могу за тебя не беспокоиться, - он закинул руку другу на плечо. - Уж, пожалуйста, сделай одолжение, - улыбнулся молодой человек. Они направились вместе в университет, и, несмотря на то, что тема уже сменилась, в душе Хикару все равно поселилась какая-то непреодолимая тревога, потому что где-то совсем глубоко он понимал, что не был до конца искренен с Кайто. И он бы не задумался об этом, если бы тот вдруг не решил инициировать подобный разговор. Уже заходя в двери здания, он бросил взгляд на соседний корпус: где-то там, за окнами, сейчас находился Шин. Качая сумку так, что она ударялась о колени, Шин стоял у ворот на привычном месте встречи с братом. Их отпустили на обеденный перерыв раньше, поэтому ему приходилось коротать время, разглядывая вывески магазинов и кафе, которые он видел на этой улице каждый учебный день. От нечего делать Шин принялся медленно ходить взад-вперед, чтобы хоть как-то разнообразить ожидание. Да еще и Тоши, который хотел пообедать с ними, куда-то запропастился. На его плечо легла ладонь, и он обернулся, надеясь увидеть брата или однокурсника, но вместо них уперся взглядом в ухмыляющееся лицо молодого человека, которого он прекрасно помнил по их последнему визиту в клуб. Впрочем, сложно было забыть того, с кем подрался Хикару. - Какая неожиданная встреча! Добыча сама плывет в руки. Шин сделал шаг назад, но чужие пальцы лишь сильнее впились в его плечо. - И куда собрался? Думаешь, в этот раз лишишь меня радости своего... кхм… общения? Считаешь, я забыл, что из-за тебя, мелкой дряни, придурок Хикару оставил на мне синяки? Шин вдруг увидел, как его накрывает тень, и судорожно обернулся: сзади к ним подошли еще двое парней. - Пошли отсюда. Слишком много народу, - кривясь, бросил Дайчи, и один из парней схватил Шина за локоть. Юноша попробовал вырваться, но хватка была настолько крепкой, что его попытка только лишь рассмешила обидчика. - Дернешься еще раз, подойду к полицейскому и скажу, что ты украл у меня кошелек, - прошипел парень. Они прошли буквально пару переулков, где народу уже не было, остановились у какой-то заброшенной закусочной. Парень толкнул Шина к стене и отряхнул руки, будто тот был грязным. - Что вам нужно? – спросил юноша, вряд ли надеясь услышать вразумительный ответ. - Всего лишь месть, - Дайчи вышел вперед и вдруг со всей силы заехал кулаком Шину по лицу. – Чтобы твой дружок Хикару не мнил себя героем, спасая обыкновенную шлюху и унижая меня перед всем клубом! Шин схватился за щеку, вспыхнувшую огнем и болью. - А теперь сделаем так: ты позвонишь сейчас Хикару и скажешь прийти сюда одному. Придумай любую причину. Но чтобы он был здесь в течение пяти минут. А потом, так уж и быть, мы тебя отпустим на все четыре стороны. - Я этого не сделаю, - тихо ответил Шин, прекрасно понимая их намерения. - Не расслышал, - притворно переспросил Дайчи. И очередной удар пришелся почти в нос. Тонкая алая струйка крови защекотала верхнюю губу, и Шин поднес руку к лицу, чувствуя, как теплая влага пропитывает белую рубашку. - Если думаешь, что это поможет, то зря, - он посмотрел прямо на Дайчи. Нет, этот ублюдок никогда не дождется того, чтобы он предал Хикару. Никогда! - Что-то мелкий запаздывает, - Хикару посмотрел на часы, как только увидел, еще выходя из ворот, что Шина нет на месте. - Когда это ты начал звать его мелким? – выгнул бровь Митцу. - Сегодня утром, - как ни в чем не бывало ответил тот и прибавил шаг, вальяжно засунув руки в карманы. – О, а вон его однокурсник-очкарик. Сейчас и спросим. Но Тоши опередил. Заметив приближающихся старшекурсников, он сам побежал им навстречу. - Митцу! Митцу! - Эй, чего кричишь на всю улицу? – преградил ему путь Хикару. – Всех людей распугаешь. - Шин! Он… - Что такое? – Митцу остановился рядом. - Какие-то парни увели его. Я видел издалека. И он явно не хотел с ними никуда идти. - Какие еще парни? – лицо Митцу исказилось. – Куда они пошли?! - Туда, - Тоши показал в сторону перпендикулярной улицы. Митцу дернулся с места как молния, за ним Хикару, оставляя взволнованного юношу на тротуаре. Сердце Митцу стучало как сумасшедшее, каждый раз, когда он заглядывал в переулки, пробегая мимо. Если кто-то тронет его брата хоть пальцем, он не будет гадать, что сделать с этим человеком. И когда он, наконец, заметил Шина и еще трех взрослых парней в тени очередного поворота, руки непроизвольно сжались в кулаки. Брат держался за лицо, и Митцу прекрасно понял, в чем дело. В ушах застучало, он даже зарычал от злости. - Дайчи, - раздался сзади голос Хикару, более низкий, чем обычно. – Убью эту сволочь. И они оба рванули вперед. Шин даже не сразу понял, что произошло, когда словно какой-то ураган снес со своего пути Дайчи. Только по голосу, выкрикивающему нецензурные ругательства, и волосам цвета спелой вишни он понял, что этим смерчем оказался Хикару. Но он был не один: Митцу уже вовсю дрался с другим парнем. Пыль поднялась с асфальта. Крики заполнили пространство. Шин едва успевал проследить взглядом за происходящим. Он убрал руку от лица, глядя на красное пятно, расползшееся на рукаве. В сердце что-то кольнуло, какой-то отголосок прошлого. - Шин! Он поднял голову на оклик и тут же оказался в чьих-то руках. Брат? Нет, это был не его запах, который он чувствовал, уткнувшись в чужое плечо. Этот запах был ему прекрасно знаком, но не имел ничего общего с Митцу. - С тобой все в порядке? Пальцы сжали ткань его рубашки на спине. Шин кивнул, ощущая такое умиротворение, что коленки стали подкашиваться. - Все хорошо, Хикару. - Точно? Юноша не успел ответить, как к ним подбежал Митцу. - Шин! Эй, братишка, надеюсь, мы успели? Хикару сделал шаг в сторону, заглядывая юноше в лицо. - Успели, но, боюсь, не к самому началу, - заметил он кровь, все еще идущую из носа. - Я же говорю, все нормально, - Шин покосился на убегающих парней: один их них хромал, Дайчи держался за живот и его друг помогал ему передвигаться. - Поехали домой, - сказал Митцу. - В таком виде? – вмешался Хикару. – Лучше идем в мой магазин. Там есть аптечка и все необходимое. Зато это в двух шагах отсюда. Молодой человек не стал спорить, а обнял брата за плечо и повел вдоль улицы. Сев в маленькую, тесную комнатушку на складе магазине, Хикару поставил на стол коробку с лекарствами. Митцу заглянул в нее, проверяя содержимое, вынул флакон с прозрачной жидкостью и посмотрел на сидящего напротив Шина. - То, что нужно, - он уже было потянулся за ватой, но Хикару остановил его за руку. - Слушай, ты бы на себя сначала посмотрел. Весь в пыли и руки в ссадинах, - Хикару забрал у него антисептик. – Туалет в коридоре. Сними рубашку, я дам тебе свою запасную футболку, которая тут лежит. Иди, а Шином я сам займусь. Митцу посмотрел на свои руки: его друг, конечно, был прав. Еще не хватало занести какую-то инфекцию Шину. - Ладно, - он неохотно поднялся и вышел, прикрыв за собой дверь. Его место занял Хикару, подвинул стул ближе к юноше и оглядел масштабы ущерба. - Ну, рассказывай. - О чем? – потупил взгляд Шин. - О том, как все произошло, - Хикару достал ватный тампон. - Ждал вас, а тут они подошли… - юноша наблюдал за тем, как Хикару смочил вату антисептиком. - И? - Кажется, тот парень все еще злится на тебя из-за драки в клубе. - Это не новость. Что он еще тебе говорил? - Ничего. - Не верю. - Ничего не говорил. - Врешь, - Хикару приложил вату к носу юноши и тот поморщился от неприятного жжения внутри. – Так что он тебе сказал? - Хотел, чтобы я тебе позвонил и попросил прийти одному. - А ты? - Сказал, что не сделаю этого. - Почему? – молодой человек внимательно на него смотрел, все еще держа вату у носа. - Дурацкий вопрос. Ты что, не понимаешь, что они бы тебя там поймали втроем? Один бог знает, чем бы все закончилось. Хикару вдруг усмехнулся и наклонился прямо к его лицу: глаза напротив друг друга. От такой близости Шин даже сглотнул. - Так ты беспокоился за меня? Шин боролся с желанием отвести взгляд, но сделать этого совершенно не мог, будто Хикару загипнотизировал его. Кажется, он даже перестал дышать. И во рту безумно пересохло. Только сердце казалось единственным живым органом внутри, потому что его стук раздавался в грудной клетке, словно литавры в консерватории. - Из-за меня позволил себя ударить? – почти шепотом спросил Хикару, отчего по коже юноши пробежали мурашки. Скрип двери заставил Шина вздрогнуть и дернуться. - Я все. Вы закончили? – Митцу зашел в комнату с рубашкой в руке. – Дашь мне свою футболку? - Конечно, - Хикару кивнул, поймал руку Шина, поднося к лицу. – Подержи вату. И он ушел, оставляя юношу в смятенных чувствах, со все еще рвущимся в груди сердцем и слабостью в руках от недавнего прикосновения к ним. Митцу сел напротив. - Как ты? - Угу. - Что «угу»? – Митцу поднес ладонь к его лбу. – Ты чего такой красный? - Я? – встрепенулся Шин. – Нет, просто… Жарко тут. Хикару вернулся буквально через минуту и протянул Митцу футболку. - Надо что-то делать с Дайчи. - И что ты с ним сделаешь? - Понятия не имею. Может, припугнуть? - Не думаю, что это даст результат, - скептически ответил Митцу. - По крайней мере, это больше не должно касаться Шина. - Он ведь никогда не дрался, - улыбнулся Митцу, добродушно глядя на брата, а потом тяжело вздохнул. – А тут еще и я уезжаю. Видимо, поездку придется переносить. - Не вздумай! Это же важно! – вскинулся Шин. - Гораздо важнее то, что они могут вернуться в любой момент. Я не хочу оставлять тебя одного. - Что за поездка? – вмешался Хикару. - Мама продает старую квартиру и покупает новую. Ей нужна моя помощь в течение полутора недель. - Но это вряд ли требует отлагательств. - А что мне тогда делать? Оставить Шина здесь одного? - А что со мной может случиться? - Как минимум, что тебя снова поймает Дайчи, а выследить тебя теперь не так-то и трудно, учитывая, что он знает, где ты учишься. - Это лишь предположение. - Все равно. Оставлять тебя здесь одного нельзя. - Я не ребенок! - Но это не значит, что ты не в опасности. - Митцу, хватит! - Сам перестань. - Эй, вы, оба, - одернул их Хикару. – Хватит спорить. Если эта поездка так важна, а Дайчи лезет к Шину по моей вине, тогда и оставь брата на меня. - То есть? - Я присмотрю за ним. - Ты работаешь и учишься, как ты планируешь это делать? - Как-как… - Хикару почесал затылок. – Пусть переезжает ко мне на это время. Шин удивленно посмотрел на молодого человека. Такого хода событий он точно не ожидал. Но, наравне с удивлением, его вдруг охватила такая необъяснимая радость, что он не смог сдержать расплывшейся на лице улыбки. - К тебе? – переспросил Митцу. – Не думаю, что это хорошая идея… - Почему? Митцу пожал плечами. - К чему тебя стеснять? - Что еще за ерунда? – усмехнулся Хикару. – У меня вместительная квартира. Так что все, я разрешил вашу проблему. А теперь собирайтесь. Нужно вернуться на занятия. Обеденный перерыв мы уже прогуляли. Кайто вышел из здания университета, когда на улице уже смеркалось. Приближающаяся зима напоминала о себе. Он специально не пошел домой после занятий, надеясь, что если займет себя чем-то дельным, то у него не будет возможности задумываться о собственной жизни. Библиотека, спортзал, бассейн — и время летело, отсчитывая минуты и секунды. Сигарета, зажатая между губами. Вспыхнувшее пламя подаренной отцом зажигалки с выгравированными иероглифами «Кайто». Дым в легкие через вдох. Прийти в постель – и упасть, закутавшись в одеяло. Ботинки отбивали по асфальту четкий ритм, пока впереди не показались мыски совсем других ботинок – черных, новых и несомненно дорогих. Они преградили дорогу, и пришлось неохотно поднять голову. - Кайто, - темноволосый молодой мужчина стоял у белого автомобиля, держа в руках большой букет желтых орхидей. У Кайто округлились глаза. Должно быть, его он ожидал увидеть здесь меньше всего после того, как выплеснул накануне целый водопад эмоций. - Здравствуй, Кайто. Молодой человек перевел недоверчивый взгляд на цветы. Ему кажется, или… - Я решил встретить тебя. И… это тебе. Протянутые орхидеи прижались к его груди, и не оставалось ничего другого, как принять их. Кайто ничего не понимал. Это что, такая игра? - Что ты здесь делаешь? – спросил он, глядя то на цветы, то на Рику. - Ждал тебя. - Откуда ты знаешь, что я здесь? - Интуиция. - А если сказать правду? - В привычное время ты не вышел после занятий, и я подумал, что ты решил остаться здесь. - И к чему все это? - Я хотел тебя увидеть. Кайто опустил цветы и нахмурился. - Я не понимаю тебя. - В чем именно? - В твоих правилах игры. - Игры? - Разве это не игра? Никогда не поверю, что ты проглотил мои вчерашние слова и приехал сюда с цветами, чтобы сделать мне приятное. Рику усмехнулся и помотал головой. - Кайто, а что, если это действительно так? - Я же говорю, что никогда не поверю. - Может, твои слова и задели, но это не значит, что они в одну секунду убили чувства, - серьезно ответил Рику и добавил после паузы: – Поужинаешь со мной? Кайто смотрел на него, пытаясь понять, какой подвох кроется за поведением мужчины. Все эти ухаживания, словно за девушкой, все слова… Ему никто и никогда не уделял столько внимания. - Поужинаю, - наконец, согласился он. – Но перед этим сядем в машину и поговорим. Рику кивнул и открыл ему дверь, дождавшись пока тот сядет на пассажирское сиденье. - Итак, я тебя слушаю, - Рику провел пальцами по кожаному рулю и опустил руку. - Я люблю другого человека. Я уже говорил тебе это однажды. Казалось, этот факт не особо тронул мужчину. - Ты действительно это говорил. Но, вспоминая твои вчерашние слова, любовь невзаимна. - Пусть даже и так, - Кайто вздохнул. – Я люблю его, уже давно, и эти чувства находятся очень глубоко во мне. Поэтому я действительно не могу понять, как ты можешь бросаться словами о том, что любишь, пару раз переспав с человеком. - Я не просто спал с тобой. Я узнавал тебя ближе. Любовь приходит по-разному, и ей не нужны сроки и рамки. Кому-то нужны годы, чтобы полюбить, а кто-то влюбляется сразу. В этом все дело. Кайто посмотрел на Рику, удивляясь его способности говорить подобные вещи так философски. - Может, и в этом. Но это не отменяет того, что я все равно не могу посмотреть на тебя так, как смотрю на него. И эти цветы, эти ужины… Зачем ты это делаешь? - Потому что мне приятно это делать. Я хочу делать это для тебя. - Даже если я не отвечу тебе взаимностью? - Я все равно буду на это надеяться. - Ты странный, - по губам Кайто скользнула улыбка. – У тебя все так просто. - Но к чему все усложнять? - Любовь – в принципе сложная и запутанная вещь. - Кто это сказал? Кайто пожал плечами. - Иначе не было бы написано столько романов. - Верь себе и своему сердцу, а не романам, - улыбнулся Рику. – Эти орхидеи, - он коснулся пальцами одного из цветков на коленях Кайто, - это то, что говорит тебе мое сердце. Я искренен с тобой. Глядя в светло-карие глаза Рику, Кайто почему-то отчаянно захотелось ему поверить. Но что бы это изменило? Выкинуть из сердца Хикару он бы все равно не смог так просто. Опустив взгляд на орхидеи, Кайто кивнул: - Поехали ужинать? То ли силы воли не хватало, чтобы отказать, то ли ему действительно нравилось в компании Рику, но Кайто снова согласился. И он прекрасно знал, что если вечером они окажутся в постели, он тоже не будет против. Хотя бы просто потому, что с Рику было уютно и тепло, даже во время заумных разговоров, – то, чего ему так не хватало в последнее время среди ровесников. Ужин в японском ресторане, недолгая прогулка вдоль набережной с видом на осакский замок. Это выглядело как настоящее свидание, о котором, наверно, можно было только мечтать. И в какой-то момент Кайто совершенно расслабился, представляя себя свободным человеком, не обремененным чувствами неразделенной любви. И тем более не сопротивлялся, когда Рику поймал его за талию, прижимая к себе и целуя, едва они скрылись от глаз прохожих. Теплые губы касались его губ, язык не спеша исследовал пространство рта, и внутри разливалось тепло. Сам того не сознавая, Кайто обнял Рику за талию, прижимаясь к нему ближе, позволяя углублять поцелуй. - Поехали к тебе? – выдохнул Кайто, отстраняясь. Губы Рику дрогнули в улыбке, и Кайто впервые обратил внимание на то, какой красивой она была: немного лукавой, но вместе с тем выразительной и искренней. Он слегка потянул Рику за черный узкий галстук, заглядывая в глаза. Они были совсем другие, чем у Хикару. Более светлые, взрослые, с каплей грусти на самом дне. И спустя полчаса он так же смотрел в них, но видел уже другой взгляд, наполненный страстью, наслаждением и желанием. Они даже не добрались до спальни, а занялись сексом прямо на стеклянном низком столике перед диваном, поверхность которого холодила разгоряченную спину и ладони. И это после того, как еще перед входом в квартиру вели светские разговоры о творчестве Таканори Аиба. И, к удивлению самого Кайто, это был первый раз наедине с Рику, когда он не вспоминал о Хикару. Легкий аромат свежего парфюма и еще не остывший запах секса витал в гостиной, когда Кайто ушел. Рику лежал на диване, закинув одну ногу на его спинку, курил и смотрел перед собой в потолок. Он сделал еще один шаг навстречу, хотя вчера после слов Кайто хотелось лезть на стену от чувства обиды и задетой гордости. Но разум победил. Рику привык к тому, что, чтобы добиться результата, нужны целеустремленность и упорство, терпение и способность находить компромиссы. Именно благодаря этим выращенным в себе качествам к почти двадцати шести годам он достиг своей должности в крупной известной компании, где его ценили и уважали и коллеги, и начальство. Поэтому старался не обращать внимания на то, как жалят слова и поступки того, кто так тебе дорог. Он и сам не знал, как пришло это чувство, о котором теперь он говорил Кайто — любовь. Просто как-то сидя у окна в офисе и задумчиво водя карандашом по губам, он заметил этого молодого человека на пороге здания прилегающего университета. Тот стоял и курил, изящно держа в руках тонкую сигарету. Волосы цвета топленого молока слегка трепал ветер, и он то и дело придирчиво их поправлял. Аристократичный, утонченный и грациозный - именно таким Кайто показался с первого раза. И именно таким и остался для Рику. Если бы не одно «но»: сердце оказалось закрытым, и в нем уже надежно занял место другой человек. Конечно, можно было бы бросить попытки достучаться до Кайто, но Рику прекрасно знал, что для счастья нужно что-то делать, а не ждать, пока оно приплывет само к тебе в руки. Тем более, узнав Кайто ближе и поняв, что за привлекательной внешностью скрывается еще и начитанный, интересный человек, Рику окончательно понял, что тот момент, когда увидел Кайто сквозь стекло бизнес-центра и называется пресловутым словом «судьба», в которое он никогда прежде не верил. Теперь осталось достучаться до закрытого сердца, хотя бы приоткрыть в нем щелку. Рику глубоко вздохнул и прикрыл глаза. Йори стоял, покачиваясь на подошвах ботинок и разглядывая бутылочку соевого соуса в руке. Окна кафе уже были темными, и он все ждал, когда дверь приоткроется, и из нее выйдет длинноволосый молодой человек, еще полчаса назад умело справляющийся со своей ролью официанта. Когда, наконец, колокольчик зазвенел, и темная фигура вышла за порог, Йори сделал шаг вперед из тени, попадая под желтоватый свет фонаря. - Я уже заждался. Думал, ты решил пофлиртовать с какой-нибудь официанткой после работы и зажать ее в темном углу, - усмехнулся юноша. Непроницаемое лицо Хару все же выдало легкое удивление. - Ты ждешь меня здесь? - Ну, как видишь. - Мимо проходил? Йори фыркнул. - Да нет же, говорю, жду тебя. Уголок губ Хару дрогнул в улыбке. - Это приятный сюрприз. И Хару действительно имел это в виду. Видеть Йори, встречающим его с работы, было слишком приятно. Он весь день изводил себя мыслями о том, что, возможно, после вчерашнего секса, Йори вообще решит, что больше не хочет его видеть. А тут этот рыжеволосый юноша с блестящими глазами, которые словно прячут за собой какую-то хитрость, смотрит прямо на него, слегка щурится от искусственного света. Хару еле сдержал в себе порыв поймать его и обнять так крепко, как только бы смог. А потом его взгляд упал на руку Йори, держащую бутылочку соевого соуса. - Что это? - Это? – Йори покрутил ею в руке. – Мой долг. - Долг? - Я же взял его у тебя взаймы, помнишь? - Ты все возвращаешь? Даже такие мелочи? - Нет, кое-что я еще не успел вернуть, - глаза Йори заблестели еще сильнее. - Не помню, чтобы давал в долг что-то еще. - Ну, это как посмотреть, - юноша обернулся по сторонам, проверяя, не было ли лишних свидетелей вокруг, сделал шаг вперед, притянул Хару к себе за шею и поцеловал. Поцелуй длился недолго, но этого хватило для того, чтобы щеки Хару вспыхнули пламенем, впрочем, как и все внутри. Он выбил молодого человека из колеи, и теперь Хару просто стоял, не зная, что делать или говорить дальше. Хотя Йори являл собой полную противоположность. - Что скажешь, если мы прогуляемся? Сто лет не гулял просто так, бесцельно бродя по улицам, куда глаза глядят. Когда был подростком, постоянно слонялся так и пару раз даже заблудился, но увидел полицейского, который позвонил бабушке, и она приехала за мной, - затараторил Йори. – Так что, прогуляемся? - Конечно. - По дороге есть одно место, где продают вкусные окономияки, так что предлагаю зайти и взять с собой пару коробочек. Хару кивнул и поправил сумку на плече. - Значит, ты сдержал обещание? - Обещание? – не понял Йори. - Что мы еще увидимся. Юноша звонко засмеялся и шутливо пихнул друга в бок. - Ты такой смешной, Хару. Вообще не похож на других людей. Я просто хотел тебя увидеть, вот и решил встретить. Что тут непонятного? Или мне нужно сначала попросить благословения твоих родителей на то, чтобы совершить променад по вечерней Осаке? Давай же уже, - он подтолкнул его к дороге, - пойдем. Но руки Йори вдруг перехватили, и Хару поймал его за талию, обнял и крепко прижался губами к его губам, так что у Йори даже дыхание перехватило. Его ладони будто подчиняли себе, заставляя подаваться навстречу и не менее жадно отвечать на поцелуй. - Знаешь, - выдохнул Йори во время выдавшейся паузы, – а может, и черт с ней, с прогулкой? - А как же окономияки? - Так уж и быть, пожертвую ими ради тебя. Если что, моя голодная смерть будет на твоей совести. - А твоя статья? - Я ее сдал сегодня. Как раз после редакции и заехал за тобой. Еще вопросы будут? – нетерпеливо заерзал Йори. – Или ты уже возьмешь меня за руку и потащишь за собой как можно быстрее домой? Хару улыбнулся и провел пальцами по щеке юноши. Его губы приоткрылись, словно желая сказать что-то, но он так и промолчал. Только лишь перехватил ладонь Йори и повел за собой вдоль освещенной фонарями дороги. - Не молчи, - спустя пару минут отозвался Йори, вряд ли понимая, какие чувства сейчас бурлили у Хару в сердце, что выразить их словами казалось просто невозможным. - О чем ты хочешь поговорить? - Не знаю. Расскажи мне о себе. Я ведь мало что знаю. Только то, что ты подрабатываешь в кафе и преподаешь айкидо, - Йори начал загибать пальцы на свободной руке. - Что живешь рядом со мной на одном этаже. Что подобрал котенка с улицы. И что готовишь вкусно. Еще у тебя на груди офигенная татуировка, - пальцы закончились и Йори стал просто перечислять. – И еще ты потрясающе целуешься. И во время нашего вчерашнего секса я чуть не кончил несколько раз. И это притом, что думал, что слово страсть для тебя пустой звук. И еще кое-что. Хару обернулся, внимательно глядя на разговорчивого юношу. - Я вчера лег только в пять утра, потому что никак не мог дописать эту дурацкую статью. Из-за тебя. Ты у меня из головы не выходил, поэтому сегодня уж сделай одолжение, оставь мои мысли на ночь отдыхать. Мне нужно выспаться, - Йори довольно улыбнулся и стал смотреть по сторонам, оглядывая вывески магазинов – до дома оставалась всего пара минут. Поднявшись на нужный этаж и остановившись между дверей, Йори посмотрел на одну, потом на другую. - К тебе или ко мне? - Выбирай. - Тогда к тебе, - Йори развернулся к другу лицом, ловя на себе взгляд синих глаз. Они притягивали к себе, как и все тело Хару, и недолго думая, юноша подошел ближе, переплетая руки на шее друга и дразнящее касаясь кончиком языка его губ. - Знаешь, - шепнул он, - если так и дальше все пойдет, я, кажется, в тебя влюблюсь. Йори впервые в жизни озвучил вслух подобные слова, но он просто говорил то, что чувствовал. На каком-то совершенно неосознанном уровне его влекло к Хару, и пусть он и не так много о нем знал, но разум затихал, когда чувства и эмоции от их близости брали верх. Йори тихо усмехнулся собственным мыслям, когда неожиданно его подхватили за бедра на руки и внесли в квартиру. Теплые губы покрывали поцелуями его шею, и хотелось стонать и урчать от удовольствия, что, кажется, он и начал делать, путаясь пальцами в волосах Хару, с которых уже успел стянуть резинку. Матрац спружинил под ними, когда, изловчившись, Йори приземлился прямо на друга и почти с садистской усмешкой навис над ним сверху. - Пришло время возвращать еще один долг, - и его ладонь легла на пах Хару, царапая джинсовую ткань ногтями. – Час расплаты, - низким голосом прорычал Йори и принялся стягивать с молодого человека джинсы на пару с нижним бельем. Уже твердый и возбужденный член Хару не изнывал в ожидании, потому что почти сразу Йори поймал его губами и начал ласкать так, что Хару выгнулся в спине. Закусив тыльную сторону руки, молодой человек прикрыл глаза, выдыхая едва слышно: - Я люблю тебя… Но его слова так и остались не услышанными. Возможно, если бы он сказал их чуть громче, Йори бы услышал, но тот был слишком увлечен своим занятием. А в голове Хару продолжало крутиться: «люблю, люблю, люблю…». Он не выдержал, сел на кровати, ловя Йори в объятия, перевернул его под себя, заглядывая в глубину искрящихся глаз. Целовать слегка припухшие губы, обводить их контуры кончиком языка, скользить ладонями по телу, ощущая каждую линию … Хару хотел всего этого и еще больше. Всего Йори, целиком, без остатка. Этого рыжеволосого мальчишку, такого грубоватого и вредного в начале, но теперь такого податливого и послушного в его руках. Он покрывал поцелуями его грудь, прекрасно зная, что на утро на ней останутся засосы, скользил пальцами по плоскому животу, спускаясь ниже и путаясь в темных волосках паха. Один палец проник между упругих ягодиц, и Йори поймал Хару за волосы, со всей силой дернув на себя. Губы встретили губы, и тяжелый стон слился воедино, в унисон вибрируя в грудных клетках. - Хару, - Йори хотелось кричать его имя, но получилось как-то хрипло и глубоко. – Так нечестно. Я первый начал. Он практически пихнул друга в грудь, заставляя отстраниться, и, воспользовавшись его замешательством, снова перевернул под себя. Уселся на его бедра, как победитель над своей жертвой, расплылся в довольной улыбке, чуть елозя и чувствуя, как нарастает и нарастает возбуждение Хару. - Я же говорил, что это мой час расплаты, - протянул он около самого уха молодого человека и не преминул осторожно прикусить мочку. Хару только лишь выдохнул задержанный в легких воздух и обхватил юношу за бедра. Нетерпение разрывало изнутри, но он давно научился держать себя в узде – самоконтроль был одним из основных принципов в айкидо. Но даже эта привычка, казалось, готова была вот-вот полететь к чертям, когда он видел перед собой Йори, похожего на рыжего хитрого лисенка, играющего со своей добычей. - И, пожалуй, свою расплату я продолжу так, - Йори заговорщицки улыбнулся и, склонившись, коснулся кончиком языка контуров татуировки на груди Хару, обводя линии, чуть прикусывая зубами, пока не добрался до темного соска, принявшего на себя все финальные муки. Рыжая челка всколыхнулась, когда Йори поднял голову. Он облизнулся, как кошка, и снова потерся бедрами о пах друга. - Хочешь? – шепнул он так, что у Хару сердце чуть не выпрыгнуло из груди. – Хочешь… меня? Ну как можно так дразнить?! И задавать вопросы, от которых низ живота превращается в свинец, а сознание и вовсе исчезает? Хару обнял его, прижал к себе, порывисто целуя в губы. - До безумия хочу! Юноша горделиво улыбнулся, наклонился так, что кончики их носов едва соприкасались, и медленно опустился сверху, впуская Хару в себя наполовину. Лицо на долю секунды исказилось от боли, но потом взгляд зеленых глаз остановился на друге, полный удовольствия и сексуальности. - А теперь нежно. Я ведь тепличное растение, со мной нужно нежно обращаться, - засмеялся Йори, не теряя возможности оставлять на лице Хару легкие поцелуи. И Хару действительно был готов отдать всю свою нежность юноше, но в противовес собственным словам Йори двигался на нем как сумасшедший, сорвавшийся с тормозов, царапал его грудь ногтями, сжимал плечи, стонал и кричал одновременно, пока не упал, уткнувшись носом во влажную шею Хару. - Ну, ты и секс-машина, - промурлыкал он. - Я? Кажется, ты сам все за меня сделал, - улыбнулся Хару, перебирая рыжие волосы на затылке друга. - Да? А кто прижал меня к себе и перенял инициативу в свои руки, хотя руками, конечно, это не назовешь… - Я думал, у тебя устали мышцы. - У меня устала задница, - засмеялся Йори. – Что будешь с этим делать? Заботливо напоишь ее кофе, как меня вчера? Хару, ничего не ответив, перевернулся на кровати, оставляя Йори лежать под собой на животе, спустился вниз и провел указательным пальцем по его левой ягодице. Потом оставил на покрасневшей от его же рук коже воздушный поцелуй, затем еще один, и еще, двигаясь к пояснице… Йори даже зажмурился от удовольствия. Это было настолько нежно и лишено всякой пошлости, что он чувствовал себя ребенком, с наслаждением увлекшимся невинной забавой. - Да, это однозначно стоило того, чтобы променять на окономияки. Он услышал, как Хару усмехнулся. - Ты всегда думаешь о еде? - У меня растущий организм. Это вполне нормально. Но сейчас я не голоден. Секс утолил мой голод надолго. Хару поднялся и прилег рядом на подушку, медленно поглаживая спину юноши. По его лицу было видно, что он никак не мог решиться сказать что-то. - И? – начал за него Йори, косясь наверх. – Говори уже. Не становись снова тем молчаливым, выдержанным официантом. Хару привстал на одном локте, пальцы коснулись плеча юноши, провели вниз к локтю. - Я хочу быть с тобой вместе. - Со мной?! – удивился Йори. – То есть, подожди. Что значит «вместе»? - Быть с тобой, встречаться. - Как паре? Хару кивнул, во взгляде мелькала паника. Должно быть, ему нелегко дались эти слова. Йори перевернулся на спину, потом и вовсе сел на кровати, заламывая руки. - Но разве парни могут вот так встречаться? - Почему нет? - Хмм, я думал, что такое возможно только в яойных дорамах для сумасшедших школьниц, - усмехнулся Йори. – Ты смотрел яойные дорамы? - Давай поговорим о нас, а не о них. Хару сказал это с такой серьезностью, что Йори осекся. Он смотрел в синие глаза друга и понимал, что тот говорил со всей искренностью, на которую только был способен. - Значит, встречаться, да? – прищурился Йори, обдумывая это предложение, словно какую-то деловую сделку. - Мы хотя бы можем попробовать. - То есть я стану твоим парнем, а ты – моим… - Йори! – Хару сел и придвинулся к нему ближе, обнимая. – Ты, наверно, считаешь меня полным идиотом, да? Ты ведь меня терпеть не мог раньше. И наверняка считаешь меня скучным и закрытым, но… - Знаешь, - перебил его юноша и обнял в ответ. – Видимо, я тоже полный идиот. Но тебе придется с этим смириться, потому что с этой минуты этот идиот — твой парень. Йори почувствовал, как его буквально сгребли в охапку. Они сидели так молча какое-то время, не двигаясь, только лишь обнимая друг друга. - Хочешь, я приготовлю тебе что-нибудь? – вдруг спросил Хару, и Йори согласно закивал. - Еще бы! Считаешь, от этого можно отказаться? И потом ты сам предложил. А у меня даже соус с собой есть, - засмеялся Йори, собираясь встать с кровати, чтобы одеться. Но остановился и притворно застонал: - Ая-яй-яй, мои ягодицы. Ты садист, Хару! Как я теперь ходить буду? Ожидаемая реакция последовала мгновенно, и Йори, лежа на коленях друга, с лукавой улыбкой наслаждался очередной дорожкой легких поцелуев на своих ягодицах.